Когда в начале шестого Шип вернулся в убежище Дюффи, тот как раз чистил свой револьвер. Гилрой и Шульц, сидя в креслах, наблюдали за его манипуляциями.

Дюффи прервал свое занятие и взглянул на вошедшего:

— Ну как, нашел?

Шип прошаркал к стулу, уселся, достал носовой платок и вытер потное лицо.

— Конечно, — довольно осклабился он. — Угадайте, где?

Дюффи положил «кольт» на стол. Губы его превратились в тонкую линию.

— И где же?

Шип довольно улыбнулся.

— Ни за что не поверите. Представьте себе, она выхаживает сосунка, маленькую пиявку Моргана.

Дюффи поднял глаза.

— Клива?

Шип кивнул.

— Она как раз в его квартире. Он ревет, как буйвол, потому что кто-то основательно попортил ему личико.

Дюффи поднялся.

— Вперед! Нам нужно срочно забрать ее оттуда. — Дюффи засунул револьвер за пояс.

— Все поедем? — спросил Гилрой.

— Думаю, Шип и я вполне справимся.

— Прекрасно, — Шип прошептал что-то на ухо Гилрою, и они рассмеялись.

— После этого я сразу еду в отель «Бальмонт», — сказал Дюффи. — Ждите меня там. Возьмите под наблюдение холл. Вряд ли Моргану можно доверять.

— Как скажете, — кивнул Гилрой.

Дюффи и Шип вышли из убежища Гилроя и сели в «Бьюик». Дюффи вел машину.

— Если эта красотка начнет выкидывать коники, особенно не стесняйся, — сказал он Шипу.

Тот кивнул.

— Но выглядит она просто замечательно, — сказал он и добавил печально: — Плохо быть таким неуклюжим, как я.

Дюффи искоса посмотрел на него.

— Радуйся этому. Эта девушка — сплошная отрава.

— И все же появиться с такой куколкой на людях — сплошное удовольствие, — сказал он после небольшой паузы.

Дюффи промолчал. После десяти минут быстрой езды он хлопнул Шипа по плечу:

— Кажется, мы приехали.

Шип высунулся из окна и осмотрелся.

— Все верно.

Дюффи остановил машину, и они вышли.

— Так какой номер дома? — спросил Дюффи.

Шип порылся в кармане, вынул клочок бумаги и прочел:

— Тысяча четыреста шестьдесят девять.

Они пошли по улице, всматриваясь в номера зданий.

— Должно быть, это на той стороне, — сказал Дюффи.

Они перешли на другую сторону и двинулись вниз по улице.

— Это достаточно опасные мерзавцы: что он, что она, — предупредил он Шипа. — Так что будь осторожен.

Тот лишь ухмыльнулся:

— Вряд ли меня уже можно чем-то запугать.

Номер 1469 был обычным многоквартирным домом. Дюффи просмотрел список жильцов.

— Ну вот, Клив Вессен, — довольно сказал Дюффи. — Это на третьем этаже. — Он нажал на первый попавшийся звонок, дождался, когда щелкнул замок двери подъезда, и вошел внутрь.

— Третий этаж, — напомнил Дюффи. Они медленно поднялись по лестнице.

— А неплохо устроился этот парень, — заметил Дюффи, останавливаясь на площадке третьего этажа и вынимая «кольт». Шип ничего не ответил, только с шумом перевел дыхание. Они подошли к двери нужной квартиры. Дюффи исследовал замок.

— Ну так как? — спросил он Шипа. — Сможешь открыть?

— Нет проблем! Младенец справится. — Шип вытащил отмычку и, покопавшись с минуту, бесшумно открыл замок.

— Подождешь пару минут и входи, — шепнул ему Дюффи.

Шип кивнул и отступил на шаг.

Дюффи осторожно повернул ручку, открыл дверь и вошел в прихожую, из которой вели еще две двери. Ему показалось, что за одной из них слышны голоса. Взведя курок револьвера, он ворвался туда.

— Так тебе уже удалось его изнасиловать? — спросил он ледяным тоном.

Аннабель повернулась как ужаленная. Она стояла у дивана, на котором лежал Клив. Почти вся голова его была забинтована, только яростно сверкали глаза из-под бинтов.

— Замри! — приказал Дюффи.

— Убирайся отсюда! — севшим голосом каркнул Клив.

Аннабель пригладила волосы и улыбнулась.

— Ты мне нравишься, — сказала она жеманно.

— Садись! — рявкнул Дюффи.

На пороге шаркающей походкой появился Шип. Он мельком взглянул на лежащего Клива, задержал взгляд на Аннабель, надул щеки и снял шляпу. Аннабель села на край дивана.

— А ты не представишь мне своего друга? — хриплым голосом сказала она.

Польщенный, Шип поправил галстук.

— А она симпатичная, — сказал он Дюффи.

Дюффи наблюдал за Кливом, у которого руки были спрятаны под легким одеялом.

— Вынь лапы наружу! — приказал Дюффи.

— Давай немного побеседуем, — сказала Аннабель.

Дюффи повернулся в ее сторону.

— Ты поедешь с нами. Я тебя помещу в безопасное место.

— Прямо сейчас?

— Это необходимо.

Она поднялась.

— Куда именно?

— Скоро увидишь… А сейчас попрощайся с этим красавчиком. Вряд ли ты когда-нибудь его вновь увидишь.

Аннабель глянула на Клива и безразлично пожала плечами.

— Он несколько не в форме. Я только зря потратила время.

Шип ухмыльнулся.

— Для такой роскошной женщины, как вы, и партнер должен быть весь из себя особенный, — серьезно сказал он.

— Убирайтесь к черту! — заорал Клив.

— Мне собирать вещи? — спросила Аннабель.

Дюффи покачал головой.

— Не нужно. Едем так. У нас совершенно нет времени, и слишком о многом нужно поговорить.

Аннабель хихикнула.

— А ты мне нравишься. Что ж, можно и побеседовать. Я могу о многом рассказать. — Она глянула на Клива. — И об этом молокососе, и о Моргане. Ты просто обалдеешь. Тому вообще не нужны женщины, а достаточно такой мрази, как этот подонок…

Клив оскалил зубы в злобной гримасе и выстрелил прямо из-под одеяла. Одеяло задымилось.

В тот же момент грохнул револьвер Дюффи, но, не имея сноровки, он промахнулся — пуля прошла в пяти сантиметрах от головы Клива. С необычайным проворством Шип бросился к Кливу, врезав кулаком в челюсть лежащего.

Спрятав револьвер в карман, Дюффи опустился рядом с Аннабель. Она лежала на спине, зажимая рукой бок и морщась от боли. Увидев Дюффи, она заплакала.

— Успокойся, ничего страшного нет, — сказал он.

— Давай ее сюда, — сказал Шип. Он уже успел врезать Кливу еще раз, стащил безвольное тело с постели и бросил на пол.

Дюффи уложил Аннабель на диван.

— Быстрее, нужно полотенце и холодная вода, — распорядился он. — Необходимо остановить кровотечение.

Шип метнулся в ванную. Дюффи вытащил перочинный ножик и разрезал платье, обнажая рану.

— Поворачивайся быстрее! — крикнул он, увидев то, что предстало перед глазами.

Шип прибежал с полотенцем.

— Позвони Инглишу, — сказал Дюффи. — Сообщи, что случилось.

Пока он пытался тампоном, сделанным из полотенца, остановить кровотечение, Аннабель открыла глаза и посмотрела на него. Пот блестел у нее на лице.

— Я умру?

Кровь продолжала течь, и Дюффи ответил беспомощно:

— Видимо, для тебя это будет лучшим выходом.

— Мне тоже так кажется, — ответила она и заплакала.

Дюффи упрямо пытался остановить кровь, но все было бесполезно.

— Дай мне выпить, — попросила она.

Он приподнял ее голову и поднес к губам бокал с виски.

— Я жалею обо всем, что случилось.

— Такие, как ты, всегда раскаиваются лишь тогда, когда слишком поздно, — сухо сказал Дюффи.

— Ты сам виноват в том, что я убила твою девушку.

— Смерть будет наилучшим выходом для тебя, — только и смог сказать Дюффи.

— Я невзлюбила тебя за то, что ты пренебрег мною. Еще ни один мужчина такого не делал. Ты помнишь?

— Помню… Я понимал, что это так не пройдет.

— Если ты запишешь то, что я продиктую, я еще успею подписать признание, — сказала она.

Дюффи подскочил к письменному столу, взял блокнот и карандаш.

— Торопись…

— Хорошо… Ты убила Каттлея?

— Да. Каттлей был дублером Глеазона, но не знал, что тот является моим мужем. Он был мерзавцем, но у него водились деньги, а я в них нуждалась всегда. Когда я узнала, что он прикарманивает половину выручки, я столкнула его в шахту лифта. А потом появился ты и помог мне уладить все дело… Потом пришла очередь Макса. Мне все мешали, ты понимаешь… Я со всеми ними заигрывала, так, любопытства ради, но так как они ни на что не годились, то я их бросала. Но Макс захотел продолжить отношения, и, когда у него появились фотографии, он пригласил меня к себе. Я должна была выкупить их у него… за обычную цену. Пришлось прикончить и его.

Дюффи торопливо писал, изредка давая Аннабель выпить виски. Вошел Шип.

— Инглиш сейчас приедет, — сказал он.

Дюффи сделал ему знак, чтобы тот замолчал.

— Тебя я возненавидела лишь потому, что ты мне нравился как мужчина. Я поехала к Ольге Шанн за списком, так как надеялась, что на вилле никого нет. Но когда я нос к носу столкнулась с ней там, у меня просто не оставалось иного выхода, как убить и ее…

— Но что это тебе дало?

Аннабель продолжала говорить, но постепенно голос ее слабел. Дюффи вынужден был наклониться над ней, чтобы расслышать слова.

— Мне так опротивел Глеазон… Я подумала, что смогу свалить его убийство на тебя…

Дюффи сунул ей в руку карандаш.

— Подпиши, — торопливо проговорил он.

— Не… могу… ничего не вижу…

Дюффи взял ее руку и положил на бумагу.

— Подпиши!

Но пальцы ее разжались, рука дернулась и безвольно поникла.

— Черт возьми! — взорвался Дюффи. — Она отдала богу душу как раз в тот момент, когда нужно было подписать признание.

— Не повезло, — философски сказал Шип.

— Посмотри на нее, Шип. В этой стране большей шлюхи я не видел.

— Так-то оно так, но уж больно она красива.

— А что с Кливом?

Шип пожал плечами.

— Думаю, час-полтора он еще проваляется без сознания.

Дюффи глянул на часы. Было четверть шестого.

— Поехали!.. У нас еще масса дел. Надеюсь, Инглиш здесь и сам разберется.

Шип последовал за ним. На улице Дюффи приостановился.

— Морган, скорее всего, придет в ярость от происшедшего.

Шип ухмыльнулся, садясь в машину.

— Да уж… Клив запросто может угодить на электрический стул.

— Если только Инглиш не замнет это дело.

Остаток пути они проехали в молчании. Дюффи остановил «Бьюик» перед отелем «Бальмонт».

— Пошли! — сказал он Шипу.

Они вошли в холл. Наискосок они увидели Шульца, который делал вид, что читает газету. Он не подал им никакого знака, но по всему было видно, что он их заметил. В холле появились Малыш и Джо и направились к ним. Джо с ненавистью глянул на Дюффи.

— В один из ближайших дней ты за все получишь, — прошипел Малыш.

— Зачем эта лишняя трескотня? — оборвал его Дюффи. — Давай перейдем сразу к делу.

Они прошли в бар. Джо остался в холле. Шип посматривал на него с удовольствием. Ему не терпелось помериться с ним силой, но, помня наказ Дюффи, он пока воздерживался от активных действий.

— Что у тебя общего с бандой Гилроя? — спросил Малыш.

— Скоро узнаешь, — холодно ответил Дюффи. — Гони деньги, я спешу. Надоело видеть твою противную рожу.

Малыш хихикнул, сунул руку в карман и вытащил конверт. Распечатав, он достал ассигнации. Дюффи следил за тем, как Малыш пересчитывал их. Там было ровно двадцать пять грандов. В свою очередь, Дюффи вытащил записную книжку и обменял на деньги.

— А копия?

Дюффи усмехнулся.

— Она давно в руках полиции.

— Напрасно ты это сделал, — огорчился Малыш. — Морган будет очень недоволен.

— Морган может проваливать к черту, — огрызнулся Дюффи.

Малыш вновь захихикал.

— И это я передам Моргану. — Он положил записную книжку в карман. — А впрочем, ты рано радуешься — деньги-то ведь все равно фальшивые.

Дюффи вытащил конверт, вынул банкноты и тщательно проверил. С виду деньги были настоящие.

— Мне кажется, здесь все в порядке.

Малыш довольно улыбнулся.

— Неужели ты надеялся, что Морган расплатится с тобой настоящими деньгами?

Дюффи сунул деньги в карман. В голову ему пришла неплохая мысль.

— Что-то ты слишком спокойно отнесся к этому факту, — заметил Малыш.

— Хочу дать один совет. Убирайся отсюда, и побыстрее.

— Как скажешь, — Малыш еще раз улыбнулся. — Но мы вскоре встретимся.

— И даже раньше, чем ты думаешь! — заметил Дюффи.

Он проследил, как Малыш и Джо вышли из холла, после чего сделал знак Шипу и заказал две порции выпивки. Шип подошел к нему.

— Все в порядке? — спросил он.

Дюффи сунул ему банкнот.

Шип посмотрел на него и улыбнулся.

— Оказывается, все очень просто!

Дюффи осушил свой бокал и сделал знак бармену.

— Еще один! — потребовал он.

— Не слишком ли быстро? — заметил Шип.

— Пока я не выпил слишком много, можно ни о чем не беспокоиться.

Шип наморщил лоб.

— А разве это не одно и то же? — он протянул банкнот Дюффи.

Тот сунул его в карман.

— Пошли!

Гилрой и Шульц уже ожидали их в «Бьюике». Едва машина отъехала, Гилрой спросил:

— Все прошло гладко?

Дюффи сунул ему в руки банкнот.

— Взгляни…

Гилрой некоторое время изучал его, потом удивленно присвистнул:

— Фальшивка!

Дюффи кивнул.

— И именно это поможет нам свернуть шею Моргану.

— Каким образом?

— Очень просто. Сейчас мы поедем в офис Моргана и спрячем деньги там. За изготовление фальшивых банкнот такого большого достоинства полагается солидный срок. Мы известим Инглиша, и пусть он поступает соответственно.

— И все же, по мне, лучше бы деньги были настоящими.

Дюффи пожал плечами.

— Не все коту масленица…

В беседу вмешался Шип:

— Эти фальшивки чертовски хорошо изготовлены. Нельзя ли нам их сейчас потратить?

— Это было бы роковой ошибкой. Подсчитывать доходы будем позже, но зато без всякого риска.

Едва они оказались в Бронксе, Дюффи позвонил Инглишу.

— Вессена мы взяли, — сообщил тот.

— А что Аннабель?

— Не будем говорить на эту тему. Кстати, я перевел на ваше имя еще пять тысяч долларов. Это должно хватить на какое-то время.

Дюффи улыбнулся в душе.

— Слушайте, Инглиш, а какое обвинение предъявлено Вессену? В убийстве?

— Убийстве? — неприкрытое удивление слышалось в голосе Инглиша. — Нет, разумеется. Он арестован за торговлю наркотиками.

Дюффи улыбнулся и подмигнул Гилрою.

— Готов держать пари, при нем их оказалось более чем достаточно.

— Во всяком случае, хватит, чтобы предъявить обвинение, — мягко сказал Инглиш.

— Да уж!.. А что с Аннабель?

Последовала пауза, затем Инглиш сказал печальным голосом:

— Вы же прекрасно знаете, что случилось с ней… Моя бедная девочка попала в дорожную катастрофу, а водитель сбежал…

— Это очень плохо… В скором времени я вас попрошу сделать кое-что и для меня, — он повесил трубку. — Этому Инглишу палец в рот не клади, — заметил он Гилрою. — Вессен обвиняется не в убийстве Аннабель, а лишь в торговле наркотиками. А Аннабель — жертва несчастного случая на дороге… Но поскольку Инглиш на нашей стороне, — продолжал Дюффи, наливая себе порцию виски, — то нечего пока беспокоиться.

Гилрой кивнул и вышел из комнаты.

Оставшись один, Дюффи присел возле письменного стола, выдвинул верхний ящик и вытащил пачку денег. Отделив по пять тысяч для своих партнеров, он пересчитал оставшиеся банкноты. Их набралось ровно девятнадцать тысяч. Эти деньги он разделил на четыре части, одну спрятал в нагрудном кармане, другую — в заднем кармане брюк, третью — в кармане пиджака, а четвертую засунул в сапог. Это создавало кое-какие неудобства, но ходить можно было совершенно спокойно.

После этого, прихватив пятнадцать тысяч, он спустился в бар. Гилрой, Шип и Шульц были там. Они пили пиво. Увидев Дюффи, они вопросительно глянули на него.

— Ваша доля, — тихо проговорил он, сунул в руку каждого из мужчин по пачке денег. — Здесь по пять тысяч. Только не пересчитывайте сейчас.

Шип взял свой бокал и тут же вылил пиво на пол.

— Джимми, шампанского! — закричал он бармену. — У меня сегодня праздник!

Шульц повертел деньги в руках и спрятал в карман. Коротко кивнув Дюффи, он вышел из бара.

— Этот парень знает счет деньгам. Скрягой его не назовешь, но и сорить ими не любит. Тут уж ничего не поделаешь.

Глянув на часы, Дюффи сказал:

— Пойду прилягу. Мы выедем около одиннадцати. Нужно проделать небольшую операцию.

— А это хорошо оплачивается? — спросил Гилрой.

— А то! Я хочу, чтобы вы заработали максимум возможного.

Шип отсалютовал Дюффи бокалом.

— Приятно слышать такие речи.

— Но ты не надейся, что деньги будут сыпаться, как манна с небес. Их надо заработать.

— Без проблем! Только скажи…

Вернувшись к себе, Дюффи позвонил Сэму:

— Ты можешь оказать мне небольшую услугу?

— Разумеется… И прошу, не сердись на Алису. Разве может женщина понять мужчину?!

Дюффи усмехнулся:

— Все в порядке. Она ведь права. На все сто процентов. Я согласился бы с ней, будь у меня мозги. Если бы мне предложили работу, я с радостью согласился бы на нее, а не разыгрывал из себя крутого парня. Итак, слушай. Прозондируй, что говорят в полиции. И не спускай глаз с Инглиша. Он кажется мне весьма скользким типом… Сделаешь?

— О чем разговор!.. Но ты хоть отдаешь себе отчет в том, что творишь? — тревожно спросил Сэм.

— Разумеется! — Дюффи повесил трубку.

За окном барабанил дождь. Дюффи улегся на койку, свесив ноги. Глядя в потолок, он задумчиво почесал щеку. «Надеюсь…» — но его мысли прервали шаги за дверью. Он услышал, как Гилрой сказал: «Нет, она такое не носит…» Шип ответил что-то неразборчиво.

В конце концов под монотонный шум дождя Дюффи уснул.