Высокая массивная фигура инспектора Хорокса показалась в дверном проеме кабинета Гвидо, где Дон сидел в течение получаса с потухшей сигаретой между пальцами.

— Если вы в состоянии говорить, мистер, то, может, перейдем ближе к делу?

— Да, — бесцветным голосом отозвался Дон, хотя все еще находился под впечатлением страшной смерти Гвидо и предпочел бы побыть немного в одиночестве.

— Мне бы хотелось, чтобы вы повторили историю с самого начала, — продолжал Хорокс. Он подошел к камину и тяжело опустился в кресло, стоявшее напротив Дона.

— Да, конечно, — отозвался Дон и подробно рассказал инспектору, как он встретился с Джулией, упомянув о письмах с угрозами и о том, как он приехал в этот вечер к Гвидо с намерением охранять его.

— Я не отнесся к этому делу серьезно, — продолжал он, пристально глядя на огонь, — и чувствую себя виноватым в его смерти. Только обнаружив, что телефон не работает, я осознал, что дело приняло дурной оборот. Но даже в эту минуту я не мог предположить, что события начнут развиваться с такой стремительностью. Я считал, что со мной и Диксоном с Гвидо ничего не случится. Своего шофера я оставил на улице следить за домом.

— Куда же он тогда делся?

— Не знаю. Я его искал, но он исчез. Надеюсь, Гарри видел убийцу и сейчас преследует его.

Хорокс что-то проворчал.

— Это кажется вам возможным?

— Да. Я хотел бы вернуться домой, инспектор, на случай, если он попытается связаться со мной.

— Я задержу вас ненадолго, — пообещал Хорокс. — Только задам вам пару вопросов. Убийцу вы не видели?

— Нет. Я оставил Диксона с мистером Ференци, а сам поднялся наверх осмотреть комнаты. Потом свет погас, и я услышал, как Джулия, то есть миссис Ференци, закричала. Я бросился вниз и влетел в гостиную. Было темно, как в печке. Я сказал Диксону, что назову себя при возвращении, но совсем забыл об этом. Он принял меня за бандита и прыгнул на меня. Мы устроили великолепную потасовку, и мне пришлось уложить его, чтобы освободиться. Пока я искал карманный фонарик, убийца удрал. Я нашел мистера Ференци лежащим у окна. Миссис Ференци была без сознания. Потом пришли двое полицейских. Остальное вам известно.

— Итак, убийца неизвестным образом сделал так, чтобы пробки перегорели, и открыл окно. Ференци почувствовал движение воздуха или увидел, что окно открылось, и подошел к окну. Убийца ждал этого. И, когда Ференци отдернул занавески, он метнул нож.

— Как случилось, что ваши люди оказались здесь? Они услышали крики миссис Ференци? — спросил Дон инспектора.

— Это все маленький посыльный. Когда он вышел отсюда, какой-то человек отскочил от стены и ударил его дубинкой. Но парнишка оказался проворным и успел удрать. Тот бежал за ним, но не догнал. Все произошло так быстро, что мальчуган не успел рассмотреть того человека. Все, что он запомнил, так это то, что он высокий и худой. Оказавшись вне опасности, паренек позвонил по 999. Одна из наших машин подобрала его и привезла сюда. Но они прибыли слишком поздно.

Дон потер лоб.

— Вы допросили Диксона? Он ничего не видел?

Хорокс отрицательно покачал головой.

— Я собираюсь с ним поговорить, но он еще не совсем пришел в себя. Ну и досталось ему от вас!

Дон грустно улыбнулся.

— Это моя вина, — сказал он сердито. — Я же сказал ему, что предупрежу о своем приходе. Естественно, он набросился на меня, приняв за бандита.

Вошел полисмен.

— Извините, инспектор, какая-то дама хочет видеть мистера Миклема.

— Это, должно быть, моя секретарша. Я попросил одного из ваших людей позвонить ей. Я хотел бы, чтобы она занялась миссис Ференци, — объяснил Дон, вставая.

— Хорошо, мистер Миклем. Пока вы с ней переговорите, я посмотрю, как обстоят дела с мистером Диксоном.

Дон нашел Мэриан у входа.

— Дело приняло ужасный оборот, — сказал он, подходя к ней. — Бедный Гвидо убит. Джулия очень плоха. Пока с ней находится горничная, но я не думаю, чтобы от нее было много толку. Вы не смогли бы заняться ею, Мэриан? Если ее состояние действительно так серьезно, как мне кажется, то лучше позвать врача. Горничная скажет вам, к кому обратиться. Я надеюсь на вас.

— Не беспокойтесь, все будет в порядке, — ответила Мэриан. — Где она?

Ни расспросов, ни истерик. Дон всегда восхищался невозмутимым спокойствием Мэриан. Ничто не могло вывести ее из себя. Он знал, что не мог передать Джулию в лучшие руки.

— Дверь напротив лестницы.

Мэриан кивнула и побежала вверх по лестнице, а Дон пошел в библиотеку, где на диване лежал Диксон. Возле него стоял инспектор Хорокс.

— Я просто в отчаянии, Диксон, — сказал Дон, подходя к нему. — Это моя вина. Вы были великолепны.

— О нет, сэр, — ответил Диксон, садясь. — Я потерял голову. Я должен был понять, что это вы. Этот погасший свет…

— В конце концов, не в этом дело, — заметил Дон. Он посмотрел на Хорокса: — Начинайте, инспектор. Я не хочу вам мешать.

— Вы не можете рассказать, что произошло с того момента, как мистер Миклем покинул комнату? — спросил Хорокс, усаживаясь возле Диксона.

— Даю вам слово, сэр, что я честно нес охрану возле двери. Мистер и миссис Ференци сидели рядом на тахте. Вдруг погас свет. Я услышал, как мистер Ференци встал со своего места. Он сказал что-то насчет открытого окна. Миссис Ференци закричала. Я услышал, как мистер Ференци отдергивает занавески. На улице шел дождь, и ничего не было видно. Я остался стоять как дурак, вглядываясь в темноту. А потом дверь внезапно открылась. Так как мистер Миклем сказал, что назовет себя, когда вернется, я это твердо помнил, потому мне показалось, что это бандит, и накинулся на него. Затем я получил удар, который отправил меня в нокаут.

— Итак, вы не видели, что произошло с мистером Ференци? — спросил Хорокс немного нервно.

— Нет, сэр. Я никого не видел.

Дон пожал плечами. Этот им особенно не поможет. Он подумал о Гарри.

— Телефон не починили?

— Нет еще. Мы пока не нашли, где повреждена линия.

— Тогда мне лучше вернуться домой. Если мой шофер что-нибудь разузнал, он попытается со мной связаться. Когда будут новости, я сразу вам сообщу, инспектор.

— Буду вам очень признателен, мистер Миклем.

Дон кивнул Диксону, вышел в холл и поднялся по лестнице. Там постучал в комнату Джулии. Мэриан открыла дверь.

— Должен прийти доктор, — сказала она. — Миссис все еще без сознания.

— Вы останетесь с ней, а я вернусь домой. Надеюсь, что Гарри видел убийцу и, возможно, будет искать меня.

— Хорошо, я останусь.

Дон простился с Мэриан, спустился к тому месту, где оставил свой «Бентли», и поехал домой. Когда он остановился у входа, дверь открылась и появился Черри. Дон распахнул дверцу машины.

— Есть новости от Гарри? — спросил он Черри, приближавшегося к нему торопливыми шагами.

— Он звонил примерно полчаса назад, сэр, — ответил Черри, подойдя к машине, — и просил, чтобы вы приехали на Энс-стрит. Это, кажется, вторая улица направо от Олд-Кромптон-стрит. Он сказал, что это важно.

— Спасибо.

Дон развернул машину и поехал, петляя по темным улицам. Энс-стрит была слабо освещена и заканчивалась тупиком. Стараясь держаться в темноте, Дон пошел по сырому тротуару и через несколько метров уперся в высокую каменную стену, отделяющую тупик от Дин-стрит. Он заметил Гарри в густой темноте арки и поспешил к нему.

— Ух! Рад вас видеть, сэр! — воскликнул Гарри. — Уже час пытаюсь с вами связаться. Здесь неподалеку есть телефонная будка, но я не знаю номера мистера Ференци.

— Что произошло?

— Я выследил парня, который отошел от дома мистера Ференци. Он скрылся в одном из домов на той стороне.

Дон вышел из арки.

— В каком доме?

— Который возле стены, сэр.

Дон осмотрел трехэтажное здание, тонувшее в темноте. Он различил по два окна на каждом этаже. Входная дверь пряталась под аркой, подобно той, в которой они стояли.

— Есть другой выход, Гарри?

— Нет, сэр, я проверил.

— Так он все еще там?

— Да, там. Минут пять назад в дом вошла какая-то женщина. На ней белый плащ и брюки. Разглядеть ее получше я не сумел.

— А как он выглядел, Гарри?

— Высокий, худой, темноволосый, с крючковатым носом, броско одетый.

— Маленький посыльный сказал, что человек, который на него напал, был высоким и худым. Это, без сомнения, тот же тип. Когда ты его заметил?

— Примерно через четверть часа после ухода посыльного. Он отошел от дома, перепрыгнул через стену и помчался к старому «Бьюику», стоявшему под деревьями. Я побежал за ним и успел залезть в багажник. Он уехал быстро. Сомнительное это удовольствие — болтаться в багажнике, скажу я вам. Он оставил машину на пустыре возле Олд-Кромптон-стрит и пошел сюда. Я следовал за ним по пятам. Он нервничал и все время оглядывался, чтобы убедиться, что за ним не следят, но меня не заметил, я в этом уверен. Он вошел в дом, открыв дверь своим ключом. Больше отсюда не выходил. Женщина постучала, и он ей открыл.

— Браво, Гарри! Пойду взгляну на дом. Оставайся здесь и будь внимателен. Если он устроит мне плохую встречу, ты знаешь, что делать. Этот тип опасен. Он убил Ференци, так что нечего с ним церемониться.

— Да что вы! Мистер Ференци мертв? — спросил потрясенный Гарри.

— Да. Я расскажу тебе позднее, а сейчас раскрой глаза и навостри уши.

— Не лучше ли пойти к дому мне, сэр? — заметил Гарри. — Ваш вечерний костюм не слишком подходит для этого дела.

— Делай то, что я тебе говорю, — сухо сказал Дон. — Смотри в оба. Если он попытается удрать, задерживай.

— Хорошо, сэр, — ответил Гарри. — Самое простое — забраться в окно, которое находится возле стены. Дверь на запоре. Я уже проверил. Я помогу вам забраться на стену, затем вы влезете на навес, а оттуда забраться в окно — одно баловство.

Они подошли к стене. Гарри сложил руки крестом. Миклем оперся на них ногой и, получив легкий толчок, уцепился руками за край стены. Потом с помощью Гарри ему удалось забраться на нее.

Гарри помахал ему рукой и отошел в свое укрытие. Согнувшись, Дон вскарабкался на навес крыши. Как раз под ним находилось темное окно. Он принялся вглядываться в него и через некоторое время различил обстановку в темной комнате. Поднимающиеся окна не были закрыты на задвижки. Он вытащил нож, тихонько поднял раму, скользнул в комнату, закрыл окно и осторожно двинулся к двери. Некоторое время он постоял возле нее, приложив ухо к замочной скважине, но ничего не услышал. Затем повернул ручку и вышел в полутемный коридор. Свет шел от лестничной клетки. Тихо прикрыв за собой дверь, Дон двинулся по направлению к лестнице и опять остановился, прислушиваясь.

Снизу донесся мужской голос:

— Это было совсем легко. Он подошел к окну, а я сделал свое дело.

Легко, как тень, Дон стал красться к лестнице.

— Итак, он мертв? — спросил женский голос.

Дон уловил акцент — без сомнения, итальянский. Теперь он достиг основания лестницы. Через полуоткрытую дверь падал луч света.

— Конечно, мертв, — сказал Шапиро. — А теперь гоните монету. Я намерен удрать отсюда как можно скорее.

— Вы можете доказать, что он мертв? — спросила Лорелли.

Шапиро с недоумением посмотрел на нее:

— Как это? Если не верите, пойдите и убедитесь сами.

— Не говорите глупостей. Я заплачу, как только увижу утренние газеты. Не раньше.

Дон скользнул еще немного вперед и заглянул в комнату. В ней было очень мало мебели: два стула, диван с рваной обивкой, из которой торчали пружины, и чайный столик, на котором стояла горящая свеча, вставленная в бутылку. На полу лежало два серых грязных ковра.

Он охватил все это одним взглядом, сразу перенеся свое внимание на двух людей, находящихся в комнате. Высокий худой мужчина развалился на одном из стульев. Смуглое и жесткое лицо его было полно злобы. Взглядом, полным ярости и гнева, он смотрел на молодую женщину выше среднего роста, лет двадцати пяти, стоявшую у стены в колеблющемся свете свечи. Ее красота была холодной и строгой. Цвет лица женщины резко контрастировал с кармином полных губ, но, прежде всего, привлекали внимание ее волосы. Она была «венецианской блондинкой». Подобный цвет волос очень редко встречается в Италии. В ее ярких губах была зажата сигарета, руки скрещены на груди. Из-под белого плаща виднелся белый свитер и черные брюки.

— Вы что, смеетесь? — спросил Шапиро, сверля ее взглядом.

— Я получила приказ заплатить вам после того, как работа будет сделана, — стояла на своем Лорелли. — Завтра я узнаю из газет, так это или нет.

— Деньги нужны сейчас! — прорычал Шапиро. — Послушайте, у меня есть на примете быстроходный катер. Этими деньгами я должен за него заплатить, причем сегодня вечером. А завтра уже буду во Франции.

— Вы поняли, что я сказала? — холодно произнесла Лорелли. Ее руки скользнули в карманы плаща. — И я не намерена с вами спорить.

Шапиро провел рукой по пересохшим губам. Его взгляд выражал одновременно и возмущение, и восхищение.

— К чему грызня, малышка? Пойдем лучше со мной. С таким характером, как у тебя, я быстро найду тебе новое дело. Мне нужна такая уверенная девчонка, как ты. — Он довольно захохотал.

— Вот как? — Голос Лорелли звучал твердо. — Зато мне не нужен такой кретин, как ты.

— Вот это да! Нам лучше все же сойтись поближе. Зовите меня просто Эд. Мы можем удрать вдвоем и работать вместе. Отдайте мне деньги или поделитесь со мной, Лорелли. Что вы на это скажете?

— Деньги вы получите завтра утром, не раньше, — сухо ответила Лорелли. — Я принесу их в семь часов.

— Это вы так думаете? — Шапиро встал и отбросил стул ударом ноги. — Я пойду с вами, и вы отдадите мне деньги. Уж поверьте, мне известно, как обращаться с девицами подобного сорта.

Лорелли прислонилась к стене, ее зеленые глаза блеснули, хотя лицо осталось бесстрастным.

— Неужели? — презрительно бросила она. — А вот я знаю, как обращаться с подонками твоего сорта! — Вытащив из кармана револьвер двадцать пятого калибра, она направила его в лицо Шапиро. — Отойди с дороги!

Шапиро моментально увял и попятился.

Не дожидаясь дальнейшего развития событий, Дон быстро и бесшумно вернулся к лестнице и присоединился к Гарри.

— Женщина выйдет отсюда через пару минут, — сказал он. — Я прослежу за ней. Оставайся здесь. Не думаю, что убийца выйдет отсюда, но, если попытается, воспрепятствуй этому.

— О'кей, сэр, — ответил Гарри.

Через минуту дверь отворилась, и вышла молодая женщина. Закрыв дверь, она быстрыми шагами пошла по тротуару, направляясь на Олд-Кромптон-стрит.

Стараясь держаться в тени, Дон бесшумно двинулся за ней.

Получасом позже Дон звонил из телефонной кабины на Шепард-Маркет инспектору Хороксу.

— Это Миклем, — торопливо сказал он. — Мой водитель проследил убийцу до дома номер 25 на Энс-стрит. В деле замешана также молодая женщина. В настоящий момент она находится в доме номер 2 по Маркет-Мьюз. Я наблюдаю за этим домом, а Мейсон — за домом на Энс-стрит.

— Черт возьми! — восхитился Хорокс. — Отличная работа, сэр! Я немедленно высылаю патрульных по обоим адресам. Буду на Маркет-Мьюз через десять минут.

— Отлично! — Дон повесил трубку.

Выйдя из телефонной будки, он повернул к тому месту, откуда мог следить за квартирой над бакалейной лавкой, в которой скрылась рыжая девушка. Следить за ней было нелегко. На Шатесберри-авеню она взяла такси, но Дону посчастливилось найти свободную машину, прежде чем она скрылась на Пиккадили. Оставив такси на Халф-Мун-стрит, женщина пошла вдоль Пиккадили, все время петляя. Дону удалось все же незаметно проследить за ней, и в конце концов он увидел, что она вошла в квартиру над бакалейной лавкой. Через несколько минут окно на втором этаже осветилось. Он подождал двадцать минут и, как только свет в квартире погас, отправился в телефонную будку. Она находилась в нескольких метрах от бакалейного магазина. Предварительно он проверил, что второго выхода из магазина нет.

Едва Дон вернулся на свой пост наблюдения, как из темноты вынырнули два агента полиции.

— Мистер Миклем? — спросил один из них.

— Вы как раз вовремя, — заметил Дон. — Она в квартире наверху.

— Хорошо, мистер Миклем, — сказал полисмен. — Инспектор Хорокс в пути. Он велел нам пока ничего не предпринимать… Послушай, Билл, сходи на Хертфорд-стрит и проверь, нет ли другого выхода из этого дома.

Второй полицейский согласно кивнул головой и исчез. Дон закурил сигарету. Он немного устал. Смерть Гвидо глубоко потрясла его, и это начало сказываться. В течение десяти минут он вместе с полицейским следил за темными окнами. Потом из темноты показалась массивная фигура инспектора Хорокса в сопровождении трех агентов в штатском.

— А, сэр Миклем! — Хорокс был явно в хорошем настроении. — Вот это удача! Как это произошло?

Дон в нескольких словах рассказал, как Гарри увидел худого человека, убегавшего из дома Ференци, и проследил за ним до Энс-стрит.

— Женщина пришла через две-три минуты после его возвращения, — продолжал он. — Я проник в дом и подслушал их разговор. Этот тип называл себя Эдом, женщину зовут Лорелли. Они говорили о плате за смерть Ференци.

Слово в слово он повторил подслушанный разговор.

— Она обещала заплатить завтра, самое позднее в семь утра.

— Ну, это мы еще посмотрим, — сказал Хорокс. — Я послал Херста и Мэддокса на Энс-стрит. Они ничего не станут предпринимать без моего приказа. А теперь посмотрим, что нам скажет та рыжая.

Он направился к обшарпанной двери, ведущей в квартиру девушки.

— Не двигайтесь, — сказал он мужчинам и, подняв молоток, постучал в дверь, но никто не ответил. Он постучал еще раз, но снова безрезультатно.

— Ну что ж, — сказал он, — попытаемся открыть сами.

Двое крепких парней в штатском вышли вперед и нажали на дверь. С третьей попытки она поддалась. Полицейские быстро побежали по узкой лестнице. Хорокс и Дон последовали за ними.

— Если только она не превратилась в невидимку, то это ее рук дело, — сказал Дон, указывая на раскрытое чердачное окно, находившееся на самом верху лестницы.

Один из агентов вышел из квартиры.

— Никого нет, сэр, — сообщил он.

Хорокс сердито заворчал.

— Объявите тревогу, — распорядился он. — Хочу найти эту женщину. Мистер Миклем даст ее приметы.

Полицейский взял описание женщины и быстро бросился к телефонной будке.

— Она, должно быть, засекла вас, — мрачно сказал Хорокс. Потом он обратился к другому агенту: — Вызови Херста по рации из машины и сообщи ему, что девчонка удрала. Она может попытаться связаться с Эдом.

Они с Доном прошли в квартиру, состоящую из комнаты, кухни и ванной. Хорокс бросил быстрый взгляд на обстановку.

— Здесь мы ничего не найдем, — сказал он. — Я прикажу снять отпечатки пальцев. Поехали на Энс-стрит.

Оставив двоих полицейских стеречь квартиру, Хорокс, Дон и еще трое полицейских в штатском поехали вдоль Пиккадили к Олд-Кромптон-стрит. Два агента по-прежнему охраняли вход в дом. Увидев Хорокса, они стали по стойке «смирно».

— Херст там? — спросил он.

— Он дальше по аллее, сэр.

Хорокс пошел по аллее, сопровождаемый Доном. Они заметили Гарри, терпеливо стоявшего на своем посту в компании сержанта Херста и детектива-констебля Мэддокса.

— Наш подопечный все еще там? — спросил Хорокс.

— Полагаю, что так, сэр, — сказал Херст. — В доме все тихо, мы никого не видели и не слышали, а кроме того, выйти из дома можно только через эту дверь.

— Надо его брать, — приказал Хорокс. — У нас нет иного выхода. Он опасен. Как дверь?

Херст покачал головой.

— Два засова и замок. Лучше проникнуть через окно. — Он указал пальцем на окно, через которое влез Дон.

— Хорошо. Пойдете вы двое, — приказал инспектор.

Дон подошел к Гарри. Ему страшно хотелось участвовать в операции, но он знал, что Хорокс об этом и слушать не захочет. Они смотрели, как Мэддокс помогает Херсту взобраться на стену. Через некоторое время оба агента оказались там. Дон, не сводивший взгляда с темного окна, внезапно увидел, как что-то промелькнуло.

— Внимание! — крикнул он. — Он нас видит.

Херст уже забрался на навес и был совершенно беззащитен. Он тоже увидел мелькнувшую тень, сунул руку в карман, чтобы достать оружие, но тут раздался выстрел. Стекло разлетелось вдребезги. Херст выронил пистолет, рухнул на навес и покатился вниз, увлекая за собой Мэддокса. Тот, однако, успел ухватиться за выступ и сдержал падение Херста, в то время как Дон и Гарри спешили им на помощь.

— Оставьте его, сейчас этот негодяй займется вами! — крикнул Мэддоксу Дон.

Снова раздался выстрел, и пуля пролетела в нескольких сантиметрах от головы Мэддокса. Тот выпустил Херста и быстро метнулся под защиту стены. Херст упал вниз безжизненной массой. Дон и Гарри подбежали к нему и подняли с земли. Гарри ощупал шею Херста и прикоснулся к артерии.

— Мертв, — сказал он осипшим голосом.

К ним подошел Хорокс. Ему осталось лишь убедиться, что Херсту уже ничем нельзя помочь, и с быстротой, удивительной для человека его комплекции, он бросился по аллее. Мэддокс нашел Дона и Гарри под аркой, куда отнесли тело Херста. Дон очень побледнел, тяжело дышал, черты лица его заострились.

— Попытаться войти мне, сэр? — спросил Гарри у Дона.

Мэддокс услышал.

— Оставайтесь здесь, — недовольно проворчал он. — Не вмешивайтесь — это дело полиции.

Дон не слушал.

— Я мог бы попытаться сломать дверь, сержант.

— Вы поняли, что я сказал? Вы не должны вмешиваться.

Установилось продолжительное молчание. Наконец вернулся Хорокс.

— Через несколько минут мы извлечем его оттуда. Он пожалеет, что затеял все это дело, — сказал он сердито и повернулся к Дону. — Вы достаточно потрудились, мистер Миклем. А сейчас я буду очень рад, если вы вернетесь домой.

Дон возмутился:

— Вы что, шутите? Боже мой! Но если бы не мы с Гарри…

— Знаю, сэр Миклем, — сухо перебил Хорокс. — Но он может выстрелить еще раз, а я не хочу отвечать, если вы случайно попадете под пулю. Я буду держать вас в курсе событий, а сейчас прошу вернуться домой.

Дон понял, что в этом есть здравый смысл, и, скрепя сердце, согласно кивнул:

— Хорошо, инспектор. Удачи вам. Не позволяйте ему уйти.

— Положитесь на нас, — бросил Хорокс. — Я вам сразу сообщу.

— Идем, Гарри.

Выйдя из-под арки, Дон и Гарри пошли по направлению к Олд-Кромптон-стрит.

— Ну и скотина! — Дон дал наконец волю своим чувствам. — Я страшно хочу, чтобы он попался!

— Как миссис Ференци? — спросил Гарри.

— Не блестяще. Мисс Ригби с ней.

Когда они открывали дверцу машины, мимо них проехали две машины с полицейскими.

— На этот раз, Эд, тебе не уйти, — гневно произнес Дон. — Удираем! Если начнется стрельба, перекроют весь квартал.

Чтобы достичь Верхней Брук-Мьюз, им понадобилось несколько минут. За это время Дон успел рассказать Гарри, что произошло за время его пребывания в доме Ференци.

— Похоже на гангстерскую организацию, а, сэр? — спросил Гарри.

Дон остановился перед домом номер 25А и бросил взгляд на приборные часы. Было 1.20.

— Я вымотан до предела, — признался Гарри.

— О'кей, Гарри. Поставь машину и иди спать. Завтра, не исключено, у нас снова будет работа.

Он открыл входную дверь и вошел в переднюю. Сандвичи с цыпленком, бутылка виски и холодная вода ждали его возле огня. Дон наполнил бокал до краев, устало опустился в кресло и уставился на огонь. Он долго думал о Джулии, и ему не верилось, что Гвидо мертв. Эта история казалась ненастоящей, как страшный сон.

Телефонный звонок заставил его вздрогнуть. Дон взял трубку.

— Это вы, мистер Миклем? — пророкотал голос Хорокса на другом конце провода. — У меня плохие новости. Он удрал!

— Удрал?! — Дон вскочил.

— Да. Мы обнаружили подземный ход из его погреба. Он ведет в дровяной склад одного бизнесмена на Даун-стрит. Через него этот негодяй, должно быть, и выбрался.

— Будь все проклято! — взорвался Дон. — Чертов мерзавец! Значит, им обоим удалось удрать?

— Они далеко не уйдут, — торопливо заверил Хорокс. — Все порты, аэродромы и вокзалы находятся под наблюдением. Мы дали всем подробное описание.

— Хотелось бы в это поверить! — Дон в ярости бросил трубку.

В вестибюль отеля «Польсен» неуверенным шагом вошла девушка. Дейл, мирно дремавший, вздрогнул и посмотрел на часы. Четыре часа утра. Он встал, наклонился над бюро и бросил яростный взгляд на подходившую к нему особу.

— Святой Боже! — Его передернуло. — Откуда такая взялась!

К Дейлу подошла брюнетка с идиотским выражением лица. Ее зубы выдавались вперед, на носу сидели очки в черепаховой оправе. Она была одета в потертое пальто из драпа в красную и зеленую клетку. Черные жесткие волосы повязаны бледно-голубым шелковым платком.

— Если вы насчет комнаты, — сказал Дейл, с трудом сохраняя невозмутимый вид, — это стоит два фунта. Плата вперед.

— Да, я насчет комнаты, — сказала девушка, открывая портмоне. — Я… я пропустила свой поезд.

— Если вы без багажа, платите три фунта — такие правила в этом отеле, — сказал Дейл. — Соглашайтесь или уходите.

В это время вошел Крантор и направился к портье.

— Дай мне ключ, — сухо сказал он.

Девушка посмотрела на него и сказала:

— Извините. Он требует три фунта под тем предлогом, что я без багажа. Это верно?

— Поговори еще, моя красотка! — проворчал Дейл. — Ты слышала, что я сказал? Не хочешь платить — иди в другое место.

— Дай ей комнату, — сказал Крантор. Уродливый вид девушки напомнил ему о собственном несчастье, и он пожалел ее. — Это стоит один фунт. Расплатись.

Дейл снял ключ и положил его на конторку. Его острая крысиная мордочка приняла бесстрастное выражение.

— Комната 24, — сказал он, принимая фунтовую купюру, протянутую девушкой.

— Я живу рядом, — снова начал Крантор, сочувственно поглядывая на нее. — Вам показать ваш номер?

Она выглядела придурковатой замарашкой, но он привык к дурнушкам. Девушка неслышно шла за ним по лестнице. Когда они свернули за угол коридора и сделались невидимыми для глаз Дейла, она спросила:

— От Шапиро до сих пор нет известий?

Крантор подпрыгнул от неожиданности и с изумлением уставился на нее. Она сняла свои фальшивые зубы, и только тут он ее узнал.

— Лорелли! Ну и ну!

— Я спросила, нет ли известий от Шапиро.

— Да, известие есть, — ответил Крантор. Он остановился перед дверью, повернул ключ и сказал: — Вам лучше войти ко мне.

Она последовала за ним в комнату и сразу же направилась к зеркалу, висевшему над камином. Крантор закрыл дверь и запер ее на ключ.

— Полицейские пытались его схватить, — продолжал он, снимая мокрое пальто и бросая его на стул. — Он в сильном волнении. Что-то было не так. Он где-то допустил ошибку, но не хочет сказать где.

— Этот кретин позволил себя выследить, — сказала Лорелли. — Меня тоже пытались схватить.

Она вытащила из сумки пачку сигарет, закурила и выпустила клуб дыма.

— Когда я выходила с Энс-стрит, за мной увязался высокий здоровый парень. Он не из полиции, я в этом уверена. Я не смогла от него оторваться. Я повернула к дому на Маркет-Мьюз, где снимала квартиру. Потом он пошел к автомату, видимо, звонить в полицию. Я влезла в этот дурацкий наряд и удрала через крышу. За мной явились через несколько минут. Вы не знаете, что это за человек?

Крантор отрицательно покачал головой.

— Шапиро убил полицейского. Он требовал денег и вопил во всю глотку, что только это даст ему возможность удрать из страны.

Лорелли подошла к окну и села.

— Где он?

— Прячется в квартире своей девки. Может быть, вы помните ее. Джина Пасеро. Она, кажется, ухаживала за одним стариком несколько лет назад в Риме.

Лорелли кивнула:

— Помню. На нее нельзя полагаться. Я не знала, что она подружка Шапиро.

— На нее нельзя полагаться? Почему? — быстро спросил Крантор.

— Если полиции станет известно, что она любовница Шапиро, она заговорит. Шапиро наверняка рассказал ей о вас.

Крантор пожал плечами:

— Не знаю. Может быть.

Лорелли открыла сумочку, вытащила маленький листок розовой бумаги и положила его на стол.

— Я оставила свой чемодан в камере хранения Восточного вокзала, — сказала она. — В нем есть кое-что, что вас заинтересует. Во-первых, тысяча фунтов пятифунтовыми бумажками. Я получила приказ вручить эту сумму человеку, который убьет Ференци. Понимаете? Человеку… Не какому-то определенному лицу.

Крантор посмотрел на нее.

— А что во-вторых?

— Копия ножа, который вы отдали Шапиро.

Крантор взял бумажку, внимательно изучил ее и убрал в бумажник.

— Полиции известны приметы Шапиро, — продолжала Лорелли. — Ему не удрать. А если он попадется, сразу же выдаст вас.

— Да, — кивнул Крантор.

— Не думаю, что Шапиро будет для нас полезен в будущем, — многозначительно продолжала Лорелли. — А вы как считаете?

— Теперь, конечно, нет, — ответил Крантор, надевая свое пальто. — Вам лучше лечь спать. Ваша комната напротив.

— Я буду ждать вашего возвращения здесь, — возразила Лорелли. — Вам нужно заняться Джиной Пасеро. Полиция не замедлит узнать о ее отношениях с Шапиро. Вы знаете, где она живет?

— Нет, но найду, — заверил ее Крантор, направляясь к двери. Он остановился и сжал руку в кулак. — Что мне делать с деньгами?

Лорелли пожала плечами.

— Они принадлежат Шапиро, — сказала она.

По обрюзгшему лицу Крантора пробежала зловещая усмешка.

— Может быть, мне удастся распорядиться ими как надо, — сказал он и вышел, прикрыв за собой дверь.