Что касается терм, то стоит обратить внимание на их декоративную отделку. Светло-голубые своды фригидария (помещения для холодного омовения) расписаны рыбами и другими морскими существами. Фрески отражались в воде и создавали у посетителей иллюзию купания в морской воде. В тепидарии (помещении для теплого купания) сохранились мозаичные плиты пола с изображением тритона и дельфинов. Женская половина терм сохранилась лучше. Так в раздевалке (аподитерии) можно любоваться мозаичным узором пола с изображениями тритона, дельфинов, осьминога и каракатицы. Сохранились мозаичные полы тепидария с геометрическим узором и декоративные настенные панели.

Городской театр мог вместить 2000–2500 зрителей. Он характеризуется изысканным декором. Стена на уровне верхнего ряда амфитеатра была украшена бронзовыми статуями большого размера, изображавшими членов императорской семьи и знатных горожан. Очень богатой была отделка сцены: ее покрывали плиты из ценного мрамора, а обрамляли колонны из африканского мрамора и желтого камня. Однако усилиями Эльбёфа и Карла Бурбона театр был лишен практически всех украшений и теперь имеет весьма ограниченную художественную ценность. Кроме того, он по-прежнему погребен под слоем вулканических отложений; увидеть руины можно только через пробитые в XVIII веке туннели.

Квадратное в плане здание коллегии Августалиев было храмом, где совершались обряды культа императора. Кроме обрядового предназначения, здание служило и местом заседания городской курии. Внутреннее помещение похоже на атрий жилого дома, перекрытый опирающейся на четыре колонны крышей, пропускающей свет. Пол покрыт мозаичным узором, а на стенах сохранились фрески, изображающие Нептуна, Юнону и Амфитриту (с одной стороны), Геркулеса и Минерву (с другой). В одной из стен – вход в маленькую комнатку, в которой было обнаружено тело охранника.

Наконец, обратимся к Вилле папирусов, которые иногда считают самым ценным памятником Геркуланума. Одна из самых роскошных загородных вилл города занимала обширную площадь (2790 м2). С виллы открывался замечательный вид на Неаполитанский залив.

Пьетро Фабри. Флегрейские поля. Извержение 1776–1779 гг.

Виллу открыли еще в сороковых годах XVIII в., но тогда раскопки пришлось прекратить ввиду выхода газов. Работы возобновлялись в ХХ в., но отсутствие денег вынудило свернуть их. Всего к концу прошлого столетия было исследовано около 10 % территории имения. Вилла была построена в I в. до н. э. и предназначалась для Луция Кальпурния Пизона Цезонина, тестя Гая Юлия Цезаря и отца Кальпурнии, третьей жены Цезаря. Пизон занимал высокие посты в структурах Римской республики: в 58 г. до н. э. он был консулом, сменив на этом посту Цезаря, а в 50 г. до н. э. – цензором. Однако твердой уверенности, что Пизон был владельцем виллы, нет. На территории виллы было установлено много бюстов римских и греческих поэтов, писателей и мыслителей. Пизон получил хорошее образование и был известным покровителем литераторов и философов. На вилле он собрал богатейшую библиотеку, состоящую из 1800 папирусных свитков. Это – единственная библиотека, дошедшая до нас от античных времен. Ученые предполагают, что в неисследованных частях виллы также могут оказаться свитки, возможно, сберегающие неизвестные нам шедевры античной литературы. Бóльшая часть свитков хранится в неаполитанской Национальной библиотеке. Они очень сильно обгорели, поэтому попытки прочесть их пока не удавались, но ученые не опускают руки. Они все-таки надеются, что им повезет и с помощью современных методов исследований удастся прочесть обугленные свитки.