Это на него подействовало. Он отрубился.

– Здравствуйте, милая леди.

5

Бэтгёрл повернулась лицом в сторону нового голоса. Это был теплый, хрипловатый женский голос, похожий на мёд и ржавые гвозди, зовущий ее из арочного дверного проема в дальнем конце зала.

В свете ламп соседней комнаты вырисовывался силуэт высокой, элегантной женщины. Она была одета в асимметричное платье косого покроя из бледного невесомого шелка, с золотым греческим узором по подолу, на ногах были золотые гладиаторские сандалии на высоком каблуке. Ее густые темные волосы были собраны золотой заколкой в форме листьев.

– Ты кто такая?

– Я – Койнония, – сказала женщина, входя в комнату, – но ты можешь звать меня Кой. Прошу тебя простить Макси. У него комплекс неполноценности. Вот поэтому он изобретает такие глупые устройства и терпеть не может честный бой.

Теперь, когда лицо женщины было полностью освещено, Бэтгёрл увидела, что она не была красива в традиционном смысле. Ее лицу не хватало изящества и хладнокровия. Она двигала своим длинным, стройным телом с плавной, легкой уверенностью танцовщицы или олимпийской фехтовальщицы. Вытащив украшение из волос, она рассыпала по спине волну локонов цвета воронова крыла и нажала на кнопку. В тот же момент длинный телескопический стержень расширился и отделился от основания остроконечного золотого листа, превратившись в сверкающее копье.

Койнония указала подбородком на стеллаж со старинным оружием, висевший на дальней стене.

– Начнем? – мурлыкнула она.

Бэтгёрл ухмыльнулась и подошла к стеллажу. Одарив ногой по основанию видавшего виды железного копья, она вытащила его из крепления и поймала в воздухе. Протянув другую руку и сделав короткий жест ладонью, она пригласила новую противницу в бой.

Без дальнейших уговоров Кой атаковала серией высоких и низких бросков, которые было легко парировать. У Бэтгёрл создалось впечатление, что женщина прощупывает её, получая представление о ее силе и мастерстве.

Эта женщина была крупнее и мускулистее, так что Бэтгёрл нужно мыслить стратегически и действовать внезапно. Она отвернулась, а затем отклонилась назад, направив оружие от своего лица к животу Кой. Женщина удивленно хмыкнула и изогнулась, чтобы избежать острия. Продолжив маневр и пригнувшись до земли, Бэтгёрл замахнулась копьем на ноги Кой.

Койнония, подпрыгнув, увернулась от её выпада, режущим ударом угодила слева, по ребрам Бэтгёрл, рассекая ее костюм и врезаясь в тело.

Чёрт, больно.

Адреналин подстегнул ее, заглушая боль, когда она прыгнула вперед, оттолкнувшись сначала от согнутого колена, а затем от бедра своей более высокой противницы, чтобы нанести ей сокрушительный удар в голову.

Крупная женщина попятилась назад, в дверной проем, из которого вышла, а Бэтгёрл последовала за ней, нанося ей удары ногами и древком копья, пользуясь им как посохом бо. Кой отбивалась и уклонялась от каждого удара, свирепо шипя.

Новая комната была тускло освещена переливающимися волнами аквамарина, и прежде чем глаза Бэтгёрл успели привыкнуть к этой перемене, ее противница нырнула в сторону и резко ударила ее под коленки, заставив их подогнуться.

Упав вперёд, Бэтгёрл развернулась через правое плечо, планируя перекатиться по полу и сразу же вскочить на ноги. Но тут возникла проблема.

Пола не было.

Вместо этого она нырнула в теплую хлорированную воду. Бассейн. Заставив себя сохранить спокойствие, она попыталась открыть глаза и оценить обстановку, но ей удалось увидеть лишь кружащиеся серебряные пузыри. Дна, до которого она могла бы дотянуться ногами и оттолкнуться, не было, а копье выбило из рук неожиданным потоком воды. Оно опустилось на дно из-за веса железного наконечника.

Она выдохнула весь воздух из легких, готовясь к столкновению с полом, которого не было, так что единственным вариантом для неё оставалось рискнуть и вырваться на поверхность. Сделав это, она быстро огляделась и обнаружила себя примерно в центре глубокого бассейна.

Единственный свет в помещении исходил от четырех маленьких светящихся дисков, установленных по бокам бассейна, прямо у поверхности покрытой рябью воды. Ее глаза еще щипало от хлорки, но она смогла разглядеть просторную комнату без окон с низким золотым потолком в стиле рококо, толстыми позолоченными колоннами и мозаикой с обнаженными нимфами, танцующими на стенах.

Не увидела она лишь Койнонию.

Именно тогда она заметила бледную, гладкую фигуру, направлявшуюся прямо к ней под поверхностью воды. Она едва успела вдохнуть полной грудью, когда чья-то рука стальной хваткой вцепилась в её лодыжки и потянула вниз.

Оттолкнувшись от захвата, она почувствовала, что ее ботинок с чем-то соприкоснулся. Хватка ослабла на долю секунды, но тут же рука перехватила её поперёк тела, затягивая все глубже и глубже под воду.

Длинные темные волосы противницы закружились в воде. Бэтгёрл схватилась за них, когда они вдвоем ушли под воду. Ее сердце колотилось в груди, напряжение слишком быстро сжигало запас кислорода, но она чувствовала, что хватка Кой тоже ослабла. Им обеим надо было вдохнуть, и очень скоро.

Подтянув колени, она поставила ботинки туда, где, как подсказывало ей затуманенное водой зрение, находился центр тела нападавшей. Она сделала мощный рывок, разрывая хватку Кой и одновременно отталкивая ее, продвигая собственное тело в противоположном направлении. Она развернулась в воде и поплыла во всю силу.

Плащ тянул ее назад, и она надеялась, что направляется к одной из ближних сторон бассейна, а не к дальнему мелководью, ^дача ей улыбнулась, и через несколько секунд ее рука нащупала край.

Вытащив мокрое тело из воды, Бэтгёрл втянула воздух в ноющие лёгкие. Она обнаружила, что находится около дверного проема на короткой стороне глубокого бассейна, в то время как Кой находилась слева, выползая на одну из длинных сторон примерно на середине, между глубокой и мелкой его частью.

Подойдя к двери, Бэтгёрл заметила элегантное золотое копье Кой, прислоненное к стене.

Койнония уже вышла из воды, тяжело дыша и прижав ладонь к лицу мозаичной нимфы. Ее тонкое белое платье стало совершенно прозрачным, и Бэтгёрл невольно заметила, что одна из ее больших грудей была явно искусственной – кусок гладкой, ровной резины, удерживаемый на месте тонким кружевным лифчиком.

Женщина заметила ее взгляд и улыбнулась. Улыбка была опасной.

– Так принято у амазонок, – сказала она, – тебе не понять.

– Ты удивишься, – съязвила Бэтгёрл, дерзко улыбаясь. Она схватила копье и наставила на нее острое листовидное лезвие. – Я много читаю.

В мифах утверждалось, что амазонки отрезали себе грудь, чтобы лучше целиться из лука. Вот откуда Кой взяла идею для своей излишне театральной персоны.

Койнония выгнула темную бровь:

– Я думала, у нас честный бой, – сказала она. – Хотя такой милой малышке, как ты, наверняка приходится жульничать, чтобы выиграть.

Бэтгёрл нахмурилась.

– Ладно, – сказала она, роняя копье и принимая боевую стойку. – Пусть будет по-твоему. Потому что чем они больше, тем с ними труднее...

Она замолчала, когда Кой улыбнулась и нажала на перламутровый сосок. Открылась небольшая ниша. Бэтгёрл не успела ничего сообразить, как на нее уже смотрело дуло короткоствольного револьвера 32 калибра.

– И куда же подевался честный бой? – спросила Бэтгёрл, злясь на себя за то, что оказалась такой доверчивой, но не слишком переживая о мелкой неприятности.

– Честных боев не бывает. – Волчья ухмылка стала еще шире. – Есть люди, которые ради победы делают все возможное, и люди, которые этого не делают.

Она выстрелила в Бэтгёрл.

Предупреждающий голос Бэтмена, зазвучавший в голове, напомнил Бэтгёрл, что не стоит просто стоять под пулями и ждать, пока они отскочат от бронежилета. Она нырнула в сторону, а верхушка отдельно стоящей колонны и бюст на ней разлетелись позади нее на куски.

«Черт, – поняла она, – проклятый пистолет заряжен разрывными патронами».

Взгляд Бэтгёрл метался из стороны в сторону. Копье было бессильно против пистолета, а гаджетов на поясе было мало. Между ними на полу стоял большой кувшин с жидкостью, в тусклом свете казавшейся темной. Примерно в двух футах слева от нее у бассейна лежал небольшой полусдувшийся шезлонг. Дело было рискованное, скорее всего, этот трюк не сработает, но...

Она пригнулась, подбежала и пнула шезлонг, отправив его в полет. Это был просто отвлекающий маневр, позволивший ей отцепить крюк на тросе от скобы у поясницы. Она прыгнула и, извернувшись в воздухе, выстрелила крюком-кошкой прямо в Койнонию. Крюк вонзился той в тыльную сторону ладони как раз в тот момент, когда та нажала на спусковой крючок. Когда пуля, задев лопатку Бэтгёрл, прошла мимо и попала в стену позади неё, она поморщилась, несмотря на защитную одежду.

В закрытой комнате прогремел оглушительный взрыв. Кой улыбалась, она не торопилась заканчивать игру. Еще один выстрел, и на том месте, где всего миллисекундой раньше стояла Бэтгёрл, разлетелись осколки черепицы. Но она уже перекатилась дальше. Она схватила копье и вонзила его золотое острие в кувшин с химикатами.

Резкий обжигающий запах заставил ее, вдохнув воздух, закашляться в тот момент, когда она подняла кувшин на конце копья и отшвырнула его изо всех сил. Сосуд ударил Кой в ее асимметрично измененную грудь и окатил фонтаном едкого синего химиката, брызнувшего ей в лицо.

– Черт! – закричала она, отшатнулась, выронила пистолет и закрыла лицо руками. Бэтгёрл быстро шагнула вперед и ударила ее с разворота ногой в висок, сбив с ног и сбросив в бассейн. Затем она пнула пистолет, и он пролетел через всю плитку в бассейн, следом за его бьющейся в истерике, задыхающейся хозяйкой.

Развернувшись, она выбежала в дверной проем, стремясь присоединиться к Бэтмену и раз и навсегда положить конец этой вечеринке в тогах.

Бэтмен остановился, оценивая обстановку. Он оказался в коридоре, устланном. коврами, по обе стороны от него располагались богато украшенные деревянные двери. В конце коридора стояла статуя Купидона с натянутым луком.

Он последовал за Зевсом на второй этаж, а затем сюда. За его спиной виднелась обугленная дымящаяся дыра в разорванных обоях. Зевс выстрелил в него, и Бэтмен снова уклонился от зигзага молнии. Когда он обернулся, главарь банды уже исчез за одной из дверей.

Заглянув в одну из комнат, он понял, что когда-то это была VIP-зона. За этими дверями происходили всевозможные распутства, но сейчас они скрывали смертельные перспективы. Он сделал еще несколько шагов по коридору и почувствовал, как под его сапогом поддалась нажимная пластина. Едва он отскочил назад, позади него опустился стальной барьер, из стены с шипением вылетела трубка, и оттуда вырвался желтоватый газ.

Хлор.

Бэтмен застегнул кислородную маску и пошел вперед, его глаза в прорезях маски горели. Он ускорил шаг. В тумане он увидел мерцание растяжки и перешагнул через нее. Слева от него была приоткрыта вторая дверь, и изнутри доносился почти неуловимый звук. Скорее всего, это был путь, по которому бежал Зевс. Подобравшись к двери, Бэтмен ударил по ней локтем, заставив панель вибрировать.

И её тут же разорвало молнией.

6

Попав в комнату невредимым, Бэтмен увидел, как Макси Зевс проскользнул через раздвижную стеклянную дверь на плоскую крышу. В дверь светило яркое солнце, мешая следить за движением. Тем не менее он прошел дальше.

Его остановили острые когти на бетоне.

Проем загораживали двое охранников, не похожих на остальных. На первый взгляд они казались парой одинаковых бульмастифов с плотными, мускулистыми телами на тяжелых, мощных лапах. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что это роботы, каждый размером со 140-фунтового зверя из плоти и крови – сплошь сплав и гидравлика, стальные зубы щелкали на хорошо смазанных шестернях. На их гладких смертоносных телах мерцал солнечный свет. Глазницы сверкали красным. В их мордах было что-то крысиное, и Бэтмену показалось, что он знает их происхождение.

Зевс повернулся к нему лицом.

– Наверно, ты это и так знаешь, – сказал он, широко улыбаясь, – но одного зовут Орф, а другого – Цербер.

Он по очереди указал на каждого.

– Им идут эти имена, ты так не думаешь?

Защитник Готэма не стал тратить время на болтовню. Зевс оскалился:

– Поприветствуйте Бэтмена на Олимпе, мальчики. – Он громко хлопнул в ладоши, и две собаки- робота, оскалив металлические зубы, с громким лаем прыгнули вперед. – Мне нужно обратиться к городу неверующих.

Отступив назад, Бэтмен пнул в сторону механических нападающих большой черный лаковый столик с хромированными ножками. Внезапное движение заставило их остановиться, но только на мгновение. Они обогнули препятствие и оказались в воздухе быстрее, чем он ожидал. Первый металлический зверь врезался в него с силой автомобиля. Одной рукой он отталкивал большую голову в сторону, пока существо рычало и щелкало на него челюстями. Вместо дыхания от его морды исходил специфический тошнотворный запах, похожий на перегретый трансформатор игрушечного поезда и паленую шерсть.

Второй пёс подошёл слева, и Бэтмен, с гримасой явного усилия, повалил одного на другого. Лязг кованых шкур утонул в визге больших шестеренок. Заглянув в раздвижную дверь, Бэтмен увидел, как на крыше открываются металлические панели, похожие на тротуарные лифты. Полдюжины корпусов размером с гаубицу поднялись вверх и плавно задвигались на гидравлических шарнирах.

Пока он обдумывал их предназначение, Орф снова бросился на него. Цербер попятился. Металлический мастиф прыгнул. Бэтмен, сделав так, чтобы их отнесло подальше силой инерции, приземлился на спину. Пользуясь преимуществом в весе, он отпустил его и швырнул в бар с закусками. Бутылки со спиртным разнесло на куски, как будто они взорвались, и искусственное существо насквозь промокло – без всякого вреда для себя. Бэтмен вынул из-за пояса зажигательную капсулу и запустил ее в механизм зарядки. Робот полыхнул как раз тогда, когда Цербер вцепился зубами в голенище сапога Бэтмена. Несмотря на то, что материал был рассчитан на удар любого лезвия, блестящие от масла металлические клыки каким-то образом всё же впились в его мышцы.