- Значит, ты вообще ничего не узнал?

- Ну, я видел там четыре охотничьих ружья. Два из них двенадцатого калибра.

- Это напрасная трата времени, - вмешался Кросби, - Анджела в ту ночь не встречалась ни с каким любовником.

- У вас есть основания для такого мнения, господин окружной прокурор? Вы считаете, что моя жена была выше этого?

- Я, кажется, чту память вашей покойной жены больше, чем вы!

Дентон достал из кармана записку, подписанную Куртом, и сунул под нос Кросби.

- Вещественное доказательство номер один. Узнаете почерк?

- Нет, - снова покраснел Кросби.

- Эджи знает. Не так ли, Эджи? - Дентон положил записку перед Спайлом. - Ты помнишь, как в школе передавал наши записки? Ты не можешь не знать этот почерк.

- Курт Оливер, - медленно сказал Спайл.

- Верно. Я случайно подумал о вещах Анджелы и нашел это там. Чисто исторический интерес, конечно. Курт не был у Виаттов, поэтому он не может быть человеком, с которым она договаривалась о бегстве. - Он выложил на стол следующую записку. - Вещественное доказательство номер два. Знаком почерк? - Кросби покраснел, а Дентон выложил картонное сердце. - Вещественное доказательство номер три. Записка написана Арнольдом Лонгом, вашим предшественником, не так ли? Вещественное доказательство номер четыре вы сами бросили в корзину. Я немало потрудился ночью. К счастью, она сохранила записки всех своих любовников. Их было двадцать шесть. С тех пор, как я на ней женился. До этого я не считал.

Краска сошла с лица Кросби, и он побледнел.

- Вы лжец, Дентон. Вы проклятый лжец.

- Я понимаю, вам стыдно признаваться, что вы были любовником проститутки. Увы, это так, Ральф. Я полагаю, другие это знали и не брезговали поваляться в грязи. Но не вы. Вы влюбились в нее. Вы все еще под влиянием своего чувства. Неужели до вас не доходит то, что давным-давно известно всему городу? Что моя жена и ваша одноразовая любовница была готова лечь под любого мужика?

- Вы… заткните… свой грязный рот! - рявкнул Кросби. Он с трудом пытался взять себя в руки. Спайл и Дентон молчали. Кросби достал платок и вытер лицо. На мгновение Дентон пожалел его.

- Послушайте, Ральф, - спокойно сказал он, - не думайте, что меня это радует. Не забудьте, что рогоносцем все же был я, а не вы. И только поэтому я оказался подозреваемым в ее убийстве. Но будь я проклят, если у меня когда-нибудь возникала мысль избавиться от нее подобным образом. Я не испытываю любви к электрическому стулу и не хотел бы оказаться на нем. Вы не хуже меня знаете, что она бросила вас ради нового любовника. И с этим мужчиной она хотела удрать от меня. Может быть, вы, Ральф, отбросите свои личные чувства и всерьез подойдете к этому делу?

Кросби встал и вышел.

- Ты нашел что-нибудь еще среди ее вещей? - после долгой паузы спросил Спайл. - Я имею в виду записки Норма Виатта.

- Нет, - хмуро ответил Дентон. - Но большинство записок я не мог опознать. Если хочешь, я отдам их тебе для проверки почерка. Хотя не думаю, что это нам много даст. От последнего любовника у Анджелы нет ничего.

- Откуда ты знаешь?

- Она расположила все в хронологическом порядке, и предмет от Ральфа Кросби - я имею в виду спичечный коробок - последний. Если бы она имела что-либо от других, это было бы сверху. Очевидно, парень был слишком осторожен.

- Возможно, хотя порядок мог и нарушиться. Принеси мне завтра все эти вещи, Джим. Я сравню с почерком Норма. Если необходимо, то проведем и графологическую экспертизу. Ты не возражаешь, если я все оставлю у себя? Я дам тебе расписку.

- Конечно, я тебе все отдам, Эджи.

- Вот и хорошо, Джим.

У двери Дентон остановился.

- Я звонил в Буффало, Джим, - сказал неожиданно Спайл. - В пятницу аппарат будет здесь. Ты готов к испытаниям?

- Конечно, шеф! - улыбнулся Дентон. - Ты умеешь действовать быстро, когда хочешь.

Он вышел на улицу. У него было такое ощущение, будто он неожиданно после темного леса очутился на залитой светом лужайке.

Глава 21

Дентон направился в редакцию «Кларион». Пачки лежали на месте. Часы показывали без двадцати пять. Он отпер дверь и внес газеты внутрь.

Потом позвонил в гараж.

- Джим Дентон. Вы не могли бы с кем-нибудь прислать мою машину к редакции.

- Простите, мистер Дентон, - услышал он в ответ, - но мы еще не исправили ее. Вы не могли бы подождать до завтра?

Было ли это еще одним результатом слухов? Он был уверен, что еще неделю назад машину редактора «Кларион» починили бы незамедлительно. Он пожал плечами и положил трубку. Пришлось идти пешком.

Ему это даже понравилось. Риджмор был красив в эту пору года, и Дентон мог спокойно любоваться им. Старые вязы сплелись кронами, и, несмотря на жару, на аллее было прохладно. Несколько лет назад в ноябре Риджмор погрузился в снег, и температура сильно упала. Скоро опять будет осень и зима. Может быть, это последнее лето в его жизни.

До дома оставалось совсем немного, когда путь ему преградил светофор. Пока он стоял на углу, рядом остановилась машина Мэтта Фаллона. Он сделал вид, что не заметил Дентона. Дентон почувствовал раздражение, но все же решил окликнуть:

- Мэтт, старина, привет!

Фаллон повернул голову в его сторону и изобразил изумление.

- А, Джим, здорово. Не заметил тебя. Садись ко мне.

Не заставляя себя упрашивать, Дентон сел рядом с карикатуристом. Загорелся зеленый свет, и Фаллон дал газ. Он ехал очень быстро.

- Ты хочешь свернуть мне шею, Мэтт? Двигайся помедленнее.

Фаллон усмехнулся, но скорость убавил. Раз или два он хотел что-то сказать, но слова застревали у него в горле. Казалось, он отчаянно хочет, чтобы Дентон заговорил первым, но тот продолжал молчать. Он был мрачен и зол. События последних шести дней своей тяжестью неожиданно придавили его, и ему казалось, что Мэттью Фаллон сейчас олицетворяет собой весь город, который покрыл грязью его и Корин. Он молчал, пока Фаллон не остановил машину рядом с его домом.

- О’кей, старина! - улыбнулся Фаллон.

- Нет, не о’кей, Мэтт, - Дентон не выходил из машины. - Совсем не о’кей. Ты ведь тоже думаешь, что я убил свою жену, не так ли? Все мои друзья так думают. Весь город убежден в этом. Хотя Эджи Спайл не считает нужным сажать меня. Мои так называемые друзья настолько вежливы, что пока не избегают меня, но, вроде тебя, Мэтт, делают вид, что не замечают. Ты уже отказался от подписки на «Кларион».

- Послушай, Джим…

- В Риджморе много таких друзей, как ты. Они проявляли дружеские чувства, пока ложились с моей женой в постель. Но тебе ведь все известно об этом, Мэтт, не так ли?

- Что с тобой, Джим? - пролепетал Фаллон.

- Ничего. Абсолютно ничего! - Дентон извлек из кармана рисунок и показал Фаллону. Тот побледнел. - Что меня может волновать? Возможно, слухи скоро изменятся. Ты знаешь, почему я болтаюсь на свободе, вместо того чтобы разглядывать небо в крупную клетку?

Фаллон испуганно забился в угол. Ему казалось, что Дентон неожиданно рехнулся.

- Потому что у Эджи Спайла нет улик против меня. Он даже стал соглашаться с тем, что я говорил ему с самого начала, - что Анджела в ту ночь встретилась с любовником. Все ее любовники подвергаются проверке, во всяком случае, все те, кто был после бала у Виаттов. Ее убийца был там. Подозреваемых не так много, и ты среди них, Мэтт. И возможно, очень скоро ты на своей шкуре испытаешь, что значит быть подозреваемым!

- Но никто не подумает… Какая причина могла меня…

- Ты ведь был у Виаттов, не так ли? И любовником Анджелы ты был, не так ли? Кстати, Мэтт, я сам слышал ее слова, обращенные к Казанове, насчет бегства. Это не ты случайно в темноте сказал ей про чемодан?

Внезапно карикатурист изменился в лице. Он схватил Дентона за руку.

- Так это Анджела разговаривала с тем парнем в темноте?

Дентон замер. Вся его злость улетучилась.

- Ты тоже слышал?

- Я слышал, как шептались мужчина и женщина. Когда свет погас, я двигался к двери и решил остановиться у стены. Я прошел мимо пары и слышал шепот.

«Ну, теперь-то Эджи вынужден будет мне поверить, - подумал Дентон. - Вот он, другой свидетель разговора».

- Что ты слышал, Мэтт?

- Женщина прошептала: «Ты будешь готов, милый?» И мужчина шепотом ответил: «Ага. Только возьми чемодан». Она: «В том же месте, в тоже время?» А он ответил: «В четыре тридцать или пораньше, если сможешь. Я увижу тебя в…» Я прошел мимо них и больше ничего не слышал.

- Кто был этот мужчина? - медленно проговорил Дентон.

- Я не знаю. Ты знаешь, что по шепоту трудно определить голос. Тогда я даже не думал, что эта женщина была Анджела.

Это напоминало карусель. Единственное новое свидетельство - время, 4.30. Если бы он услышал это «в» до конца!

- Прости, что я набросился на тебя, Мэтт, - промямлил Дентон. - Это все нервы.

Карикатурист облегченно вздохнул.

- В общем, ты прав, Джим. Я вел себя как дурак. А насчет Анджелы… что я могу сказать? Сопротивляться ей было невозможно.

- В этом ты не одинок.

- Это не оправдывает меня. Я не могу передать тебе, как я был пьян вначале. Я ненавидел себя за случившееся и не мог остановиться. Она начала это, и она закончила. Я рад, что мы поговорили с тобой об этом, Джим, но больше не стоит. Ладно? - Он робко прикоснулся к руке Дентона. - Несколько минут назад я действительно был убежден, что это ты убил ее. Весь город болтает об этом. Я был глуп, как и все. Теперь я знаю, что это сделал не ты.

- Если ты хочешь мне помочь, Мэтт, скажи Эджи Спайлу о подслушанном разговоре.

- Завтра же сделаю это.

- Спасибо.

Дентон вышел из машины. Фаллон, с чувством человека, приговоренного к казни и неожиданно получившего помилование, поехал обратно.

На ступеньках крыльца Дентон тут же увидел стишки:

Джимми Дентон взял ружье,

Застрелю, решил, ее.

Жена мертвая лежит,

Он в постель к другой спешит.

Злость снова охватила его. Он выскочил на улицу, но вокруг никого не было. Краем глаза он уловил шевеление занавески на окне соседнего дома и, резко повернувшись, увидел женское лицо.

Он вернулся в дом и стал готовить ужин.

Глава 22

Пока он готовил себе еду, ему пришла мысль о вещах Анджелы, которые он обещал Бриджит Уайт. Он пошел в спальню, чтобы просмотреть отобранные вещи. Он открыл дверь и изумленно замер на пороге.

Постель была завалена вещами.

Пальто, костюмы, куртки, юбки, блузки, даже чехлы для одежды. Горы свитеров, джемперов и брюк, белье, туфли, коробки разных форм и размеров. Даже боты Анджелы и зонты.

Дентон подошел к чулану и распахнул дверь. Там не осталось ничего. Ничего!

Он начал просматривать ящики столов и бюро. Все очищено!

Бриджит Уайт оставила на месте всего один предмет - конфетную коробку Анджелы, но и туда она сунула свой нос: коробка весила наполовину меньше.

Он отошел в сторону и огляделся. Да, она брала все подряд.

Сперва он испытал нечто вроде изумления, потом пришел в ярость. Ну и люди! Только пальто стоили больше двух тысяч долларов. Да и остальные вещи тянут на приличную сумму.

Черт с ней. Раз она такая нахалка, то не получит ничего. Он разыскал вешалки и начал развешивать все по местам. Добравшись до коробок, он с любопытством стал заглядывать внутрь. В шести шляпных коробках действительно были шляпы, но большая коробка из-под костюма, которая, очевидно, была пуста, когда уборщица нашла ее, теперь содержала платки, шарфы, перчатки, вечернюю сумочку, несколько обычных сумок, гребень из чистого серебра, щетку, ручное зеркало и целый ассортимент поясов.

Коробка из-под туфель была набита лосьонами, кремами, помадой и другой косметикой. Здесь же были четыре флакона дорогих духов. Дентон усмехнулся, вытащил из коробки духи, закрыл ее и отставил в сторону. Он отдаст ее утром Бриджит Уайт, перед тем как выгнать ее.

Открыв кожаную коробку с маникюрными принадлежностями, Дентон снова разозлился. Эта чертова уборщица собиралась украсть и драгоценности! Что она, считает его за идиота? Последней оставалась коробка с канцелярскими принадлежностями, на крышке которой была дарственная надпись. Когда он подарил ее Анджеле? И даже это Бриджит Уайт хотела забрать! Он с яростью пнул ногой коробку, та полетела по комнате и содержимое рассыпалось по полу. Выругавшись, Дентон стал снова собирать бумаги.

Вот так он и нашел это.

Один из листов был написан рукой Анджелы и скреплен с конвертом. Это было неоконченное письмо:

«Дорогой!

Я едва могу дождаться того времени, когда ты приедешь сюда на охотничий сезон! Я так счастлива, что ты наконец-то согласился забрать меня из этого ужасного места!

Ты можешь быть уверен, что я готова пойти за тобой, как только ты скажешь хоть слово. Если ты…»

Очевидно, ей помешали - звонок в дверь или по телефону или возвращение домой Дентона. Она сунула письмо в свои бумаги, намереваясь позже закончить его. Нечего и пытаться узнать, почему она его не закончила. Анджела никогда не следовала логике. Дентон не стал бы удивляться, если бы ему сказали, что она просто забыла об этом.

Пальцы Дентона дрожали, когда он отцепил письмо от конверта. На конверте был штамп авиапочты и соответствующая марка. Конверт был пуст, очевидно она хранила его ради обратного адреса.

А обратный адрес был такой:

«Тревор Юнайтед Студиоз» Голливуд, Калифорния.

Дентон снова скрепил вместе письмо и конверт и встал. Он испытывал торжество и облегчение и даже легкую слабость в ногах. Вот доказательство его гипотезы! Она крутила под его носом любовь с Норманом Виаттом.

Интересно, долго ли длилось все это. Поскольку бегство обсуждалось по почте до прибытия Виаттов в Риджмор, их связь началась по меньшей мере в прошлый визит. Норман Виатт посещал Риджмор каждые несколько месяцев и вполне мог спать с Анджелой в то время, как Дентон считал, что она спит с кем-то другим. Видимо, и на память она не оставила записок Виатта лишь потому, что у них все началось сразу.