Уже древним римлянам было известно о поселениях доисторических людей. Их следы были обнаружены при рытье котлованов под постройки времен ранней Империи. Историк Гай Светоний Транквилл сообщает об интересе, проявлявшемся Октавианом Августом к свидетельствам давно минувших эпох. Однако интерес этот касался главным образом «доспехов героев» и «костей гигантов», оказавшихся останками древних животных, как выяснила наука Нового времени. Августа даже назвал кто-то из ученых «первым палеонтологом». Самые древние следы пребывания первобытных людей на острове (впрочем, тогда он еще был соединен с Соррентийским полуостровом) относятся к нижнему палеолиту, то есть предки современных людей жили на Капри 400 тыс. лет назад. Эти останки были обнаружены в 1905 г. при работах по расширению отеля «Quisisana». Другие доисторические предметы, относящиеся к неолиту и бронзовому веку, были найдены при раскопках таких пунктов, как Гротта делле Фельчи, Ле-Парате, Петрара, виа Тиберио, виа Крупп и в других местах. Начиная с IV тысячелетия до н. э. и вплоть до прибытия греков Капри был важным промежуточным пунктом морских коммуникаций. Раскопки в Папоротниковом гроте (Грота делле Фельчи) первым начал Игнацио Черио в конце XIX в. Уже первые результаты археологических работ показали важность этой стоянки, где люди поселились за 4000–3500 лет до н. э. По характеру находок археологи заключили, что грот сохранял сакральные функции в течение всего доисторического периода. Папоротниковый грот хорошо виден от Малого порта (Марина-Пиккола). Иногда его показывают туристам как пещеру Полифема, из которой Одиссей и его спутники спаслись благодаря хитрости героя.
Анакапри. Изготовление легких сандалий на Капри процветает. Заготовки хороший мастер делает заранее, а подгоняет обувь по ноге клиента прямо в уличной мастерской. Одним из самых модных «сандальеров» острова признан Антонио Вива
Греки (VIII до н. э.) застали на острове италиков. Они посчитали островные племена тождественными обитателям континентального побережья Неаполитанского залива. А континентальные племена греки назвали капреями, потому что разведение коз было основным занятием местных пастухов. Впрочем, лингвисты утверждают, что само слово «капри» имеет италийское происхождение. Окончательная оккупация острова произошла в VII в. до н. э. Сама колонизация обросла красивыми легендами. Капри, Сорренто и вообще все восточное побережье Неаполитанского залива связано с культом сирен. Легендарный Одиссей странствовал по этим местам: как утверждают знатоки вопроса, как раз по Тирренскому побережью Южной Италии. Античный комментатор «Энеиды» Сервий описывал сирен как наполовину женщин – наполовину птиц. Одна из них пела, другая играла на флейте, третья – на лире. Сначала сирены жили в Пелориасе, потом переселились на Капреи, куда завлекали моряков своими песнями. Реалист Сервий замечает, что скорее всего героинями легенды стали портовые проститутки, обиравшие и убивавшие моряков. Скала Сирен, находящаяся возле Марина-Пиккола, скорее всего названа каким-нибудь любителем Гомера и Гесиода в просвещенном XVIII в. Историки колонизации, кроме того, связывают остров с легендарным народом телебов, упоминаемых в «Энеиде»: одним из врагов Энея был Эбал, сын нимфы Себетиды и Телона, царя Капри и господина большей части Кампании.
В начале греческой колонизации Капри большой роли не играл. На нем было городское поселение на месте нынешнего города Капри, о чем свидетельствуют остатки крепостной стены на виа Лонгано. Стена защищала верхнее поселение, существовавшее между Монте-Сан-Микеле и Кастильоне. Предполагается, что существовал и нижний город вблизи порта. Существование еще одного эллинского поселения подтверждается наличием Финикийской лестницы, ведущей от порта Марина-Гранде к Анакапри. Это многомаршевое сооружение с поворотами позволяет подняться на высоту около 200 м. Лестница заканчивается у средневековых ворот города Анакапри. Она использовалась вплоть до 1874 г., когда ее сменила более современная дорога. Точное время сооружения лестницы не установлено, но к финикийцам она не имеет отношения.
Вид города Капри
В 328 г. до н. э. Капри перешел под римское управление. Но до правления Октавиана Августа ничем особенным не выделялся. Поворот в судьбе острова произошел в 29 г. до н. э. Тогда Октавиан, возвращаясь с Востока, остановился на Капри. Гай Светоний Транквилл так объясняет внезапное увлечение Августа этим уголком средиземноморского рая: «Когда на острове Капри с его приездом вновь поднялись ветви древнего дуба, давно увядшие и поникшие к земле, он пришел в такой восторг, что выменял у неаполитанцев этот остров на остров Энарию», то есть на более плодородную и обширную Искию. Октавиан часто возвращался на Капри. Кроме увлечения сбором ископаемых остатков и доисторического оружия, Август занялся изменением статуса острова, который стал личным владением принцепса (титул, фактически равноценный позднейшему императорскому). Любимым местом Октавиана на острове был уголок северного побережья к западу от Марина-Гранде – так называемый Палаццо а маре (Дворец у моря). Более мягкий климат северного побережья очень нравился Августу, не переносившему жары. Вилла занимала в длину около 800 м, а в ширину – 200 м. По всей территории виллы были разбиты сады, между которыми находились редкие домики, а в самом красивом месте, откуда открывался широкий обзор, располагался дом самого Августа. Октавиан не любил чрезмерного богатства и роскоши: «Собственные виллы, очень скромные, он украшал не статуями и не картинами, а террасами и рощами, и собирал там древние и редкие вещи» (Светоний). К сожалению, виллу Августа постигла печальная судьба уже в Новое время: австрийский археолог Н. Гадрава, которому в XVIII в. неаполитанский король доверил проведение раскопок, вывез с виллы мраморный пол, восточные мраморные колонны и все произведения искусства. После грабежа (иначе не назовешь) Гадравы вилла понесла и другие потери: при французах (1806–1815 гг.) военные выровняли центральную часть территории и превратили ее в плац Кампо ди Марте. В восточной части виллы был построен небольшой форт с казематами. В прошлом веке территорию виллы террасировали, а римские цистерны использовались для строительства отелей, вилл, жилых домов. В наши дни большую часть территории занимают футбольные поля. Капитальное строительство там пока прекращено. Намечено провести археологические раскопки, которые могут дать много интересного. Лучший вид на бывшую виллу открывается по пути в Анакапри, например, с территории отеля «Caesar Augustus».
После смерти Августа (14 г. н. э.) Капри перешел к его наследнику Тиберию, который забросил свое римское жилище и более десятка лет (27–37 гг.) наслаждался природой Капри. Впрочем, слово «наслаждался» здесь не совсем подходит. Опять сошлемся на Светония: «Перечислять его злодеяния по отдельности слишком долго… На Капри до сих пор показывают место его бойни: отсюда осужденных после долгих и изощренных пыток сбрасывали в море у него на глазах, а внизу матросы подхватывали и дробили баграми и веслами трупы, чтобы ни в ком не осталось жизни. Он даже придумал новый способ пытки в числе других: с умыслом напоив людей допьяна чистым вином, им неожиданно перевязывали члены, и они изнемогали от режущей перевязки и от задержания мочи… Но среди всех этих злодеяний, окруженный ненавистью и отвращением, он не только вечно трепетал за свою жизнь, но даже терзался оскорблениями». Тиберий, вынужденный общаться со столицей империи, приказал создать на Капри, лишенном естественных гаваней, искусственный порт на месте нынешней Марина-Гранде. Для срочных сообщений применялись дымовые сигналы, подаваемые с Маячной башни на вилле Юпитера и принимаемые на континенте (маяк на мысе Атенео, Мизенский маяк).
«Финикийская» лестница (она же – «Императорская») на Капри
Главной резиденцией Тиберия на Капри была вилла Юпитера (Villa Jovis). Она была построена на обрывистой скале на северо-восточной оконечности острова. Ее общая площадь составляет около 7000 м2. Четыре огромных цистерны создавали необходимый на долгое время запас воды: восемь тысяч кубометров. Это была самая помпезная из 12 императорских вилл на Капри. В конце жизни Тиберий очень боялся покушений. Он каждую ночь менял место ужина и ночлега; о том, где император изволит почивать, самым близким соратникам становилось известно всего за пару часов. Обрывающаяся к морю скала высотой 297 м называется Прыжок Тиберия. Это название явно навеяно рассказом Светония. На вилле сохранилось немало развалин различных построек, включая помещения слуг и остатки маячной башни. На Капри сохранились остатки и других вилл имперской эпохи: вилла Дамекута и вилла Градола (прямо над Голубым гротом). После смерти Тиберия (16 марта 37 г.) римские историки теряют интерес к Капри. В римских анналах сохранилось известие, что в 182 г. император Коммод сослал на остров свою сестру Луциллу. Вскоре она была убита. В III в. Капри и вовсе пришел в упадок.
С окончанием имперской эпохи остров Капри вошел в неаполитанское государство. В течение многих столетий остров, занимавший выгодное стратегическое положение, постоянно подвергался постоянным атакам морских разбойников всех наций, хотя средневековые хронисты предпочитали обвинять в пиратстве арабов. В 866 г. император Священной Римской империи Людовик II подарил Капри Амальфитанской республике в награду за помощь в борьбе с сарацинами и за участие в освобождении Атанасия, епископа Неаполитанского, заключенного герцогом Неаполя в крепость, находившуюся на месте современного Кастель-делль’Ово. Амальфи имел крепкие связи со странами Восточного Средиземноморья, что отразилось в архитектуре и изобразительном искусстве города. Вероятно, они сказывались и на искусстве островитян, но четыре каприйские церкви сохраняли свою простоту и первоначальную строгость: Санта-Анна, Сан-Микеле, Санта-Мария ди Костантинополи и Сан-Костанцо (первый кафедральный собор острова). В 987 г. был торжественно возведен в сан первый епископ Капри. Согласно европейским хронистам, набеги сарацинских пиратов вынудили население покинуть прибрежную полосу современного поселка Марина-Гранде. Однако на карте арабского географа аль-Идриси показана обитаемая зона вокруг порта, поэтому современные исследователи считают, что островитяне все-таки селились на берегу моря. Но как только дозорные замечали пиратские корабли, население поспешно поднималось в верхний город или скрывалось в пещере Кастильоне, молясь своему покровителю Сан-Костанцо. С приходом королей Анжуйской династии Капри получил первого синьора: графа Джакомо Аркуччи, основавшего в 1371 г., в долине между Кастильоне и Монте-Туоро, картезианский монастырь Сан-Джакомо. Монастырь (итальянцы называют картезианские монастыри «чертоза») был построен на земле, дарованной Анжуйскому дому королевой Джованной I. Анжуйские монархи и понтифики даровали Чертозе многочисленные привилегии, так что очень скоро картезианские монахи стали играть заметную политическую и социальную роль.
На острове возникли две городских общины, соперничавшие между собой, причем неприязнь эта проявлялась как фискальная и продуктовая конкуренция. Средневековое укрепление первоначально находилось недалеко от поселка Марина-Гранде. Впоследствии его перенесли в урочище между Монте-Сан-Микеле и Монте-Соларо. В этом новом поселении сформировались две агломерации: восточная (исходная) и западная, строившаяся вокруг Палаццо Аркуччи (ныне – Палаццо Черио). В XVII–XVIII вв. между ними оставалась незастроенная площадь. В восточном секторе, вокруг церкви Мадонны делле Грацие, поселились выходцы с низменного побережья. Поселение защищали с севера греческие крепостные стены, обновленные и усиленные средневековыми конструкциями, с юга – укрепления Чертозы. Прекрасной защитой были и подходившие к рукотворным стенам скальные обрывы.
Федерико I Неаполитанский 24 октября 1496 г. законодательно установил полное равенство городов Капри и Анакапри и их независимость один от другого, однако административное управление и финансы были разделены, что подтвердил впоследствии генерал Консальво ди Кордова, гран-капитан и первый вице-король испанской династии. В правление Карла V пиратские набеги достигли максимума. Пиратские флотилии, руководимые знаменитым Хайр эд-Дином (Барбароссой), не менее семи раз подходили к острову, грабя и сжигая всё, что оказывалось в досягаемости их разбойничьих рук. Самое опустошительное нашествие островитяне пережили в 1535 г., когда Барбаросса овладел городом Капри и сжег поселения внутри замка Анакапри, руины которого с тех пор получили название Кастелло (Замок) Барбаросса. В 1553 г. очередную волну морских разбойников выплеснул на Капри жестокий османский реис (адмирал) Драгут. Непрекращающиеся набеги мусульманских «капитанов удачи» убедили Карла V укрепить остров артиллерийскими орудиями. Только после битвы при Лепанто (1571 г.) пираты несколько поумерили свою дерзость. И все же вплоть до завоевания Алжира французами (1830 г.) пираты продолжали реально угрожать жителям Капри и гостям острова.
В XVII веке Капри раздирали многочисленные внутренние конфликты, о которых известно по жалобам, поступавшим на имя вице-короля (на самоуправство королевского капитана) или на имя римского понтифика (на действия картезианских монахов). Одной из самых видных противниц стяжательства стала в те времена монахиня Мадре Серафина, давшая обет бедности и милосердия. Она основала на Капри первую женскую обитель, монастырь Св. Терезы, отделение ордена кармелиток (1678 г.). Монастырскую церковь Христа Спасителя (Иль Сальваторе) проектировал и строил неаполитанский архитектор Дионизио Ладдзари (освещена в 1685 г.). Мадре Серафина основала еще пять монастырей на континенте, выполняя обет, данный Михаилу Архангелу, благосклонно отнесшемуся к ее молитве о защите Вены от турок. Кроме того, подвижница основала монастырь в Анакапри, от которого сохранились стены, окружающие Каза-Тимберина (за церковью Санта-София), да барочная церковь Сан-Микеле с напольной мойоликой, изображающей изгнание Адама и Евы из рая.
В этот трудный для Капри период на острове появился первый турист: француз Жан Жак Бушар. В его дневнике, обнаруженном в 1850 г., описываются природные и культурные достопримечательности острова, хотя сведения эти очень поверхностны, потому что француз пробыл на острове всего двое суток.
Капри. Южный берег и Марина-Пиккола
При королях Бурбонской династии Карле III и Фердинанде IV появился интерес к античному прошлому Капри. Карл III, например, обязал губернаторов острова регистрировать все старинные находки. Правда, королевский интерес оказался весьма практичным: лучшие находки Карл приказывал отправлять для украшения своего дворца в Казерте. В частности, в этом дворце оказались четыре колонны древнего храма Сан-Костанцо, переделанные в плиты пола и карнизы. Позднее Фердинанд поручил это неблагодарное дело (раскапывать античные скульптуры и использовать их по новому назначению) Норберту Гадраве. Именно таким образом была опустошена вилла Юпитера; зато собор Санто-Стефано получил прекраснейший пол из мрамора императорской виллы.
В первое десятилетие XIX в. ожесточенная борьба за Средиземное море между Англией и наполеоновской Францией распространилась и на Капри. В январе 1806 г. остров был оккупирован французами. Их господство было недолгим. В мае того же года на острове высадились англичане и прогнали соперников. Два года английские войска оставались на Капри, пытаясь сделать из него «Малый Гибралтар». Британский гарнизон провел фортификационные работы, нанеся невосполнимый урон развалинам римских вилл имперского времени. В те годы Капри заселяли всего три тысячи жителей. Только четвертого октября 1808 г. Жоакину Мюрату удалось сбросить англичан в море. Французы симулировали одновременную высадку десанта в портах Марина-Гранде и Марина-Пиккола, чем отвлекли внимание противника от западного побережья, где и была осуществлена настоящая десантная операция. Вскоре после завоевания острова Мюрат ликвидировал привилегии картезианцев, а в ноябре 1808 г. и вовсе вынудил их покинуть остров. Французы оставались на острове до 1815 г., когда он снова перешел во владение Бурбонов. С середины XIX в. Капри становится местом эксклюзивного отдыха аристократов и богатых промышленников. Очень помог в пропаганде природных богатств острова натуралист Игнацио Черио, составивший каталог флоры и фауны острова. Прославило остров и «открытие» Голубого грота. Разумеется, грот был известен и раньше, но европейскую известность ему принес немецкий писатель и художник Аугуст Копиш, который в 1826 г. посетил грот и составил его восторженное описание. Имя Копиша встречается во всех путеводителях. Между тем почти ничего не говорится ни о его спутнике Эрнсте Фризе, художнике-пейзажисте, ни о местном рыбаке Анджело Ферраро «Иль Риччо», показавшем грот немецким путешественникам. А вообще-то в древнеримские времена Голубой грот служил нимфеумом (купальней) обитателям расположенной прямо над ним виллы Градола.
Вслед за богачами, а то и в ногу с ними, на Капри ехали художники и писатели. Не хватит места перечислять всех знаменитостей, посетивших в XIX–XX вв. Голубой остров. Напомним только некоторых из них, создавших произведения, посвященные Капри. Художник Джон Зингер Сарджент, живший на острове в 1870-е годы, написал серию широко известных портретов, моделью для которых была местная девушка Розина Феррара. Композитор Клод Дебюсси написал здесь прелюдию «Холмы Анакапри» (1910). Французский поэт Жак д’Адельсвэрд-Ферзен посвятил Капри свой лучший роман «И солнце гаснет над морем» (1910). Воспоминаниям о Капри посвящены мемуары Эдвина Черио, сына упомянутого натуралиста. Местом действия своих героев сделали Капри Роже Пейрефит, Норман Дуглас, Сомерсет Моэм, Комптон Макензи, Аксель Мунте и многие другие. Для россиян остров Капри навсегда связан с именем Максима Горького (мы расскажем об этом дальше).
Капри. Вид на внутренний двор картезианского монастыря Сан-Джакомо и вершину Монте-Туоро
Среди самых старых строений острова Капри выделяется маленькая трехнефная церковка Сант-Анна, первоначально посвященная св. Петру и св. Павлу. Потом церковь переосвятили в честь Санта-Марии делле Грацие, но потом как-то так вышло, что церковь получила современное название – возможно, потому что там была фреска святой, или же по другой причине: здесь проходило очищение рожениц через сорок дней после рождения ребенка. Церковь находится в центре средневекового поселения на одноименной площади. Ее строительство относят к концу XIV в. В интерьере сохранились фрески того же времени. Из других церквей отметим собор, освященный в честь Мадонны делла Либера, который, однако, считается храмом Сан-Костанцо, небесного покровителя Капри: возможно, потому что новая церковь, бывшая до 1596 г. епископальной, построена вблизи предполагаемого местонахождения раннехристианской базилики Сан-Костанцо. Собор Санто-Стефано (вблизи Пьяццетты) закончен в конце XVII в. Он интересен полом из разноцветного мрамора, привезенным с раскопок Виллы Юпитера, и старинной статуей Сан-Костанцо. На небольшой площади рядом с собором находится Археологический музей, основанный в 1949 г. К северу от Пьяццетты расположена бывшая вилла Беринга, одно из местопребываний А.М. Горького на Капри. Мемориальная доска на углу здания напоминает, что в 1910 г. в этом доме жил В.И. Ленин.
Капри. Здесь, на фирме «Картузия», можно своими глазаи наблюдать за рождением знаменитых картузианских духов. Вот так и происходит колдовство мастера-парфюмера
Ближе к южному побережью, на возвышении, находятся Сады Августа. Из них открывается великолепный вид на Фаральони, а также на картезианский монастырь Сан-Джакомо, основанный в 1371 г. графом Джакомо Аркуччи, секретарем неаполитанской королевы Джованны I. Монастырь пострадал от пиратских нападений середины XVI в., после чего были заново отстроены оборонительные укрепления (1636 г., 1691 г.). В наши дни в монастыре открыт музей, главными экспонатами которого считаются картины немецкого художника-мистика Карла Вильгельма Дифенбаха (1851–1913), жившего на Капри с 1900 г. В помпезной монастырской церкви находится несколько работ художников XVII–XIX вв. Когда-то монастырь славился прекрасно подобранной библиотекой. Позднее, в 1913 г., А.М. Горький основал в монастырских зданиях русско-итальянскую библиотеку. С приходом к власти фашистов библиотека была ликвидирована. В послевоенной Италии книжный фонд по мере сил восстановили, но русского отдела в библиотеке больше нет.
Прямо над монастырем, на Виале Парко Аугусто, находится парфюмерное ателье «Картузия», объединяющее лабораторию, парфюмерный цех и торговый зал. Согласно легенде, приор Чертозы составил букет из лучших цветов острова, чтобы преподнести его королеве Джованне, задумавшей посетить Капри. Букет простоял три дня в одном сосуде, в котором не меняли воду. Когда настало время вручать букет королеве, приора удивил приятный запах, до той поры ему незнакомый. Монах был опытен в алхимии и без труда определил, что так пахнет местный вид гвоздики (Garofano silvestre caprese). Приор учел это, и вскоре монахи начали поставлять на неаполитанский рынок душистую эссенцию. Нынешняя фирма, основанная в 1948 г., взяла от монахов не только название, но и способ производства пахучих жидкостей. Парфюмеры «Картузии» готовят духи, одеколоны, туалетную воду, различные кремы только из натуральных компонентов, причем дикая гвоздика является основным компонентом продукции, предназначенной для женщин, тогда как сильному полу предлагаются изделия, настоенные на розмарине, который собирают на склонах Монте-Соларо.
Если продолжить путь вдоль побережья на восток, то можно выйти к панорамной площадке Пунта-Трагара, откуда открывается великолепный вид на южное побережье острова. Перед этой площадкой находится вилла, построенная Ле-Корбюзье. К сожалению, впоследствии вилла была полностью перестроена, и от интерьеров великого архитектора ничего не осталась. Вилла, в которой теперь находится отель экстра-класса, известна еще и тем, что на ней в 1943–1944 гг. размещался средиземноморский штаб британской армии. Здесь останавливался во время визитов на южный театр военных действий У. Черчилль. Здесь же проходила историческая встреча британского премьера с Д. Эйзенхауэром, на которой решались судьбы послевоенной Европы.
Логотип парфюмерной фабрики
Отель «Капри-Палас»
Вернемся к смотровой площадке, находящейся в саду Альфреда Круппа. Вилла немецкого промышленного магната расположена рядом, на уступе. Эта вилла была в начале ХХ в. второй квартирой А.М. Горького на острове. Вниз от площадки извилистым серпантином с крутыми поворотами уходит виа Крупп, построенная в 1900–1902 гг. швейцарским инженером Эмилио Майером. Крупп полностью финансировал строительство этой дороги, пройтись по которой – одно удовольствие. Расходы на строительство составили 43 тыс. тогдашних лир.
Самым красивым зданием Анакапри считается вилла Сан-Микеле. Виллу построил известный шведский врач и писатель Аксель Мунте (1857–1949), приспособив для своего жилья старинный монастырь Св. Михаила. Мунте был врачом, блестящим специалистом по женским болезням и психиатром. Медицину он изучал в Упсале, Монпелье и Париже. В 1880 г. он стал самым молодым дипломированным врачом Франции. В том же году Мунте женится и уезжает на Капри; а на следующий год открывает врачебный кабинет в Париже. Дела идут успешно, но в 1883 г. в Неаполе разражается эпидемия холеры. Мунте уезжает в Италию, работает там, а одновременно пишет репортажи в шведскую прессу. Эти репортажи, ставшие началом литературной деятельности медика, были собраны позднее в книге «Из Неаполя» (1885 г.). В 1889 г. Мунте переезжает на Капри. С 1893 г. Мунте практикует попеременно то в Риме, то в Париже; с 1903 г. становится официальным врачом шведского королевского дома. В 1908 г. долг врача ведет его в разрушенную землетрясением Мессину. О работе по ликвидации последствий землетрясения Мунте напишет в книге «Письма из больного города» (1909 г.). В 1914 г. далеко не молодой врач отправляется на фронт, в английскую армию. Военные переживания легли в основу новой книги: «Красный крест и Железный крест» (1916 г.). Но самой главной его книгой стал автобиографический роман «Легенда о Сан-Микеле» (1929 г.), написанный на Капри. Роман был переведен на десятки языков. Болезнь глаз вынудила писателя вернуться на родину, и последние четыре года он прожил в Стокгольме, в королевском дворце как личный гость Густава V. Аксель Мунте получал достаточно высокие врачебные гонорары, чтобы оборудовать виллу по своему вкусу. Но не в этом значение виллы Сан-Микеле. За все время жизни на Капри Мунте собирал памятники античного искусства. Коллекция его составила очень неплохой музей, который с удовольствием посещают все гости Капри. Жемчужинами коллекции считаются две античные статуи. Одна из них изображает Афродиту, в глаза богини вставлены кусочки серебра. Другая представляет Гермеса. Эту статую, найденную при археологических раскопках, Мунте получил в подарок «за спасение Неаполя от холеры». А рядом с музеем стоит обратить внимание на здание, подаренное Акселем родной стране. В нем может бесплатно жить каждый шведский гражданин.
Анакапри. Музей Акселя Мунте. Афродита с серебряными глазами
Капри. Последняя вилла Максима Горького