- Он тут. - Бет протянула ему бумажник, который Майк отшвырнул на столик с ее стороны, когда доставал презерватив.

- Ты не скажешь мне номер? - Он снял трубку телефона. - Листок с номером должен быть где-то в заднем отделении среди счетов.

Бет отыскала листок с телефоном, а затем снова легла, слушая, как Майк говорит с дежурной сестрой. Судя по тому, что тон его не изменился, состояние Эрни не ухудшилось. Слава Богу.

- Вот как? - неожиданно резко воскликнул Майк. Он помолчал. - Да, я рад, что вы все ей рассказали.

Бет охватил озноб, когда она поняла, что Алана, должно быть, звонила в больницу.

- Ясно, - протянул Майк. - Ну, в таком случае мы не будем торопиться. Спасибо. - Он повесил трубку и обернулся к Бет. - Состояние отца продолжает улучшаться.

- Я так рада!

- Он будет на обследовании еще как минимум два часа, так что нам пока незачем спешить. В больницу звонила Алана.

Бет шумно вздохнула.

- Я это поняла из твоего разговора.

- Когда она звонила, трубку снял один из лечащих врачей отца. - Майк в упор посмотрел на Бет. - Врач пересказал ей все, что случилось, и добавил, что волноваться нечего, поскольку сын Эрни вернулся и навещает отца.

Бет встретилась с ним глазами.

- Понятно. Но ведь это еще не все? Майк устало провел ладонью по щетине на подбородке.

- Алана просила передать нам, что решила прервать свою поездку и вернуться домой.

Бет потребовалось несколько секунд, чтобы переварить слова Майка, однако удивления она не испытывала.

- Я же говорила тебе, что она на это способна.

- Может быть, она решила приехать из-за серьезного состояния Эрни, а я тут вообще ни при чем.

- Но ведь доктор наверняка сказал ей, что Эрни уже стало лучше. Нет, Майк, я уверена, все дело в том, что ты вернулся. Она приедет, чтобы увидеться с тобой.

- Может быть, ты и права, - признал он.

- Ну, теперь начнется...

- Но не сразу. - Майк снова прилег рядом с Бет. - Она же не может бросить семейство, с которым путешествует. Насколько я разбираюсь в подобных вещах, ей потребуется не меньше суток, чтобы уладить дела.

- Нам придется все рассказать ей, верно? Майк провел большим пальцем по нижней губе Бет.

- Ну, конечно же.

- Не знаю, что я ей скажу.

- Тебе не придется говорить с ней один на один. - Майк придвинулся ближе и коснулся губами щеки Бет. - Я буду с тобой.

- Знаешь, Майк, в последнее время я много думала о своем детстве. Алана всегда заботилась обо мне и следила за тем, чтобы никто не обижал меня. А теперь я собираюсь нанести ей удар в самое сердце. Она этого не заслуживает.

Майк слегка отстранился, рассматривая ее.

- А чего заслуживаем мы?

- Не знаю...

Его ладонь приподняла нежную тяжесть ее груди, и Бет стало жарко.

- Ты почти не изменилась с того вечера, когда я впервые поцеловал тебя.

- Я была ребенком.

- Как бы не так. - Язык Майка очертил ее напрягшийся сосок.

Бет почувствовала, как ее начинает захлестывать восхитительная дрожь наслаждения.

- Я была невинным ребенком.

- В таком случае ты прирожденная соблазнительница. Когда я поцеловал тебя, ты слегка потерлась об меня бедрами, и не прошло и минуты, как я уже был на взводе. Она оттолкнула его.

- Не может быть!

- Может, еще как! - Смеясь, он притянул ее к себе. - Я был готов, забыв обо всем, завалить тебя на травку, но меня позвал отец. Когда ты убежала, мне пришлось некоторое время просидеть в кустах, пока не прошла эрекция. И не притворяйся, что ты ничего не знала. Должно быть, ты все почувствовала через тонкий шелк своего платья.

Румянец пополз по щекам Бет.

- Ага. Так я и думал. Ты отлично знала, что со мной творится. Ох уж это красное платьице! Ничего себе - невинное дитя!

- Я до сих пор храню это платье.

- Правда? - Его пальцы заскользили по ее спине. - Наверное, ты частенько надевала его с тех пор.

- Нет. Если честно - я ни разу не надела его.

- Тогда надень его для меня сегодня вечером.

- Сегодня?

- Позволь мне увидеть, как оно скользит по твоим плечам, ведь в течение восьми лет я мечтал об этом. - Он принялся покрывать ее лицо легкими поцелуями. - Я хочу видеть, как оно соскользнет на пол. А потом я хочу всю ночь провести с тобой.

Бет зажмурилась, захваченная восторгом предвкушения.

- Не знаю, получится ли у нас. Алана...

- Алана к тому времени еще не успеет вернуться, но мы на всякий случай переночуем у меня. Подари мне этот вечер, Бет.

Открыв глаза, она встретилась с ним взглядом.

- Хорошо. По крайней мере этого у нас никто не отнимет.

- Спасибо, - пробормотал Майк, целуя ее. - Да, и еще кое-что, - прошептал он, касаясь губами ее губ. - Я хочу эту мозаику.

- Она не продается.

Его язык пробежался по ее губам.

- В таком случае тебе придется подарить ее мне.

Бет прижалась к нему, ощущая напряжение его восставшей плоти.

- Зачем она тебе? Ты же не повезешь ее в джунгли.

- А уж это моя проблема. - Взяв руку Бет, он поднес ее к своему готовому к бою копью. - Ведь ты создала мозаику для меня, правда?

Бет бережно сомкнула пальцы.

- Вовсе не для тебя я ее делала.

- Так я тебе и поверю... - Он слабо застонал, наслаждаясь ее лаской. - Ты хотела дать мне понять...

- Что же именно? - соблазнительным шепотом поинтересовалась она.

- Вот что! - его губы сомкнулись на ее губах и рука метнулась вниз.

Повинуясь прикосновениям его пальцев, источник ее страсти вновь ожил. Бет двигалась одновременно с Майком, пока дрожь не, охватила его и стоны не начали срываться с его губ.

Он прервал поцелуй.

- О, Бет, как же я хочу тебя!

- Я твоя.

- Но я хочу большего. Я хочу погрузиться в тебя. И к черту все меры предосторожности!

- Нет, Майк! - Бет тихо ахнула, почувствовав, как его рука проникает все глубже. - Ты же не хочешь.., оказаться связанным.

- Может быть, именно этого я всю жизнь и хотел. - Дыхание его стало прерывистым.

- Нет, я не хочу.., чтобы ты... - Бет замолчала, забыв, что собиралась сказать, потому что желание вытеснило все мысли из ее головы.

- Мы и так потеряли.., столько времени! - С хриплым криком он достиг вершины, и теплый источник забил под пальцами Бет.

Они вернулись в больницу ближе к вечеру. Майк настоял на том, чтобы перекусить в одном из кафе по дороге. Когда они уже шли по больничному коридору, Бет, нахмурившись, пригладила свою помятую одежду, которую была вынуждена снова надеть после того, как приняла душ в номере отеля.

- Ну и видок у меня!

Майк улыбнулся: его забавляло, что ее так волнует собственная внешность, тогда как ему достаточно бросить на нее всего один взгляд, чтобы вновь почувствовать возбуждение. Обхватив Бет за плечи, он притянул ее к себе:

- Ты просто красавица.

- Да уж!

Он остановился и развернул ее лицом к себе.

- Ты самая прекрасная женщина из всех, что я встречал.

Полный сомнения взгляд подсказал Майку, что она не верит ему.

- Знаешь, мне обидно, что ты не доверяешь мне, особенно обидно потому, что я этого совсем не заслуживаю. Можешь ты назвать хоть один случай, когда я солгал тебе?

- А помнишь, как ты убедил меня, будто в водосточной канаве водятся крокодилы-людоеды?

- Это были детские выдумки, и ты знала, что это не правда. Я имею в виду что-нибудь серьезное.

- Надеюсь, Майк, что ты всегда был честен. Он недоуменно поднял брови.

- Ты о чем?

- Я хочу верить тому, что рассказал мне ты, а не Алана. Но если я когда-нибудь узнаю, что это ложь...

- Нет, Бет, это правда, хотя я прекрасно понимаю, почему тебе не хочется мне верить.

- Наоборот! Я смогу жить в мире с самой собой, только если буду верить тебе. Так что, пожалуйста, всегда говори мне правду.

- А я и говорю. Ладно, пойдем навестим отца. - Взяв Бет за руку, Майк снова зашагал по коридору. Выходит, она верит ему, размышлял он. Пока еще верит. Но будет ли верить ему и завтра, когда вернется Алана и, несомненно, назовет его бессовестным лжецом? Именно так она и поступит - если только эти восемь лет не изменили ее...

Эрни, к счастью, бодрствовал. И вид у него был уже получше.

Он" с трудом улыбнулся.

- Эй, смотрите-ка, кто пришел. Похоже, вы решили совсем забросить работу, а?

Майк понял, что отец, верно, не помнит, что они заходили к нему на рассвете.

- Можно сказать и так, - ответил Майк. - Ну и напугал же ты нас, папа!

- Да уж, мне порассказали. - Эрни перевел взгляд на Бет:

- Ты прямо светишься, малышка. Тебе это идет.

Майк искоса посмотрел на Бет: ему хотелось узнать, как она отреагирует на это замечание.

Ясное дело, она покраснела как маков цвет.

- Я просто рада, что тебе лучше, Эрни, - выговорила она с трудом.

- Мне, конечно, льстит такое объяснение, но что-то я не верю, будто старая развалина вроде меня может вогнать тебя в краску.

Бет покраснела еще сильнее.

- Я...

- Ладно, что уж там. Иди поцелуй меня, а потом оставь меня с Майком: нам надо поговорить.

Бет повиновалась, а затем вышла из палаты. На мгновение она встретилась глазами с Майком, и он понял, что она не хочет, чтобы он докладывал Эрни какие-либо подробности.

Майк едва заметно кивнул.

- Пойди сюда, Майк, - позвал Эрни, когда Бет прикрыла за собой дверь.

Майку показалось, что он снова стал ребенком, который спешит на зов отца. Майк пододвинул к кровати стул и сел.

- Я тут, папа.

- Между вами что-то происходит, верно?

- Да.

- Это серьезно?

- Да.

- Алана возвращается. Майк кивнул:

- Слышал.

- Я хочу знать, справишься ли ты. Майк заглянул в глаза отца, запавшие от боли - Эрни ее, очевидно, скрывал.

- Справлюсь, отец. Восемь лет назад я струсил, но теперь справлюсь.

- Вот и хорошо... - Отец прикрыл глаза. Майк коснулся руки Эрни и встревожился: кожа его казалась сухой, как пергамент.

- Позвать сиделку?

- Нет, не надо. - Эрни открыл глаза. - Черт бы все побрал! Так хочется быть на ногах, если возникнут осложнения!

- Обещаю, что не будет никаких осложнений.

- Пит говорит, что, возможно, сумеет быть поблизости, но я не уверен, что у него получится.

Майк перепугался. Наверное, у отца начинается бред.

- Позволь мне позвать кого-нибудь, папа. Эрни резко взглянул на него.

- Нет! - На его губах заиграла слабая улыбка. - А-а, вот в чем дело. Тебя удивили мои слова о Пите.

- Папа, Пит умер.

- Ну, не совсем, не совсем.

- Но, папа...

- Выслушай, что я скажу, Майк. Только обещай, что никому не проболтаешься.

- Папа, как я могу что-то обещать, когда речь идет о твоем здоровье?

- Тогда я тебе ничего не скажу.

Майк с досадой посмотрел на отца и решил, что будет лучше, если он все-таки узнает, в чем дело.

- Ладно, обещаю.

- Во-первых, знай, что я не спятил. Во-вторых, когда у меня случился инфаркт, я встретился с Питом - там, на другой стороне. И с тех пор мы с ним разговариваем.

- Папа, - мягко заговорил Майк, - иногда бывает, что некоторые лекарства имеют так называемый побочный эффект, и тогда...

- При чем тут лекарства! Я лишь хочу сказать, что мы с Питом всегда знали: ты и Бет будете вместе. Алане нужно, чтобы вокруг нее было множество народу, а вы с Бет - одиночки. Вы отлично подходите друг другу, вот и все. Так что сейчас мы с Питом изо всех сил стараемся, чтобы вы с Бет сами поняли это.

- О Господи... - Майк откинулся на спинку стула и уставился в потолок. Сначала отец сознается, что ведет беседы с умершим другом, а потом заявляет, что всю жизнь знал о том, о чем сам Майк только-только начинает догадываться. - Так почему же ты ни разу не обмолвился, что мне, по-твоему, больше подходит Бет, а не Алана?

- Ха! Надеюсь, когда-нибудь у тебя родится сын, который будет таким же незнайкой, как ты. Тебя нельзя было убедить даже в общеизвестном факте, что людям положено ходить на ногах, а не на голове, - где уж было намекать, что ты выбрал не ту сестру! Но сейчас мне кажется, ты повзрослел достаточно, чтобы самому во всем разобраться. Именно на Бет тебе следует жениться.

Майк выпрямился.

- Постой-ка, отец. Я ведь ни слова не сказал о том, что хочу на ней жениться. Все верно, мы с ней славно поладили, но я просто не знаю, создан ли для семейной жизни. И не забывай о том, что Бет хочет жить в Бизби. А я не собираюсь отказываться от странствий по Южной Америке, так что вряд ли...

- Стоп, стоп, стоп. Тебе следует хорошенько прислушаться к своему сердцу. Когда любишь женщину, поневоле меняешься. И она изменится. Жизнь не так коротка, чтобы ничему не научиться.

Когда любишь женщину. Отец заставляет его признаться самому себе в том, о чем он боялся и думать - даже после восьми лет безудержных фантазий, даже после блаженства, которое он пережил с Бет несколько часов назад.

- Ты что, язык проглотил? - тихо поинтересовался Эрни.

Майк взглянул на отца и увидел, что тот снова закрыл глаза. Вид у него был невероятно утомленный.

- Я думал о твоих словах, - ответил Майк. - Знаешь, мне, пожалуй, пора. Да и тебе надо передохнуть.

- Кажется, я мог бы соснуть часок-другой.

- Ну и славно... - Майк встал. Он наклонился, чтобы поцеловать отца в лоб, и клык ягуара выскользнул из-за ворота его рубашки. Майк, не раздумывая, снял кожаный шнурок. - Отец, пусть эта вещица пока побудет у тебя, - сказал он и, ожидая, что Эрни начнет возражать, осторожно приподнял голову отца и надел на него свой талисман.

Эрни молча посмотрел на сына.

- Пожалуйста, лапа.

- Ну, что с тобой поделать? Джуди с ума сойдет, как увидит этот зуб.

- Все будет хорошо, папа.

- Хотелось бы...