«Я не позволю заткнуть мне рот! – подумала Жасмин, вступая в свои покои и проходя на балкон. Она кивнула самой себе, посмотрев на город внизу. Её город. – Я найду способ доказать всем, что я могу править. Я заставлю их в это поверить».

* * *

В своём собственном кабинете Джафар разглядывал разложенные на столе древние свитки. На пожелтевшем пергаменте играли тени от пламени факелов, то высвечивая отдельные изображения и куски текста, то снова погружая их во мрак. Большая часть написанного выцвела и была едва различима. Но некоторые изображения были вполне чёткими: лампа, ковёр, словно бы зависший в воздухе, каменная голова льва.

Годами Джафар всматривался в одни и те же древние письмена. Где-то там таился ключ к разрешению его проблемы: визирь всё время находился где-то рядом с властью, но никогда не обладал ею. Он ни за что бы этого не признал, но они с Жасмин были похожи. За исключением того, что она хотела быть правителем, заботящемся о своём народе, а он хотел быть правителем, управляющим своим народом.

Если только... Если бы только ему удалось найти то, что он искал.

– Помни своё место, Джафар.

Услышав, как попугай повторяет произнесённые ранее султаном слова, визирь нахмурился и поднял голову. Попугай устроился на насесте у окна и чистил пёрышки.

– Очередное оскорбление от ограниченного дурака, – сказал Джафар, испытав новый прилив злобы. – Он видит город там, где я вижу империю.

Советник снова посмотрел на свитки. Глаза его остановились на выцветшем изображении лампы. Вот ответ. Если только он правильно понял написанное, а он в этом не сомневался, обладание лампой разрешит все его проблемы. Нужно лишь раздобыть лампу и «неогранённый алмаз».

– Как только лампа займёт место на этом столе, я займу место на троне. Мне нужно только...

– Вор во дворце! – крикнул Яго.

Джафар вздрогнул. Вор во дворце? Визирь задумался, а попугай вернулся к своим пёрышкам. Подойдя к большому окну, откуда была видна часть дворцовой территории, мужчина осмотрел всё пространство. Яго был его верными ушами и глазами. Он знал, что птица говорит правду, но не мог различить ничего, кроме темноты.

А потом от тени одного из зданий отделился силуэт. Прищурившись, визирь наблюдал, как парень ловко пробирается за спинами охраны, неслышно переступая по земле. Двигался он как человек, привыкший годами уходить от опасности. Но незваный гость ни разу не ввязался в драку, даже когда чуть не столкнулся с очень большим стражником с очень большим мечом в руках. В уголках губ Джафара заиграла улыбка, когда он увидел, что парень скользнул в одну из дверей во дворе. Яго правильно сделал, что обратил его внимание на воришку. «Интересно, что он задумал, – размышлял Джафар. – Чего добивается? Наверное, это что-то важное, раз стоит того, чтобы рисковать и пробираться мимо такой серьёзной охраны». Он задумчиво почесал подбородок. Кем бы ни был таинственный посетитель, нужно проследить за ним. Парнишка явно был опытным вором, раз сумел проскользнуть мимо стражников. Такой человек может наделать дел... Или помочь решить проблему!

ГЛАВА 7

– Я должна что-то с этим сделать...

Уловив отчаяние в голосе госпожи, Далиа вздохнула, но продолжила зашнуровывать её платье, продевая шёлковый шнурок в уже, кажется, тысячную дырочку.

– Симпатичный принц хочет жениться на вас, – сказала она, с трудом развязывая особенно тугой узелок. – Какая чудовищная ситуация.

Подняв глаза от карты, изучением которой она была поглощена, Жасмин показала подруге язык. С самого возвращения в свои покои принцесса пребывала в подавленном настроении. Саркастическое, хотя и доброе замечание служанки немного развеселило её.

– Дело не в том, что я не хочу выходить замуж, просто... – Её голос замер. Что толку вновь повторять всё это вслух?

– Вы хотите быть султаншей, – закончила за неё Далиа. – Но почему вам так это необходимо? Это же тяжёлый труд. Я вот всё время что-то делаю, тружусь не покладая рук, глядите, как я устаю. Разве не здорово просто сидеть целыми днями и смотреть в окно... – Обнаружив, что принцесса не слушает, она замолчала, не закончив фразы.

Жасмин не заметила. Её мысли были заняты городом, расстилавшимся за дворцовыми стенами. В голове сменяли одна другую сцены путешествия по рынку. Дети, мечтавшие о внимании и еде. Новые бесцеремонные вооружённые стражники. Аладдин со своим заброшенным жилищем в башне. Она тряхнула головой.

– Мама всегда говорила, что мы не имеем права быть счастливее нашего самого несчастного подданного, – проговорила принцесса взволнованным голосом. – Если бы она видела то, свидетелем чего я стала сегодня, сердце у неё было бы разбито. Я могу сделать их жизнь лучше. Для этого я и родилась на свет, а не для того, чтобы выйти замуж за какого-нибудь ничтожного принца.

Далиа искренне восхищалась своей госпожой и подругой. Этот разговор они вели не в первый раз. Жасмин нежно любила свою мать, и её смерть потрясла девушку. Она лишилась не только родителя, но и верного друга, наставника. Королева всегда советовала ей быть искренней и следовать за своими мечтами. Когда её не стало, девушка лишилась поддержки. Стремясь вновь поднять настроение принцессе, Далиа игриво улыбнулась:

– Ну, если уж вам непременно необходим никчёмный принц, то этот не подойдёт. – Она мельком видела Андерса, когда тот приехал во дворец. – Этот высок, красив, пусть и, как бы это сказать, не слишком красноречив... – Принцесса закатила глаза, а служанка снова пожала плечами. – Конечно, он не производит впечатления интеллектуала. А вы бы предпочли того рыночного воришку?

Жасмин опустила взгляд, залившись краской.

– Псст!

Принцесса вскинула голову и уставилась на служанку.

– Что это было? – спросила она. Далиа покачала головой и, приложив палец к губам, выглянула в коридор. Никого не увидев, она на цыпочках вышла из комнаты. Жасмин хотела последовать за ней, но почувствовала, что кто-то коснулся её руки. Прежде чем она успела открыть рот и позвать на помощь, её втащили обратно в комнату и захлопнули дверь.

Принцесса резко обернулась, вскинув кулаки для защиты, и глаза её изумлённо расширились, когда посреди собственной комнаты она увидела Аладдина.

– Ты... – выдохнула она. Сердце всё ещё сильно стучало, но испуг постепенно уступал место гневу... и любопытству. – Что ты здесь делаешь? – Девушка сама не знала, какого ответа ждёт. С одной стороны, хотелось, чтобы он сказал, что пришёл извиниться. С другой – что он скучает по ней. С третьей – этого желала та непокорная, уставшая от жизни взаперти часть её сущности, что не давала ей спокойно спать, – чтобы он сказал, что пришёл похитить её. Вместо этого молодой человек произнёс:

– Возвращаю твой браслет. – Жасмин непонимающе захлопала длинными ресницами.

– Мой браслет? – повторила она и посмотрела на его пустые руки. – И где же он?

Аладдин улыбнулся и кивком указал на её кисть.

– У тебя на запястье.

И точно, браслет обхватывал руку, как будто никогда не покидал своего места. Принцесса ахнула. Она подняла голову и встретилась взглядом с Аладдином, не зная, что и сказать. Вор возвращал краденое? Этот юноша не так прост, как ей показалось. Это не обычный уличный пройдоха. Он, конечно, не принц, но производит впечатление человека с добрым сердцем. Немного неотёсанный, но с чуткой нежной душой.

Будто прочитав её мысли, Аладдин пожал плечами.

– Видишь? – промолвил он. – Я не обычный вор. – Смутившись от своего признания, он начал неуклюже переминаться с ноги на ногу и залился краской. Потом обвёл рукой комнату. – Неплохо, мне нравится, как принцесса обустроила дворец.

Дочь султана улыбнулась. Как ни странно, его смущение показалось ей милым. Пока гость обводил глазами книжные полки, стол и окно, принцесса подумала о том, как он сюда попал.

– Как ты проскользнул мимо охраны?

– Это было непросто, но у меня есть кое-какие таланты, – ответил молодой человек. – Пока её нет, не хочешь прогуляться и поболтать?

От такой наглости Жасмин оторопела. Он был неисправим! Это просто невероятно! Она даже не сразу смогла подобрать слова, чтобы выразить своё изумление:

– Ты... Ты вламываешься во дворец и разгуливаешь здесь, как у себя дома! – удалось ей наконец выговорить.

– Когда у тебя ничего нет, приходится вести себя так, будто владеешь всем, – отозвался Аладдин, пожав плечами. – Ну так как? Я же нашёл твой браслет...

Жасмин открыла было рот, чтобы указать, насколько ошибочным было подобное умозаключение, когда из-за двери донёсся шорох платья и мягкие шаги. Через миг появилась Далиа, запыхавшаяся от попыток найти источник таинственных звуков.

Увидев вторую девушку, Аладдин открыл рот, а потом опять его закрыл. Госпожа и служанка хитро переглянулись. Аладдин явно решил, что принцесса – это Далиа. «Уж кто-кто, а я не стану развеивать его иллюзии», – подумала Жасмин, бросив на подругу многозначительный взгляд, так и просивший: «Подыграй мне!»

– Ваше высочество! – проговорил Аладдин, поспешно опустив глаза и склонив голову.

Лицо Далии расплылось в улыбке.

– О... Да, я принцесса. Так здорово быть мной... иметь столько дворцов, золотых карет, платьев и безделушек на все случаи жизни. А сейчас пришло время... э-э-э... искупать моего кота.

Жасмин удивлённо приподняла бровь и посмотрела на подругу. Искупать кота? Серьёзно? Это уж слишком. Но она ничего не могла возразить, чтобы не выдать их секрет, поэтому просто энергично закивала.

– Госпожа почти не покидает дворец, – проговорила принцесса, когда Далиа вышла из комнаты.

– Понятно, – только и мог ответить Аладдин. Вдруг глаза у него расширились.

В комнату вошёл Раджа. Спокойно пройдя мимо бродяги, будто его присутствие в покоях хозяйки было делом обычным, он плюхнулся на пол и принялся вылизываться.

– А ты разве не должна быть в купальне? – спросил Аладдин.

Издалека прозвенел голосок Далии:

– Эй, служанка, где там этот кот?

Раджа лениво поднялся и направился в её сторону.

Наблюдая за тигром, Аладдин почесал голову.

– Разве коты не моют себя сами? – спросил он. – У них вроде должна быть такая привычка.

Прежде чем Жасмин успела ответить, за дверью в коридоре снова послышались шаги. Но если Далиа ступала легко, эти шаги грохотали на весь дворец. Наверняка охрана Джафара. Они, наверное, обнаружили, что во дворец проник чужак. Если они найдут Аладдина в её покоях, его бросят в темницу или, ещё хуже, приговорят к немедленной смерти за небывалую дерзость по отношению к принцессе Аграбы.

– Тебе пора идти... сейчас же! – произнесла Жасмин, отчаянно ища глазами выход.

Заметив панику в её взоре, Аладдин кивнул.

– Хорошо, но завтра вечером я вернусь.

– Нет! – воскликнула дочь султана, протестующе замахав руками.

Но рыночный вор не принимал отказов.

– Завтра, – упрямо повторил он. – Жди меня во дворе у фонтана, когда луна поднимется над минаретом. Чтобы вернуть вот это... – Подняв руку, он осторожно вытянул из причёски девушки золотую заколку, удерживающую вместе чёрные как смоль пряди.

Затем он повернулся и выскользнул на балкон, в мгновение ока исчезнув из виду.

Жасмин проводила его взглядом, на губах её играла улыбка. Шаги стражников затихли в отдалении, так и не достигнув двери. Его не засекли, а значит, он точно вернётся – завтра. Мысль о том, что она вновь увидит юношу, доставила ей немного смутившее её удовольствие.

Продолжая улыбаться, девушка повернулась и направилась в ванную. Ей потребуется помощь Далии, если она намерена продолжать игру. Не говоря о том, что надо было обсудить со служанкой её «блестящее» преображение в принцессу.

ГЛАВА 8

Аладдин на цыпочках крался по коридору, сжимая в руке золотую заколку. Глаза рассеянно блуждали по стенам, губы застыли в блаженной улыбке, а в голове прокручивался разговор с Далией. Да, действительно, он прокрался во дворец и испугал её. И да, действительно, наверное, выглядел дураком в глазах принцессы. И да, действительно, наверное, можно было найти способ ещё раз повидаться с ней, ничего у неё не забирая. Но он не был готов исчезнуть, когда девушка велела ему уйти, не заручившись гарантией тою, что они увидятся вновь. И самое чудесное – эта встреча состоится уже завтра. Ничто ему не помешает.

Пожалуй, кроме крупного мужчины во главе отряда стражников, внезапно возникшего у него на пути. Замечтавшийся Аладдин резко остановился. Несколько хорошо вооружённых мужчин сверкали на него глазами. Глупо было надеяться, что проникновение во дворец султана может пройти настолько гладко. «Пожалуй, следовало это предвидеть», – криво усмехнулся воришка.

Стражник, которого он принял за главного, сделал стремительный шаг вперёд и замахнулся. Прежде чем бродяга успел отскочить, рука опустилась ему на голову – и весь мир погрузился в темноту.

* * *

Аладдин очнулся, с трудом открыл глаза. И сразу же пожалел об этом. Солнце сияло прямо в лицо, отражаясь от песка и почти ослепляя. Голова, в которой стучало после полученных ударов, пульсировала болью. Уличный мальчишка медленно сел и огляделся.

Ясно, что это уже не дворец... и не Аграба. Похоже, он оказался где-то посреди пустыни, а вокруг, насколько хватало глаз, тянулись одни песчаные дюны, не считая нескольких пальм и маленького водоёма неподалёку. Оазис. Но зачем его притащили сюда? Он обернулся и в нескольких метрах от себя увидел четырёх верблюдов и двух стражников. Они его разглядывали, причём у верблюдов выражение морд было более просветлённым и осмысленным, чем у их всадников. Поблизости Аладдин расслышал знакомое щебетание Абу. От этого ему стало чуть легче.

– Где я? – спросил он.

Из-за спины донёсся холодный насмешливый голос:

– В мире неприятностей, парнишка.

Обернувшись, юноша увидел перед собой высокого худощавого человека с тонкими чертами лица и узнал злобного советника султана. Любой житель Аграбы, даже самый последний нищий, узнал бы его. Именно визирь превратил прежде мирные улицы города в площадку для игр жестоких стражников.