Лансинг-авеню находилась в самом престижном квартале Парадиз-Палм. Мне было нетрудно отыскать здание из черного мрамора и хрома. Оно сияло огнями, и можно было подумать, что рождественская елка ошиблась сезоном.

Мой «Меркурий» медленно двигался по дороге. Темный лимузин, занимающий пол-улицы, просигналил мне, с просьбой уступить дорогу, и проехал мимо с меньшим шумом, чем производит падающий снег. Машина остановилась перед входом, и три роскошно одетые дамы, все с сигаретами, наклеенными ресницами и в норковых манто, выпорхнули из салона и вошли в здание. Рядом с лимузином мой «Меркурий» производил впечатление бедного родственника, наносящего визит кузену-миллионеру. Я скромно остановился позади лимузина и тоже вошел в здание. Холл был огромен, как каток для массового катания, но более шикарный. Здесь находились два бюро: одно для справок, другое — для приема посетителей, цветочный киоск, табачный и нечто вроде ниши для швейцара. Ковер был таким толстым, что ворс доходил до щиколоток.

Я осмотрелся.

Три головокружительные дамы направлялись к лифту. Одна из них подтянула пояс и подмигнула мне. Она была слишком вульгарна, чтобы заинтересовать меня. Такого рода женщина вырвет у вас золотые зубы, даже не прибегая к анестезии.

Я направился к швейцару. Это был пожилой, мрачного вида человек, одетый в униформу бутылочного цвета. Казалось, жизнь не очень баловала его. Я облокотился о конторку, разделяющую нас.

— Папаша, один вопрос…

— Да, сэр, — он поднял голову и кивнул.

— Мисс Спенс. Мисс Лоис Спенс. Правильно?

Он кивнул вновь.

— Номер 466, сэр. Можете воспользоваться лифтом.

— Она дома?

— Да, сэр.

— Прекрасно. — Я закурил.

Он удивленно смотрел на меня, но был слишком хорошо вышколен, чтобы задать вопрос самому.

— Не нуждаешься ли ты в деньгах, отец?

Он мигнул.

— Деньги никогда не помешают, сэр.

— Наверное, очень скучно просиживать здесь дни напролет? — спросил я, бросая взгляд вокруг. — Посетители еще куда ни шло, а вот те, кто здесь живет…

Он вновь кивнул.

— С нас бы достаточно было и чаевых, — с горечью проговорил он. — Но здесь живут такие скряги, что готовы доллар разорвать на четыре части.

Я вынул билет в пять долларов и старательно сложил его. Старик внимательно наблюдал за моими действиями, словно я был по крайней мере, Дороти Ламур.

— Меня интересует мисс Спенс. Вы знаете что-нибудь о ней?

Он осмотрел пустынный холл.

— Не нужно, чтобы кто-нибудь увидел деньги, — умоляюще сказал он. — Я держусь за свое место.

Я спрятал деньги в руке, оставив на виду лишь уголок, чтобы старик не забыл об их присутствии.

— Так вы скажете мне что-нибудь? — приветливо спросил я.

— Конечно, я знаю ее, сэр. Вот уже три года она живет здесь. А мы быстро знакомимся с жильцами.

Он говорил таким тоном, словно терпеть ее не мог.

— Она не очень приветлива, не так ли?

— Может быть, она делает это не нарочно, — старик пожал плечами.

— Другими словами, если она не обругает тебя, то ей придется дать тебе на чай? А чем она занимается?

Морщинистую физиономию перекосила гримаса.

— Том, лифтер, утверждает, что у нее адский темперамент. Может быть, вы и понимаете, что он хотел этим сказать, я — нет.

— Это что-то вроде «Иди ко мне, дорогой, мы займемся любовью»?

— Я бы так не сказал. Вначале это так и выглядит, но только на первый взгляд. Она возбуждает в мужчинах аппетит, но потом держит их на расстоянии. И стоит это бешеных денег. Я видел парней, которые едва не сходили с ума, так как не могли набрать нужную сумму.

— От нее закипает кровь?

— Вот это уж точно. Один несчастный даже застрелился из-за нее.

— Но это же смешно!

— Я думаю, он был ненормальным.

— Херрик бывал у нее?

Он подозрительно посмотрел на меня.

— Не знаю, имею ли я право говорить о нем, сэр. Копы шарят здесь с утра.

Я дал ему посмотреть другой уголок банкнота, чтобы подогреть интерес.

— И все же попытайся.

— Конечно, он бывал здесь. Он и баск.

— Баск?

Он кивнул.

— Он и сейчас там.

— Она была подругой Херрика?

— Она появлялась с ним вместе на людях. В казино, ну и тому подобное. У Херрика было много денег, но вряд ли он был ее дружком. Это не то, о чем вы думаете.

— Хорошо. А с баском?

Он пожал плечами.

— Вы же знаете этих женщин. Они во всем ищут выгоду. Думаю, что да.

— Но не с Херриком?

— Херрик был не такой, как другие. Он никогда не проводил с ней ночь. Может быть, их связывало какое-то дело или еще что-нибудь в этом роде.

— Вы не уверены в этом?

— Нет. Но она и не старалась скрыть от Херрика существование баска, который часто был у нее, когда приходил Херрик. Не похоже, что он их стеснял.

— Но кто, в конце концов, этот баск?

— Его зовут Хуан Гомес. Он чемпион города по игре в мяч.

— А еще чем он занимается?

Старик моргнул подслеповатыми глазами.

— Теряет спортивную форму с мисс Спенс.

— Копы наведывались сюда?

Он кивнул.

— Ты ничего не слышал?

— Нет. Но Гомес был там, — холодная усмешка пробежала по его лицу. — Ей пришлось немало потрудиться, чтобы объяснить, что этот тип делает у нее в восемь часов утра.

— Возможно, она сказала, что он пришел починить холодильник, — сказал я. — А вы когда-нибудь видели Киллиано здесь?

— Нет.

— Хорошо, — я сунул банкнот в руку старика. Он исчез с той же быстротой, как ящерица глотает муху.

Я уже собирался отойти от него, как вдруг он наклонился над конторкой и прошептал:

— Вот они…

Я оглянулся. Так как меня всегда интересовали женщины, я вначале посмотрел на мисс Спенс. На ней были свободного покроя ржаво-коричневые брюки, туфли от Бата, коричневая с белым блузка и оранжевый шарфик. Бедра ее были несколько тяжеловаты, но фигура отличная. Ее рыжие волосы были такие же искусственные, как и улыбка адвоката. Голубые глаза с длинными накладными ресницами, большой рот с ярко накрашенными губами помадой «Запретное яблоко» — самой провокационной помадой со времен изгнания Адама и Евы из рая. В тот момент, когда она проходила мимо меня, окутанная облаком «Шанель номер пять», я заметил выражение ее лица: высокомерное и пренебрежительное.

Я подумал, что было бы интересно побеседовать с ней при условии, что двое сильных мужчин находились бы по ту сторону двери, готовые вырвать меня из ее когтей, когда дело примет скверный оборот.

Баск тоже был импозантной личностью. Он был высок и широк в плечах и в то же время гибкий, как гепард, но раза в два опаснее его. Его лицо было злобным, а в глазах горело выражение, которое не вызывало желания хлопнуть его по плечу.

Мисс Спенс протянула ключи дежурному, даже не глядя в его сторону, и пересекла холл, беседуя с Гомесом. При ходьбе она так покачивала бедрами, что все мужчины, находящиеся в холле, включая и меня, пожирали ее глазами. У двери она остановилась и попросила у своего спутника сигарету. Он дал ей прикурить, и в это время громкоговоритель начал вещать: «Говорит полиция Парадиз-Палм. — На секунду голос замолк, потом продолжил: — Повторение объявления, данного в 9.15, по делу об убийстве Херрика. Разыскивается Честер Кейн. Приметы: рост шесть футов, примерно тридцати пяти лет, темноволосый, бледный цвет лица, серый костюм и серая мягкая шляпа. Вероятнее всего, он попытается покинуть город. Не рискуйте понапрасну: этот человек очень опасен. Все, кто обнаружит его, должны немедленно позвонить в полицию. Не пытайтесь задержать самостоятельно, преступник вооружен…»

Мисс Спенс бросила окурок и раздавила ногой.

— Они еще не поймали этого негодяя, — со злостью сказала она.