В десять часов утра Барри Кирк снял телефонную трубку и, услышав знакомый голос, страшно обрадовался.

— Доброе утро! — воскликнул он. — Как хорошо, что вы звоните. Теперь я могу считать, что день начался удачно.

— Спасибо за такие слова, — поблагодарила мисс Морроу. — И поскольку день начался для вас благоприятно, уступите теперь трубку мистеру Чану.

— А со мной вы не хотите пообщаться?

— Простите, но сейчас я очень занята.

— Все, намек понял. Я сразу чувствую, когда не нужен. Так вам желательно…

— Пожалуйста, мистер Кирк.

— Ладно, вот вам Чарли. Нет, я не сержусь, но я ужасно, ужасно расстроен… — Он протянул трубку Чану.

— Здравствуйте, мистер Чан, — сказала девушка. — Капитан собирается в одиннадцать часов встретиться с полковником Битхэмом. Поскольку он расспрашивал меня о показаниях полковника в ту ночь, вам, наверное, тоже следует прийти.

— Разве капитан интересовался мною? Приглашал?

— Я вас приглашаю. Разве этого недостаточно?

— Я польщен, — ответствовал Чан. — Встреча состоится в кабинете Фланнери?

— Да. Мне он такого не доверяет, — вздохнула мисс Морроу и повесила трубку.

— Какие новости? — подлетел к нему Кирк.

Чан в сомнении развел руками.

— У капитана Фланнери страстное желание побеседовать с полковником Битхэмом. Он и меня приглашает к одиннадцати.

— А как со мной?

— Я глубоко сожалею, но вы не упоминались.

— Значит, мне идти нельзя.

Без чего–то одиннадцать Чарли входил во Дворец Правосудия. В темном кабинете Фланнери он застал мисс Морроу, та с мрачным видом сидела в углу.

— Доброе утро, — поздоровалась она. — Капитан показывает инспектору Даффу задание. Хорошо, что вы здесь. Капитан мне совсем не нравится.

— Континентальная полиция предпочитает барахтаться в неглубоких местах, — заметил Чан.

Тут появились Фланнери и Дафф. Последний немного постоял, рассматривая Чана и девушку.

— Интересная пара, верно? — буркнул Фланнери и обратился к мисс Морроу: — Ну, как ваша идея?

— Какая идея, капитан? — удивилась та.

— Идея все от меня скрывать, — съязвил Фланнери. — Или вы воображаете, что я умею читать мысли? Просто я только что говорил с инспектором Даффом о полковнике Битхэме и понял, что вы двое знаете о нем гораздо больше меня.

— Поймите, пожалуйста, что я не виноват, — вмешался Дафф. — Просто, беседуя с капитаном, я думал, что ему все известно.

— Конечно думали, — хмыкнул Фланнери. — Почему это я не должен быть в курсе? По–моему, я тоже принимаю участие в расследовании, разве нет? Однако вы двое кое–что утаиваете. Могу вам сказать…

— О, мне так жаль!.. — воскликнула мисс Морроу.

— А что толку? Ладно, что там насчет слуги полковника? Ли Гангом его зовут? Вы готовы все мне сообщить, сержант, или предпочитаете нажимать кнопки?

— Я одна всему причиной, — заступилась за Чана девушка. — Сама и скажу. Мистер Чан полагал, что я уже сделала это.

— Нет, нет! — запротестовал Чан. — Пожалуйста, свалите вину со своих хрупких плеч на мои широкие. Я действительно предпочитаю некоторые факты держать при себе. Но я надеюсь, что свет истины озарит…

— Хорошо, хорошо, — перебил его Фланнери. — Но сначала изложите то, что я хочу услышать. Когда вы впервые узнали о Ли Ганге?

— В двенадцать часов того дня, когда был убит сэр Фредерик. После завтрака сэр Фредерик рассказал мне о странном визите Ли Ганга к родственникам на Джек–сон–стрит и просил меня навести справки о нем. Я не согласился. А потом, собираясь отплыть на «Мауи» в Гонолулу, из своей каюты я услышал голоса за стеной. Разговаривали полковник Битхэм и Ли Ганг. Полковник приказывал Ли Гангу сидеть в Гонолулу тише воды, ниже травы и не отвечать ни на какие вопросы.

— И вы сочли это настолько несущественным, что не сказали мне ни слова? — рассердился Фланнери. — А как насчет того, что полковник участвовал в пешаварском пикнике?

— Мы узнали об этом во вторник вечером, — пробормотала мисс Морроу.

— И сообщаете мне только через тридцать шесть часов? Четвертого мая 1913 года полковник Битхэм отправился в экспедицию через Хайберский проход и… э-э…

— В Тегеран через Афганистан и пустыню Кевир на севере Персии, — помог ему Дафф.

— Именно. Вы поставили в известность инспектора, сержант, и ни словом не обмолвились мне.

Чарли Чан вздохнул.

— Ради чего я бы стал вас беспокоить? Изложенные факты нам ничего не дают. Правда, здесь можно сделать предположение, и довольно интересное. Но понимаете, капитан, похоже, вам не легко вникнуть в столь трудную ситуацию. Посудите сами, могу ли я вести за собой такого человека?

— А разве не я расколол Лили Барр? Разве не сам доискался до улик против полковника, нет? Я разочарован в вас обоих.

— О чем я глубоко сожалею, — промолвил Чан.

— Ладно, будем считать, что все в порядке.

Наконец появился и сам полковник Битхэм. У полковника был отличный портной, которого он хорошо знал, а портной в то же время хорошо изучил фигуру своего клиента: костюм на полковнике сидел великолепно. В петлице торчал цветок, в руке полковник держал тросточку. Несколько минут он молча рассматривал собравшихся, потом поклонился мисс Морроу и Чану. Во взгляде его сквозила скрытая тревога.

— Доброе утро, — сказал он наконец. — А вы, я полагаю, капитан Фланнери?

— Здравствуйте, — кивнул головой Фланнери. — Познакомьтесь, это инспектор Дафф из Скотленд—Ярда.

— Ну, теперь–то убийца сэра Фредерика попался, — полушутливо заметил Битхэм.

— Без сомнения, — нахмурился капитан. — Но сперва ответьте на несколько вопросов и постарайтесь говорить правду.

Полковник недоуменно поднял брови.

— Конечно правду, — промолвил он с улыбкой. — Я расскажу все, что знаю. Вы разрешите мне присесть?

— Пожалуйста, — буркнул Фланнери и продолжил: — В ночь убийства сэра Фредерика вы демонстрировали свои фильмы о…

— Да, я показывал Тибет и…

— Да, да, и делали комментарии. Незадолго до конца вы неожиданно вышли. Когда мисс Морроу спросила вас о том, покидали ли вы помещение, вы ответили… Ну, так что вы ответили?

— Я спрашивала не выходил ли он во время показа. И полковник ответил отрицательно, — сказала за него мисс Морроу.

— Это правда? — Фланнери пристально посмотрел на Битхэма.

— Абсолютная.

— Неужели?

— Неужели? Что вы имеете в виду?

— То, что на самом деле вы беседовали на двадцатом этаже около лифта с каким–то китайцем.

Битхэм мягко рассмеялся.

— Вам никогда не приходилось ни в чем раскаиваться, капитан? Просто мне показалось это неважным. Ведь за время моего отсутствия ничего не случилось. Повинуясь врожденному стремлению избегать скандалов, я и сделал ложное заявление.

— Значит, вы спускались на двадцатый этаж?

— О, только на секунду. Видите ли, проектор тянет пленку автоматически, и я вполне успевал обернуться без всякого ущерба для фильма. Меня ждал мой старый приятель Ли Ганг, который помогает мне приобретать снаряжение. Я думал, что к десяти часам демонстрация закончится, поэтому мне пришлось спуститься вниз и отправить его одного, а самому опять подняться наверх.

— А он ушел?

— Да, на лифте уехал. Лифтерша может подтвердить мои показания, если…

— Если что?

— Если она там.

— Иными словами, если мы найдем ее?

— Я ничего подобного не говорил. А разве она исчезла?

— Вот именно. Может быть, Ли Ганг подтвердит ваши слова?

— Обязательно подтвердит. Только пошлите ему телеграмму. В настоящее время он в Гонолулу.

— Он отплыл на «Мауи» на следующий день после убийства?

— Да.

— Вы видели его?

— Естественно. Он не разлучается со мной уже более двадцати лет. Преданный человек.

— При прощании вы приказывали ему затаиться?

— Да. Понимаете, у него были неприятности с паспортом, и я боялся, что тут возникнут затруднения.

— И еще вы сказали, чтобы он не отвечал ни на какие вопросы.

— По той же самой причине.

— Вы же знали, что ему придется предъявить паспорт на Гавайях. Если он был не в порядке, значит, вы решили нарушить закон?

— Путем предъявления паспорта в другом американском пор'ту? Да, я действительно боюсь многих правил и инструкций. По–моему, они очень неудобны.

— Конечно, ведь вы так много путешествовали.

— Верно, только не надо сарказма.

— Простите, — пробормотал Фланнери. — Оставим Ли Ганга. Насколько я понимаю, ночь с третьего на четвертое мая 1913 года вы провели в Пешаваре?

Битхэм медленно кивнул.

— Да, об этом сообщалось в отчете.

— И только потому вы ничего не отрицаете? Вы участвовали в пикнике. Среди собравшихся была женщина по имени Ева Даренд.

Битхэм чуть вздрогнул.

— В ту ночь Ева Даренд исчезла и с тех пор ее больше не видели, — продолжал Фланнери. — У вас есть какие–нибудь догадки по поводу того, куда она подевалась?

— Если ее с тех пор не видели, откуда вам известно, что она исчезла из Пешавара?

— Вопросы задаю я. Вы помните это происшествие?

— Конечно. Потрясающий случай.

Фланнери некоторое время внимательно изучал его, потом, наконец, вымолвил:

— Ответьте, полковник, вы когда–нибудь сталкивались с сэром Фредериком до обеда у мистера Кирка?

— Никогда. Хотя… подождите немного… Кажется, он что–то говорил о собрании Лондонского Королевского Географического общества, на котором мы, якобы, встречались, но лично я ничего такого не припоминаю.

— Вы в курсе, что он прибыл в Сан—Франциско, дабы найти Еву Даренд?

— Правда? Удивительная история.

— А вы не слышали об этом?

— Конечно нет.

— В конце концов, вы можете помочь нам?

— Не могу, — твердо ответил Битхэм.

— Хорошо, полковник. Вы не собираетесь покидать Сан—Франциско в ближайшее время?

— Я пробуду здесь еще несколько дней, пока не подготовлюсь к новой экспедиции.

— Ни в коем случае не уезжайте до ареста убийцы сэра Фредерика. Вам понятно?

— Но, дорогой мой, вряд ли вы считаете…

— Я считаю, что ваши показания могут оказаться весьма ценными, и я повторяю: вы поняли?

— Понял… Надеюсь, однако, что вам скоро повезет.

— Мы тоже на это надеемся.

— Прекрасно. — Полковник повернулся к инспектору

Даффу. — Чудовищное преступление. Сэр Фредерик был таким очаровательным человеком…

— И всеми любимым, — добавил Дафф. — Не беспокойтесь, полковник, мы сделаем все возможное, чтобы разыскать убийцу.

— Радуюсь вашей уверенности. — Битхэм поднялся. — Теперь, с вашего позволения, и если вы исчерпали свои вопросы…

— Пока исчерпали, — набычился Фланнери.

— Благодарю вас, — улыбнулся Битхэм и вышел, сопровождаемый пристальным взглядом Фланнери.

— Джентльмен лжет как сивый мерин, по–моему, — процедил капитан сквозь зубы.

— К тому же очень искусно, — прибавила мисс Морроу, тоже не отрывая глаз от двери.

— Но ему меня не одурачить, — заключил Фланнери. — Он знает больше, чем хочет показать. Не будь он такой знаменитостью, я бы сегодня же все из него вытянул.

— О, но вы же не станете мучить полковника! — воскликнула девушка.

— Наверное, нет. Кстати, я разогнал бы и женские клубы. Хотя полковник слишком известен, чтобы суметь скрыться, я все же присмотрю за ним. Теперь о другом. Если бы Ли Ганг не уехал, я бы с ним потолковал. А что вы говорили о родственниках на Джексон–стрит? Я могу поглядеть на них?

— Не стоит, — ответил Чан, — я уже глядел.

— Вы? И естественно, не сказали мне ни слова.

— Слова не приносят пользы. Я проник в их дом, но мои планы расстроил некий бойскаут…

— Там есть бойскаут?

— Да, по имени Вилли Ли, сын Генри Ли.

— Ну, молодой член семьи заговорит, если даже старый откажется. Вилли может дать нам в руки отличный козырь.

— Он уже имел такую возможность и не сообщил ничего интересного, кроме того, что в одной из экспедиций полковник Битхэм убил человека.

— Неужели он вам такое сказал? Значит, ему что–то известно о путешествиях полковника?

— Несомненно. Он подслушивает чужие разговоры…

Фланнери взволнованно вскочил на ноги.

— Для меня этого достаточно. Я пошлю Менли в Чайнатаун, пускай вечером приведет ко мне Вилли Ли.

Китайские дети просто обожают Менли. И мы определенно кое–что выясним.’

Зазвонил телефон. Фланнери снял трубку и, ответив, протянул ее мисс Морроу. Она слушала молча, только глаза возбужденно блестели. Наконец она повесила трубку и повернулась к собравшимся.

— Звонил окружной прокурор, — сообщила она. — Мы перехватили письмо к миссис Таппер—Брок из Санта—Барбары: Грейс Лейн написала свой новый адрес.

— Прекрасно! — воскликнул Фланнери. — Я же говорил, что она от меня не уйдет. Я пошлю туда пару своих людей… — Он посмотрел на мисс Морроу. — Они могут получить в прокуратуре адрес? — Девушка кивнула, и Фланнери потер руки. — Великолепно! Мы зайдем в прокуратуру в семь. Сержант, вы с нами, ваша помощь может понадобиться. И вы, инспектор, если хотите.

— Спасибо, — поблагодарил Дафф.

— А как насчет меня? — поинтересовалась мисс Морроу.

Фланнери нахмурился.

— Вообще–то, меня не радует ваше присутствие. А все ваши тайны…

— Мне жаль, что так получилось, — виновато улыбнулась девушка. — Однако вспомните, ведь это я помогла вам найти Грейс Лейн.

— Ладно, вы тоже отправитесь с нами.

Все разошлись по своим делам. Чан двинулся в бунгало. Барри Кирк с нетерпением ожидал новостей. Услышав о плане на вечер, он начал настаивать на обеде вместе с мисс Морроу и Чаном. В половине седьмого они выбрались из маленького затемненного ресторанчика и зашагали к Дворцу Правосудия.

Вечер был прохладный, но чистый и прозрачный, в небе ярко светили звезды. Оставив позади Чайнатаун, они пересекли Портсмут–сквер — площадь романтических свиданий — и вошли в один из кабинетов Дворца Правосудия, где их уже ждали Фланнери и Дафф. Капитан взглянул на Кирка с неодобрением.

— И вы здесь?

— Я думал, что вы не станете возражать, — улыбнулся Кирк.

— Ладно, теперь уже поздно отправлять вас обратно… — Он повернулся к мисс Морроу. — Вы видели Петерсона?

— Да, адрес он получил.

— Так, теперь они с Майером — кстати, оба отличные парни — поедут в Санта—Барбару. Вечером — там, утром — обратно… Значит, завтра, если ничего не случится, они будут здесь. Но если она снова исчезнет…

Они расселись по местам. Неожиданно порог кабинета переступил высокий офицер в форме цвета хаки, он добродушно улыбался. Фланнери представил его:

— Это сержант Менли, вот уже семь лет он работает начальником полиции в Чайнатауне.

— Рад вас приветствовать, — сердечно произнес Менли. — Мальчик на улице, капитан. Я взял его спокойно, не дав возможности забежать домой за инструкциями.

— Молодец, — похвалил его Фланнери. — Как по–вашему, он будет говорить?

— Конечно будет. Мы с ним старые друзья.

Он исчез и вернулся с Вилли Ли. Бойскаут даже в обычной одежде выглядел подтянутым, точно в форме.

— Подойди ближе, Вилли, — сказал Менли. — Это капитан Фланнери. Он собирается попросить тебя об одной любезности.

— Всегда к вашим услугам, — улыбнулся мальчик.

— Все бойскауты — американские граждане, — продолжал Менли, — и они стоят на страже закона, правда, Вилли?

— Согласно присяге, — серьезно ответил мальчик.

— Я объяснил капитану, что никто из твоей семьи не замешан в случившемся, — продолжал Менли. — И он может подтвердить, что у него нет никаких данных против вас.

— Именно так, — сказал Фланнери. — Даю тебе слово, сынок, что все будет в порядке.

— Хорошо, спрашивайте, — отчеканил мальчик.

— Твой кузен Ли Ганг очень давно служит у полковника Битхэма, — начал Фланнери. — Он объездил с полковником весь свет, так?

Вилли кивнул и стал перечислять:

— Гоби, Кевир, Тибет, Индия, Афганистан, Пакистан…

— Ты слышал от Ли Ганга рассказы о приключениях полковника?

— Да.

— И помнишь все?

— Я никогда ничего не забываю. — Маленькие черные глазки Вилли Ли заблестели.

— Ты говорил своему другу мистеру Чану, что полковник однажды застрелил человека?

— Это было необходимо, — прищурился мальчик. — Он не совершил преступления.

— Конечно, конечно необходимо, — мягко произнес Фланнери. — Мы не собираемся наказывать полковника. У нас и полномочий таких нет, ведь случай произошел не в Сан—Франциско. А интересуемся мы из чистого любопытства. Ты знаешь что–нибудь о той экспедиции?

— Да. Они двигались из Пешавара через Хайберский проход в Афганистан.

— Это случилось в Афганистане?

— Да. Очень плохой был человек, Мухамед Ашреф Хан, погонщик верблюдов. Он пытался украсть…

— Украсть что?

— Жемчужное ожерелье. Полковник Битхэм застал его в палатке, в которую тот не должен был входить под страхом смерти…

— И кто же в ней размещался?

— Женщина.

В комнате мгновенно воцарилась тишина.

— В палатке была женщина? — наконец переспросил Фланнери. — Какая женщина?

— Та, что переправлялась с ними в Тегеран. Женщина из Пешавара.

— Твой кузен описывал ее?

— Она была очень красива: волосы, как золото, а глаза, точно голубое небо. Да, кузен называл ее красавицей.

— И она пробиралась с ними из Пешавара в Тегеран?

— Да. О ней знали только полковник и Ли Ганг. Во время переходов женщина скрывалась в повозке. На стоянках жила в палатке. Полковник предупредил, что туда никто не должен входить под страхом смерти.

— А погонщик не послушался, и его застрелили?

— Точно.

— Ну, сынок, — довольно сказал Фланнери, — я тебе очень обязан. Я сообщу о тебе в, твою организацию. Ты заслуживаешь награды или значка.

— У меня их уже двадцать два, — усмехнулся Вилли Ли. — Я старший бойскаут.

Затем мальчик и Менли вышли, а Фланнери возбужденно забегал по комнате.

— Ну, каково! — закричал он. — Подозрительно удачно все складывается. Муж исчезнувшей Евы Даренд искренно переживает и рыскает по всей Индии, а она в это время улепетывает с караваном полковника Битхэма. — Он повернулся к Чану. — Теперь я понял, что вы имели в виду. Только мы по–разному называем такие вещи: я — побегом с другим мужчиной, а вы похищением. Хорошенькое прошлое у полковника Битхэма! Любовный заговор… Восхитительно! Соображаете, что сие означает?

Чан с сомнением пожал плечами.

— Похоже, по вечерам вы высоко летаете, — медленно проговорил он.

— Естественно. Высоко, далеко и красиво. У меня теперь имеются и подозреваемый, и мотив. Сэр Фредерик приезжает в Сан—Франциско в поисках Евы Даренд. Полковник Джон Битхэм, находящийся в апогее славы, узнает причину появления здесь сотрудника Скотленд—Ярда. Он слышал о детективе, уже побывавшем в Пакистане, и боится, что тот откроет правду. Карьере полковника грозит катастрофа. Он больше не получит денег на свои экспедиции. Что делать? Спокойно сидеть и ждать? Нет!

— Очень эффектно, — мимоходом заметил детектив из Гонолулу.

— Сперва он стремится выяснить, как сэр Фредерик докопался до истины и много ли ему вообще известно:.. Во время обеда он слышит, что сейф открыт и загорается желанием заглянуть в него. Он крадется в контору мистера Кирка…

— И попадает туда через запертую дверь, — добавил Чан.

— Ключ ему могла дать лифтерша, она же Ева Даренд, не забывайте. Кроме того, был еще Ли Ганг. Он тоже участвовал в игре, и вполне мог воспользоваться пожарной лестницей. Во всяком случае, Битхэм в кабинет попал и выяснил, что сэру Фредерику все известно. Но тут внезапно появляется сам сэр Фредерик, единственный человек на свете, который знает, как Ева удрала из Пакистана, человек, способный сокрушить Битхэма. И полковник достает пистолет. Сэр Фредерик убит, а Битхэм берет отчет о расследовании и убегает. Клянусь богом, шикарная версия!

— Изумительная, — мягко улыбнулся Чарли Чан. — Но вы забыли об одной детали: о бархатных туфлях Хилари Галта.

— О черт! — завопил Фланнери. — Какой кошмар! Идиотский пустяк, по–вашему, все меняет!