Фесдей опустил бинокль и направился к рулю. Мерлоз лежал неподвижно, и Фесдею нужно было что-то делать. Его .знания морского дала ограничивались тем, что он когда-то слышал и читал. Лодка беспомощно раскачивалась на волнах, ее несложна скалы. Мысль об увиденном на террасе не выходила из головы Макса. Оливер Артур Финч и лже-Рашке... Возможно, этот толстяк на самом деле был Гордоном Лар!аби. Но что за дела у него со стариком?
Фесдей снова поднял бинокль. Толстяк стоял на свету и курил. Он—смотрел прямо на лодку. Но, видимо, не видел ее и не слышал шума ее двигателя. А света на лодке не было. Фесдей собирался опустить бинокль, но тут из кабинета на террасу вышла женщина. Она направилась прямо к Лараби. Фесдей не мог различить черт ее лица. Но волосы, спадающие на плечи, определенно были золотистыми. И главное, на ней была шляпка, похожая не то на птицу, не то на гнездо. Женщина стояла за спиной Лараби. Толстяк, кажется, и не подозревал о ее присутствии, по крайней мере, он не поворачивался. Женщина протянула вперед руку, и что-то в ней блеснуло.
Фесдей открыл рот, чтобы крикнуть Лараби, но вовремя опомнился. Это было бесполезно. Ветер, прибой, расстояние— все это не позволило бы долететь его предупреждению. Он беспомощно смотрел на происходящее. Он увидел, как лысая голова откинулась назад. Потом все исчезло из поля его зрения. Затем он снова увидел легкую фигурку в костюме из серой фланели, которая двигалась по террасе. Некоторое время блондинка стояла над своей жертвой. Балюстрада прикрывала от него часть террасы, и он не мог видеть всего, что там происходило. Он видел какие-то порывистые ее движения над телом убитого, потом такие же порывистые передвижения по террасе. Когда он снова полностью увидел ее, она быстро направлялась к кабинету. В левой руке она держала какой-то круглый предмет, взятый у Гордона Лараби. Он увидел, как она прошла в' кабинет и исчезла.
Бинокль камнем давил на руки Фесдея. Он опустил его и задумался. Три убийства, и при каждом он присутствовал. И все из-за этого чертова ящика, который лежал у него в ногах. Но теперь он мог радоваться: он видел Джиллиан Прайор.
Лодка приблизилась к скалам, и теперь ее меньше качало на волнах. Первым его движением было посадить лодку на камни возле берега поблизости от дома, но потом он раздумал. Он подошел к Мерлозу. Тот безмятежно спал. Фесдей встал к рулю и направил лодку прямо к небольшому причалу.
Как ему удалось удачно пристать к берегу, было для него загадкой. Он оставил Мерлоза досыпать, схватил шкатулку и помчался по деревянному мосту прямо к дому.
Мисс Мун подходила к передней двери дома, когда из-за угла к ней бросился Фесдей. так медленно. Наконец он на седьмом этаже. Комната 710 располагалась в конце коридора, возле служебного лифта. Фесдей постучал в дверь и открыл ее.
— Рад видеть тебя, Макс,— услышал он сквозь голубой табачный дым голос лейтенанта Остина Клаппа.
Клапп стоял посреди комнаты. Позади него у окна трудился дактилоскопист. В спальне тоже находился кто-то из полицейских.
Чего-чего, а этого Фесдей не ожидал. Он удивленно уставился на Клаппа.
— Проходи, Макс,— сказал Клапп.— Я хочу задать тебе один вопрос, и ты должен на него ответить. Зачем ты пришел сюда?
— Тебя это удивляет? Я пришел, чтобы увидеть девушку, которая здесь живет. Ее зовут Эйприл Эймз.— Он огляделся.— Клерк сказал, что она в номере. Где она?
— Клерк был предупрежден, чтобы такие, как ты, приходили сюда. Здесь, давно никто не живет. Ты не знал этого?
— Нет,— задумчиво произнес Макс.— Не знал. Но я не удивляюсь. Она направлялась сюда.
— Так где девушка, Макс?
— Где? Судя по толпе, которую вы тут собрали, она в спальне. Чем ее? Снова нож?
— Да, нож,— согласился лейтенант.— Ты прав насчет спальни, но не насчет тела. Эйприл Эймз вышла отсюда около полудня. Где она?
Как ни странно, Фесдей почувствовал облегчение. Блондинка определенно лгала продуманно.
— Послушай, Клапп, если бы я знал, где она, разве я пришел бы сюда?
— Возможно. Но если ты скрываешь ее от меня, берегись и потом не проси у меня помощи.
— Согласен. А теперь скажи мне, что все же произошло?
— Нам позвонила женщина и сообщила об убийстве в комнате 628. Но Крейн и я никого, не нашли.
— Это я знаю, ты мне рассказывал у себя в кабинете.
— Так вот, я приставил своих ребят к Рашке. От меня он направился прямо сюда и выписался из номера. А простофиля, который следил за ним, упустил его.
— И дальше?
— А полчаса назад снова раздался телефонный звонок. Говорил мужчина приглушенным голосом.— Клапп встал и подошел к двери в спальню.— Иди посмотри.
Над постелью склонился невысокий мужчина с темным лицом. Это был полицейский эксперт Штейн.
— А, Фесдей, — сказал он,— что вас привело сюда?
— Любознательность,— пробормотал Фесдей.
На постели лежал мужчина с перерезанным горлом. Тот, кого Эйприл назвала Абрахамом Низой. -
— Так вы нашли его наконец! — воскликнул Фесдей.
— Значит, ты видел его раньше! — резко спросил Клапп.
— Хочешь поймать меня на слове? Не выйдет. Тебе однажды звонили и предупреждали об убийстве. Должен же быть хоть один труп! Вот ты и нашел его.
Штейн отошел от кровати.
— Я узнал все, что мне нужно. Можно отправлять тело в морг. Его убили примерно в полдень.
Штейн собрал вещи и уехал. Клапп и Фесдей тоже вышли из спальни.
Фесдей заметил, что на постели лежало зеркало.. В прошлый раз оно лежало под кроватью.
Дактилоскопист ушел, Клапп отправил полицейского за машиной, чтобы увезти труп в морг.
— Ты знаешь, кто он? — спросил Фесдей.
— Абрахам Низа.— К удивлению Фесдея, Эйприл сообщила ему верное имя.— Немного странное имя для него. В отеле мне сказали, что он связан с миром искусства. Кроме того, он известен в определенных кругах. Он испанский националист, из Мадрида, и прибыл сюда вместе с Рашке. Они участвовали в каком-то деле.
—- А какого вида искусство?
— Кажется, картины. А ты что думал? Открытки?
Фесдей нахмурился.
— Бог знает, что он делал в Сан-Диего. Надо будет проверить в Мадриде. Прайор может знать. Хотя это ненадежно...— Он замолчал и посмотрел на Фесдея.— Так все-таки, Макс, зачем ты пришел сюда?
— Я же тебе сказал: я пришел посмотреть на мисс Эйприл Эймз.
— Это может навлечь на тебя подозрение как на соучастника, если мы найдем ее.
— А вы больше ничего и не можете сделать... Разве преступление прийти к женщине в гости? Надеюсь, ты не забыл, что недавно я добровольно зашел к тебе в кабинет? Почему ты так вцепился в меня?
— Ты, чего доброго, еще и меня заподозришь в соучастии,— засмеялся Клапп.— Скажи, Макс, как далеко ты заходишь, защищая своих клиентов?
— Я дорожу своей лицензией,— ответит тот.
Он приготовил рассказ для Клаппа, но увидел не то тело. В этом случае надо было лгать, Но Клапп достаточно умен, чтобы отличать правду от лжи. Надо быть откровенным с друзьями, но не с начальником уголовной полиции.
— Кое-что я могу сказать тебе, Клапп. Это старая история. Оливер Артур Финч позвал меня, когда обнаружил, что его сын Мерлоз серьезно связан с этой Эймз. Его это обеспокоило. Ты же знаешь, как старик мог отнестись к ней.
— Да, продолжай.
— Лучше всего мне было проследить за ней прошлым вечером в Дель Маро...— Он добавил осторожно: — Еще не было восьми часов.— Клапп мог понять о существовании двух блондинок, одна из которых убила миссис Уистер, а Фесдей не мог рассказать ему обо всем, что случилось. Он не мог даже рассказать о происшествии в Тихуане.— Но я не нашел ее.
— Может быть, она следила за миссис Уистер? — предположил Клапп.
— Я не знаю,— сказал Фесдей. —Поэтому я и решил проверить по твоей картотеке. Кстати, ты упоминал о Гордоне Лараби. Эта Эймз была в его магазине, но я не видел, чтобы она что-нибудь купила. Это было вчера в полдень и сегодня утром.
— Гм...— пробормотал Клапп, постучав пальцами по столу.— Рашке был связан с Лараби. Теперь эта паршивая девчонка. Тело найдено в комнате Эймз. Здорово все связаны.
— А что насчет Лараби? Ты видел его?
— Он связан с правительством, один из лучших знатоков произведений искусства и античных вещей в Южной Калифорнии. Но его трудно «достать». В налоговом управлении говорят, что он очень осторожен и следит за чистотой своего имени. Купил недавно какую-то вазу тысячелетней давности, потом Шекспира...
— Может быть, попробовать действовать с его помощью? — спросил Фесдей, вспомнив о том, что он видел на террасе.
— Пока не стоит. У него слишком’ большие связи в городе. Я послал одного человека в его магазин, а другого к нему домой. Мы немного посмотрим за ним.
— Не будь таким самоуверенным.
— Это не обычное убийство, Макс. Человек не станет рисковать головой просто так. Здесь что-то кроется.
Открылась дверь, и в комнату вошел высокий светловолосый мужчина без шляпы. Это был Джим Крейн.
— Хелло, Фесдей,— поприветствовал он Макса.
— Что нового? — спросил у него Клапп.
Крейн тащил за собой четырехколесную тележку. Он поставил ее посреди комнаты, закрыл за собой дверь и вытер лоб.
— Я нашел эту штуку в подвале. Один посыльный — я записал его имя — обнаружил ее час назад на шестом этаже. Она стояла возле служебного лифта.
Клапп хмуро смотрел то на тележку, то на своего помощника.
— И что же? Это отельная собственность?
— В том-то и дело, что нет. Посыльный обнаружил ее, когда нагружал мешок для прачечной. Он ее не трогал. А где дактилоскопист?
— Я отпустил его,— сказал Клапп.— Надо вызвать его снова.
Трое мужчин склонились над тележкой. На ней лежала рама от картины размером 30x40 дюймов. Самой картины не было.
— Картину сняли недавно. Видимо, торопились,— сказал Клапп.— В одной руке тащили картину, в другой — тело...
— На ней нет ни одного кровавого пятна.
— На шестом этаже был номер Рашке,— пробормотал Клапп.
— Нет,— объяснил Крейн,— Я снова обшарил комнату 628 и не нашел там места, где могла бы висеть такая большая картина.
Фесдей молчал, пока оба полицейских осматривали пустую раму. Замечание Крейна подсказало ему, что зеркало, которое лежало под кроватью в номере Рашке, снова висело на стене. Когда он и Эйприл выходили из его комнаты, тележка стояла у служебного лифта. Там была горничная. Видимо, это она что-то делала с тележкой.
— Я думаю, пора идти домой,— сказал он.— А вы?
— Иди,— отозвался Клапп.— Я не собираюсь задерживать тебя. Пока у меня нет для этого оснований.
— А ты ждешь, что они появятся?
— Все будет зависеть от тебя. Я тебе сообщу.