Очевидно, в нетленной книге судеб все-таки было написано, что Самми Ским, сопровождавший Бена Реддла в Клондайк, отправится вместе с ним в самую высокоширотную часть Северной Америки. Он привел все аргументы против этого нового путешествия, высказал все свои возражения. Ничто не могло изменить намерений инженера. Если бы Ским остался ждать его в Доусоне, у него не хватило бы терпения, вернуться же в Монреаль он вообще не решился бы. В конце концов он пойдет вместе со своим кузеном на завоевание Голден-Маунт.

«Уступить в первый раз, — повторял он себе, — значит уступить секунду, потом вторую, третью... Сам виноват. Ах, Грин-Вэлли, Грин-Вэлли, как ты далека, а через несколько недель будешь еще дальше!»

Надо заметить, что благодаря ранней весне Скаут должен был вернуться в Доусон в первых числах мая. Переход через Чилкут, плавание по озерам и Льюис-Ривер можно было совершить раньше и в благоприятных условиях. В соответствии с договоренностями Билл Стелл поступал в распоряжение двоюродных братьев, чтобы переправить их в Скагуэй, откуда они пароходом прибыли бы в Ванкувер.

Билл Стелл не очень удивился, узнав о планах Бена Реддла. Он слишком хорошо знал, что если кто-нибудь ступит ногой на землю Клондайка, то рискует пустить там корни, и инженер уже не будет упаковывать чемодан и сматываться в Монреаль.

— Так что... — начал Скаут, обращаясь к Самми Скиму.

— Да, вот так, дружище Билл.

Ничего больше Скаут не услышал.

Но Самми Ским был вполне удовлетворен, узнав, что Билл Стелл согласился предпринять эту новую кампанию.

Рассудив здраво, Бен Реддл не счел нужным скрывать от Скаута, пользовавшегося полным его доверием, целей экспедиции. Скрывая секрет Жака Лорье от других, даже от доктора Пилкокса, он обо всем и без всяких колебаний поведал Биллу Стеллу.

Тот поначалу отказался верить в существование Голден-Маунт. Он был наслышан об этой легенде, но не допускал, чтобы она заслуживала хотя бы малейшего внимания. Однако, когда Бен Реддл изложил ему все сведения, которые он получил от Жака Лорье, когда показал карту, где точно обозначен Золотой вулкан, Скаут переменил свое мнение и теперь разделял абсолютную уверенность инженера.

— Друг мой, — сказал ему Бен Реддл, — поскольку там находятся несметные богатства, почему бы вам не поучаствовать в их дележе?

— Вы предлагаете мне отправиться вместе с вами на Голден-Маунт? — в свою очередь спросил Билл Стелл.

— Не столько отправиться вместе, Скаут, сколько быть нашим проводником, ведь вы уже бывали в этих северных землях. У вас имеется необходимое снаряжение, упряжки, повозки... Даже если экспедиция не увенчается успехом, я щедро оплачу ваши услуги. А если увенчается, почему бы и вам не почерпать полными горстями из этого вулканического сундука?

При всей своей философской невозмутимости добрый Скаут заколебался. Никогда еще ему не представлялся такой случай, если, конечно, отнестись со всей серьезностью к открытию француза.

Тем не менее его пугало долгое путешествие. Признав, что наилучшим маршрутом будет тот, который проходит через Форт-Мак-Ферсон, где он уже бывал, он заявил, что дорога длинная — не менее двухсот двадцати миль.

— Хорошо, — ответил инженер, — это примерно столько же, сколько от Скагуэя до Доусона, и вам никогда не составляло труда проделать такой путь.

— Да, господин Реддл, и я бы добавил даже, что местность между Доусоном и Форт-Мак-Ферсоном более легкая для передвижения. Но дальше, чтобы добраться до устья Маккензи...

— Но там не больше сотни миль, — возразил Бен Реддл.

— Всего получается не меньше трехсот пятидесяти, — заметил Билл Стелл.

— Мы их пройдем за пять или шесть недель, — подвел итог инженер, — и вернемся в Доусон до наступления зимы.

Все это было возможно, но при условии, что не случится ничего непредвиденного, но как раз всякого рода неприятности и происходят на таких высоких широтах.

Однако к страстному желанию Бена Реддла добавилось не менее страстное желание мастера Лорика и Нелуто; последний с удовольствием вновь свиделся со своим хозяином Биллом Стеллом. В конце концов Самми Ским поддался общему чувству и был убежден в важности и возможности предприятия. Решение было принято, участие Скаута в деле признано весьма ценным и увеличивало шансы на успех.

Что касается Нелуто, то он тоже радовался предстоящей экспедиции. Самми Скиму и ему представлялась отличная возможность поохотиться в местах, где почти никто не бывал.

— Остается выяснить, для кого, — заметил Самми Ским.

— Да для нас же самих! — воскликнул Нелуто, удивленный таким замечанием.

— Если только охотиться не будут на нас, потому что вполне возможно, что в этих краях не очень-то спокойно и туда наведываются разного рода злодеи.

И в самом деле, по северным землям летом кочуют банды индейцев, от которых не приходится ждать ничего хорошего, и агенты Компании Гудзонова залива частенько отбивались от их нападений.

Сборы не заняли много времени. Скаут и его люди всегда были готовы отправиться на север и на юг со своим снаряжением, повозками, переносной лодкой, палатками, упряжью для мулов, которые гораздо предпочтительнее собак, поскольку на этих зеленых равнинах полно травы. С продовольствием для людей тоже не было проблем: в дополнение к трофеям будущей охоты и рыбной ловли можно было взять с собой на несколько месяцев консервированного мяса и овощей, чая, кофе, муки, сахара, водки. Доусон начал снабжаться обществами, обслуживающими разработки Клондайка, сразу же, как только наладилось сообщение со Скагуэем и Ванкувером. Снабжение боеприпасами было на должном уровне, и, когда приходилось пользоваться карабинами, недостатка в патронах не было.

Караван, руководство которым возлагалось на Скаута, включал в себя обоих кузенов, мастера Лорика, Нелуто с его двуколкой и лошадью, шестерых канадцев, работавших на сто двадцать девятом прииске, и девятерых канадцев, нанявшихся к Биллу Стеллу, — всего девятнадцать человек — число вполне достаточное для разработки Голден-Маунт. Если верить сведениям Жака Лорье, вся работа сводилась к собиранию самородков, скопившихся в кратере вулкана.

Подготовка к этой кампании, о цели которой знали только Бен Реддл, Самми Ским, Скаут и Лорик, была проведена так быстро и ловко, что отправление можно было назначить на шестое мая.

Вряд ли вызовет удивление то обстоятельство, что, прежде чем пуститься из Доусона в эту новую экспедицию, Бен Реддл пожелал в последний раз прояснить ситуацию с участками на Фортимайлз. По его распоряжению мастер и Нелуто отправились туда, где брал начало новый проток, уходящий к северу.

Положение оставалось прежним. Сто двадцать девятый, сто двадцать седьмой и другие участки, расположенные вдоль границы, были полностью затоплены. Новая река текла по руслу, образованному землетрясением. Изменить русло было бы таким трудоемким и дорогостоящим делом, что не стоило и думать об этом, да никто и не помышлял. Лорик вернулся в полной уверенности, что всякая надежда когда-нибудь эксплуатировать эти прииски должна быть оставлена.

Днем пятого мая сборы были закончены. В последний вечер Самми Ским и Бен Реддл посетили монастырскую больницу, чтобы попрощаться с настоятельницей и двумя монахинями. Сестра Марта и сестра Мадлена высказали немалые опасения по поводу судьбы своих соотечественников, которые отважились путешествовать по тем самым северным землям, где Жак Лорье и Гарри Браун претерпели столько лишений и неприятностей.

Бен Реддл, как мог, успокоил сестер, а Самми Ским постарался говорить так же проникновенно и доверчиво, как и его кузен. Так или иначе к концу лета маленький караван благополучно вернется в Доусон и если даже будет «отягощен», то лишь грузом золотых самородков.

Что до доктора Пилкокса, то он сказал просто:

— Я очень рад, что вы отправляетесь на север. Если бы вы двинулись на юг, то вернулись бы в Монреаль, и мы больше никогда не увиделись бы в Клондайке. А тут, когда вы вернетесь, мы свидимся вновь.

— Да хранит вас Господь, — тихо сказала сестра Мадлена.

— И пусть Он вас ведет и приведет обратно, — добавила сестра Марта.

— Да будет так! — заключила настоятельница.

На следующий день в пять утра караван вышел из Доусона через верхний квартал на правом берегу Клондайк-Ривер и взял направление на северо-восток.

Погода была отличная, небо чистое, ветер слабый, температура всего на дюжину градусов выше нуля. Снег почти весь стаял, оставались лишь немногие ослепительно белые пятна на зеленом покрове.

Излишне говорить, что маршрут был разработан со всей тщательностью. Бен Реддл, Лорик и Скаут аккуратно перенесли на карту страны все наброски Жака Лорье. Да и не забудем еще, что Скаут уже совершал поездку из Доусона в Форт-Мак-Ферсон и можно было полагаться на его память в том, что касается двухсот двадцати пяти миль, разделяющих эти пункты.

Местность была довольно ровная, разделенная несколькими речками — сначала притоками или притоками притоков Юкона и Клон-дайк-Ривер, а за Полярным кругом притоками или притоками притоков Пил-Ривер, омывающей подножие Скалистых гор и впадающей в Маккензи.

Так что переход от Доусона до Форт-Мак-Ферсона не создавал особых трудностей. Когда стаяли последние снега, уровень воды в реках снизился, их можно было переходить вброд, но они сохраняли достаточно воды для нужд путешественников. Когда караван достиг Пил-Ривер, в сотне миль до Форт-Мак-Ферсона, надо было решить, как будет проходить вторая часть маршрута.

Все, за исключением, может быть, Самми Скима, по-прежнему неуверенного, были полны надежд. И можно ли удивляться такому вполне человеческому чувству? Бен Реддл, Лорик, сам Билл Стелл, никогда не веривший в существование Голден-Маунт, были теперь убеждены в обратном, памятуя о совершенно четких сведениях и указаниях француза Жака Лорье. И больше всех, притом не из корысти, а из любопытства, сгорал от желания увидеть знаменитый вулкан Скаут, прилагавший все усилия, чтобы достичь этого места.

По выходе из Доусона двуколка Нелуто, в которую уселись оба двоюродных брата, понеслась было с изрядной скоростью. Но пришлось замедлить ход, потому что тяжело груженные остальные повозки не могли поспевать за ней. Первые этапы можно было преодолевать, не слишком утомляя животных и людей. Однообразная обширная равнина не создавала никаких преград, юго-западный ветер не мешал движению. Чтобы дать отдых мулам, Скаут и его товарищи часто шли пешком. Тогда Бен Реддл, Лорик и Скаут беседовали о том, что занимало их мысли. Справа и слева постреливали Самми Ским и Нелуто. Дичи было много — утки, рябчики, — и они не тратили порох зря. Это позволяло экономить консервы на трапезах во время остановок в полдень и вечером. Затем, еще до наступления ночи, — а ночи в такое время года на этих широтах наступают поздно, — устраивался ночлег.

Выбранное направление на северо-восток отдаляло караван от земель, орошаемых водами верховий Поркьюпайна. Неширокая пока речка образовывала широкую дугу, а затем поворачивала на юго-запад, впадая в главную реку у Форт-Юкона. Поэтому Бен Реддл и его компаньоны опасались встречи с бандой Хантера, которая бывала на Поркьюпайне лишь в нижнем течении. Им и в голову не приходило, что на территориях, соседствующих с Северным Ледовитым океаном, техасцы могут начать свою кампанию под водительством индейца Красака. После разгрома на Фортимайлз прошел слух, что их осталась ничтожная кучка. Но после дела в Серкле, после их стычки с полицией и заключения под стражу, выяснилось, что из разгрома они вышли целыми и невредимыми. И тем не менее, несмотря на то, что срок пребывания в тюрьме истек и они вновь обрели свободу, Бен Реддл и Самми Ским были на этот счет спокойны и почти не вспоминали бывших хозяев сто двадцать седьмого участка.

Двадцать девятого мая, то есть спустя двадцать три дня после отбытия из Доусона, караван пересек Полярный круг чуть выше шестьдесят шестой параллели. Первая часть пути, примерно двадцать пять миль, не была отмечена никаким инцидентом. Не повстречались даже банды индейцев, которых агенты Компании Гудзонова залива все еще преследовали на этих территориях, гоня их к западу.

Погода была в общем хорошая, никто не заболел. Бравые и выносливые ребята совсем не страдали от путешествия в столь благоприятных условиях, в такое время года, пусть даже и на довольно высоких широтах. Мулы легко находили корм на зеленых лугах. Ночевки всегда удавалось устраивать в непосредственной близости от речки с кристально чистой водой и на опушке леса из берез, осин и сосен, который тянулся до бесконечности в северо-восточном направлении.

Пейзаж начал постепенно меняться. На востоке стала проглядываться цепь Скалистых гор. В этой части Северной Америки она едва проступает, но зато потом тянется почти по всей длине Нового континента.

Здесь же начинался один из притоков Поркьюпайна. Скаут никогда не пошел бы вдоль него вниз по течению, потому что это заставило бы сильно отклониться к западу. Но так как местность становилась неровной из-за множества ручьев и речушек и холмистости, он направил экспедицию прямо к отрогам. Горы в этой части доминиона скорее напоминали холмы; двигаясь так, можно было добраться до Пил-Ривер, на берегу которой находился Форт-Мак-Фер-сон, и при случае воспользоваться ею как водным путем.

Впрочем, на этом отрезке Полярного круга Билл Стелл и его спутники все еще находились на добрую сотню миль от форта, расположенного в самом начале цепи. Двигаться стало труднее, и если бы не чрезвычайная осторожность Нелуто, ось и колеса двуколки давно бы поломались. Не было даже давних следов каких-нибудь колес, так что повозки Компании Гудзонова залива отнюдь не выровняли почву. Этого и не ожидали, но Билл Стелл знал, как и куда двигаться.

— Да, — сказал он как-то, когда караван вошел в узкую теснину, — дорога казалась мне куда лучше, когда я ехал тут лет двадцать назад.

— Она не должна бы так сильно перемениться, — заметил Самми Ским.

— Может быть, это из-за суровой прошлой зимы, — начал инженер.

— Именно так я и думаю, господин Бен, — подхватил Скаут. — Морозы были сильнейшие, грунт схватило, потом все оттаяло и покорежилось.

— Скоро надо будет опасаться снежных лавин, — предостерег Лорик, — а в конце этой теснины по бокам могут быть скалы, готовые обрушиться.

Так и случалось уже дважды или трижды. Огромные кварцевые и гранитные камни, подмытые таявшими снегами, теряли равновесие и катились, подпрыгивая, по склонам, сокрушая на своем пути целые деревья. Какая-нибудь из таких глыб могла обрушиться и на повозку.

Два последующих дня пути были тяжелыми, на дороге попадались всякие непредвиденные препятствия. Получилось некоторое отставание от установленного графика, что сильно огорчало Бена Реддла и мастера, но Самми Ским относился к этому спокойно и по-философски.

— Голден-Маунт, если эта гора существует, — говорил он, — будет стоять на месте и через неделю, и через две недели, и я рассчитываю, что в Форт-Мак-Ферсоне нас ждет отдых, которого мы вполне заслужили. После такого пути не грешно поваляться на хорошей постели на постоялом дворе.

— Если в Форт-Мак-Ферсоне имеются постоялые дворы, — уточнил Бен Реддл, которому за три недели еще не надоело спать на открытом воздухе.

— Но в самом деле, там есть какие-нибудь пристанища? — спросил Лорик Скаута.

— Нет, — ответил Билл Стелл. — Форт-Мак-Ферсон представляет собой сторожевой пост для агентов компании, пост, укрепленный для защиты от индейцев. Но там можно найти комнаты.

— Ну, раз есть комнаты, есть и кровати, — обрадовался Самми Ским, — и я с удовольствием высплюсь на них две-три ночки.

— Давайте прежде всего прибудем туда, — сказал Бен Реддл, — и не будем делать ненужных остановок.

Караван двинулся настолько быстро, насколько позволяли изгибы и препятствия теснин и ущелий. Потом надо будет еще ускорить ход, когда кончится эта цепь, окружающая долину Пил-Ривер.

Однако прежде чем они вышли туда, Скаута ждала одна небезопасная встреча, хотя Самми Ским совсем иначе расценил ее результаты.

По выходе из ущелья Скаут велел сделать стоянку на берегу Пил-Ривер под покровом больших приморских сосен на левой стороне реки.

Сразу встал вопрос, следует ли соорудить плот и проплыть по течению до Форт-Мак-Ферсона. Но Билл Стелл пришел к заключению, что плавание невозможно или крайне затруднительно. Реку заполняют не растаявшие еще после ледохода льдины. Строительство плота, достаточно просторного для размещения людей и снаряжения каравана, потребует определенного времени; управлять им между крутящихся глыб будет очень сложно. Поэтому не лучше ли пройти остающиеся тридцать миль берегом, где вряд ли встретятся серьезные преграды?

— Надо только, — сказал Билл Стелл Бену Реддлу, — с помощью этих льдин переправиться на правый берег, ведь Форт-Мак-Ферсон лежит на том берегу.

Вопрос, таким образом, был решен. Быстро натянули палатку, и все расположились на долгожданный отдых после нелегкого дня.

Но едва люди улеглись, как Лорик, который решил немного прогуляться вниз по течению, прибежал, крича еще издалека:

— Тревога, тревога!

Самми Ским как профессиональный охотник тотчас вскочил на ноги, схватил карабин и приготовился стрелять.

— Индейцы? — спросил он.

— Нет, — ответил мастер, — медведи.

— От этого не легче, — буркнул Билл Стелл.

В одно мгновение все были на ногах на опушке, мулы захрапели и зафыркали, яростно залаяла собака Стоп^{3}.

И действительно, три медведя, поднявшись по левому берегу, подошли чуть ли не к самому лагерю. Тут они остановились и встали на задние лапы. Животные были крупные, устрашающего вида, они принадлежали к тому виду гризли, которые частенько бродят по ущельям Скалистых гор.

Голодны ли они? Собираются ли напасть на караван? Это было вполне вероятно, так как медведи принялись реветь и рыкать, наводя жуткий страх на мулов.

Самми Ским и Нелуто устремились им навстречу. Прогремели два выстрела, один из медведей свалился. Пораженный в грудь и голову, он осел грузно и больше не шевелился.

Это был единственный результат происшествия. Два других медведя рванули назад. Пули, посланные им вдогонку, видимо, их не задели, и они улепетывали по левому берегу. Но одного из участников экспедиции оставили дежурить на всю ночь на случай, если звери вернутся.

Убитый медведь был великолепен. Его мясо, вкуснейшее, увеличило съестные припасы. А превосходную шкуру взялся снять Нелуто.

— Она больше не нужна ему на зиму, — улыбнулся Самми Ским, — не пропадать же ей, в самом деле. В такой шубе можно выдержать морозы в шестьдесят градусов, а они случаются в этом благословенном Клондайке.