Тюремная камера была грязная и полутемная, вечерний свет вливался с затянутого облаками неба через крошечное окно. На стене камеры Карина и делала последние расчеты.

Закончив уравнение, она отступила на шаг и стала сверять свои цифры и диаграммы с теми, что были в дневнике.

«Я что-то упускаю, но что?» – в отчаянии спрашивала себя девушка. Она приехала на Карибы за ответами, но с тех пор ни на шаг не приблизилась к разгадке тайны карты. Мало того, вдобавок ко всему прочему еще и угодила в тюрьму. Интересно, что сказала бы леди Девоншир, увидев ее за решеткой?

Карина со вздохом оглядела серую, непритязательную камеру. Рядом тикал хронометр. Удивительно, но, схватив ее, солдаты не забрали ни инструмент, ни дневник. Похоже, их интересовало только одно: повесить ее как можно скорее, и дело с концом.

Еще одна тучка пробежала по небу, и лунный свет снова хлынул в окно. «Кровавая луна», – подумала узница и вдруг краем глаза уловила еще одно мерцание. Она быстро перевернула дневник и увидела, что рубин начал светиться.

– Если чего-то не видишь, это не значит, что этого нет, – выдохнула Карина и, вытряхнув драгоценный камень, повернула его так, чтобы луч луны, проходя через него, освещал всю обложку книги.

Повернула и ахнула. Послание и впрямь оказалось написано на крышке, но прочитать его можно было только в свете кровавой луны!

– «Дабы силу моря освободить, должно все разделить», – прочитала Карина и замерла в изумлении. Под рисунком, изображающим созвездие, появилась суша. – Это же остров! – воскликнула она, расплываясь в счастливой улыбке. – Звезды указывают на остров.

Узница рассмеялась от облегчения. Теперь наконец-то у нее был ключ! Она сделала еще один шаг к отысканию карты и сокровища. Оставалось только ждать, что и Генри Тернер выполнит свою часть сделки.

Объединив усилия и добыв корабль, они отплывут на остров и найдут Трезубец!

«Если, конечно, – напомнила себе Карина, – меня раньше не повесят».