Большой Совет сслвипских племен без какой-либо помпы заседал посреди обширной поляны.

Я уже не помню деталей той предоставленной нам долгой аудиенции. По правде говоря, сначала все сводилось к обмену дипломатическими любезностями; каждая из сторон старалась, не раскрывая своих намерений, угадать, что известно противнику и к чему он ведет. Не обладая какими-то особыми способностями в этой области, я слушал крайне рассеянно, больше размышляя о странной находке Луиса.

В конечном счете Сабатье все же пришлось раскрыть карты. Федеральному правительству, заявил он, известно, что в руках сслвипов находится чрезвычайно мощное оружие, уже использованное в битве при Вкессе. Разумеется, черные племена вправе защищать себя от агрессоров любыми возможными способами, но они должны знать, что некоторые из этих видов оружия представляют смертельную опасность для всех живых существ Теллуса.

— Какие у вас есть доказательства в поддержку этих утверждений? — прервал его один из старейших вождей.

— Никаких. Но вы должны доверять нашей науке — науке людей, — и если мы говорим вам, что оружие, находящееся сейчас в распоряжении сслвипов, больше всего опасно для них самих, значит, так оно и есть. Если вы передадите его нам, мы его уничтожим, и ужасная опасность, которую оно представляет, исчезнет. Тогда мы будем готовы заключить с черными племенами чрезвычайно выгодный для них договор.

После продолжительной дискуссии между собой вожди заявили, что готовы передать нам оружие, но лишь после заключения договора. Это оружие действительно представляет в данный момент их последнее средство против повторяющихся агрессивных действий ссви, чья армия только что вторглась на сслвипские территории.

И тогда, на мой взгляд, Сабатье совершил психологическую ошибку.

— Соглашайтесь, — заявил он прямо. — Ссви — наши союзники, но мы хотим мира, и если вы примете наши условия, за счет определенного давления на них мы сможем добиться того, чтобы они прекратили свою агрессивную политику.

Сформулированное таким образом, это предложение не могло не задеть гордость сслвипов:

— Черные племена не боятся своих красных врагов, — высокомерно произнес один из членов Совета. — Мы сумеем оказать им «теплый» прием. А оружие мы передадим вам лишь после заключения союза.

С этого момента тон постепенно повышался. Переводчикам приходилось обдумывать каждое слово, чтобы

не допустить неясности мыслей. Сабатье утверждал, что Человеческое правительство не может довольствоваться обещаниями и сохранять нейтралитет, пока сслвипы будут уничтожать ссви, подвергая смертельной опасности всех жителей Теллуса. Он требовал немедленной, еще до каких-либо переговоров, передачи нам оружия, и так как Большой Совет отвечал категорическим отказом, ситуация выглядела тупиковой.

Разыгрывая свою последнюю карту, наш официальный представитель заявил, что, раз уж все обстоит именно так, переговоры можно считать завершенными, - пусть, мол, снова все решит оружие. Внешне ничуть не взволнованные, сслвипы ответили, что на следующее утро нас под эскортом доставят обратно во Вкесс.

То был полнейший провал нашей миссии. Вернувшись на поляну, где мы завтракали, мы обнаружили там несколько возведенных в наше отсутствие хижин, что позволило нам уединиться для частного разговора.

Обескураженный Сабатье не понимал, чем вызвана подобная непреклонность сслвипов:

— Вероятно, они чувствуют себя невероятно сильными, раз заняли такую позицию.

— Возможно, это потому, что они уверены в поддержке некой группы людей, — заметил Луис.

Он сообщил нашим спутникам о своем открытии, которое, конечно же, произвело сенсацию.

Во время аудиенции мы все внимательно разглядывали два десятка членов Большого Совета и с полсотни их охранников: снаряжение сслвипов показалось нам совершенно обычным. Ничто не указывало на наличие у этих примитивных существ современного оружия.

Пачка сигарет свидетельствовала об ином: сслвипы не только состояли в контакте с некими людьми русского - как мы уже подозревали — происхождения, но теперь у нас на руках имелось еще и доказательство того, что как минимум один из этих людей несколько дней тому назад был все еще жив и проходил через лес той же тропой, что и мы. Этот человек закурил сигарету и небрежно выбросил пустую пачку.

Об этом новом факте нужно было срочно доложить правительству.

Сантос включил радиосвязь и почти тут же установил контакт с Унионом. Он настоял на том, что должен поговорить лично с Бенсоном. Секретарь по внешним связям, должно быть, был где-то рядом, ибо подошел к микрофону уже через пару минут.

— Ну, что там у вас? — спросил он. — У нас новостей не так-то и много. Приступили к изучению ядерной гранаты. Вероятно, удастся ее разобрать, но это ужасно деликатная работа, требующая таких предосторожностей, что быстро это сделано не будет. Кстати, могу успокоить Бурна и Кэбота: полученная ими доза радиации безопасна для человека. Некоторым членам комиссии по расследованию, к сожалению, повезло чуть меньше — слишком уж долго они оставались в непосредственной близости от снаряда. Впрочем, мы все равно надеемся поставить их на ноги... Но вот наступление ссви беспокоит нас все больше и больше. По данным нашей воздушной разведки, основная часть их сил направляется на юго-запад через Неведомые горы. Если вы сейчас, как вам кажется, именно в этом районе, они вполне могут неожиданно напасть на вас. Кроме того, они, похоже, действительно знают, куда направляются. Нужно успеть раньше них.

— К сожалению, мы плохо начали!

И Сабатье рассказал ему о нашей неутешительной аудиенции, а также о находке, сделанной Луисом. Бенсона эта находка сильно заинтересовала. Но провал переговоров привел его в отчаяние.

— Нет сомнений: вы обнаружили путеводную нить. Нам нужно как можно больше сведений об этих русских. И попытайтесь войти с ними в контакт, пусть даже, как это можно предположить, они — союзники черных племен. Лишь бы только это не привело к войне с сслвипами!.. Мы никак не можем позволить им использовать ядерное оружие, когда и где им вздумается. Но мы не можем допустить и того, чтобы это оружие попало в руки ссви. Я сейчас же доложу президенту и генералу О’Харе.

— Что вы намерены делать?

— Постараемся извлечь из вторжения ссви выгоду. До сих пор сслвипы практически не сопротивлялись, но вскоре непременно вступят в сражение. Если нам удастся узнать, где русские, мы могли бы попытаться похитить их, воспользовавшись суматохой. Пары десантных взводов и нескольких вертолетов, думаю, будет достаточно.

— Да, — сказал Сантос, — если повезет, это может сработать...

— Проблема в том, — продолжал Сабатье, — что мы не знаем, где конкретно найти этих русских. Это не единственный недостаток нашего плана, но недостаток весьма серьезный.

— Они, вероятно, недалеко отсюда, — заметил Луис. — По крайней мере, некоторые из них.

— Но мы ведь и сами не знаем, где мы сейчас!..

— Может, — предложил Бенсон, — вам удастся вытянуть какую-нибудь информацию из окружающих вас сслвипов? Аккуратно их расспросив...

Сабатье с сомнением скривил губы, как нельзя лучше передав наш общий скептицизм по этому поводу. Но к микрофону уже подскочил Сантос:

— Простите, мистер Бенсон, но я уверен, что армия легко может определить нашу позицию, если уже это не сделала. Там есть рядом с вами какой-нибудь специалист по телекоммуникациям?

— Вероятно, даже несколько, — ответил Бенсон. — Мы расположились в зданиях гражданской авиации. Именно благодаря их радиоустановкам мы с вами и общаемся. Но к чему вы ведете?

— Мистер Бенсон, — произнес Сантос с улыбкой, — вы еще не забыли, что такое радиопеленгование?

Мы отчетливо услышали в динамике весьма эмоциональное восклицание, вырвавшееся, вероятно, у одного из окружавших Бенсона радистов. Затем последовал оживленный разговор, из которого до нас долетали лишь неразборчивые и приглушенные отзвуки.

Сантос воспользовался этим, чтобы пояснить свое намерение. Впрочем, Луису и Ромсдалю его объяснения были

уже ни к чему: «черт побери!» одного и физиономия другого выражали одну и ту же досаду — и как, мол, мне не пришло это в голову раньше, чем лейтенанту?

— Используемые нами короткие волны, — сказал Сантос, — распространяются, естественно, по прямой линии, и с помощью вращающейся антенны легко определить, откуда они приходят. Две приемные станции, достаточно удаленные одна от другой, могут определять — каждая со своей стороны, — в каком направлении находится станция-передатчик. Если прочертить на карте, исходя от этих приемников, соответствующие этим направлениям прямые, их пересечение и покажет положение передатчика. Как правило, для более точных результатов используют три приемника. Это обычный способ в управлении воздушным движением, когда нет радара для определения положения самолета. Его следует применить и для того, чтобы узнать, где сейчас находимся мы. У армии в любом случае имеется вся необходимая аппаратура. Впрочем, можно провести небольшой эксперимент. Смотрите.

Лейтенант произвел какие-то манипуляции с несколькими кнопками нашего передатчика, вместе с тем поясняя:

— Так уж вышло, что этот радиопередатчик нам предоставила авиабаза Униона. Он многочастотный; есть, в том числе, и частота управления заходом на посадку. Я выйду на связь на этой волне и, держу пари, они тут же определят наше положение. Теперь нужно выбрать какой-нибудь сносный позывной... Бурна, Кэбот, вы позволите мне использовать ваши инициалы?

И даже прежде чем мы дали на то свое согласие, он произнес в микрофон:

— «Браво-Кока» вызывает управление посадкой Униона. «Браво Кока» вызывает управление посадкой Униона. Как слышно, прием?

Из динамика послышался гнусавый голос:

— «Браво-Кока», это «Унион». Слышу вас превосходно. Говорите.

— «Унион». Это «Браво-Кока». Передаю для пеленгации. Один, два, три, четыре...

Он остановился на семнадцати, заявив: «Конец передачи». Почти сразу же голос объявил:

— «Браво-Кока». Это «Унион». Ваше местоположение: 35 градусов 10 минут северной широты, 4 градуса 06 минут восточной долготы. Повторяю: 35 градусов 10 минут северной широты, 4 градуса 06 минут восточной долготы. Предупреждение. Предупреждение. Вы пролетаете над зоной, запрещенной для навигации. Будьте осторожны, «Браво-Кока». Сслвипская территория запрещена для гражданских полетов. Повторяю...

Сантос прервал прием с торжествующей улыбкой и вернулся на ту частоту, на которой мы только что общались с Бенсоном. Тот, видимо, уже получил от техников все необходимые объяснения. Послышался его взволнованный голос:

— Алло, алло, это Бенсон. Сабатье, вы меня слышите? Ответьте, Сабатье. Куда вы запропастились? Ответьте.

— Алло, Бенсон, это Ж. С. Я вас слушаю. Сантос производил для нас небольшую демонстрацию. Говорите.

Слушайте внимательно. Сантос прав. Мы сможем определить вашу позицию. Вам нужно только передавать, а мы...

— Это лишнее, мистер Бенсон, — отрезал Сантос. — Все уже сделано. Скажите генералу О’Харе, что мы находимся на 35 °10' северной широты и 4°6' восточной долготы. И передайте диспетчерам управления посадкой Униона, чтоб не сильно беспокоились за «Браво-Коку».