Эд Леон, сидя за рулем своей машины, медленно проезжал перед домом Лоис, внимательно вглядываясь в темноту, но никакая полицейская машина не виднелась поблизости, и окна Лоис не были освещены.

На углу улицы он остановился, размышляя о ситуации. «Что произошло с Инглишем? — задавал он себе вопрос. — Поехал ли он вместе с Морили? Сэм должен быть в курсе».

Немного подумав, он тронул машину и из первого попавшегося на пути кабака позвонил Крайлю. Набирая номер, посмотрел на часы. Было без двадцати минут десять. Линия оказалась занятой, и он закурил сигарету.

Задумчиво выпуская дым, Леон вдруг вспомнил о Глории Винзор. Может быть, она что-нибудь подскажет? Так почему бы не нанести ей визит? Он еще раз набрал номер Крайля.

Ему ответила Элен.

— Говорит Эд Леон, — сказал он. — Сэм дома?

— Он только что вышел. Если вам необходимо, я могу его найти. Он как раз выводит машину из гаража. Он едет в комиссариат. Вы знаете, что Ника задержали?

— Да. Пойдите за ним, пожалуйста, миссис Крайль. Это срочно.

— Одну минуту.

Леон прислонился к стенке кабины. Брови его были нахмурены. Если ему не удастся добиться своего, Ник пропал.

— Алло, — прозвучал голос Крайля. — Это вы, Леон?

— Да. Они забрали Ника?

— Он позвонил мне две минуты назад. Полиция стучала в дверь. Я спешу в комиссариат. Ах, Боже мой! Он должен был сразу же отправиться туда, как я и советовал ему. Не знаю, как мне удастся вытащить его.

— Не надо загодя расстраиваться, — заговорил Леон. — Лоис исчезла. Шерман, вероятно, утащил ее. Корина Инглиш убита.

— Что вы говорите? — закричал Крайль.

— Лоис отправилась к Корине. Ник думал, что Корина и Шерман работают вместе. Лоис должна была привести ее к Инглишу, он надеялся заставить ее сказать правду. Так как Лоис не возвращалась, я поехал посмотреть, что там случилось. Корину задушили, и никаких следов Лоис. Но она, безусловно, там была, я нашел ее носовой платочек. Мне нужно ее отыскать, Крайль. Скажите Нику, что я отправляюсь потрепать немного девицу Винзор. Она, может быть, что-то знает. Это наш единственный шанс. Пусть Ник не волнуется. Я найду Лоис даже ценой собственной шкуры.

— Кто эта Винзор?

— Я потом объясню. Ник знает. Сообщите ему об этом, я должен спешить.

— Позвоните мне потом, — сказал Крайль торопливо.

— Хорошо. Когда вы вернетесь?

— Не знаю, думаю, через час. Позвоните мне через час.

Леон вернулся к машине и через десять минут был перед зданием агентства «Молния».

Дойдя до офиса Глории Винзор, он дважды ударил медным молотком в дверь. Засунув руки в карманы плаща, протянул вперед ногу, готовый, если понадобится, блокировать дверь.

Ему открыла высокая рыжая девица, одетая в зеленый пуловер и табачного цвета брюки. Она вопросительно смотрела на него. Ей было около двадцати восьми лет. Красивое лицо портили твердый рот и упрямый подбородок. Леон подумал, что у нее вызывающая наружность, и с трудом оторвал взгляд от ее туго обтянутого пуловером бюста.

— Мисс Винзор? — спросил он, поднимая шляпу.

— Да, что вы хотели?

— Меня зовут Эд Леон. Я детектив и хочу с вами поговорить.

Она продолжала улыбаться, но взгляд стал настороженным.

— Вы шутите, — воскликнула она неприязненно. — Если вы из плоскостопых, то я Софи Таккер.

Леон достал бумажник и показал ей свой значок и карточку.

— Убедились?

— О, частный, — презрительно протянула она. — Проваливайте, бой-скаут, у меня нет времени.

Она хотела захлопнуть дверь, но Леон успел раньше просунуть ногу.

— Я сказал, что хочу поговорить с вами, — процедил он.

Она отпрянула.

— Вы будете иметь кучу неприятностей, ведя себя подобным образом со мной.

— Ничего, переживу, — возразил он, закрывая за собой дверь. — Мне нечасто приходится иметь дело с такой рыжей и так прекрасно сложенной девушкой. Скажите, чтобы удовлетворить мое любопытство… Какой-то декоратор сделал вам это или вы сами?

Насмешливый огонек появился у нее в глазах.

— А вы шутник, — усмехнулась она, подняв глаза к потолку. — У меня таких, как вы… Ну, коль ворвались, делайте ваш маленький номер и убирайтесь. Я хочу посмотреть матч по телевизору.

— Вы тоже? Подождите секунду, я же едва успел войти, — Леон прошел в небольшую гостиную. — Ну что ж, у вас определенная тяга к комфорту, должен сказать, — произнес он, осматриваясь. — У меня такое чувство, что вы неплохо справляетесь с вашими силуэтами.

— Прекратите ваши шутки, иначе я оторву вам уши, — рассердилась Глория.

— Или это благополучие приносит вам шантаж? — продолжал Леон, наблюдая за ее реакцией.

Она посмотрела на него краем глаза, и ее рот сжался.

— О чем это вы? — ледяным тоном спросила она.

— Вот вы и попали в грязную переделку. — Леон устроился перед камином и принялся помешивать угли. — На этом ваша карьера кончается. Вам придется провести лет десять в уютной тюремной камере.

Она повернулась и посмотрела на него.

— А что заставляет вас думать, что я попаду в тюрьму, плоскостопый?

— Некоторые факты и очень важные сведения.

— Какие факты и какие сведения?

— Рэкет Шермана лопнул. Вы работали вместе с ним. Его очень скоро поймают. А в ожидании можно сорвать менее крупный плод, такой, как вы.

Она подняла брови:

— Кто этот Шерман? О чем вы?

Леон улыбнулся:

— Не утруждайте себя, моя красотка. Вы отлично знаете, о чем я говорю. Это вы выдали Роя Инглиша. Вы служили Шерману осведомителем. Вы слушали все, что творилось в конторе Инглиша, и рассказывали об этом Шерману. Вы его соучастница.

— Вы определенно сумасшедший! — зло закричала она. — Убирайтесь, иначе я позову копов.

— Ну, действуйте, не стесняйтесь, это избавит меня от необходимости самому звонить в комиссариат.

Она вскочила со своего кресла и подбежала к телефону.

— Копы отлично знают, что надо делать с подонками вашего типа. Послушайтесь моего совета, убирайтесь отсюда, пока не поздно.

— Так зовите их! — Леон прислонился к камину. — У вас есть все для того, чтобы получить десять лет. В наше время шантаж карается сурово.

— Вы ничего не сможете доказать, — она уже взялась за трубку.

— Я могу доказать, что вы работали вместе с Шерманом. Он убил пять человек: Роя Инглиша, Мэри Сьюит, Джо Хенесси, Мей Митчел и последней, час тому назад, Корину Инглиш. Вы соучастница в убийстве Роя Инглиша. Это я могу доказать. Если очень настаиваете, я посажу вас на электрический стул.

Она отвернулась, будто снимая трубку, и, мгновенно открыв ящик стола, выхватила оттуда автоматический пистолет 25-го калибра, наставив его на Леона.

— Ни с места, — предупредила она с напряженным лицом и сверкающими глазами. — Мне очень хочется пустить тебе пулю в лоб и сказать копам, что ты пытался меня изнасиловать.

Леон попытался сблефовать:

— Что?! С этой игрушкой? Она не выпустит даже капли крови.

— Это мы увидим.

— А чем это лучше для вас? — спросил он. — Подумайте немного и будьте благоразумны.

— То есть?

— Мне нужен Шерман. Вы меня совершенно не интересуете. И я могу дать вам возможность уехать. Он где-то прячется. Где он может быть?

Она думала, наморщив лоб.

— Предположим, что я знаю и скажу вам это. Что потом?

— Я дам вам двенадцать часов на сборы. Учтите эту деталь. Я обязан сообщить копам, что вы работали на Шермана, но с двенадцатью часами форы и современным транспортом можно уехать далеко.

— При условии, что будут деньги, — добавила она.

— Это верно, — согласился Леон.

— Сколько? — спросила она.

— Две тысячи. Это разумный выход, моя дорогая. Две тысячи и двенадцать часов времени.

— Это меня не интересует, — сухо сказала она, — это просто пыль. Убирайтесь отсюда.

— Каково ваше предложение?

Она подумала.

— Десять.

Леон замялся.

— Невероятно! Десять тысяч долларов за сведения, которые копы получат у вас после первого же удара кулаком. Но я все же готов дойти до пяти тысяч, и это только потому, что вы рыжая. Рыжие всегда вызывают у меня восторг.

— Тогда семь. Вы дадите мне фрик и двенадцать часов форы, если я вам скажу, где он находится, да?

— Да. Где он? Сэм Крайль, адвокат, выдаст вам деньги.

Она опять немного подумала, затем решилась:

— У него есть яхта, она стоит на якоре у Вай-Крик. Там он проводит свои уик-энды. Если он действительно где-то прячется, то только там. Вы не сможете ошибиться, это единственная яхта в том месте.

— Вы не обманываете?

— Нет, зачем мне это.

Леон подошел к письменному столу, стоящему около окна, нацарапал несколько слов и подал ей бумагу.

— Передайте это Крайлю. Повторите ему то, что мне, и он заплатит.

— Если только он не…

— Он вам заплатит. Может быть, не сегодня, но, безусловно, завтра утром. Я обещаю вам двенадцать часов, и вы свободны.

— А я могу пойти к нему сейчас?

— Лучше было бы подождать до завтра. Он может не найти сегодня вечером семь тысяч долларов.

— Тем не менее я пойду. Он сможет дать мне часть сейчас, а завтра выслать остальные.

— Как хотите, — Леон направился к двери. — У меня теперь очень сложное дело.

После ухода Леона она немного подумала и с озабоченным видом поспешила в спальню. Достала из-под кровати два чемодана и стала паковать туда свои вещи. Она собиралась взять только самое необходимое.

Потом она накинула меховое манто, взяла оба чемодана и, открыв дверь, резко остановилась. Сердце ее сжалось от испуга.

На площадке стоял Шерман, руки в карманах, в шляпе, мокрый от дождя. Непрерывно жуя резинку, он внимательно глядел на нее.

— Добрый вечер, Глория, — наконец поздоровался он, излучая саму любезность.

Она ничего не ответила.

— Вы спасаетесь бегством? — поинтересовался он, показывая на чемоданы.

— Как это? — будто не поняла она. — Я собираюсь на уик-энд.

— Но не вернетесь. Вы испугались, Глория?

— Почему вы думаете, что я испугалась? — Она старалась говорить спокойно, однако предательская дрожь в голосе выдавала ее. — Что это с вами? Я не могу отправиться на уик-энд, чтобы вы не подумали невесть что?

Он пожал плечами.

— Неважно, куда вы спешите, Глория. Вы бежите, не так ли?

— Нет, — возмущенно проговорила она. — Что это с вами? Чего вы боитесь?

Шерман улыбнулся.

— Можно мне зайти на минутку? Мне надо сказать вам пару слов.

— Я… Я не хочу опаздывать на поезд.

Он пошел прямо на нее, и она отступила. Медленно, словно загипнотизированная, она поставила чемоданы и прислонилась к стене, с опаской поглядывая на Шермана.

— Совершенно не стоит бояться, Глория, — говорил он, расхаживая по комнате. — Теперь я держу Инглиша. Он больше не может причинить мне неприятностей. Полиция разыскивает его. Он убил свою любовницу.

Она ничего не отвечала, продолжая напряженно смотреть на него.

— Сначала я думал, что он доставит мне некоторые неудобства, но теперь с ним покончено. А как у вас дела с финансами, Глория? Мне казалось, что я должен вам кое-что. Разве не так?

— О, это подождет, — сказала она хриплым голосом. — Я… В настоящий момент я ни в чем не нуждаюсь.

Шерман улыбнулся.

— Первый раз я слышу от вас такие слова. Может быть, мои деньги пугают вас? Знаете, это нелепо.

— Если они у вас есть, я их с удовольствием возьму, но я не до такой степени стремлюсь получить их.

— Нет, я думаю, что это в самом деле так. — Он остановился перед окном и стал рассматривать шнур в шторах. — Вот любопытно, какое совпадение, я ищу как раз такой шнур. Это невероятно, но мне не удавалось найти именно такого цвета. — Он снял шнур с гвоздя и внимательно осмотрел его. — Вы не помните, где купили его?

— У Саквилла, — Глория неприязненно следила за Шерманом.

— Вы уверены? — спросил он, безмятежно приближаясь к ней. — Мне кажется, у него я тоже был.

Она смотрела на шнур, который свисал с его пальцев и которым она задергивала шторы, смотрела глазами, полными страха.

— Не подходите! — истошно закричала она.

— Что с вами? — удивился Шерман. — Чего вы боитесь, Глория? Не говорите мне, что у вас дурное на совести.

Он был теперь на расстоянии полуметра от нее. Она бросилась к двери, но он легко настиг ее и накинул на шею петлю.

Ужасные вопли девушки замерли, когда он потуже затянул шнур.