Он сидел за рулем, молчал и ждал, когда она упомянет прокурора. Но она все еще молчала. Наконец произнесла:

- Не думаю, что следовало так поступать, Джеймс.

Он бросил на нее быстрый взгляд и снова уставился на дорогу.

- Я тоже так думаю, - сухо сказал он. - Но в тот момент я не знал, что мне следует разделить тебя с друзьями.

В этот вечер она была сама неожиданность. Не было широко раскрытых невинных глаз. Слез тоже не было. Вместо этого она задумчиво сказала:

- Я не думала, что ты живешь в таком двуличном городе.

Значит, она решила не прибегать к притворству. Дентон почувствовал, как в нем заговорило любопытство.

- Я не делал из Риджмора никакой тайны.

- Ты не говорил мне, что светская жизнь заключается здесь в субботних танцах в зажиточном деревенском клубе. В этом гнусном городе нет даже ночного клуба. Деревенская жизнь, возможно, устраивает тебя, Джеймс, но я городская девушка. Мне до смерти скучно здесь.

- Ты имеешь в виду, что здесь иссяк запас неженатых мужчин?

Она молчала. Он снова взглянул на нее. Она сидела прямо и так же смотрела в ночь и дождь.

- Я хочу развестись с тобой, - неожиданно заявила она.

- Будь я проклят! - почти с восхищением воскликнул Дентон. - Тебе нужен развод?

- Да, - быстро сказала она. - Ты дашь мне его?

- Надо же: два ума, а мысль одна. Ну еще бы, черт возьми. Мне только не хочется шляться по судам.

Ему казалось, что его уже ничто не удивит в ней, но она казалась действительно обиженной.

- Тебе недолго придется терпеть меня. Я исчезаю.

- Из Риджмора?

- И из твоей жизни.

Так вот оно что, подумал Дентон. Он был слегка разочарован. «Я исчезаю». И все, и никаких драм. А он-то надеялся на какое-то волнение.

- Кто же этот счастливый Лотарио?

- Ты считаешь, что во всем замешан какой-то мужчина, - сердито сказала она. - Тебе не понять этого. Я просто хочу уехать из этого города.

- И от меня, моя Анджела?

- Я думаю, что всегда буду любить тебя, - мягко сказала она.

Изумительная женщина, мысленно усмехнулся Дентон. Почти патологическая лгунья. Или вопреки всему у нее действительно есть призвание. Может быть, она и в самом деле рождена для сцены.

Весь остальной путь они молчали.

Дом Дентонов представлял собой одноэтажный особняк в стиле ранчо, с тремя спальнями, двумя ванными и пристроенным гаражом. Дентон въехал в открытые ворота гаража, выключил мотор и машинально отметил показания счетчика, прежде чем выключить свет на щитке. Машина была совсем новая, и Дентон следил за расходом бензина. За сегодняшний день он проехал двадцать восемь миль. Анджела прошла через ворота к двери, ведущей на кухню, и исчезла в доме, а Дентон стал закрывать ворота гаража. Когда он вошел в дом, она уже была в своей спальне.

С самого начала их семейной жизни Анджела настояла на раздельных спальнях, но не из кокетства, а из желания самостоятельности. Теперь уж прошло несколько месяцев, как он не переступал порога ее спальни.

Дентон нерешительно потоптался у двери. Ему очень хотелось войти к ней и закончить разговор о разводе. Но, пожав плечами, он решил отложить его до утра.

Выключив всюду свет, оставленный женой, он вошел в свою спальню, запер дверь и приготовил постель.

На его наручных часах было 3.10, когда он лег.

Следующий день был воскресным, и Дентон спал до полудня. Он побрился, принял душ, надел халат и домашние туфли и пошел на кухню. Проходя мимо спальни Анджелы, он увидел через открытую дверь, что ее постель пуста.

На кухне ее тоже не было. Он подумал, что она в ванной, поставил на огонь кофейник и пошел к главному входу, чтобы взять воскресную газету. На улице было много луж от вчерашнего дождя, но жаркое солнце грозило быстро их ликвидировать.

Он отправился на кухню, но что-то заставило его остановиться. Что-то было не так, и он не сразу понял, что именно. Потом сообразил. Из ванной не доносилось ни звука. Он вошел в ее спальню, подошел к ванной и заглянул туда. Там было пусто.

Потом он заметил записку, лежащую на ее подушке. Она написала записку на своей лучшей бумаге и самым лучшим школьным почерком.

«Дорогой Джеймс! Я покидаю тебя и Риджмор, и ради мира и спокойствия не пытайся меня искать. Я напишу тебе и сообщу, куда переслать мои остальные вещи.

Анджела ».

К своему удивлению он разозлился. Улизнуть ночью и даже не обсудить план развода! В какое дело, черт возьми, она его втянула! Он смял записку и швырнул ее в корзину для бумаг, стоящую у ее постели, а потом заглянул в шкаф и комод.

И шкаф, и комод были набиты вещами. Сперва Дентон был изумлен. Конечно, большинство ее платьев, пальто и белье были на месте.

Он заглянул в чулан. Во время медового месяца он подарил ей несколько чемоданов. Сейчас все, кроме одного чемодана средних размеров, были на месте. И тут Дентон вспомнил незнакомый мужской шепот: «Только возьми чемодан». Значит, этой ночью она удрала с любовником. Конечно. Это похоже на ее тягу к романтике. Один чемодан… Сукин сын, должно быть, решил поменьше тратить на нее, с раздражением подумал Дентон.

Он заглянул в гараж. Машина была на месте.

Значит, ее любовник заехал сюда, решил Дентон. Наверное, стоял на улице и ждал, пока Клеопатра убежит из дома от разгневанного мужа. Ну и дурак же ты, братец, подумал Дентон. Если бы ты подъехал прямо к дому, я бы передал тебе ее из рук в руки.

Кофе вовсю кипел, он выключил огонь и, вернувшись в гостиную, принялся читать газету. Это была «Буффало Америкэн», по воскресеньям «Кларион» не выходила.

В холодильнике было полно еды, но есть ему не хотелось. Он все еще не выходил из дома, когда в восемь вечера зазвонил телефон.

- Очухался от вчерашней ночи, Джим? - услышал он голос Джорджа Геста.

- С трудом, - ответил Дентон. - Я спал до полудня.

- Как насчет бриджа сегодня вечером?

- Боюсь, что не смогу, Джордж. Партнера нет.

- О! А где Анджела?

Дентон колебался. Только сейчас он всерьез подумал о том, что неизвестный Казанова украл у него жену. Теперь в Риджморе от души почешут языки. Зачем давать им лишний шанс? Лучше молчать и не говорить даже Джорджу.

- Она уехала навестить своих родителей в Титусвилль.

- Вот как! И надолго?

- Сказала, что на пару недель.

- Может, ты все же придешь и мы сыграем в покер?

- Знаешь, Джордж, я, пожалуй, лучше отдохну сегодня.

- Ну, о’кей, - весело сказал Джордж. - Завтра утром встретимся, и я угощу тебя чашкой кофе.

В этот вечер Дентон рано лег спать.

В половине седьмого он проснулся, а сорок пять минут спустя уже сидел в своей машине.

Он включил зажигание и собрался выехать из гаража, как вдруг замер. Это было странно. Он, по обыкновению, машинально взглянул на спидометр. Неужели он ошибся прошлой ночью? С тех пор как он в три часа ночи поставил машину в гараж, на счетчике прибавилось пятнадцать миль. Единственное возможное объяснение - после их ночного возвращения домой, когда он крепко спал, Анджела куда-то уезжала и вернулась домой. Побывала она где-то в пределах семи с половиной миль. Точнее, в пределах семи и восьми десятых мили.

Она ждала, когда за ней заедет ее обожатель, подумал Дентон, а тем временем еще куда-то съездила. Зачем? К кому? Это уж слишком даже для Анджелы.

Дентон пожал плечами. Стоит ли ему ломать голову над ее бредовыми причудами? Пусть теперь болит голова у другого парня.

Он усмехнулся, выехал из гаража и поехал в город на работу.

Глава 6

Джим Дентон был единоличным владельцем, издателем и редактором риджморской «Кларион». Еженедельный тираж газеты достигал 6000 экземпляров, причем почти половина расходилась в сельской местности. Это была единственная местная газета в округе. В основном газета печатала местные новости, и речь представителя Риджмора в какой-нибудь комиссии штата занимала в газете больше места, чем сообщения о советско-американских отношениях.

Редакция размещалась в двухэтажном особняке старинной постройки на городской площади. Работников было всего трое. Амос Кейз, угрюмый мужчина лет шестидесяти, официально числился печатником, а юный Тед Уинчестер был нанят репортером и продавцом. Но практически обязанности между всей этой троицей распределялись по-иному. Старый Кейз не только набирал и печатал, но и правил, и вычитывал как корректор. Когда Тед Уинчестер не бегал по городу, он торчал в магазине. А сам Дентон собирал новости, писал статьи, редактировал, корректировал, чертил макет и иногда даже набирал тексты.

С половины восьмого до девяти утра, когда открывались магазины и оживала деловая жизнь, Дентон и его штат работали без помех. В течение этих девяноста минут Дентон и Тед Уинчестер просматривали массу корреспонденции, поступавшей отовсюду, поскольку у Дентона были корреспонденты в каждом городишке и каждой деревушке округа. Он оплачивал все новости, о которых писал и которые считал интересными для газеты. Как только материал был отпечатан на машинке, он поступал к Амосу Кейзу. В девять часов у троицы был обычный перерыв, и Тед бегал за кофе в соседний ресторан.

И в это утро у Дентона было время попереживать внезапный уход жены. Анализируя свои чувства, он решил, что в нем говорит уязвленное самолюбие. Его мужское достоинство было задето. Видит бог, его не трогает факт, что она сбежала с другим мужчиной, ему неприятно, что инициатива их разрыва принадлежит ей. Он полагал, что по праву рогоносца это должен был сделать первым он, а не Анджела.

Итак, прежде всего Дентон определил объект своей злости. Этим объектом был он сам. Прежде всего, он не мог обвинить ее за этот уход, поскольку сам уже несколько месяцев обдумывал план их разрыва. Это его собственное промедление поставило его в такое абсурдное положение.

Если бы это был конец, то ладно, но похоже, что это не так. Он поймал себя на мысли, что хочет выяснить, с кем же все-таки сбежала его жена. Любит ли он ее еще? Дентон мысленно засмеялся. Любить - убегать. Старомодное любопытство. Но разве он прежде всего не газетчик?

Кто бы это мог быть? Определенно это человек, который после бала был приглашен к Виаттам. Дентон стал перебирать кандидатов. На Мэтта Фаллона не похоже. Дентон позвонил ему. Карикатурист работал дома. Он сам ответил на телефонный звонок.

- Привет, Джим, - откликнулся он. - В чем дело?

- Решил проверить новость. Слышал, что ты собираешься в Нью-Йорк.

- Я? - удивился Фаллон. - Вот это новость. И для меня тоже.

- Так ты никуда не едешь?

- Конечно нет.

- Значит, это была шутка. Ну пока.

- Конечно, шутка. Пока.

Дентон позвонил Арнольду Лонгу. Молодой человек еще спал.

- Прости, что разбудил, - сказал Дентон.

- Пустяки. Ма дает мне возможность поспать, - Лонг зевнул. - Что это тебе взбрело в голову позвонить мне?

- Я позвонил из-за спора. Ты недавно вернулся из армии и можешь рассудить.

- Что за спор?

- Приятель говорит, что старший сержант - это не самое высшее звание, которого может добиться в армии доброволец. Говорит, что есть еще два разряда. Это верно?

- Твой приятель и прав и не прав. Дело в том, что сейчас в армии есть три степени старших сержантов. Они все старшие сержанты, но различаются по степени.

- Ну спасибо тебе, Арнольд, - Дентон засмеялся.

- За что? - Лонг зевнул и повесил трубку.

Дентон задумался. У Виаттов из неженатых были еще Ральф Кросби и старый Тревор. Конечно, Анджела могла сбежать и с женатым, но, судя по всему ее прошлому поведению, это на нее не похоже. Кроме того, если в качестве миссис Джеймс Дентон она могла спать с любым мужчиной, то тут ее спутник должен был порвать собственные брачные узы.

Ральф Кросби… Могло ли случиться так, что Анджела и Ральф сговорились именно так вести себя, чтобы одурачить окружающих? Надо проверить, сказал он себе.

- Тед, - обратился он к своему репортеру, - сбегай в прокуратуру и узнай, не случилось ли чего во время уикенда.

Прокуратура и суд находились в одном здании напротив их дома, через площадь. Уинчестер вернулся через пятнадцать минут. Во всем округе за истекший уикенд не случилось никаких происшествий.

- Ты разговаривал с самим Кросби?

- Конечно.

Значит, остается старый Джеральд Тревор.

Где- то что-то не так.

Тем не менее Дентон позвонил Виаттам. К телефону подошла дочь Тревора.

- Ардис, это Джим Дентон. Норм и твой па дома?

- Конечно нет, Джим. Они уехали на охоту.

- Телефона в вашем охотничьем домике нет?

- Вечером я собираюсь к ним. Ты хочешь что-нибудь передать?

- Да нет. Просто уточняю новости.

Ардис засмеялась.

- Они уехали в половине шестого, а чуть ли не полчаса спустя вернулись обратно. Папа свалился в речку, и Норм привез его домой переодеться. Тебя устраивает такая новость, Джим?

- Не совсем, Ардис, - хмыкнул Дентон. - Дай мне знать, если случится что-нибудь более драматическое.

Теперь Дентон решил переписать вообще всех, кто был в тот вечер в доме Виаттов. Всего оказалось девятнадцать человек, включая его самого и пятерых, которых он отбросил. Он несколько раз проверил список, пока не убедился, что никого не пропустил. Потом он вспомнил, что разговаривал с Джорджем Гестом примерно через шестнадцать часов после возможного времени бегства Анджелы, и вычеркнул его из списка.

В течение всего дня Дентон звонил под разными предлогами мужчинам из своего списка. Ни один из них не покидал города.

Раннее начало работы имело одно преимущество: контора «Кларион» закрывалась в три часа дня. Выйдя из редакции, Дентон пошел к магазину скобяных изделий Геста. Он подождал, пока Гест закончит разговор с покупателем. Затем они отправились к Джордану.

Посещение кафе Джордана стало для них своего рода ежедневным ритуалом. Едва они заняли свои любимые места, как официантка принесла две чашки кофе: Дентону - черный, Гесту - со сливками.