– За вас?

Вот и язвительность проклюнулась. Алан довольно усмехнулся. Не так уж тебе все безразлично, дамочка. Быть может, еще не все потеряно?

– Брат Чех просил вашей руки.

– И что вы ему ответили? – Валия заметно напряглась.

– Я же не деспот, кирена. Спрашиваю вас, хотите ли вы замуж за брата Чеха? Мне он показался очень достойным человеком.

– Да, он человек достойный, – тихо произнесла женщина. – И я должна буду переехать к нему?

– Обычно жены живут с мужьями.

– А...

– А разве вас здесь что-то или кто-то держит?

Алан постарался, чтобы в голосе не сквозило ничего, кроме легкого интереса.

Он ждал взрыва, истерики, скандала, но Валия сдержалась. Только вздохнула и опустила плечи, словно стержень, который держал ее тело, вдруг согнулся.

– Знаете, я не глупая и очень люблю сына, но...

– Но?

Валия встала с кресла и отошла к окну, отодвинула штору и застыла, глядя на улицу.

– Я не глупая. Поэтому прекрасно понимаю, что в любой момент вы можете избавиться от меня, – не поворачиваясь, произнесла она ровным и бесстрастным голосом. – Выдать замуж или просто устроить несчастный случай. Поэтому я не хочу, чтобы Турен привязывался и потом страдал.

– Все же вы дура, кирена. Женщина резко обернулась.

–Что такое? –с издевкой произнес Алан. – У вас наконец-то появились эмоции? Румянец на щеках, гнев в глазах. Да вы красавица, когда злитесь, кирена!

– Извинитесь!

– За что? За правду? Или вы считаете это умным поступком – оттолкнуть от себя сына, когда он больше всего в вас нуждался? Настроить против себя меня, человека, от которого зависит ваша жизнь? Вести себя, как... зомби? Это вы находите умными поступками?

– А что мне было делать, когда вы отдалились и даже не разговаривали со мной? Что мне оставалось думать?

– Поговорить с сыном! Эта мысль не пришла в вашу прекрасную головку, кирена? Или вы ее используете ее, только чтобы ею есть?

– Я не хотела, чтобы он волновался обо мне!

– О да! Вы хотели, чтобы мы читали ваши мысли! Так вот, кирена, люди обычно разговаривают, чтобы узнать друг друга!

Алан встал с кресла, и теперь они орали друг на друга, стоя на разных концах комнаты.

– Вы считаете, мне следовало бегать за вами по крепости и просить поговорить со мной?

– Могли бы и побегать, коль нуждались в разговоре!

– Да вы, кир, просто заносчивый, самовлюбленный хам!

– А вы, кирена, интриганка и манипулятор!

– Ну знаете...

– Завтракать пойдете? – совершенно будничным, спокойным голосом поинтересовался Алан, с удовольствием следя, как беззвучно двигаются губы растерявшейся от резкой смены разговора Валии.

– Вы...Вы... Вы невыносимый человек, кир Алан!

– А вы очень интересная женщина, кирена. Особенно когда прекращаете притворяться.

– Я слишком привыкла прятаться, – тихо вздохнула Валия и приняла руку герцога, позволяя увлечь себя в коридор.

За дверью стояла бледная Светика и довольный Лис.

– Светика решила, что вы убиваете кирену Валию, и позвала меня, – улыбаясь, заявил послушник. – Наверное, чтобы я помог вам труп прятать.

Алан улыбнулся в ответ, пропуская Валию вперед и подмигивая теперь пунцовой Светике. Лис научился шутить, это было очень здорово.

– Как дела?

– Учитель Крамер и мастер Семон в таком восторге от библиотеки, что собираются перенести туда кровати.

– Я не позволяю! – испугался Алан за свое богатство. – Я отправил туда Саша, чтобы он следил за порядком.

– Когда Светика за мной прибежала, его еще не было.

– Придет. Ты голоден?

– Нет. Тетка Райка накормила нас.

Лис склонил голову и пристроился позади, враз став серьезным и собранным.

В столовую они пришли последними. Алан провел Валию к свободному месту и помог сесть на стул под очень любопытными и красноречивыми взглядами. Он просто ощущал эти взгляды кожей.

– Это Зира, моя женщина. А это Валия, вдова герцога Ли Вас’Хантера, – представил он женщин. – Доброе утро, Ласка. Как наш малыш? Еще не нашептал тебе, кто он – мальчик или девочка?

Алан наклонился и поцеловал Зиру в висок, легонько погладив живот. Это было так необычно, ощущать под руками округлый животик, в котором билось сердце их ребенка. Хотелось гладить его постоянно, замирая в предвкушении легкого толчка. Но это позже. Пока еще срок маловат. И все равно это было чудо.

– Муж мой, – засмеялась Зира. – У нас двое сыновей, и я надеюсь, что третья будет девочка.

– Я очень хочу дочку, – шепнул ей на ухо Алан, садясь рядом.

– У вас есть еще дети? – громко поинтересовалась Эвелин, с жадным любопытством следящая за Аланом.

– Турен и Дар, – безмятежно отвечал Алан, протягивая руку к блюду с омлетом. – Тур, кого ты кормишь под столом?

– Откуда ты знаешь?

Дарен и Иверт хлопнули друг друга по ладоням и одновременно повернулись в сторону Турена.

– Потому что ты терпеть не можешь мед, а блинчики сегодня с творогом и медом, и ты взял уже третий, – со смехом сообщила ему Зира.

– Это прокол, – пробормотал по-русски Тур.

– Не быть тебе разведчиком! – хохотнул Иверт, наваливая на тарелку сразу пять блинов и большой кусок омлета.

– Это Снег под столом?

Эвелин вскочила с места и заглянула под стол, откуда уже вылезал Тур с толстым белым щенком в руках.

– Какая прелесть! Тетушка, смотри, какой толстый!

Зира улыбалась, глядя на Турена нежно и с любовью. А Алан смотрел на нее и восхищался. Черт, но как? Как девчонка из полудикого племени может так щедро и беззаветно принимать чужих детей? А для родной матери это сложно? Он перевел взгляд на Валию – она медленно ела, следя за суетой вокруг. Турен, Дар и Эвелин столпились вокруг щенка.

– Кирена Эвелин! – укоризненно произнесла Валия.

– Пусть дети поиграют, – заступилась за молодежь Зира. Валия бросила на нее быстрый взгляд, но промолчала.

– Берт, забери щена, – Завтрак не время для игр с животными. – Турен, не приучай его к столу.

– Хорошо, папа, – покладисто отдал щенка Тур. – Мама, подай мне хлеб, пожалуйста.

В столовой повисла тишина. Напряженная. Колючая, вот-вот готовая взорваться ссорой.

– Возьми, – Зира протянула Турену плетенку с хлебом.

Эвелин громко выдохнула. Валия медленно отложила салфетку, поднялась и, слегка кивнув герцогу, направилась к двери. Но Алан успел увидеть блеснувшие в голубых глазах слезы.

– Она не знает наших законов? – обратилась к Иверту Зира, поднимаясь следом. Горец отрицательно покачал головой. – Я поговорю с ней. Негоже женам начинать знакомство с распрей.

– Э...

Но Зира уже стремительно шла следом за киреной.

– Валия, подожди!

Святая простота! Поругаются же! Что делать, бежать следом, или ну их? Пусть сами разбираются!

– Глупый поступок, – заявил Иверт, намазывая на хлеб масло.

– Ну зачем ты это сделал? – Алан с сочувствием смотрел на Турена.

– Ты сам сказал, что у меня должна быть мать! – Турен с шумом отодвинул стул и рванул из столовой, но у двери его перехватил Лис. – Пусти!

– Пап, а?.. – Дарен переводил с Иверта на Алана беспомощный взгляд.

– Ему нужно было сначала объяснить женщине наши законы, – многозначительно произнес Иверт. – Равнинники

– странные люди, э? Не все ли равно, чьи это дети, когда ты их любишь? Он пожал плечами и как ни в чем не бывало продолжил завтракать.

– Отпусти его, Лис, – устало произнес Алан.

Турен выбежал в коридор. Следом за ним, дождавшись многозначительного взгляда герцога, выскользнул Лис, на прощание кивнув, мол, понял, что нужно делать.

Вот незадача, что-то переходный возраст у Турена затяжной. Но ничего, пусть лучше выплеснет, чем носит в себе. Мы уже это проходили в той, прошлой жизни.

– Не волнуйся, Бешеный Алан, женщины всегда между собой договорятся. Поплачут и договорятся. Против тебя,

– утешил друга Иверт и, криво усмехнувшись, подмигнул Эвелин.

– А я бы хотела иметь семью, – тихо пробормотала Эвелин.

– Нет, нет! Тебя я усыновлять не буду! – замахал руками Алан, пытаясь справиться с дурным предчувствием.

– Но вы ведь так хотите дочку, – захлопала глазами маркиза.

Ответить Алан не успел: дверь с грохотом распахнулась, и в столовую стремительно вошел Ворон в сопровождении двух ветеранов.

– Кир Алан, ваши женщины закрылись в покоях кирены Валии, их охраняют. Маркиза Лис запер в синей гостиной, сейчас туда отведут кирену Эвелин и вашего младшего сына. Рэй уже оцепил крепость.

– Что случилось? – Алан скомкал бросил на стол салфетку и поднялся.

– Вам лучше это увидеть своими глазами, – хмуро сообщил послушник. – Оська нашел тела.

Глава 5

Нашел как-то в горном ущелье Вадий цветок

Да возжелал, чтобы он превратился в деву столь же прекрасную.

Сбылось его желание. Оба брата полюбили дивную красавицу.

И заспорили Ирий и Вадий, кому она в жены достанется.

Но спустился с Неба Отец их.

И увел красавицу с собой.

С тех пор и ходят братья холостыми.

XXII Песнь Жития

Они долго шли по темным коридорам, и Виктория подивилась их протяженности, как-то ей не приходило в голову изучать эту часть замка. Впереди ветераны Генри Рамана, возглавляемые Рэем, по бокам скользили Лис и Ворон с кинжалами в руках, оба сосредоточены и напряжены. Неужели они думают, что кто-то сможет напасть на герцога прямо здесь? Спину прикрывал Иверт со своими салагами. Отряд получился внушительным, и это нервировало. Враз пришли ненужные воспоминания. «Расслабился ты, Алан, в тишине зимы», –подумала Виктория. Воздух похолодел, пол под ногами сделал уклон вниз, кирпичные стены перешли в каменные, и Виктория поняла, что они под горой, неужели еще один ледник кира Маргана? По спине прошел неприятный озноб, память тут же вытащила на свет страшные воспоминания. Ну вот зачем ей это? Почему бы вместо ужасных и болезненных картин прошлого не вспомнить состав присадок для металла или как получить пенициллин?

Наконец в конце коридора замаячил факел, и они увидели Оську, размахивающего в нетерпении руками.

– Сюда, сюда! Здесь свежие мертвяки! – заорал он и скрылся в темном овале входа.

Коридор заканчивался небольшой кривой комнатушкой, из которой вела одна обитая железными листами дверь, запирающаяся на засов. Сейчас она была распахнута, замок валялся на полу, и Виктория увидела заснеженные вершины. Значит, это еще один выход из крепости.

– Ты открыл замок? – пробасил Рей, выглядывая на улицу. – Выход в сторону бухты, но тропы нет. Все снегом заметено.

– Этот проход просматривается со сторожевой башни, поэтому его не охраняют, – хмуро сообщил Иверт, и Рэй захлопнул дверь.

– Оська, запри замок.

–А у меня нет ключика, я его отмычкой открыл, а она сломалась, – виновато развел руками шут. – Герцог, ты вот сюда лучше глянь.

Он поднял факел, и Виктория увидела четыре трупа, небрежно сваленных в углу. Видно, тот, кто их прятал, рассчитывал вернуться весной и вытащить тела в горы.

– Здесь твоя рабыня, – тихо произнес Оська и ткнул пальцем в верхний труп. – Мила. Я когда их нашел, она еще немножко гнулась.

О, черт! К горлу подкатил ком, но жизнь на фронтите, война, постоянные опасности сделали его жестче, циничнее, чем он был еще полгода назад. Он будет сожалеть, но не сейчас, сейчас следует понять зачем убили Милу? Девушку удушили, следы от пальцев явственно виднелись на шее. Алан склонился над трупом и приложил пальцы к синякам. Его ладонь была больше.

– Лис!

Парень понял без слов.

– Значит, это мужчина, телосложением схожий с Лисом. Кто остальные убитые?

– Парень из вольных, я его при кухне видел, он камины и печи чистил. Девушек не знаю, но судя по ошейникам – рабыни. – Оська был как никогда серьезен. – Я тут искал дверь наружу, чтобы от Урагана спрятаться, и вот... нашел.

Чистил камины и печи...Может быть, услышал через камин что-то опасное? Виктории не хотелось этого делать, но нужно было проверить. Она задрала юбку Миле, но местный аналог трусов – штанишки до колена – были на месте. Насилие можно исключать.

– Найдите того, кто их опознает, и пусть ксен совершит обряд погребения, – бросил герцог, направляясь к выходу.

И как об этом рассказать Сашу? Черт, черт, черт! Девчонке не больше восемнадцати было, только жизнь начала налаживаться, планы строила, замуж хотела, смеялась еще пару часов назад. И какая-то сволочь прервала ее жизнь.

– Кир Алан, – им навстречу бежал барон Семух. – В библиотеке нашли вашего раба! Он мертв!

– Неженка? – воскликнул Алан, чувствуя, как стало трудно дышать.

На плечо легла ладонь Иверта, и эта поддержка не дала сорваться в бег, хотя видят боги, хотелось схватит Семуха за грудки и вытрясти информацию.

– Нет-нет, другой, – поспешно сообщил барон.

Виктория почувствовала как в висках застучала кровь и сердце заколотилось с удвоенной силой, вдох-выдох… Это не Неженка, это другой, но кто?

– В библиотеке? Саш!

Вот дерьмо! Саш и Мила... Но что такого знали эти двое, из-за чего их убрали?

Пока шли в библиотеку Алан перебрал в уме сто причин, но не одна из них не казалась серьезной, чтобы ради нее убивать слуг и рабов, а потом прятать трупы. В мире где невольник не человек, скрывать убийство раба было бессмысленно. Маньяк? Не похоже. Ни следов пыток, ни изощренных методов умерщвления, ни насилия, все трупы были просто задушены.

Первый, кого они встретили в библиотеке, был учитель Крамер.

– Я запретил трогать труп до вашего прихода, – глядя с прищуром на герцога, сообщил он. – Там кое-что есть, хочу, чтобы вы посмотрели.

Алан на мгновение прикрыл глаза, ему совсем не хотелось это видеть… Совсем… Боги, дайте сил не сорваться!

В помещении пахло кровью и чернилами. Саш лежал на боку у стола, бледный и какой-то умиротворенный, у него было перерезано горло. Алан вздохнул. Вот и не придется сообщать о смерти Милы, они уже встретились за рекой Забвения.