Школа мисс Браун была ну совсем крошечной и состояла из четырёх учеников. Вот как их звали: Мэри, Джон, Питер, Сьюзен, а если их расставить по возрасту, то получится десять лет, девять, восемь и семь. Это как четыре класса: в самом старшем классе училась десятилетняя Мэри, потом девятилетний Джон, потом восьмилетний Питер, а в самом младшем классе – крохотулечка Сьюзен.

Но классная комната была одна, обычная, как в любой другой школе – со шкафом для школьных принадлежностей, с большим подоконником, уставленным цветами в горшках, с партами, полками и новой грифельной доской.

Детки собрались вскоре после рождественских праздников, и вид у них был кислый.

– Нет, в этой школе нам будет скучно. Она же такая маленькая, – сказала Мэри.

– Да зачем мисс Браун стараться ради каких-то четырёх учеников, – согласился Джон.

– Нас ждёт смертная скукотища, – вздохнул Питер.

– И зачем только я сюда пришла, – заныла вслед за остальными Сьюзен.

Потом появилась мисс Браун, посмотрела на ребят и произнесла:

– Бог ты мой! Неужели вы не хотите учиться? Ведь в школе столько всего интересного.

– Не знаю, не знаю, – заявила Мэри. – Это в большой школе много интересного, а тут будет мало, потому что наша школа – совсем маленькая.

– Вздор! – ответила мисс Браун, засунув учебники в ящик стола. – Вот увидите: вам будет здесь в сто раз интереснее, чем в большой школе. Нас ждёт столько увлекательных открытий, вы даже не представляете, сколько всего нам нужно успеть!

– Допустим, – осторожно сказала Сьюзен. – Только что может быть увлекательного в январе, мисс Браун? Посмотрите в окно. Всё кругом завалено снегом, даже нормально не погуляешь.

– Вздор! – повторила мисс Браун. – Вы же ходили зимой в школу пешком, и ничего. Вот прямо сегодня и отправимся на прогулку.

– Лично я не против, – согласился Джон. – Только что интересного мы там увидим?

– Давайте договоримся: сначала мы немного почитаем, позанимаемся чистописанием, арифметикой – а потом отправимся гулять, – предложила мисс Браун.

Мэри, Джон, Питер и Сьюзен не возражали. Маленькой Сьюзен досталось чистописание. Она так старательно высовывала язычок, выводя буквы, что мисс Браун даже спросила – не является ли он письменной принадлежностью.

А днём все оделись и вышли на улицу.

– Вообще-то я очень люблю гулять по скрипучему снегу, – призналась Мэри. – Только мы ничего особенного не увидим – кругом белым-бело!

Мисс Браун вышла через ворота: следом за ней гуськом потянулись её ученики. Потом они оказались на дороге посреди заснеженного поля. Неподалёку протекала речка, утыканная вдоль берега камышами.

– Ой, глядите, это же наши следы! – воскликнула Сьюзен, притоптывая ножками в меховым сапожках. – Сразу видно, что идут пять человек. Самые большие следы у Джона. А вот эти, с заострёнными концами, – мисс Браун. Это потому, что у вас остроносые сапожки.

Все остановились и стали рассматривать свои следы. Потом Питер оглянулся и воскликнул:

– А мы тут не одни! Я вижу в поле следы. Мисс Браун, кто это может быть?

– Ну, попробуйте догадаться сами, – предложила учительница.

– Я знаю. Это корова фермера Строуза, – сказала Мэри. – Она ходила через поле к реке, чтобы напиться. Вот, видите? Это отпечатки её раздвоенных копыт.

– А вон следы помельче, тоже раздвоенные, – пискнула Сьюзен. – А, я догадалась! Это овцы! Ой, их тут было много – все следы перемешались! А неподалёку – чьи-то другие, точно не овечьи.

Все наклонились и начали смотреть. Густой снег был идеальной поверхностью для отпечатков: сейчас дети изучали следы коготков с подушечками лап.

– Это кошачьи! – догадался Питер.

– Вздор! – возразила мисс Браун. – Кошка при ходьбе всегда втягивает когти, чтобы не затупить их. Давайте-ка подумаем, какое животное не втягивает когти и у кого они достаточно тупые, чтобы можно было почесаться.

– Собака! – воскликнула Мэри. – Это собака фермера, она пастушья – следила, чтобы овцы не разбежались. Смотрите – видно, как она кружилась вокруг них, а тут пробежала вперёд, потом остановилась, а потом сделала прыжок – видите, в этом месте следы глубоко впечатались в снег.

– Молодец, Мэри! – похвалила мисс Браун. А теперь отгадайте, что за следы возле кустов. Они похожи на собачьи, но только маленькие и с вобранными коготками.

– Так это же ваш кот Вискас! – расхохотался Джон. – Вот тут он перепрыгнул через кусты. Вискас, Вискас, ты здесь? Иди сюда – мы хотим посмотреть, как ты оставляешь следы.

С ласковым мяуканьем прибежал Вискас, оставляя за собой отпечатки – точно такие же, по которым его опознал Джон.

– Значит, я оказался прав, – с удовлетворением произнёс мальчик. – Теперь я точно не забуду, как выглядят кошачьи следы. До чего же интересно! Давайте ещё поищем! Это же как детективное расследование – только вместо отпечатков пальцев мы изучаем отпечатки лап.

– Смотрите, тут кто-то ещё побывал, – сказала Мэри, покружившись вокруг. – Какие смешные следы. Четыре лапы – две маленькие и круглые, а две другие оставляют длинные бороздки.

Все поспешили к Мэри.

– Думаю, это зайцы. Маленькие отпечатки – это передние лапы, а длинные – задние, ведь у зайцев сильные именно задние лапы. Я однажды видел, как бежит заяц: у него задние лапы опережают передние. Вернее, он не бежит, а преодолевает расстояние прыжками. Я верно говорю, мисс Браун?

– Да, – ответила учительница. – Точно так же передвигаются кролики, только они одиночки. Их следы более крупные и размашистые.

– Ой, мисс Браун, смотрите, тут вокруг какие-то мелкие круглые отпечатки и клочки кроличьей шерсти, – сказал Джон, указывая на снег. – Боюсь, кто-то охотился на крольчонка.

Мисс Браун грустно кивнула:

– Ты прав, Джон. Можно догадаться, что тут произошло: на стаю кроликов напал горностай. Видите? Он совершил мощный прыжок, вот тут, где отпечатки задних и передних лап наложились друг на друга. А здесь он накинулся на крольчонка и убил его, а потом утащил прочь. Видите? Размах следов увеличился, а за ними тянется борозда с каплями крови. Какая печальная история!

– Пойдёмте отсюда поскорее, – попросила Сьюзен, так как была самой чувствительной из всех.

Ребята отошли подальше от грустного места.

– Давайте исследуем вот эти мелкие следы с тройными коготками, – предложила Сьюзен.

– Ясное дело – это воробей или зяблик, – сказал Питер.

– Почему ты так решил? – поинтересовалась мисс Браун.

– Они маленькие и прыгают на двух лапках.

– Умница, – похвалила мальчика мисс Браун. – А вот здесь побывала птица покрупнее: она вразвалочку подбиралась к воде. Догадайтесь, кто это? Птица шла, выбрасывая лапы вперёд, образовав длинную цепочку следов.

– Да это ж болотная цапля! – воскликнула Мэри. – У неё и вправду разлапистые ступни и длинные ноги – она их высоко поднимает, только не знаю почему.

– А я знаю, – вмешался Питер. – Потому что она привыкла пробираться через высокую траву и болотные тростники. Эй, вот же она!

И действительно, среди кустов по берегу бродила одинокая цапля. Птица ритмично подёргивала чёрной головой то вправо, то влево – словно заводная игрушка. С громким кряканьем на берег выбрались две белые утки и присели на пригорок, чтобы погреться на солнышке.

– Спасибо, уточки! Сейчас изучим и ваши следы! – крикнул довольный Джон.

Ребята подошли поближе. На снегу виднелись перепончатые отпечатки. Следы были повёрнуты немного внутрь, так как утки, как известно, косолапят.

– Дети, пора возвращаться домой, – сказала мисс Браун. – Надеюсь, прогулка не показалась вам скучной?

– Что вы – просто ужас как интересно! – с жаром воскликнул Джон. – А давайте придём сюда ещё раз последопытничаем?

По дороге домой все решили, что нужно будет по памяти зарисовать увиденные отпечатки. Получится очень наглядно, потому что бумага белая как снег.

– А там кто был? – спросила Сьюзен, двигаясь по скрипучему снегу в сторону фермы.

– Мышки! – сказал Джон.

– И крыски! – прибавила Мэри.

– И ещё ёжики! И много-много птиц, – довольно заметил Питер. – Хотелось бы увидеть следы белочки. Как вы думаете, мисс Браун, нам повезёт?

– Обязательно, – улыбнулась мисс Браун. – Я же говорила – январь не такой уж скучный месяц, если применить детективный метод и хорошенько исследовать снег.

– А что будет дальше? – поинтересовался Питер. – Ведь потом снег растает. Что интересного приготовил нам февраль?

– Ну придётся немного потерпеть, и сами увидите, – хитро улыбнулась мисс Браун. – Что-нибудь придумаем. Уж это я вам обещаю!