Гарри внимательно слушал, пока я перечисляла ему все события, которые уже описала. Но больше всего его изумило и поразило то, что алмазы оказались у меня, или, точнее, у Сюзанны. Этого он никак не ожидал. Я поняла план Картона, то есть Надины, ибо я не сомневалась, что это она придумала все. Никакие внезапные действия, предпринятые против нее или против ее супруга, не могли привести к захвату алмазов. Полковник не мог бы догадаться, что они вверены стюарду океанского парохода. Реабилитация Гарри, обвиненного некогда в воровстве, казалась легкодостижимым делом. Но было другое, значительно более опасное обвинение, которое парализовало всю нашу активность, ибо в данный момент он не имел возможности открыто защищать себя.

Один из главных пунктов, к которому мы все время возвращались, была идентификация Полковника. Был ли Гай Пагетт Полковником или не был?

— Очень вероятно, что именно он и является Полковником,—сказал Гарри.— Очень похоже, что Пагетт умертвил Аниту Гренберг в Марлоу — и это, конечно, очень веский довод в пользу предположения, что он и есть Полковник, ибо вряд ли Анита решила бы обсуждать такое важное дело с подчиненными. Но единственное, что говорит против этого предположения,— попытка убрать вас с дороги в ночь нашего приезда в Родезию. Вы видели, что Пагетт остался в Кейптауне — он не имел физической возможности приехать сюда до следующей среды. Вряд ли у него есть агенты в этой части Африки, все его планы заключались в том, чтобы отделаться от вас в Кейптауне. Он мог, конечно, телеграфировать одному из эмиссаров в Йоханнесбурге, и последний мог сесть на поезд по дороге, но содержание инструкции должно быть настолько определенным, что вряд ли Пагетт мог рискнуть посылать ее.— Мы молча сидели несколько минут, затем Гарри медленно продолжал: — Вы говорите, что миссис Блейр знала, когда вы уходили из гостиницы, и что вы слышали, как сэр Юстус диктовал мисс Петигрю? А где же был полковник Райс?

— Я не могла его нигде найти.

— Были ли у него какие-нибудь основания считать, что мы с вами можем быть дружны?

— Да, могли быть основания,— ответила я задумчиво, вспоминая наш разговор на обратном пути из Мато-носа.— Он очень сильный и незаурядный человек,— продолжала я.— Но мне кажется, что он не может быть Полковником. И кроме того, такое предположение абсурдно. Он же на секретной службе.

— Откуда вы знаете, что он на секретной службе? Проще простого намекнуть невзначай на это. Никто с этим не спорит, молва разносит это повсюду. И наконец все начинают искренне этому верить. Это извиняет иногда весьма сомнительные поступки. Анна, вам нравится Райс?

— Он вызывает у меня отвращение и восхищение в одно и то же время, но я знаю одно: я всегда немного боюсь его.

— Он был в Южной Африке, вы знаете об этом, во время кражи в Кимберли,— сказал Гарри медленно.

— Но ведь он рассказал Сюзанне все о Полковнике и как он был в Париже, пытаясь выследить его.

— Камуфляж, причем весьма искусный.

— Но при чем тут Пагетт? Что он, на службе у Райса?

— Возможно,— сказал Гарри медленно,— он вообще ни при чем.

— Что?

— Вспомните, Анна. Вы слышали когда-нибудь рассказ самого Пагетта о событиях этой ночи на «Килмор-дене»?

— Да, от сэра Юстуса.

Я повторила. Гарри внимательно слушал. Потом стал размышлять вслух.

— Он видел человека, идущего в направлении от каюты сэра Юстуса, и последовал за ним на палубу. Так он рассказывает. Теперь дальше. Чья каюта напротив каюты сэра Юстуса? Полковника Райса. Предположите, что полковник Райс подкрался к вам на палубе и, неудачно напав на вас, побежал по палубе, где встретил Пагетта, как раз в это время выходящего из салона. Он сбил его с ног и скрылся в каюте, закрывшись изнутри. Подбежав к салону, мы нашли лежащего там Пагетта. Как это произошло?

— Вы забываете, что он категорически утверждает, что вы сбили его с ног.

— Предположите, что, приходя в сознание, он видел, как я удаляюсь. Конечно, ои сделал вывод, что это я нанес ему удар, в особенности если он считал, что преследует меня.

— Это, конечно, возможно,— сказала я медленно.— И кроме того, многое еще в этом случае остается неясным.

— Кое-что из этого можно все же расшифровать. Человек, который преследовал вас в Кейптауне, обратился к Пагетту, а Пагетт посмотрел на свои часы. Этот человек мог просто интересоваться временем.

— Вы думаете, что это было простое совпадение?

— Не совсем. Во всяком случае, во всем этом видна система, заключающаяся в том, чтобы связать Пагетта со всем этим делом. Почему Милл-хауз выбран для убийства? Было ли это связано с тем, что Пагетт жил в Кимберли, когда были украдены алмазы? Должен ли он был сыграть роль козла отпущения, если бы я не появился так удачно на сцене?

— Значит, вы полагаете, что он может быть совершенно невиновен?

— Похоже, но, если это так, мы должны выяснить, что он делал в Марлоу. Если у него есть разумные объяснения, мы на верном пути. Вставайте, Анна. Время идти.

Я послушно встала и вышла. Было еще совсем темно, но я знала, что скоро будет рассвет.

— Мы поедем в каноэ, а не в моторной лодке,— сказал Гарри. Вдруг он помертвел и поднял руку.— Тише, что это?

Я прислушалась, но не смогла ничего услышать. Его слух был острее моего, как у человека, долго прожившего на природе. Вскоре я тоже услышала слабый всплеск, идущий по направлению от правого берега реки и быстро приближающийся к нашей маленькой хижине. Мы напрягли глаза и смогли рассмотреть темное пятнышко на поверхности воды. Это была лодка. Затем вспыхнул и погас огонек. Очевидно, кто-то чиркнул спичкой. При ее свете я узнала рыжебородого голландца с виллы в Мюйзенберге. Остальные были туземцы.

— Быстро обратно!

Мы вбежали в хижину. Он схватил пару ружей и револьвер со стены.

— Ты умеешь заряжать ружье?

— Никогда раньше не пробовала. Покажи как надо!

Я быстро усвоила его объяснения. Мы закрыли дверь, и Гарри встал у окна, которое выходило на нашу пристань. Лодка была уже почти рядом с ней.

— Кто там? — закричал Гарри звенящим голосом.

Если мы сомневались в намерении наших гостей, то

теперь все сомнения рассеялись. Вокруг нас засвистели пули. К счастью, никто из нас не был задет. Гарри поднял винтовку. Он стрелял без промаха. Я слышала стоны, проклятья, затем всплеск.

— Это заставит их немного призадуматься,— мрачно пробормотал он, потянувшись за второй винтовкой.— Ради бога, Анна, отойди немного и быстро заряжай.

Снова посыпались пули. Одна задела ему щеку. Его ответный выстрел вывел из строя еще одного нападающего. Он повернулся ко мне, и я подала ему заряженную винтовку. Он схватил меня левой рукой и страстно поцеловал, прежде чем снова повернулся к окну.

Вдруг он издал восклицание:

— Уходят! Они достаточно получили! Они были для нас неплохой мишенью на воде, а сами даже не знали, сколько нас. Они уходят на время и, конечно, вернутся обратно.— Он отбросил винтовку и повернулся ко мне.— Анна, ты чудесная, ты замечательная, маленькая королева, смелая, как лев. Ты черноволосая ведьма! — Он схватил меня на руки и стал целовать мои волосы, глаза и губы.— А теперь за дело,— сказал он, внезапно освобождая меня.— Дай мне эти банки с парафином.

Я повиновалась. Он что-то делал внутри хижины. Затем я увидела его на крыше. Он медленно полз, держа что-то в руках. Вскоре он присоединился ко мне.

— Иди к лодке. Мы перенесем ее через остров на другую сторону.

Я побежала к лодке, а он взял парафин.

— Они возвращаются,—сказала я, увидев нечто, двигавшееся от противоположного берега.

Он подбежал ко мне.

— Как раз вовремя. Черт побери, где лодка? — Обе лодки были пущены по течению. Гарри тихо присвистнул.— Мы в тяжелом положении, милая, понимаешь?

— С тобой мне ничего не страшно.

— Да, но умереть — даже вместе — не так уж весело. Мы найдем другой выход. Смотри, они приближаются к острову на двух лодках. Собираются высадиться в разных местах. Теперь посмотри на мою хитрость.— Почти одновременно с его словами в хижине вспыхнуло пламя. Его свет осветил две распластавшиеся фигуры на крыше.— Это мои старые костюмы, набитые тряпками. Они не упадут некоторое время. Идем, Анна. Мы должны сделать все, что в наших силах.— Мы перебежали остров. Только узкая полоса воды отделяла его здесь от противоположного берега,— Мы должны переплыть ее. Ты умеешь плавать, Анна? Ничего страшного. Я могу переплыть вместе с тобой. На лодке было бы неудобно плыть, слишком много скал.

— Я могу немного проплыть, даже больше этого расстояния. В чем опасность, Гарри? — Я увидела угрюмую усмешку на его лице.— Акулы?

— Нет, глупенькая. Акулы живут в море. Крокодилы.

— Крокодилы?

— Да, не думай о них или молись, что тебе больше нравится.

Мы бросились в воду. Вскоре мы достигли противоположного берега без всяких приключений и вышли насквозь промокшие и продрогшие.

— Теперь в Ливингстон. Это трудная дорога, и промокшая одежда не сделает ее более легкой. Но сейчас это необходимо.

Это была кошмарная прогулка. Моя мокрая одежда хлопала меня по ногам, а чулки скоро разорвались в клочья. Наконец я остановилась совершенно измученная. Гарри подошел ко мне.

— Устала, родная. Я понесу тебя немного.

Так я и появилась в Ливингстоне, вися на его плечах, как мешок с углем. Как он донес меня, не понимаю. Друг Гарри оказался молодым человеком, который держал магазин местных антикварных вещей. Звали его Нэд. Вероятно, у него была и фамилия. Но я никогда не слышала ее. Казалось, что он нисколько не удивлен, видя Гарри, совершенно промокшего, с женщиной, еще более промокшей, на плечах.

Мужчины всегда такие удивительные!

Он накормил нас, сварил горячий кофе и высушил наше платье, дав нам на время какие-то рубашки весьма кричащих расцветок. В маленькой задней комнате хижины мы были в безопасности и смогли узнать все подробности о сэре Юстусе и его спутниках: где они сейчас и кто из них до сих пор остался в гостинице. Именно там я сообщила Гарри, что ничто не может меня заставить поехать в Вейру. Я и вообще никогда не собиралась это делать, но теперь для этого не было совсем никаких причин. Главным доводом для моей поездки в Вейру было то, что мои враги считали меня мертвой. Теперь же, когда они знали, что я жива, моя поездка в Вейру не принесла бы мне ничего хорошего. Они легко могли выследить меня там и убить. И не было бы никого, кто мог защитить меня. Мы окончательно решили, что я должна присоединиться к Сюзанне, где бы она ни была, и постараться не попадаться больше ни на какие провокации. Ни в коем случае я не должна была искать приключений или пытаться расстроить планы Полковника. Я должна была оставаться с ней и ожидать инструкций от Гарри. Бриллианты должны были быть положены в банк в Кимберли на имя Паркера.

— Вот что,— сказала я задумчиво.— Мы должны придумать какой-нибудь код. Иначе нас опять могут обмануть, вручив одному из нас письмо, якобы написанное другим,

— Это довольно просто. Любая записка от меня, которая будет действительно написана мной, будет иметь слово, взятое в кавычки.— А как в отношении телеграмм?

— Любая телеграмма от меня будет подписана «Энди».

— Скоро будет поезд, Гарри,— сказал Нэд, просовывая голову в дверь.

Я встала.

— Ну, так если я найду положительного человека, выходить мне за него замуж? — спросила я с притворной застенчивостью.

— Анна, если ты выйдешь замуж не за меня, я разыщу этого человека и сверну ему шею. А ты что думаешь?..

— Какого замечательного мужа я себе выбрала,— сказала я иронически.