В портале на мгновение показалась снежная равнина, а затем проем захлопнулся, отрезав при этом Черному Карлику руку.

– Фу! – проговорил Брюс, когда к его ногам упала пятерня инопланетянина, и с отвращением отбросил ее ногой.

Обернувшись, Бэннер и Тони увидели окутанного мистическим золотистым свечением Вонга, который как раз завершал заклятие изгнания. Тони, заметно ободрившись, вскочил на ноги. Шанс все исправить пока что есть. Пока еще можно победить. Он еще не проиграл.

– Вонг, на мою свадьбу обязательно приходи! – бросил Тони мистику, улетая возвращать все, что не уберег.

Человек-Паук и Доктор Стрэндж по-прежнему поднимались к космическому кораблю, который уже приготовился к отлету. Тони выругался про себя. Эбеновый Зоб, должно быть, успел подняться на борт и взять курс к Таносу, куда ему и надо доставить Доктора Стрэнджа и Камень Времени. Под ложечкой отчаянно засосало: Тони понял, что в тяговом луче есть пассажир, который в космосе долго не протянет.

Если Железный Человек не поторопится, Питер Паркер погибнет. И виноват в этом будет Тони Старк.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ЧЕРЕЗ телескопический визор Железный Человек увидел, что Питер взобрался по паутине и прицепился к кораблю. Просчитав условия, он понял, что Питеру осталось жить ровно 8,6 секунды, а потом космический корабль вырвется из атмосферы, и парню станет нечем дышать.

– Пятница, поддай-ка жару, – скомандовал Тони, и на костюме появились дополнительные мини-турбины.

Стараясь сдержать панику, Тони рявкнул:

– Активировать «17А»!

Компьютерный помощник выполнил команду. В бывшей штаб-квартире Мстителей открылся отсек с маркировкой «17А», и оттуда, нацеливаясь на Человека-Паука, вылетела капсула.

Питер тем временем уже очень устал, замерз, а от нехватки воздуха у него кружилась голова. В ушах звенело, а потому, в следующий раз услышав Железного Человека, он решил, что его старший товарищ сошел с ума.

– Пит, отцепляйся и падай. Я поймаю, – твердо и настойчиво проговорил Тони.

– Но вы же приказали спасти мага! – крикнул Питер. Говорить в разряженном воздухе было трудно. В отчаянии и панике он стянул с головы маску. – Дышать нечем, – сказал он, держась одной рукой за обшивку корабля.

– Мы высоко забрались. Тебе не хватает воздуха, – объяснил Тони, на всех парах мчавшийся к Питеру. Тони страшился того, что может вот-вот случиться, но все же старался успокоить Питера, как обычно обращаясь к логике. На самом деле он хотел бы рассказать, как сильно волнуется и боится. А причина его страха и волнения – то, что вопреки здравому смыслу ему не наплевать на парнишку. Он чувствовал, что несет ответственность. И все это объяснить было куда труднее, чем перечислить научные факты о влиянии разреженной среды на человека без надлежащего снаряжения.

– Да, похоже на то, – сказал Питер. У Тони сжалось сердце. Даже цепляясь за вражеский космический корабль, который вот-вот вырвется за пределы земной атмосферы, Питер Паркер оставался прежним – открытым и доверчивым парнем.

Договорив эту короткую фразу, Питер тут же упал и понесся сквозь атмосферу Земли. Тони не успел подлететь так близко, чтобы поймать его, но помогло изобретение «17А». Оно приклеилось Питеру на спину и начало обволакивать его тело металлическим костюмом, похожим на броню самого Старка – Тони приготовил обновку для Человека-Паука.

Костюм сел как влитой, лицо парня закрыла маска. Человек-Паук ударился о корабль... и прилип, как железка к магниту.

«Хм, скорее, как паук к стене», – подумал Питер, когда системы жизнеобеспечения восстановили подачу воздуха и он пришел в себя.

– Ого! Мистер Старк, тут пахнет как в новой машине!

С облегчением выдохнув, Тони улыбнулся Питеру, который встал на ноги посреди нижней части похожего на кольцо корабля, сверкая новой броней. А потом Тони наконец сделал то, что нужно было сделать с самого начала – как только Питер появился на Вашингтон-Сквер.

– А теперь пока, малыш. Пятница, отправь его домой, – скомандовал он.

– Хорошо, – ответила Пятница. Питер не успел и рта раскрыть, чтобы выяснить, что имеет в виду мистер Старк: за спиной у него раскрылся парашют, который должен был без проблем доставить его на землю из верхних слоев атмосферы.

– Эй, ну как же так? – вскричал он, резко отдаляясь от космического корабля, Таноса, всех опасностей и той сложной гаммы чувств, которая занимала Тони и мешала ему сосредоточиться на задаче.

Питер бесповоротно взял курс на Землю, а Железный Человек закрепился на корабле и начал лазерами на перчатке прорезать отверстие в корпусе. Когда внушительный кусок металла отскочил в сторону, Тони забрался внутрь.

– Босс, входящий звонок от Мисс Поттс, – сообщила Пятница. Лицо Тони вытянулось, стоило ему услышать взволнованный голос Пеппер:

– Тони? Боже мой, Тони, с тобой все в порядке? Что случилось?

Ничего подобного тому, что открылось Старку внутри корабля, он никогда раньше не видел. Но при этом все там как будто было знакомым – как и все, что касалось Таноса. Активировав беззвучный режим, чтобы не стучать об пол ботинками и не привлекать лишнего внимания, он принялся разглядывать вторгшийся в Нью-Йоркское небо корабль.

– Да все нормально. Только вот что, Пеппер, думаю, придется отменить наш заказ на ужин.

– Почему? – в голосе Пеппер страх смешался с настойчивостью.

С величайшим трудом Тони удалось подавить волнение и не возвращаться мыслями к тому, что всего несколько секунд назад он точно так же боялся за жизнь Паркера, как Пеппер сейчас за его.

– Ну, просто я вряд ли попаду домой в ближайшее время.

Нанороботы, из которых был сделан шлем Тони, расползлись в стороны, оставив его лицо без маски. Тони ждал ответа Пеппер и продолжал осматриваться.

– Только не говори, что ты на том корабле.

Тони прерывисто вздохнул. Пеппер сразу все поняла. Она отлично его знает. Она толком и не задавала вопроса, но они оба знали ответ. Тони был бы не Тони, если бы не оказался на корабле пришельцев.

– Да, я на нем, – выдавил он, сгорая от ненависти к себе: всего несколькими буквами он только что ранил единственную любовь своей жизни.

– Боже, нет, скажи, что ты не там, не на корабле, – говорила Пеппер. Их слова снова сплелись и закружились вместе. Даже в такой момент они перебивали друг друга и договаривали друг за друга реплики.

– Милая, прости, прости меня. – Он хотел как-то успокоить свою невесту, но знал, что это возможно, только если выйти из корабля и вернуться в Нью-Йорк. Но этого Тони сделать не мог. И не сделал бы ни в коем случае.

– Вернись, Тони. Ради бога, возвращайся сейчас же.

– Пеп...

– Возвращайся.

Тони застыл на месте.

– Босс, связь отключается. И я тоже. – Механический голос Пятницы стих, звонок оборвался. Пеппер исчезла. Тони знал, что она не успокоится, пока снова его не услышит... и не увидит. И это значило, что свою задачу он должен выполнить как можно быстрее.

* * *

ЖЕЛЕЗНОМУ Человеку было невдомек, что жажду Питера Паркера уменьшать количество несчастий в этом мире обычным парашютом не погасить. Человек-Паук отстегнул его и забрался на корабль по паутине, приклеившейся к корпусу.

– Ох ты, – проговорил он, проскользнув в один из аварийных люков корабля. – Не надо было покидать автобус.

Питер бросил взгляд на Землю, которая стремительно уходила вниз. Люк закрылся.

Эбеновый Зоб стоял около панели управления. Он ввел координаты и улыбнулся. Пришелец знал, что его отец и хозяин будет доволен. Мастер мистических искусств Стивен Стрэндж плыл сквозь космос на планету Титан, где Танос сможет отобрать у него Камень Времени.

Ярко вспыхнув, кольцеобразный корабль устремился сквозь гиперпространство к дальним уголкам галактики.

В нескольких милях под точкой, где он исчез, на улице Манхэттена среди обломков стояли Брюс Бэннер и Вонг. Они беспомощно наблюдали, как корабль растворяется в небе. Тяжело вздохнув, Вонг открыл портал в Святая Святых, шагнул внутрь и начал подниматься по осыпающейся лестнице.

– Ты куда? – спросил Брюс.

– Камень Времени похищен, – сообщил Вонг. – Святая Святых осталась без защиты, – угрюмо продолжил мистик голосом, полным осознания своей оплошности. Брюс видел печаль в его глазах. – А ты что будешь делать?

Брюс не успел ответить: что-то привлекло его внимание – телефон Тони. Он открыл крышку. Экран загорелся. В телефоне был только один контакт: Стив Роджерс.

Брюс поднял аппарат к уху, посмотрел на Вонга, и впервые за много лет в его глазах вспыхнула надежда.

– Позвоню кое-кому.

ГЛАВА ПЯТАЯ

В НЕСКОЛЬКИХ световых годах от Солнечной системы сквозь космос несся гладкий серебристо-оранжевый корабль, по кабине которого разливались земные хиты семидесятых-восьмидесятых. Пестрый экипаж подпевал.

Корабль Стражей.

Экипаж: Стражи Галактики.

Нигде больше вы не увидите вместе Звездного Лорда, смекалистого получеловека, воспитанного пиратами; Гамору, смертоносную воительницу, воспитанную Таносом; Мантис, искреннего и наивного эмпата с антеннами на голове; Дракса, мускулистого инопланетянина с замысловатым узором татуировок по всему телу; Грута, разумное дерево и бунтующего подростка, и Ракету, енотообразного сквернослова и результат генетических экспериментов. И вся эта разношерстная компания объединилась в попытке спасти галактику (и украсть кое-чего для личного пользования).

– Так зачем нам туда? – Ракета зевнул, явно утомленный новым заданием. Покачивая головой в такт музыке, Гамора оглянулась на второго пилота.

– Мы получили сигнал бедствия, – объяснила она. – Кому-то грозит гибель.

Ракета закатил глаза.

– Это я понял, но мы тут при чем?

Питер Квилл посмотрел на Гамору. Он всегда смотрел на нее, когда, казалось, вот-вот позабудет о добродетели. И не потому, что ее моральный компас ковался в условиях безупречно этичного существования, а потому, что как раз наоборот: всю жизнь ее использовали как устрашающее, губительное и кровавое оружие приемного отца – Таноса. Она заглянула в самую кромешную тьму, но сохранила остатки человечности, и перед лицом такого чуда таял даже Звездный Лорд.

Чувства Гаморы и Питера – они, конечно, этого не признавали – лежали за рамками романтической влюбленности, хотя и ей место нашлось. Они дополняли друг друга как кусочки головоломки. Все их несовершенства идеально накладывались друг на друга и делали их наконец цельными.

Найдя друг друга, они нашли свое место в жизни.

Но при всем этом Питер мог иногда немного, ну, давать слабину. Время от времени. Гамора ведь поймет. (А вот и нет.)

– Потому что мы добрые, – сказал Питер сильным и чистым голосом. Ему нравилось знать, что он хороший, и Квилл гордился новообретенной порядочностью. Ракета, которого куда меньше воодушевляла вся эта деланная благость духа, закатил глаза, ни на секунду не поверив в добрые намерения Питера. – А может быть, тот, кого мы спасем, за наши усилия угостит нас чеддером.

– Но это не главное, – не оборачиваясь, напомнила Гамора.

– Но это не главное, – торжественным тоном повторил за ней Питер, чтобы все они поняли, что он и сам горячо верит в ее слова. А потом, как бы между прочим, добавил: – Не, ну если он не захочет платить...

– Отожмем у него корабль, – тихо и рассудительно проговорил Дракс. Гамора смерила его взглядом.

– В точку, – согласился Ракета.

– Бинго! – поддержал друзей Питер.

– Прекратите! – вмешалась Гамора и раздраженно посмотрела на Квилла. Он махнул рукой, будто показывая, что это пустая болтовня и никаких кораблей они воровать не собираются.

Сейчас они лишь несколько мгновений смотрели друг другу в глаза. Но стать столь близкими, достигнуть такого уровня понимания друг друга можно только за многие годы. Связь между ними вышла на какой-то новый уровень. Всю жизнь и Гамора, и Квилл страдали от предательства и разочарования – их убеждали, что так проявляется любовь. Но теперь в лице друг друга они обрели того, кому можно доверять, того, кто не будет равнять любовь и боль.

– Уже близко, – прозвенел голосок Мантис. Она широко распахнула черные как уголь глаза.

– Итак, Стражи. Напомню: это может быть опасно, так что постарайтесь выглядеть как можно грознее, – объявил Квилл.

За его спиной Мантис оскалилась и зарычала – скорее миленько, чем злобно и страшно. Почти в полной тишине кабины запищали сигналы видеоигры. Экипаж повернул головы к Груту, который со времен битвы с Эго вытянулся в долговязого подростка. Вел он себя соответствующе. Закинув древесную ногу на подлокотник, он никого не видел и не слышал, с головой уйдя в игру.

Квилл стиснул зубы, готовясь к уже привычной перепалке.

– Грут, бросай уже. Повторять не буду. – В игре что-то продолжило звякать и пищать – Грут будто и не заметил, что к нему обращаются. – Грут! – более грозно проговорил Квилл.

Не поднимая глаз, Грут скорчил гримасу и презрительно бросил:

– Я есть Грут!

– Чего-чего? – взревел Квилл.

– За языком следи! – рявкнул Ракета.

– Эй! – прикрикнула на Грута Гамора.

– Ничего себе, – сказал Дракс. Грут насмешливо хмыкнул в ответ и вернулся к игре.

– Ты смотри, какой дерзкий, – продолжил Квилл, отклонившись, чтобы получше разглядеть долговязого бунтаря.

– Пара сучков выросла, и ты сразу такой крутой? – прорычал Ракета, все больше распаляясь. Он встал с кресла, повернулся и ткнул лапой в сторону нахального воспитанника. – Поговори мне еще, я эту штуковину на мелкие кусочки разнесу.

Спор прервал тихий вздох Мантис, которая указывала вперед, за большой иллюминатор корабля.

– Что тут произошло?

Снаружи они увидели обломки «Старейшины». Куски искореженного металла, зависшие в пустоте безжизненные тела. Забытые и покинутые. Брошенные там, где их никто не будет искать.