– Конечно.

Казалось, он не сделал никакого жеста, но в поле зрения появился третий бандит, с пистолетом в наплечной кобуре. Он принес две полные спортивные сумки и с глухим стуком поставил их на стол. Затем расстегнул одну и отступил назад, сцепив руки перед собой.

– Валяйте, проверьте, – сказал рябой. Отойдя от Эшфорда, Мустанг подошла к расстегнутой сумке. Она была набита пергаментными пакетиками с черным круглым овалом и кривым белым смеющимся ртом. Сьюзи задумалась, не таким ли видит себя Джокер, когда смотрится в зеркало, и мрачно улыбнулась этой мысли. Девушка небрежно открыла один из пакетиков. Прикоснувшись кончиком мизинца к языку, она попробовала немного наркотика.

– О да, – сказала она, фыркнув и прищурившись. Затем застегнула сумку и потянулась за обеими. Рябой положил руку ей на запястье. Эшфорд напрягся, но острый взгляд Мустанг охладил его пыл.

– Питон возлагает на тебя море надежд.

Он не сводил с нее глаз.

– Я большая девочка и знаю, что делаю.

– Как знаешь.

Мустанг кивнула Эшфорду. Он подошел к кабине грузовика. Один из бандитов пошел с ним, держа ружье наготове. Водитель достал бумажный пакет из бакалейной лавки, закрыл его и протянул бандиту, который отнес его человеку со шрамами. Он положил сумку на стол и открыл ее, чтобы посмотреть на пачки денег, перетянутые резинкой.

– Похоже, ты решил вложиться в «Смешную дорожку».

Он развернул верхнюю часть бумажного пакета.

– Не будете пересчитывать? – спросил Эшфорд. Насколько он понял от Сьюзи, они вкладывали определенную долю денег, большую сумму. Кроме того, что он сам вложил в эту кошечку, он до сих пор не понимал, откуда у нее столько денег. Конечно, при таком-то совершенном теле, кричащие пьяницы сыпали на нее в клубе двадцатки, но в сумке, похоже, было гораздо больше.

Основная идея заключалась в том, что в другой спортивной сумке была сумма, которую им авансом давал Палмарес, вдвое больше, чем они принесли. Деньги и «Смешная дорожка» были, так сказать, их визитными карточками для расширения деятельности Палмареса в других городах. В частности, эти деньги предназначались для подкупа того или иного полицейского или судьи в других муниципалитетах.

Человек со шрамами нахмурился и уставился на водителя грузовика, затем бросил взгляд на своих людей:

– Хочешь нас обсчитать? – Это вызвало смешок у бугая с наплечной кобурой.

– Нет, просто... – начал Эшфорд.

– Все в порядке, Брэд, – сказала Мустанг, касаясь его руки. Главному она сказала:

– Все как надо.

Один из бандитов унес спортивную сумку и бумажный пакет, и все трое направились к грузовику. Внезапно на улице раздался визг, и сквозь пасть раздвижной двери она увидела, как из-за угла с лязгом выехали две машины. Одной была навороченная «Камаро», опущенная спереди и поднятая сзади на двух толстых шинах для гонок с перегрузками. Окна были тонированы, из капота торчал нагнетатель.

За ним ехал фургон с хромированными дисками, который не отставал от своего спутника, проезжавшего под уличным фонарем. Сбоку от фургона красовались двое мускулистых варваров, одним из них была женщина с титьками, похожими на воздушные шары. Каждый размахивал сверкающим мечом.

– Какого?..

Парень с наплечной кобурой потянулся за оружием. Он бросил на них сердитый взгляд.

Мустанг подняла руки, как будто ее задержали, и покачала головой из стороны в сторону. Она изо всех сил старалась сдержать панику.

Где, черт возьми?..

«Камаро» вильнула и затормозила на улице, развернувшись пассажирской стороной к ним. Окно опустилось, и человек в маске пугала открыл огонь из пулемета.

23

– В укрытие! – крикнул кто-то, когда пули полетели во все стороны.

Один из хулиганов с винтовкой выпустил несколько пуль. Его тело вытянулось, он судорожно дернулся, а потом рухнул. Казалось, что он утонул под грудой собственной одежды. Пулеметчик в маске пугала открыл дверцу и вышел из машины, его оружие грохотало, ствол дымился. Фургон остановился, перегородив вход на погрузочную площадку, открылась боковая дверь, и из машины выскочили еще двое в масках пугал. Один размахивал дробовиком, у другого в обеих руках было по пистолету .45 калибра.

Мустанг и Эшфорд укрылись за его грузовиком.

Человек со шрамами нырнул за вертикально-сверлильный станок. Выстрелы пулемета отскочили от толстого железного корпуса промышленного оборудования. Не выказывая ни малейшего намека на тревогу, он сунул руку под ветровку и достал гранату. Выдернув чеку, он метнул ее в цель.

– О, чё...

Прежде чем пугало успело договорить, снаряд взорвался справа от него, там, где стоял «Камаро». Бензобак автомобиля вспыхнул, и его разметало от громкого взрыва огня и пламени. Парня подбросило в воздух, он ударился головой о стальную балку в дверном проеме. Он умер прежде, чем его тело упало на бетонный пол в пятнах смазочного материала.

Пассажирская дверь «Камаро» пролетела по воздуху и отскочила от стены.

– Детка, нам надо поскорее убираться отсюда, – сказал Эшфорд. Она посмотрела в дверной проем погрузочной платформы. Корпус «Камаро» все еще пылал, топливо горело и дымилось в лужах, рядом с останками. Еще несколько пугал вышли из фургона и тоже сосредоточились на наркоторговцах. Она заметила, что водительская дверь открыта.

– Я пойду за фургоном, – сказала Мустанг, – а ты возьми две другие сумки.

В суматохе бандит, который нес две сумки с деньгами, отбросил их в сторону, чтобы стрелять по захватчикам.

Он помолчал нахмурившись.

– Обе, Брэд, – подчеркнула она.

– Хорошо, – быстро ответил он.

– Будь осторожен.

– Ты тоже.

Она чмокнула его в щеку и побежала, радуясь, что у ботинок низкие каблуки. В её руках была одна из спортивных сумок, набитая «Смешной дорожкой». Пока продолжалась перестрелка, прерываемая проклятиями и стонами боли, она добралась до фургона.

Интерьер напоминал один из тех фильмов, которые она в детстве смотрела в кинотеатре под открытым небом. На полу лежал ворсистый ковер, сзади стояла кровать с красной подушкой в форме сердца, а передние сиденья были обтянуты искусственной кожей. В завершение клише с зеркала заднего вида свисали пушистые игральные кости.

Двигатель работал, и она дернула передачу. Шальная пуля пробила ветровое стекло, но не попала в нее. Она дала задний ход. Взвизгнули шины, расчистив выход и убрав с дороги горящую машину. Сверху темноту пронзил луч света.

Вот дрянь!

Воздух заполнил звонкий голос с полицейского патрульного дирижабля, усиленный громкоговорителем:

– Вы там, внизу, патрульные машины и пожарные уже в пути, – прогремел он с неба. – Они хорошо вооружены. Прекратите перестрелку и положите оружие на землю, чтобы мы могли его видеть. В противном случае мы не можем гарантировать вашу безопасность.

Мустанг нажала по тормозам и посмотрела в боковое зеркало заднего вида. Дым от горящей машины заполонил вход в здание. Она не видела, что происходит. Эшфорд не появлялся, перестрелка продолжалась, и она начала опасаться худшего.

Она взглянула на сиденье рядом с собой, потом на сумку, набитую наркотиками, от которого были в восторге все наркоманы в Готэме. Сколько они стоили на улице? Проклятые законники еще не приехали, а она до сих пор не могла удрать. Дирижабль останется на месте, и пока не появился второй, она успеет ускользнуть. Этого не было в планах, но раз она собралась изменить свою жизнь...

Черт побери, что же делать, девчонке придется импровизировать.

Она прибавила газу. Она все равно держала Брэда за дурачка, так что рано или поздно для него все бы закончилось именно так. Он застрял там – ладно, было жаль, он такого не заслужил, но игра с наркотиками не для слабаков. Она была почти в конце улицы, когда увидела то, что искала, и притормозила.

Одинокая фигура подбежала и открыла пассажирскую дверь.

– Где тебя черти носили? – возмутилась она, но не дала подбежавшему шанса ответить. – Я должна за ним вернуться.

Фигура остановилась на полпути к фургону:

– Я пойду с тобой.

Это была женщина.

– Нет, если все пойдет плохо, тебя просто убьют, – сказала она.

– Ну и что? Тем более, если меня не подстрелят, мне может понадобиться твоя помощь.

Она мрачно улыбнулась.

– Хорошо, тогда возьми это, – сказала другая, ставя на сиденье две черные канистры. У них были вытяжные стержни, и они легко помещались в ладони.

– Пожелай мне удачи, – сказала Мустанг.

Другая женщина наклонилась и поцеловала ее в губы:

– Удачи, детка.

С самодовольной ухмылкой Мустанг развернула фургон. Задние шины задымились и завизжали на асфальте, когда она сделала разворот.

И кто теперь дурак? Она усмехнулась.

Фургон помчался обратно к зданию. Когда она подъехала ближе, из тумана появился сам, мать его, Эшфорд. Он хромал, с виска стекала кровь, на брюках темнело пятно, но под мышкой он держал окровавленный бумажный пакет, а другой рукой – спортивную сумку. Одно из пугал тоже вынырнуло из-за пелены. Он был ранен и уже прицелился из дробовика в спину Эшфорда. Мустанг протаранила грабителя в маске. С противным стуком он пролетел несколько футов и стукнулся об уличный фонарь.

– Поехали! – крикнула она, наклоняясь и открывая пассажирскую дверь.

– Мне не нужно повторять дважды.

Он уже почти залез, завалившись всем телом на сиденье, когда она снова дала задний ход. В воздухе завыли сирены. Эшфорд хмыкнул и забрался в фургон.

Из дыма появились еще два пугала.

– Используй это, – сказала Мустанг, показывая на канистры. – Вытащи стержни и брось их.

Он сделал, как было велено. Гранаты описали дугу в воздухе, затем взорвались с грохотом и яркой вспышкой света. Парни в капюшонах бросили оружие и прикрыли глаза.

– Езжай туда, – сказал Эшфорд, закрывая дверь и указывая на узкую улочку. Это был не тот путь, которым они приехали.

– Похоже, это тупик, – сказала она.

– Я знаю этот район по доставкам, которые сюда привозил. Копы приедут тем же путем, что и мы. Погаси свет, – добавил он, указывая на приборную панель.

– Поняла. – Мустанг выключила фары и, вглядываясь в темноту, поехала дальше. Она врезалась в несколько мусорных баков и разбросала их вместе с мусором, который в них был.

– Вот чёрт!

Она переусердствовала, повернув в другую сторону и опасно приблизившись к кирпичной стене, но затем снова направила фургон вдоль дороги.

– Все в порядке, – сказал он, похлопав ее по руке. – Мы выбрались.

Сирены кричали как никогда громко.

– Теперь спокойно, езжай медленно.

Уверенность, страх и раздражение смешались в ней, пока она всматривалась в темноту, пытаясь различить дорогу. Впереди слева ей почудился пролом в стене, но она не была в этом уверена.

– Здесь, – сказал Эшфорд, – поворачивай направо.

Она притормозила:

– Что это?

– Просто делай, как говорю, Сьюзи.

– Да, господин, – ответила она и повернула. Пространство было тесным, и задняя часть фургона врезалась в стену со стороны пассажира, но они проехали. У нее возникло ощущение, что они едут под откос.

– Брэд, я ни черта не вижу.

Она не собиралась признаваться, что испугалась.

– Ну, ладно, включи габаритные огни, – предложил он. – Это должно помочь.

Она нащупала незнакомые кнопки, нашла ручку на приборной панели и потянула за нее. Дальнейший путь был залит тусклым янтарным светом, но по сравнению с полной темнотой его было достаточно. Их фургон стоял на бетонном пандусе, который спускался в подземный гараж.

На почти пустой площадке стояло несколько машин. Опорами служили квадратные колонны. В тех местах, где бампер фургона врезался в колонны, не хватало нескольких кусков бетона.

– Подожди, – сказал Эшфорд.

Мустанг остановила фургон чуть быстрее, чем хотела, переключилась на нейтральную передачу, но не выключила двигатель. Она напрягла слух, но не услышала ничего, кроме шума мотора. После переполоха, оставшегося позади, время словно замедлилось. Они сидели так, казалось, целую вечность.

– Туда, – сказал Эшфорд, указав на дорогу. Она вздрогнула при звуке его голоса.

– Откуда ты знаешь об этом месте? – спросила она, когда они снова двинулись вперед, теперь уже медленно. – Твой грузовик не заехал бы в этот съезд.

– Этим гаражом пользуются здешние рабочие, – объяснил он. – А так как он скрыт от посторонних глаз, водителей вроде меня иногда приглашают сюда выпить пива и поиграть в карты, особенно в конце дня.

Она искоса взглянула на него:

– Что еще здесь происходит?

Он улыбнулся и указал пальцем:

– Там другой съезд.

– Точно?

– Доверься мне.

Послушав его, она подъехала к съезду с другой стороны гаража. Он вывел их на улицу, подальше от суматохи. Сирены смолкли, в зеркале заднего вида их фургона висел дирижабль полиции, два прожектора которого освещали полицейскую операцию по зачистке.

Мустанг предупредила, что не стоит идти домой, по крайней мере пока. По ее совету они поехали в мотель «Апаро». Парень на стойке регистрации даже не смотрел ни на них, ни на наличные, которыми они оплатили номер заранее.

Место было неплохое. Спартанское, с пятнами на ковре и плесенью в ванной, но ничего особо отвратительного. В комнате был телевизор, прикрепленный у потолка, в углу, рядом с высохшим пятном от воды.

Когда они вошли в комнату, Мустанг сделала так, что дверь не закрылась полностью. Эшфорд этого не заметил. Они бросили сумку и бумажный пакет на одну из двух кроватей вместе с фастфудом и пивом, которые купили по пути. Мустанг подошла к телевизору, встала на цыпочки и повернула ручку.

Первой появилась реклама «взрослых» фильмов. Она переключила канал на WGNN. Естественно, по нему в прямом эфире шла программа новостей.

– ...власти полагают, что перестрелка произошла между наркоторговцами и сообщниками Джонатана Крейна, более известного как Пугало, – сказал ведущий. За его спиной были видны кадры местности, которую они только что покинули, с полицейским дирижаблем в небе. – Его текущее местонахождение неизвестно. Офис комиссара полиции заявил, что властям неизвестно, стоял ли сам Крейн за сегодняшним нападением.