Взгляды адвокатов встретились. Прескотт немного притормозил, сделал еще пару шагов и произнес:

— Привет, Джон.

Дэйвис кивнул, но промолчал.

Мне были видны лица обоих. Физиономия Дэйвиса выражала презрение и настороженность. Прескотта, к тому же,— какое-то преувеличенное сочувствие,

— Успокойтесь! — неожиданно скомандовал Дэйвис.— И перестаньте смотреть на меня глазами деятеля Армии Спасения. Я совершенно трезв. Ребятишки живенько привели меня в норму. Им известно, что прошлый вечер я провел в обществе мисс Кари и что на Одиннадцатой улице я появляюсь под именем Даусона. Поэтому пришлось отвечать на их вопросы. Ничего нескромного... где я был во вторник и прочее подобное.

Прескотт пожал плечами.

— Вы глупец. Только недоумок сюда бы приехал. Вы вообще могли остаться в стороне. Больше одного дня секрет, конечно, не сохранится. А когда газеты примутся за него и за вас, как будет выглядеть «Данвуди, Прескотт и Дэйвис?»

— Бесценная старая фирма! — без всякого почтения фыркнул Дэйвис.

— Да, Джон, бесценная старая фирма. Не только мы ее создавали, по и она нас. Ведь вы поднялись до самой вершины, стали заметной фигурой в нашем обществе. Я сам отличный юрист и прилежный сотрудник, но до вас мне далеко. Вы своего рода редкость, из числа тех, кто делает историю... Да что я вам говорю... И вы вдруг без всякой необходимости сами впутались в некрасивую историю, не подумав ни о фирме...— Он резко повернулся к Вульфу.— Сдаемся вам на милость... Что вы намерены предпринять? Передать нас полиции?

Вульф покачал головой.

— Нет, сэр. Я бы мог обменять вас на какую-то информацию, но у полиции нет нужных мне сведений. Садитесь. Давайте все обговорим. Я только что спрашивал мистера Дэйвиса, не он ли посоветовал мисс Кари прийти сюда для беседы с миссис Хауторн.

— Если он...— Прескотт нахмурился.— А почему, собственно, это должно вас волновать?

Дэйвис предвосхитил ответ Вульфа:

— Потому что она была здесь! — Он стоял, широко расставив ноги, перед своим партнером.— А теперь спрошу я: это вы привезли ее сюда?

— Не сходите с ума, Джон. Ради бога, ведите себя рассудительно. Повторяю, сейчас не время...

— Так, значит, вы!

— Ненормальный! Стал бы я...

Но Дэйвис уже выскочил из библиотеки.

Довольно долго мы молча смотрели на дверь, которая так за ним и не затворилась.

Потом Прескотт недовольно сказал:

—- Проклятый идиот!

И тоже вышел.

Я поднялся с места и поинтересовался с надеждой:

— Они вам нужны?

— Нет, Арчи! — Вульф откинулся назад и вздохнул.— Нет, благодарствую.— Потом закрыл глаза и повторил в третий раз: — Нет, спасибо.

— Дело хозяйское,— ответствовал я любезно и снова сел на место, даже не потрудившись закрыть дверь. Вот еще один пример моего самообладания. Внутри у меня все кипело. Я прекрасно знал этот его тон, первый признак охлаждения... Если мне не удастся запугать его или в течение часа не явится с повинной убийца, он вообще опустит руки. Точно, как дважды два — четыре.

Осложнялось все тем, что мы находились не дома.

Там, на Тридцать седьмой улице, я бы сумел его встряхнуть, а на чужой территории мне бы попросту не хватило уверенности.

К тому же я не знал, сколько времени еще можно раздумывать над тем, какую следует выбрать линию поведения, и когда «профилактические меры» уже не помогут. Наверное, прошло минут десять, и вдруг послышались чьи-то шаги.

Повернув голову, я увидел дворецкого.

— Говорите,— произнес я рассеянно.

— Да, сэр. Мистер Данн хотел бы побеседовать с мистером Вульфом в приемной.

— Сперва принесите мне ворот для подъема тяжестей...—‘Я отпустил его величественным взмахом руки.— Ступайте, вы свое дело сделали. Я доставлю его, если сумею.

Он вышел. Прождав целую минуту, я, наконец, обратился к Вульфу:

— Вы слышали?.

— Да.

— Ну?

Никакого ответа. Я подождал еще.

— Вот что. Вы не у себя дома. Притащились по собственной воле. И Данн не виноват, что дело становится таким трудоемким и занудным, если только не он сам убил Хауторна. Он вас пригласил, вы приехали. Теперь либо спуститесь и выясните, что ему нужно, либо будем дома сосать от голода палец.

Он заерзал, медленно открыл глаза и произнес какое-то слово на иностранном языке. Я уже не раз просил перевести его, ибо внутреннее чутье подсказывало мне, что оно нецензурное. Вслед за этим он поднялся и двинулся к дверям. Я неотступно шел за ним.

В приемной обнаружилось целое совещание. Участвовали Джон Чарльз Данн. Гленн Прескотт, Осрик Стоффер и небольшой нагловатого вида человечек, в котором я узнал детектива-лейтенанта Бройзена. Он был в парадном костюме с жилетом и белой рубашке с крахмальной манишкой. Сразу было видно, что чувствует он себя отвратительно. И наконец, имелась там еще одна жердь в пенсне на длинном носу.

Мистер Данн представил ее как мистера Ритчела из «Космополитен Трест Компани», душеприказчика Ноэля Хауторна.

И еще он объяснил, почему был вынужден выставить Вульфа из библиотеки.

Дело в том, что полиция попросила разрешения проверить личные бумаги Ноэля Хауторна, большинство из которых хранилось там в стенном сейфе, и компания согласилась при условии, что наблюдать за процедурой будет ее представитель. Им-то и был унылый мистер Ритчел. Желательным также считалось присутствие личного адвоката Хауторна, то есть мистера Прескотта. Ну а для соблюдения интересов «Даниэля Галлена и К» существовал мистер Стоффер.

Бройзен, Стоффер, Прескотт и Ритчел направились в библиотеку открывать сейф. А я про себя подумал, что они как пить дать найдут там второе завещание, после чего мы вынуждены будем заниматься расследованием проклятущего убийства, дабы получить хоть какую-то плату.

Джон Чарльз Данн поинтересовался у Вульфа, есть ли какие-нибудь успехи, и тот недовольно ответил, что никаких. По-моему, перед Данном можно было и не откровенничать. И вдруг мне на ум пришло кое-чем заняться самому. Я пересек комнату и раздвинул портьеры, чтобы продемонстрировать нишу, в которой я недавно обнаружил Стоффера. И хотя я чуть-чуть не опоздал, оказывается, теперь там можно было увидеть нечто большее. Правда, все, чем мне пришлось довольствоваться, было лицезрением ее затылка и ускользающей в заднюю дверь едины в сером платье: вероятно, она заметила меня сквозь щелку.

Я подозвал Данна и Вульфа:

— Подойдите-ка сюда!

— В чем дело?

— Идите, идите, .сейчас покажу.

Они приблизились, и я раздвинул портьеры.

—- Конечно, она здесь хозяйка. Но ее привычка во все совать свой нос мне совсем не по душе. Вот и утром, когда я тут был один, миссис Хауторн появилась отсюда и сразу исчезла. Помните, я говорил вам об этой нише в записке, вы еще беседовали с Дейзи в библиотеке? И опять она здесь топталась. Едва удрать успела через заднюю дверь. Конечно, это ничего не решает, просто хотел поставить вас в известность.

— Погоди, ты что, видел ее сейчас?

— Да, сэр. Думаете, она подсматривала?

— Понятия не имею. Ты же сам сказал, что она здесь хозяйка... В принципе, она бы и так никому не помешала... Что случилось, мистер Данн?

У того действительно был странный вид: зубы стиснуты, глаза налились кровью, хотя гнев его вроде бы к нам не относился. Он бормотал нечто неразборчивое и оглядывался по сторонам, как бы ожидая увидеть нечто.

Вульф повторил свой вопрос.

— Все происходило именно здесь! — заявил Данн, указывая на стул, который занимала Дейзи, когда я ее увидел в обществе Нейоми Кари.— Ну конечно, мы здесь сидели.

— Кто? Когда?

— Я и еще два человека решали вопрос об аргентинском займе. Тогда я специально приехал на встречу из Вашингтона, о ней никто не должен был знать. Ноэль находился в Европе. Предварительно я позвонил Дейзи по телефону, она еще сказала, что вечером ее дома не будет и нас впустит Теркер. Это немыслимо! Она ведь не знала, с кем я встречаюсь и ради чего! Великий боже!

— Человек, страдающий хроническим любопытством и привыкший подслушивать, не нуждается в специальном приглашении! — сухо бросил Вульф.

— Выходит, она спряталась здесь! Наверняка. А потом все передала Ноэлю. Он же...— Данн неожиданно умолк, потом медленно покачал головой.— Нет, я ошибаюсь. Теперь я вспомнил. Дарио, один из этих людей, показал на портьеры, я подошел к ним, раздвинул и заглянул внутрь. Там было пусто. Правда, довольно темно, но, что пусто, совершенно точно.

— Обождите минуточку,— сказал я,— по-моему, эта мысль заслуживает внимания. Ведь миссис Хауторн могла войти туда уже после того, как вы заглянули за занавеси. Или того проще — пригнуться за баром.

— Там же мало места,— возразил Вульф.

— Вполне достаточно.— Я уже горой стоял за свою идею.— Не судите о других людях по себе. Черт подери, даже я могу там спрятаться. Вот смотрите, сейчас продемонстрирую.— И подошел к бару.

Но демонстрация, к сожалению, не полупилась. Ибо уже за стойкой я споткнулся обо что-то, лежащее на полу, и чуть не упал. А когда наклонился посмотреть на этот предмет, вся кожа у меня покрылась мурашками. Освещение было скверным, видел я плохо и поэтому сказал:

— На столе есть выключатель, нажмите-ка на него.

Данн выполнил мою просьбу.

А Вульф быстро произнес:

— Арчи, что с тобой?

Мне же пришлось прижаться коленками к бару, чтобы не упасть в этом тесном пространстве. Внимательно все исследовав, я с трудом выпрямился и проговорил совсем чужим голосом:

— Это Нейоми Кари. Ее задушили. Собственным шарфиком. Тем, что был у нее на шее.