Толстая, рыхлая мисс Флеминг при виде Роулинга и Корридона оторвалась от пишущей машинки. Корридон с отвращением посмотрел на нее. Трудно было поверить, что женщина может быть такой непривлекательной и так безвкусно одеваться. Он вспомнил, что подумал то же самое, когда впервые увидел ее пять лет назад, зайдя к Ричи проститься.

За пять с половиной лет в ней ничего не изменилось. Такой же красный, лоснящийся нос, нечесанные волосы и одежда — верх безвкусицы. Он знал, что она необычайно работоспособна, свободно говорит на десяти языках, а за секретную работу во время войны награждена боевым орденом. Тот факт, что она была личной помощницей Ричи, свидетельствовал о многом. Тому, кто хотел срочно увидеться с Ричи, следовало быть как можно любезнее с ней.

И все — таки Корридон не мог понять, как Ричи терпит ее. Мисс Флеминг подняла голову, равнодушно оглядела их и махнула рукой в сторону двери рядом с ее стулом.

— Пройдите, пожалуйста, — сказала она. — Полковник Ричи ждет вас.

Роулинг заискивающе улыбнулся.

— Благодарю вас! — начал он. — Какой сегодня чудесный день, прямо…

Остальная часть фразы была забита стуком машинки. Мисс Флеминг продолжала работу.

— Оставь свои любезности для Армии Спасения, — усмехнулся Корридон, — Фанни этим не прошибешь.

Роулинг неодобрительно покосился на него, открыл дверь и вошел в кабинет.

Полковник Ричи стоял перед небольшим камином, заложив руки за спину. Он был более шести футов росту, широкоплечий, мощный и в то же время стройный, с отличной выправкой. Седые волосы коротко подстрижены, черная повязка закрывала левый глаз, который он потерял в Турции, во время первой мировой войны.

Он перевел взгляд с Роулинга на Корридона и сделал шаг навстречу.

— Хэлло, Мартин! Рад снова видеть вас!..

— Не сомневаюсь, — сухо ответил Корридон. Они обменялись рукопожатиями. — А вы неважно выглядите, полковник.

— Такая у нас жизнь, — Ричи улыбнулся. — И работы много… — Он указал на кресло. — Садитесь. Я не смогу уделить вам более двадцати минут. В двенадцать часов у меня встреча, и притом деловая, в Форин Офис.

Корридон уселся в кресло, достал сигареты и закурил, а спичку бросил в камин. Он злился на себя: знал, что Ричи много работает, что у него мало людей, и сейчас укорял себя за то, что не хотел помочь ему… Но тут же отогнал эти мысли как ненужные: только молокосос мог добровольно взяться помогать Ричи.

И все же, глядя на Ричи с устало опущенными уголками губ и темными кругами под глазами, Корридон почувствовал угрызения совести. Ричи хорошо относился к нему, и они всегда были друзьями. Это Ричи избавил его от полиции, когда он убил секретаря посольства. Теперь это уже забытая история, но не вмешайся тогда Ричи в его дела, многое сейчас было бы по — другому. Это благодаря Ричи его наградили орденом и дали небольшую пенсию за раны, полученные им в гестапо.

Да, Ричи — хороший парень, но это не значит, что Корридон готов работать с ним.

— Вы задумались, — сказал Ричи, внимательно наблюдая за Корридоном. Ричи мог читать мысли многих людей, как открытые книги. — О чем?

Корридон улыбнулся.

— Меня удивляет, что вы все еще держите здесь эту ужасную мисс Флеминг. Почему бы вам не посадить в своей приемной кого-нибудь посимпатичнее?

Ричи удивился.

— А в чем дело? Она же умна!

— Не спорю. Возможно, вы просто не замечаете ее… Ладно, не будем об этом. Роулинг собирается вам что-то рассказать.

Роулинг давно уже собирался. Он терпеливо ждал, когда дойдет очередь и до него. Увидев, что Ричи смотрит в его сторону, он быстро и четко доложил об убийстве Милли.

— Корридон знал ее, — продолжал он, сообщив некоторые данные о ее жизни, — вчера вечером разговаривал с ней. Она показала ему белое нефритовое кольцо, которое обронил в ее комнате кто-то из клиентов.

— Белое нефритовое кольцо? — переспросил полковник, и его лицо напряглось.

— Кольцо лучника, — сказал Корридон. — Я думаю, вы видели подобные в Британском музее. Возможно, у Милли была одна из удачных копий.

Ричи неторопливо полез в жилетный карман, достал небольшой предмет и протянул Корридону.

— Такое? — спокойно спросил он.

Корридон внимательно осмотрел кольцо.

— Да, это то самое кольцо!.. Точнее, очень похоже на него…

— Э, нет! — Ричи покачал головой. — Это не то кольцо. Их множество… Я полагаю, все они пронумерованы. Загляните внутрь, видите, там цифра двенадцать. Вы не обратили, конечно же, внимание на номер кольца Милли?

Корридон подошел к окну и, внимательно присмотревшись, увидел цифры 1 и 2, выгравированные в белом камне.

— К сожалению, номера я не заметил, — ответил Корридон. — Там было довольно темно, и потом, Милли не хотела, чтобы кто-то еще заметил ее добычу.

— Жаль, — Ричи повернулся к Роулингу. — Кольца, конечно, не нашли?

Роулинг покачал головой.

— Ятес ищет его, но я сомневаюсь…

— Скорее всего не найдет, — безнадежно сказал Ричи. — У них была вся ночь на поиски…

Корридон встретился с внимательным взглядом полковника и почувствовал, как краска стыда заливает его лицо.

— Да, я упустил того парня, — раздраженно сказал он. — Но я же не знал, что он собирается убить ее! Я ведь уже не работаю у вас.

— Успокойтесь, — сказал Ричи, — что сейчас об этом говорить!.. Но я должен заметить, что на вас это не похоже. От легкой жизни вы расслабились и растеряли все свои таланты.

— Сейчас они мне не нужны! — огрызнулся Корридой. — Почему я должен заниматься чужими делами?

— Цепкий глаз всегда пригодится, — отозвался Ричи. — Помню время, когда вам достаточно было одного взгляда, чтобы запомнить наизусть целую газетную страницу. Теперь вы ведь не способны на это?

— Не знаю, у меня нет повода заниматься подобными фокусами, — проворчал Корридон. — Но если это все, что вы хотите от меня, то я лучше пойду. У меня дела и, кроме того, вы опоздаете в МИД…

Роулинг встал.

— Я вам еще нужен, полковник?

Ричи покачал головой, и тот вышел.

— Подождите, Мартин, несколько слов…

— Простите, полковник, — Корридон тоже поднялся. — Я знаю, как вы заняты, и не хочу отнимать ваше время. Дело в том, что мне сейчас не нужна работа.

Ричи уселся за большой письменный стол, взялся руками за папку и серьезно взглянул на Корридона.

— А деньги вам нужны?

Корридон улыбнулся.

— Ну-у, военное ведомство уже не платит таких денег! — сказал он. — И потом, я же сказал, что не собираюсь возвращаться.

— У вас много свободного времени? — спросил Ричи.

Корридон хмуро посмотрел на него.

— Что вы имеете в виду?

— Я слышал, вы стали мошенником, — спокойно произнес полковник. — У вас далеко не блестящая репутация в Сохо…

— Роулинг вам уже наговорил? — Корридон снова покраснел. — Не стоит обращать внимания на его сказки.

— Это не сказки, Мартин! Кроме Роулинга у меня есть и другие источники информации. На прошлой неделе, например, я разговаривал с Айзексом. Очевидно, он хотел, чтобы вы контрабандой ввезли партию швейцарских часов. Он предлагал сотню фунтов за услуги. Вы взяли задаток, но работу не сделали. Рассчитывали, что он не осмелится обратиться в полицию. Не так ли?

— Возможно… Но с такими крысами, как Айзеке, это не мошенничество. Откуда вы его знаете?

Корридон погасил сигарету и взглянул на часы.

— В моей работе, как и в вашей, приходится иметь дело с различными людьми, — сказал полковник. — Согласен с вами в оценке Айзекса, но ваши методы мне тоже не нравятся. Мне кажется, вы можете найти менее компрометирующий вас способ добычи денег. Пошли слухи, что вам нельзя доверять… А ведь когда-то мы работали вместе, и я не сомневался, что вам можно доверять… Во всем!

— И Брут честный человек, — улыбнулся Корридон, хотя ему было не до смеха. — Дело в том, что я больше не работаю на вас и сам отвечаю за свое поведение.

— Верно, — Ричи нахмурился, сразу стало видно, как он устал, осунулся. — Вы не работаете на меня. А двести фунтов вам пригодились бы?..

Корридон замер в кресле.

— Не откажусь… Только что это: предложение или подарок?..

— Есть одна работа… Если выполните ее успешно, получите 200 фунтов.

Серые холодные глаза внимательно рассматривали Корридона, и он невольно почувствовал себя неуютно.

— Только не говорите, что военное министерство готово заплатить эту сумму!

— А почему бы и нет? Двести фунтов — большие деньги. К несчастью, вы, кажется, единственный, кто может выполнить эту работу, и я готов заплатить эти деньги даже из собственного кармана. Только боюсь, придется вам отказаться от вашего правила: половина сейчас — половина потом… Все деньги будут выплачены после окончания работы.

— Знаете, можете убираться к чертовой матери с вашей мизерной платой… — Корридон нервно рассмеялся. — Не нужны мне ни ваши деньги, ни ваша работа!

Ричи улыбнулся.

— Рад слышать, что вам не нужны мои деньги. А работу жаль. Может, лучше надавить на ваши патриотические чувства?

Корридон встал.

— Зря теряете время! Почему вы выбрали меня? Почему сами не хотите выполнить эту работу?

— Я потому выбрал именно вас, Мартин, — бесстрастно сказал Ричи, — что эта работа может быть выполнена только человеком без чести, лживым, нечистым на руку. Именно поэтому я выбрал вас.

Корридон криво усмехнулся.

— Верю, что вы говорите искренне.

Холодные глаза, казалось, прожигали его насквозь.

— Да, я говорю искренне, — серьезно сказал Ричи. — У вас дурная репутация, и вы будете вне подозрений. Надеюсь, работа будет вам по душе. Возможно, предстоит небольшое ограбление… Хотите узнать?

Корридон снова сел.

— Кажется, вам надо было в Форин Офис? — спросил он. — Вы не опоздаете?

Ричи встал, вышел ненадолго из кабинета, чтобы предупредить мисс Флеминг, и вернулся обратно.

— Это дело важнее, чем визит в министерство.

— Так расскажите мне о нем.

— Буду краток, — торопливо заговорил полковник. — В нашей стране существует организация, и она с каждым днем и месяцем растет количественно и качественно. Цель ее работы — нанесение ущерба нашему государству. Понятия не имею, кто стоит за ней, но подозреваю — она финансируется нашими врагами в Европе. Уверен, шеф организации связан с иностранной разведкой. Он куплен. Допустим, например, что за ним стоит сила, которой не нравится наш экспорт угля на их рынок. Они подкупают шефа этой организации. Может ли он что-либо предпринять, чтобы помочь им? Деньги у него есть в неограниченном количестве, имеются свои люди на шахтах. Месяц спустя начинается забастовка, и экспортные поставки летят к черту. Или возьмем другой пример. Как вы помните, министр по европейским делам умер недавно в результате несчастного случая на охоте. Этот выстрел не был случайным, мы уверены! Он мешал кому-то, и эта организация «позаботилась» о нем… Не хочу терять время на примеры, их множество. Методы работы организации: саботаж, забастовки, убийства и дюжина других, не менее эффективных. Мы хотим найти, кто стоит за всем этим.

Корридон задумался и по привычке стряхнул пепел на ковер.

— Я не вижу здесь «своей» работы. Надеюсь, вы не считаете, что мне под силу найти этого законспирированного шефа?

— Я думаю, вы сумеете сделать это гораздо быстрее и легче, чем кто-либо другой…

— Почему?

— Потому, что шеф этой организации любит людей вроде вас. Он ищет недовольных, ищет тех, кто любит деньги, и не любит свою страну. Вы — готовый саботажник. У вас отличное прошлое, а ваша теперешняя репутация заставит его обратить на вас внимание и привлечь в свои ряды.

— До сих пор это почему-то не случилось!..

— Это потому, что вы не сделали ни малейшего шага навстречу. Мы взяли одного из его людей. Он пытался уничтожить завод в Уэльсе. Мы нашли у него это кольцо и вынудили заговорить. Теперь нам кое-что известно. Каждый член их организации носит такое кольцо, по которому они узнают друг друга. Мы знаем, что дом на Вестерн — авеню, который называется Ред Руст, — одно из мест их встреч. Человек, которого мы взяли, оказался упрямым, и мы потратили много усилий, прежде чем заставили его заговорить. Но не успели допросить вторично, он покончил с собой…

— Вы хотите, чтобы я посетил Ред Руст?..

— Да. Вы знаете это место?

Корридон кивнул.

— Дом снимает майор Джордж Менворти. Мы с ним знакомы. Вы считаете, он связан с ними?

— Вполне возможно… Время от времени члены этой организации собираются у него. Так вы займетесь этим делом?

— Не знаю, — ответил Корридон вставая. — Схожу туда, посмотрю, что из этого выйдет… Не стану прилагать никаких усилий для связи с ними. Но если мне предложат примкнуть к ним, приму предложение. Если же этого не произойдет, я всё бросаю и уезжаю в Париж. И ничего вам не обещаю. Вы меня знаете, опасности меня не пугают.

Ричи улыбнулся.

— Я думаю, вы справитесь, Мартин. Только не пытайтесь связаться со мной. Ни письменно, ни по телефону. Если вас примут туда, то будут долго следить за вами, проверять и перепроверять!.. Они существуют всего полгода, но сделали уже очень много, причем они допустили только один промах… Их нельзя недооценивать, Мартин, они могут жестоко отомстить вам. Будьте осторожны!

Корридон пожал плечами.

— Цыплят по осени считают, — заметил он. — Может, ничего и не произойдет, но если это случится, как связаться с вами?

— Один из моих людей войдет с вами в контакт. Какой возьмем пароль?

— Пароль?.. «Весна в Париже»! — ответил Корридон с жесткой улыбкой. — У меня есть для этого веские причины…

* * *

Вечером, около девяти часов, Корридон вывел из гаража, расположенного под его квартирой, машину и не спеша поехал в сторону Шеферд Буш. Он привычно вел машину, а мысли были заняты другим. Уйдя от Ричи, он занялся делами Милли. Завещания она не оставила, да и ничего ценного у нее не было — несколько безделушек, украшения и тридцать фунтов. Корридон убедил Ричи продать все, что можно, деньги передать адвокатам, чтобы они позаботились, насколько это возможно, о Сюзи. Сам он обещал платить за девочку каждый месяц. Убедившись, что на ближайшие полгода Сюзи обеспечена всем необходимым, Корридон решил вплотную заняться домом на Ред Руст.

Ричи сказал, что у этой организации неограниченные финансовые возможности, и Корридон вполне допускал, что это правда. Если организация может организовывать забастовки, значит, у нее нет финансовых затруднений. Может, и ему удастся урвать несколько сот фунтов, это было бы неплохо.

«Не думаю, чтобы эта организация держала деньги в банке, — рассуждал Корридон. — В наши дни слишком много любопытных, и не успеешь внести в банк немного денег, как тут же начинаются слишком навязчивые расспросы. Деньги должны быть спрятаны в таком месте, откуда их легко достать в любой момент… Очевидно, есть смысл разыскать это место и пошарить там», — решил для себя Мартин.

Он проехал Уайт — стрит и выехал на Вестерн — авеню. Здесь дорога была значительно шире, и Корридон прибавил скорость.

Ред Руст находился в двух милях за аэродромом Нортхолт. Дом стоял в стороне от дороги и был скрыт высоким восьмифутовым забором. Корридон пришел сюда однажды со своим другом, членом этого клуба, и помнил, какая суматоха поднялась при его появлении. Здесь очень неодобрительно относились к чужакам, даже если они появлялись в сопровождений своих.

Интересно, помнит ли его Джордж Менворти?

Они не виделись почти четыре года. В последний раз встретились в грязной забегаловке в Сохо. Менворти был пьян и ругался с каким-то молодым парнем, сидевшим рядом.

Ссора началась с тихого, злобного шепота, потом Менворти неожиданно ударил парня в лицо. Тот выхватил нож. Если бы не вмешался Корридон, Менворти пришлось бы плохо. Бледный и дрожащий, тот мгновенно протрезвел и ушел, а Мартин угостил парня выпивкой.

У Корридона была давняя привычка собирать разную сомнительную информацию. Со временем его знания о людских слабостях и неосмотрительности превратились в источник постоянного заработка. Он не знал, когда ему пригодятся те или иные сведения, но жадно слушал и запоминал все подряд…

Молодой человек готов был без конца трепаться о Менворти. Возможно, этому способствовала фунтовая банкнота, скользнувшая ему в руку. Так или иначе, но Корридон услышал многое. Парень рассказал, почему Менворти выгнали из гвардии, и прочее в том же духе… Тогда Корридон не знал, как он поступит с полученной информацией, но сейчас, мчась по Вестерн — авеню, он искал возможность подковырнуть Менворти…

Впереди показались яркие огни неоновой вывески Ред Руста. Сбросив скорость, он направил машину ко входу, быстро отыскал место для стоянки, поставил машину и вошел. К нему тотчас же направился молодой человек в пурпурной с серебряными позументами ливрее.

— Добрый вечер, сэр, — он вежливо улыбнулся Корридону. — Вы член нашего клуба?

— Добрый вечер, — отозвался Корридон. — Нет. Я просто хотел бы поговорить с майором Менворти.

Молодой человек слегка поднял брови.

— Прошу прощения, сэр, но майора нельзя увидеть без предварительной договоренности.

— Очень жаль, — сказал Корридон. — А есть ли кто-нибудь, с кем бы я мог переговорить?

— В чем дело? — холодный, твердый голос, раздавшийся за спиной, заставил Корридона резко повернуться.

Моложавый мужчина в безукоризненном вечернем костюме, с алой гвоздикой в петлице, приближался к ним. Он был крепко сложен, широкоплеч. Черные глаза холодно разглядывали Корридона.

— Простите, а вы кто? — спросил Корридон с самой обворожительной улыбкой.

— Я — Бретт, управляющий. В чем дело?

— Дела никакого. Просто мне надо увидеть майора Менворти.

— Он знает вас?

Корридон пожал плечами.

— Он может и не помнить меня… Мы не виделись с ним несколько лет. Меня зовут Мартин Корридон. Будьте добры, передайте ему, что я хочу поговорить с ним об Эрни.

Узкие губы Бретта дрогнули.

— О ком?!

— Об Эрни! Он поймет…

Бретт махнул рукой, и молодой человек в ливрее исчез. Бретт продолжал неподвижно стоять на месте, не сводя черных глаз с лица Корридона.

— В чем дело? — снова резко спросил он.

— Ни в чем… Просто я хочу видеть Менворти.

. — Кто такой Эрни? О ком вы говорите?

— Спросите Менворти. Если он захочет, он вам скажет.

Несколько секунд Бретт колебался, потом сердито пожал плечами и резко повернулся на каблуках.

— Следуйте за мной!

Они прошли мимо большого бассейна, мимо клумбы с тюльпанами…

Здание было одноэтажным, со стенами, покрытыми грубой штукатуркой, с соломенной крышей. Бледно — голубые и янтарные неоновые огни обрисовывали контур крыши.

Бретт открыл дверь, и они вошли в ярко освещенный маленький бар. За стойкой стояли и сидели мужчины и женщины в вечерних туалетах. Они с любопытством оглядели Корридона, а две женщины улыбнулись ему и приветливо помахали рукой. Он сдержанно кивнул им и прошел мимо стойки в кабинет.

Прежде чем дверь за Бреттом закрылась, Корридон успел увидеть еще один кабинет, гораздо больших размеров. Мартин прислонился к столу, закурил сигарету и, полузакрыв глаза, прислушался, но ничего не услышал.

Прошло минут пять. Дверь отворилась и на пороге появился Бретт.

— Можете войти, — сказал он, махнув рукой в сторону открытой двери, а сам вернулся в бар.

Корридон вошел. Перед огромными двойными окнами стоял стол, за которым восседал Джордж Менворти.

Он не изменился с тех пор, как Корридон видел его в последний раз. Разве что стал чуть старше и суше, а его темные, зачесанные назад волосы поредели и посеребрились на висках. Корридон знал, что ему уже около пятидесяти, но он был по — прежнему строен и по — военному подтянут. Над плотно сжатым ртом топорщились небольшие усы.

— Вы хотели видеть меня? — спросил он, внешне оставаясь бесстрастным, в то время как его маленькие глазки внимательно и подозрительно сверлили Корридона.

— Ну да, — беззаботно отозвался Мартин. Он закрыл дверь и пересек комнату. — Хочу вступить в этот клуб.

— Тогда я вам не нужен, — рука Менворти потянулась к звонку, — этими делами ведает Бретт.

— Не звоните, — сказал Корридон, опускаясь в кресло. — Я предпочел бы иметь дело с вами. Я осведомлен, что существуют некоторые формальности, как то: 50 гиней вступительного взноса. У меня нет 50 гиней, майор, но я все же намерен вступить в клуб.

Менворти немедленно отдернул руку от звонка.

— Вот как? И вы знаете человека, который поручится за вас?

— Конечно! Этот человек — вы, — дерзко заявил Корридон. — И, смею надеяться, если я найду Эрни, он также замолвит за меня словечко. Вы помните его, майор? В последний раз я видел его года четыре назад… Он тогда пытался вас зарезать.

Майор выпрямился. Его лицо напряженно застыло.

— Вот оно что? — голос его звучал настороженно. — Я наслышан о вас… У вас репутация опасного и не слишком разборчивого человека, не так ли?

— Боюсь, что именно так, — весело согласился Корридон. — Но не надо так расстраиваться, я не горжусь этим.

— Почему вы решили вступить в клуб?

Корридон смял сигарету и потянулся к золотому портсигару Менворти.

— Неужели не ясно?! Золотая жила на моем участке иссякла, надо осваивать новую территорию… А здесь полно богачей, не знающих, куда девать деньги. Простор для охоты, не так ли?

— Значит, вы собираетесь обирать моих клиентов?.. — Менворти придвинул к себе тяжелое пресс — папье. — И рассчитываете, что я соглашусь?

— Была бы неразумно с вашей стороны отказать мне в таком пустяке, — улыбнулся Корридон. — Давайте будем откровенны. Эрни слишком много наговорил в тот вечер. Он был здорово зол на вас… Я думаю, вы не хотите вляпаться в скандал, майор, а скандал возможен… И даже эти чудаки, которые поддерживают ваш клуб, сразу отвернутся от вас, узнав об Эрни и о том, почему вы так поспешно, ушли в отставку.

Менворти достал сигарету из портсигара. Яркий огонек золотой зажигалки на мгновение осветил его глаза. Руки его слегка дрожали.

— Значит, это шантаж… Мне бы следовало догадаться.

— Конечно! Ведь мы сразу договорились, что я не слишком разборчивый в средствах человек, не так ли?

— А если я сделаю вас членам клуба?..

— Естественно, я забуду об Эрни. Итак, майор, я вижу, мы начинаем понимать друг друга. Не тратьте зря времени. Вы в полной безопасности, можете быть в этом уверены. Я не продам вас и буду заниматься охотой на стороне.

— Я вас понял. — Менворти с трудом сдерживал гнев. Он открыл ящик стола, достал карточку и что-то торопливо написал на ней.

— Но предупреждаю вас, Корридон, что если кто-нибудь из членов клуба пожалуется на вас, вы автоматически выбываете из клуба… И я не сумею вам помочь. У нас существует комитет по рассмотрению жалоб, и они не задумываясь выкинут вас вон!..

Корридон засмеялся.

— Не беспокойтесь, не будет никаких жалоб! Моя технология защищена от дураков.

— Рад это слышать.

В этот момент дверь распахнулась, и в комнату вошла девушка. Корридон повернулся к ней. Она была прекрасна: невысокая, стройная и смуглая, длинные блестящие волосы в беспорядке рассыпаны по плечам.

— О, простите! — сказала она. — Я думала, что вы один.

— Я сейчас освобожусь, входите, мисс Фейдак, — сказал Менворти, вставая. — Что еще я могу для вас сделать? — обратился он к Корридону.

Девушка заинтересованно взглянула на Мартина. Он встал и улыбнулся ей. И тут же почувствовал укол в сердце. На точеной шее незнакомки висело на цепочке белое нефритовое кольцо древних лучников.

— У вас все ко мне? — снова спросил Менворти. — Если интересуетесь правилами клуба, обращайтесь к Бретту.

— Благодарю, — ответил Корридон. Он взял карточку и, сунув ее в карман, посмотрел на девушку. В прошлом у него был богатый опыт общения с женщинами, и он знал, что нравится им. Так и теперь — он сразу почувствовал, что небезразличен мисс Фейдак.

— Вы новый член клуба? — улыбнулась она. Ее легкий иностранный акцент, скорее всего австрийский, был едва уловим.

— Только что вступил, — ответил Мартин. — Вы думаете, мне придется пожалеть об этом?

— О нет! Это вполне приличный клуб. Все члены клуба дружелюбно отнесутся к вам. — Она выжидательно взглянула на Менворти.

— Мистер Мартин Корридон — мисс Лорин Фейдак, — неохотно представил их друг другу майор.

— Рад познакомиться с вами, — сказал Корридон, незаметно разглядывая кольцо, висевшее у нее на шее. — Вы тоже относитесь к дружелюбно настроенным членам клуба?

— Да… А почему вы об этом спрашиваете?

— Я надеюсь, что вы поможете мне познакомиться с окружающей обстановкой. Но, конечно, вы здесь не одна?

Она засмеялась.

— С удовольствием покажу вам клуб. Я здесь жду брата. Он никогда не отличался пунктуальностью.

— Прошу прощения, мисс Фейдак, — сердито перебил их Менворти. — Вы хотели видеть меня?

— Простите!.. Да, я хотела обменять чек. Она открыла сумочку и достала листок.

— Я подожду вас в соседней комнате, — сказал Корридон и направился к двери. Выходя из кабинета, он оглянулся через плечо. Менворти смотрел ему вслед, девушка стояла к нему спиной.

Через несколько минут Лорин Фейдак вышла.

— Может, выпьем чего-нибудь, — спросила она.

— Именно это я и собирался предложить!

Он открыл дверь и посторонился, пропуская девушку вперед. У нее была удивительно легкая, как у манекенщицы, походка.

Они сели за низенький столик в дальнем углу бара.

— У вас отличная походка! — не удержался Корридон и почувствовал, что комплимент ей приятен.

— Я занимаюсь моделированием одежды, — пояснила она. — К сожалению, не хватило росту, чтобы стать манекенщицей. Я работала модельером в Вене…

Мартин кивнул. После войны многие люди сменили работу и место жительства.

— Я так и подумал, что вы жили в Австрии, как только услышал вас, — заметил он. — Эмигрировали?

Она с грустью подтвердила, что вынуждена была эмигрировать из — за брата. Тот был замешан в каком-то политическом деле, но вовремя успел удрать из Вены, где его заочно приговорили к смертной казни. Теперь они поселились в Англии…

Пока они разговаривали, подошел бармен. Корридон заказал шампанское.

— У меня праздничное настроение, — как бы оправдываясь, сказал он. — Красивая женщина и хорошее вино дополняют друг друга… Вы счастливы в Англии?

— Да, очень, но вот брат… Он страшно тоскует по Вене.

— А чем вы занимаетесь теперь? — поинтересовался Корридон.

— Я конструирую одежду у Дюма, на Бонд — стрит, а мой брат — директор бюро путешествий на Мэйфейр — стрит.

Бармен вернулся с шампанским, откупорил бутылку и наполнил бокалы. Корридон отпил глоток. Вино было великолепным и, очевидно, стоило довольно дорого, но угрызений совести он не испытывал. Кажется, ему повезло: едва успев проникнуть в клуб, он уже познакомился с членом организации. Возможно, это простое совпадение, но он все же решил быть осторожным. Ричи предупреждал его насчет этих людей. Они могли следить за квартирой Милли и видеть его с Роулингом. Они могли следовать за ними до министерства.

— Поскольку у нас зашел доверительный разговор, — весело сказала Лорин, наблюдая за Корридоном, — скажите, чем занимаетесь вы?

— Я… солдат удачи!..

— Солдат?.. А что это значит?

— Солдат удачи — это тот, кто ищет выгоду и смысл жизни в приключениях и удовольствиях, — улыбнулся Корридон.

— Но не для этой же работы вы находитесь здесь? И, пожалуй, здесь вам негде развернуться.

— Верно. Но я стараюсь не перегружать себя работой. Иногда я зарабатываю достаточно денег, чтобы устроить себе отдых. Тогда я пью шампанское и разговариваю с красивыми женщинами. Что может быть приятнее?

— К сожалению, я вынуждена вас покинуть, — огорченно произнесла она. — Я жду брата. У него сегодня день рождения, и я обещала пообедать с ним.

— Это очень трогательно, — Корридон откинулся на спинку кресла, любуясь ею. — Не часто брат и сестра собираются вместе, чтобы отпраздновать какую-нибудь дату. Разве у вашего брата нет знакомых девушек?

— Нет. Он очень серьезный, и у него нет времени на девушек. Когда у него появляется желание погулять, он приглашает меня…

— …А вам нравится мужское общество, и вы считаете, что брат немного утомителен, хотя и любите его, так?

— Верно. — Она весело рассмеялась. — А вы, я вижу, очень проницательны!

— Возможно… Но должен предупредить вас, что совершенно не умею развлекать женщин. Когда-то у меня были хорошие манеры и известное обаяние. Война, к сожалению, все перевернула. Жизнь слишком коротка, и жаль тратить время впустую. Если женщина привлекает меня, я ей так и говорю, если после этого она начинает себя плохо вести, я волен найти себе другую. — Он смотрел ей прямо в лицо, в ее темные блестящие глаза. — А вы ужасно привлекаете меня.

— Я должна быть польщена? — со смехом спросила она.

Он пропустил ее вопрос мимо ушей.

— Вы не могли бы отделаться от братца?

— Это невозможно: у него же сегодня день рождения!

— Да, это серьезная причина, — нахмурился Корридон. — Тогда я подожду. Жаль, конечно, у вас может не быть настроения, когда мы встретимся в следующий раз. Женщины — рабы настроения.

— А вы уверены, что сейчас я в настроении?

— Не сомневаюсь!

— А если вы заблуждаетесь?.. — она загадочно улыбнулась.

— Когда мы встретимся?

— В воскресенье… идет?

— Не раньше?

— Вы не можете подождать каких-то три дня, мистер Корридон.

— Зовите меня просто Мартин. Если вы собираетесь быть безнравственной, незачем поддерживать официальный тон.

— Вы говорите ужасные вещи!

— Знаю. Итак, встречаемся в воскресенье. Где и когда?

— У меня квартира на Безустер Крешит, дом 29, на верхнем этаже. Приходите в семь часов.

— И вы будете одна?

— Вы определенно опасный человек!..

— Я живу по своим правилам. Так вы будете одна?

— Если буду в настроении… — Она звонко рассмеялась.

Корридон кивнул.

— Это хороший ответ. Он вносит элемент сомнения.

Он снова наполнил бокалы.

— Мне кажется, нам предстоит долгий совместный путь…

— Вы всегда так успешно преодолеваете препятствия? — спросила она.

— Преодоление преград зависит от помощи партнера, — серьезно ответил Корридон.

Она наклонилась над столиком и машинально поправила кольцо, висевшее на цепочке.

— Любопытная штучка, — заметил Корридон. — Издали похожа на кольцо лучника из Китая.

Его цепкие глаза буквально впились в ее лицо, пытаясь уловить реакцию на вопрос.

— Однако, вы эрудит! — снова рассмеялась она.

— Просто я в часы досуга посещаю Британский музей, — пояснил он. Явное безразличие, проявленное ею к этому кольцу, показало, что она совершенно не знает его истинной цены. — Это отличное место для расширения кругозора и эрудиции. Там много таких колец… Оно подлинное? — Мартин подался вперед, чтобы получше рассмотреть кольцо. — Можно взглянуть на него?

— Конечно. — Она отцепила кольцо и протянула Корридону, но рука, неожиданно появившаяся из — за ее плеча, перехватила кольцо на полпути. Она резко обернулась.

— О! Слейд, дорогой! Как ты напугал меня, — недовольно пробормотала она и повернулась к Корридону.

— Это мой брат, Слейд… — сказала она, тронув за рукав мужчину, который бесшумно возник рядом с ними. — А это Мартин Корридон… Он только что вступил в наш клуб. И еще он сообщил мне, что является солдатом удачи.

Слейд Фейдак был мускулистой копией своей очаровательной сестры: крепко сложенный, смуглый, с такими же темными глазами. У него был широкий и высокий лоб, умное интеллигентное лицо.

«Лицо интригана и фанатика», — безошибочно определил Корридон.

— Солдат удачи? — Слейд с любопытством посмотрел на Корридона. — Это интересно… Можно присоединиться к вам? — Говоря это, он сунул нефритовое кольцо в карман с естественностью, присущей фокусникам и карточным шулерам.

— Конечно, — кивнул Корридон. — Хотите шампанского? — Он попросил у бармена еще один стакан. — Лорин сказала, что у вас сегодня день рождения?

Фейдак кивнул.

— Что означает «солдат удачи»? — спросил он, усаживаясь между ними.

— Я берусь за любое дело. То есть за работу, которая хорошо оплачивается, — ответил Корридон. — Пользуюсь определенной репутацией в определенных кругах, что гарантирует мне определенную работу.

— Какого рода репутацией, мистер Корридон? — с усмешкой спросил Фейдак.

— Не слишком разборчивого человека, — с такой же усмешкой ответил Мартин.

— Это интересно… Прошу прощения за любопытство, но могу я узнать, как вы заслужили подобную репутацию?

— Не будь таким назойливым, Слейд… — хмуро вмешалась Лорин. Видно было, что ей неприятен этот разговор. — Ты едва знаком с мистером Корридоном, а уже устраиваешь ему допрос!

Корридон засмеялся.

— Не беспокойтесь, я ничего не имею против… Мне платят за советы.

Фейдак нетерпеливо повернулся к Лорин, жестом показывая, чтобы она не перебивала.

— Расскажите подробнее, мистер Корридон.

— Люди считают, что я люблю риск, меня не волнует этика, я готов обмануть правительство, если предоставится такая возможность. Пожалуй, они правы. Я не люблю властей и меня не грызет совесть.

— Не будет ли бестактным с моей стороны спросить, почему вы не любите власть? — Фейдак улыбнулся. — Похоже, я и в самом деле устраиваю допрос!..

— Это не страшно. Но, возможно, ваша сестра скучает?

— Ее это интересует так же, как и меня, — ответил Фейдак, прежде чем Лорин успела открыть рот. — Продолжайте, прошу вас.

— Я был отчаянным парнем во время войны, — продолжал Корридон. — Моя работа заключалась в поездках по Германии. Я разыскивал там предателей и всех тех, кто помогал врагу, и убивал их. Мои люди выбирали жертву, я охотился за ней и прекращал ее дальнейшую деятельность.

— Это, должно быть, опасная работа? — спросил Фейдак, и его глаза загорелись. — Вас не поймали?

— Один раз… Я был в руках гестапо, но мне удалось бежать. — Корридон закурил сигарету. — Без преувеличения и хвастовства могу сказать, что хорошо послужил своей родине. Когда война закончилась, я работал в Лондоне в качестве агента. Меня послали в некое посольство выкрасть бумаги. Не успел я вскрыть сейф, как меня накрыл один из секретарей, который задержался на работе. Надо было действовать быстро, пока он не поднял тревогу… Я убил его. Полиция выследила меня и арестовала. Согласно древней традиции, руководство отказалось от меня и я был вынужден сам заботиться о себе. Мне грозила смертная казнь… С тех пор я избегаю всяких дел с властями, и одно время хотел даже отомстить им, но раздумал. Вероятно, именно поэтому я пока на свободе…

— Это очень интересно, — задумчиво сказал Фейдак. — Нечто подобное случилось и со мной: я был вынужден покинуть свою страну. — Он достал из кармана визитную карточку и протянул ее Корридону. — Здесь мой служебный адрес, может, найдете время позвонить мне? Я чувствую, мы можем оказаться полезными друг другу.

— В самом деле? — Корридон удивленно поднял брови.

— Обсудим это при встрече, — сказал Фейдак. — Уверяю вас, у меня нет желания напрасно тратить ваше время. Есть «определенная» работа, которую может выполнить только такой человек, как вы.

— Не думаю, что это возможно, — отозвался Корридон. — Работа моего профиля вряд ли связана с бюро путешествий…

— И тем не менее, я уверен, что сумею заинтересовать вас.

— Но предупреждаю, — зловеще улыбаясь, произнес Корридон, — меня интересуют только крупные суммы денег!

— Ну, разумеется!..

Мартин пожал плечами и с безразличным видом спрятал карточку в карман.

— А теперь, прошу прощения, — Фейдак встал, — мне надо поговорить с метрдотелем. Ты готова, Лорин?

— Я еще не допила шампанское, — сухо сказала она.

— Хорошо, — Фейдак протянул руку Корридону. — Я очень заинтересован в нашей встрече. Надеюсь, скоро увидимся.

Фейдак ушел. Корридон повернулся к Лорин.

— Не сердитесь! Уверяю вас, еще никто не использовал меня, не пожалев потом об этом, — произнес Мартин, глядя в ее темные глаза. — Простите, я тоже должен идти.

Он встал.

— Желаю приятно провести время. До воскресенья.

— Прошу вас, не ходите к нему в контору, — тревожно сказала Лорин.

— Не волнуйтесь, я пока не собираюсь делать это, — улыбнулся Корридон. — Не забывайте следить за своим настроением. До воскресенья. Вы очень красивая женщина!

Сунув руки в карманы и тихонько насвистывая, он ушел.