Джон выскочил в холл, захлопнув за собой дверь номера. Тело его покрылось холодным потом, ноги вдруг стали ватными. Он почувствовал, что не в состоянии сделать ни одного шага.

Надо было пойти к ближайшему телефону и позвонить Джерри Додду. Джерри знал бы, что делать. А потом ждать, пока Харди и компания не допросят его о случившемся. Однако он не мог бы ответить на их вопросы! Он представил себе, как все это будет:

«Алиби, мистер Уилз, где ваше алиби? Вы хотите уверить нас, что встретили эту девочку только вчера вечером? Что она делала у вас в номере? Почему вы ударили ее термосом?»

Может, это и есть та расплата, которой грозил Джону автор письма? Не придется ли ему отвечать за то, чего он не делал?

Он оттолкнулся от стены. Инерция помогла дойти до лифта. Он нажал кнопку. Мигнул красный свет. Двери одного из лифтов раздвинулись. Лифтер испуганно посмотрел на него.

— Вестибюль, пожалуйста,— услышал он собственный до неузнаваемости изменившийся голос.— Простите, я передумал,— поправился он, когда лифт ринулся вниз.— Четвертый, пожалуйста!

Двери открылись и так же неслышно закрылись. Он тихо пошел по зеленой ковровой дорожке к кабинету Элисон. Элисон была теперь его единственной связью с реальностью, его единственной надеждой.

— Вот это скорость! — удивилась Элисон. Но тут же вскочила, подбежала к нему, схватила за плечи. Должно быть, он качался, как подрубленное дерево.

— Ради бога, Джонни!

— Марго Стюарт,— с трудом выговорил он.— У меня в комнате... Мертвая... Убита.

— Джонни!

— Кто-то размозжил ей голову термосом...

— Что вы предприняли?

— Направился к Джерри Додду. А попал сюда.— Он засмеялся.— Толкните меня в нужную сторону!

Она сильно ударила его по щеке.

— Прекратите, Джонни! Ну? Сядьте сюда.— Она слегка подтолкнула его к креслу и сняла телефонную трубку.

Элисон говорила по телефону, а он не мог сосредоточиться. Голос ее звучал как в тумане. Через мгновение она была опять рядом с ним, крепко сжимая его руки в своих.

— Я видел много мертвецов на войне. Я должен был привыкнуть. Но почему-то...

— А я ей так и не дозвонилась! Должно быть, она поднялась к вам, чтобы дождаться вас там?

— Вы успели приготовить мартини? — спросил Джон, к собственному удивлению.

— У меня есть пинта бренди. Это лучше! — Элисон достала бутылку, плеснула в стакан. Джон почувствовал, как что-то взорвалось внутри, обожгло огнем.

Без привычной профессиональной улыбки Джерри выглядел странно.

— Ваш ключ у вас, мистер Уилз? -— спросил он.— Вам лучше пойти с нами.— С ним был кто-то из людей Харди.

— Вот,— протянул ключ Джон.— Но я не могу! Я не хочу, я...

— Вы там что-нибудь трогали?

— Нет. Да... дверь.

— В комнате — ничего?

— Вы... выключатель. Я включил свет! Бедная девочка, лежит там, при свете всех этих ламп. В отличие от Памелы Прим, Марго Стюарт, очевидно, имела мужество бороться...

— Оставайтесь здесь! Никуда не уходите,— приказал Джерри.— Через минуту пришлю парня стеречь вас, для вашей же безопасности. Мистер Уилз! Ее убили вы?

— Боже мой!

— О’кей! Я просто спросил...

Люди приходили и уходили. Харди со своими ребятами, Шамбрен, помощник прокурора Нейлор, лысый, как яйцо, и непроницаемо жесткий. Кто-то снял у Джона отпечатки пальцев. Кто-то принес влажную тряпку, чтобы он мог стереть с пальцев чернила. Когда все вокруг начинало кружиться с бешеной скоростью, он поворачивал голову. Элисон была бледна, но ее ободряющая улыбка появлялась всякий раз, когда он ее ждал.

Вопросы, вопросы, вопросы — и механически следующие ответы. Секретов больше не было. Харди был вынужден отказаться от задуманной игры. Видимо, все уже знали, что Джон Уилз, так же как и Памела Прим, взял деньги за то, чтобы убить Муна.

— Эта история абсолютно нелепа! Здесь нет ни грана правды. Это просто невероятно, чтобы быть правдой! — Голос Нейлора, громкий и гневный, заполнил всю комнату. Потом вдруг лицо Нейлора возникло прямо перед глазами Джона, как неожиданный крупный план в кино. Помощник прокурора сидел верхом на стуле и наклонился к Джону так близко, что тот ощущал его дыхание заядлого курильщика.

— Ладно, Уилз! Оставим всю эту чепуху насчет таинственных убийств, завершающих судьбы своих жертв. Вы продолжаете утверждать, что видели Стюарт только один раз?

— Вчера вечером. В баре «Трапеция». Она была пьяна. Я думаю, она знала, кто я.

— Мне кажется, что вы сами не знаете, кто вы! Вы никогда не видели ее до вчерашнего вечера?

— Никогда.

— И тем не менее, она бросает вам в Гриле записку, в которой говорит, что ей необходимо встретиться с вами? Почему? Почему, Уилз?

— Не знаю.

— Бросьте. Почему?

— Не знаю!

— Вы дали ей ключ от вашего номера и велели подождать вас там. Так это было?

— Нет! Ключа я ей не давал. Мой ключ был при мне все это время. Я отдал его Джерри Додду. Я...

— Вы дали ей ключ! Вы забрали его после того, как убили ее...

— Нет!

— Зачем она хотела вас видеть?

Джон невольно отодвинулся от Нейлора.

— Я не знаю.

— Она что-то имела против вас? Пыталась вас шантажировать? Так?

— Повторяю —' я никогда не говорил с ней! Я не знаю, что ей было нужно!

— Вы замышляли убийство Обри Муна. Она догадалась. Прижала вас к стенке, так?

— Нет.

— Вы не собирались убивать Обри Муна? Вы явились сюда под фальшивым именем, имели при себе револьвер — и не собирались убивать Муна?

— Я... у меня не было никакого плана. Уилз — мое официальное имя. Я...

— Но вы явились сюда с определенным намерением — составить план, разведать обстановку!..

— Я все рассказал лейтенанту Харди!.

— О’кей, мистер Уилз! Значит, вы просто невинная жертва. Вы простили Муну самоубийство отца. Вы простили ему свою искалеченную жизнь. Вы были полны любви к нему! Вы помогали лейтенанту Харди найти таинственного X. Потом — чистая случайность, совпадение. Вы приглашаете к себе в номер секретаря Муна — и бац! Почему?

— Я не приглашал ее к себе в номер;— сказал Джон медленно, подчеркивая каждое слово.— Я не знаю, что ей там было нужно. Я не убивал ее! На термосе есть отпечатки моих пальцев?

— Этого мы еще не знаем, мистер Уилз! Может быть, вы сэкономите нам время?

— Я никогда не пользовался им...

Нейлор встал.

— Когда кто-то хочет меня видеть, мистер Уилз, я обычно могу догадаться зачем. Человек хочет занять у меня денег, ждет какого-то совета в области закона, хочет, чтобы я пригласил его на обед. Вы говорите, что не знаете, чего она хотела. Так попробуйте догадаться!

— Может быть, что-нибудь, связанное с Муном? Если она знала, кто я, может, хотела мне что-то сказать про Муна?

— Она хотела помочь вам?

— Может быть...

— Помочь совершить убийство?

— Нет!

— Так что же? Она вас не знала, но хотела помочь вам...

— Вы предложили мне дать свою версию.

Нейлор отвернулся.

— Все, Харди, я отказываюсь! Ваш беби, вы с ним и возитесь! Он либо самый хладнокровный преступник, либо просто упрямый осел! Давайте сюда Муна!..

И вот они оказались совсем рядом. Джон Уилз и Обри Мун. Появление Муна резко изменило атмосферу допроса. Ни яростный Нейлор, ни невозмутимый Харди больше не владели ситуацией. Сверхпочтительный вид принял Нейлор. Харди выглядел как солдат перед атакой. Вслед за Муном вошел Уиллард Сторм.

— Извините, мистер Сторм, но здесь полицейское расследование, а не пресс-конференция! — сказал Нейлор.— Вам придется подождать за дверью.

— Или Сторм останется здесь, или я уйду,— произнес Великий Человек своим тонким, насмешливым голосом.— Я не питаю доверия к вашему брату, Нейлор! Вы до сих пор не нашли человека, который угрожает мне. Вы допустили, чтобы мою секретаршу убили у вас под носом. Я хочу, чтобы здесь был кто-то достаточно смелый, чтобы сказать правду о всеобщей некомпетентности.

— То, что здесь происходит, не подлежит огласке,— предупредил Нейлор.

— Я сам решу, что подлежит, а что нет! — отрезал Мун.— А вы напрасно тратите время, мистер Нейлор. Если бы я согласился на удаление Сторма, это означало бы лишь то, что я потом передам ему в точности содержание нашего разговора.— Он повернул голову и посмотрел прямо на Джона.— Что произошло, Уилз? Ее пятки были недостаточно круглы, чтобы вам понравиться?

Туман, все это время застилавший глаза Джона, рассеялся. Все вдруг встало на свои места. Перед ним был человек, который чуть не сделал его убийцей! Джон отчетливо увидел его крашеные усы и волосы, его жесткие глаза, опухшие веки, почувствовал слабый запах одеколона. И еще запах денег и славы. Если права миссис Хейвен, десятки человеческих жизней зависят от его капризов! Но в конце концов, он такой же человек, из плоти и крови. С ним можно и нужно бороться. И Джон с удивлением почувствовал, как страх уходит из его души.

— Вы знаете о каких-либо отношениях между Уил-зом и вашей секретаршей, мистер Мун? — спросил Нейлор.

Джон спокойно ждал, что тот ответит. В подобной ситуации Мун уже оклеветал его отца.

Мун пожал плечами.

— Этот человек, которого вы называете Уилзом, известен мне как Джон Мак-Айвер! По правде сказать, если у него и был роман с Марго Стюарт за моей спиной, то я ничего об этом не знал. Но это у него в крови, мистер Нейлор! Его отец был изгнан военно-полевым судом из британской армии за шашни с женой полковника с целью шантажа. Весьма возможно, что сын завел шуры-муры с моей секретаршей, чтобы добраться до меня.— Он с улыбкой взглянул на Джона, явно ожидая бурных возражений. И был разочарован, увидев, что Джон сидит молча.

— Вы не знаете, был ли у них роман? — повторил свой вопрос Нейлор.

— Не знаю, был ли,— сказал Мун таким тоном, будто он это подозревал.

Вмешательство лейтенанта Харди повернуло ход событий совершенно в другое русло.

— Мистер Нейлор не так хорошо знаком с этим делом, как я. У меня было двадцать четыре часа, чтобы раздобыть кое-какие сведения. По общему мнению всех работников отеля, у Марго Стюарт был роман с вами, мистер Мун! Она являлась к вам по первому зову, в любое время дня и ночи. Давайте выясним этот вопрос. Была ли она вашей любовницей, мистер Мун?

— Нет,— рассмеялся Мун.— Сэнди, как я ее называл, никогда не была моей любовницей! Начать с того, что слишком... слишком себя жалела. К тому же, любовь пьяной женщины ничего не дает мужскому «я». Меня скорей привлечет простая и талантливая профессионалка вроде покойной и, должен признаться, горько оплаканной мной мисс Прим...

— Но вы доверяли ей? — спросил Нейлор.

— Я никогда не доверял Сэнди своих личных секретов. Вы-то уж, Нейлор, как юрист, должны знать, что никогда нельзя доверять алкоголикам!

Нейлор продолжал гнуть свою линию. Попытка Муна опорочить погибшую девушку, по-видимому, не произвела на него впечатления.

— Я хотел бы получить ответ на свой вопрос! Ваш доверенный секретарь, мисс Стюарт, старалась встретиться с Уилзом. У вас есть по этому поводу какие-нибудь соображения? Вы предполагаете, что он мог воспользоваться ею, чтобы проникнуть к вам? Что она могла сказать ему такого, что помогло бы ему как-то повредить вам?

Мун повернулся и презрительно взглянул на Джона.

— Мак-Айверу — повредить мне?

— У него есть причины мстить вам!

— Возможно, он воображает, что имеет причины. Но одно я знаю точно: у него не хватит смелости поднять на меня не то что руку — даже палец! Уже почти десять лет он, как индийский нищий, жалуется всему свету, как плохо с ним обошлись. Посмотрите на него! Вот мы оба здесь, а он даже бровью не поведет. Конечно, он способен трахнуть беспомощную девушку по голове. У его отца был лозунг, с которым он и умер,— «женщины и дети в первую очередь»!

Джон, сдерживая нарастающий гнев, почувствовал, как его плечо сжала чья-то рука. Он обернулся я увидел Пьера Шамбрена. Глаза Шамбрена смотрели мимо, на Муна, но рука, лежащая на плече Джона, была рукой друга. Она удержала его на месте, и он только крепче сжал зубы.

— Ну-ну! Вездесущий мистер Шамбрен! — Глаза Муна холодно заблестели.— Вы всегда появляетесь в самый критический момент, Шамбрен!

— Отель «Бомонд» — мой мир, мистер Мун,— спокойно сказал Шамбрен.— И все, что в нем случается,— мое прямое дело. Я бы убедительно попросил мистера Нейлора продолжать расследование, вместо того чтобы позволять вам обливать всех грязью. С меня довольно, Мун! Я хочу, чтобы с этим было покончено, а потом я пришлю уборщиц, которые отмоют офис, мисс Барнвелл.

— Я буду вести дело по-своему, Шамбрен! — резко произнес Нейлор.

— Не сомневаюсь! Я тоже поведу его по-своему. Вам, полагаю, нужны факты. Вы никого не можете осудить, не имея фактов. Тем, что вы позволите порочить репутации живых и мертвых, вы ничего не решите. Вот я стоял тут в дверях и слушал, как вы пытались заставить мистера Уилза признаться, что это он дал ключи от номера мисс Стюарт. А я знаю, как она вошла в номер, не имея при этом ключа мистера Уилза!

— Откуда вы знаете? — спросил Нейлор.

— Я управляю этой гостиницей. Я знаю, как она работает. Как и вы, Нейлор, я ищу легкие ответы, но я ищу их по-другому. Мисс Стюарт вернулась в отель около четырех тридцати. Поднялась на свой восьмой этаж. Потом подошла к дежурной по этажу, некой миссис Ниффон, и попросила одолжить ей отмычку — общий ключ, который открывает все номера. Она якобы захлопнула дверь своего номера, а ключ забыла на столе. Миссис Ниффон хорошо ее знала и потому поверила ей — и нарушила правила! Смена ее кончилась, и она уехала домой. Ключи забывают в номерах десятки раз на дню. По правилам, дежурная по этажу должна сама открыть дверь отмычкой, не выпуская ее из рук ни на минуту. Но миссис Ниффон торопилась. Она одолжила мисс Стюарт свой ключ-отмычку, взяв с той обещание немедленно вернуть его ночной дежурной, которая должна была ее сменить. Так мисс Стюарт получила отмычку, которой до сих пор нет на месте.

— И что, этим ключом для восьмого этажа можно открыть номер на четырнадцатом? — спросил Харди.

— На любом этаже!

— Но мы не нашли этого ключа ни в номере, ни в сумочке мисс Стюарт.

Шамбрен пожал плечами.

— Возможно, тому, кто ее убил, он еще понадобится.—; Он перевел взгляд на Нейлора.— Вы ищете определенного ответа и потому отбросили историю, опровергающую вашу версию. Но ведь кто-то же положил в банк десять тысяч долларов доя мисс Прим и еще десять тысяч для Уилза? Кто-то же написал им письма? Кто-то замышляет убийство мистера Муна? Не пытайтесь поставить смерть мисс Стюарт вне этих фактов! Не думайте, что есть простой ответ, вроде некоего романа между мисс Стюарт и Уилзом. Вы знакомы с картинами экспрессионистов? Нужно время и тщательный анализ, чтобы понять их смысл, реальное содержание. А вы и мистер Мун потратили еще слишком мало времени. Автор нашего сценария обещал вам еще одну смерть в ночь с субботы на воскресенье.

Нейлор, хмурясь, смотрел на Шамбрена. Он был уязвлен, но все-таки профессионал одержал в нем верх.

— Я тронут вашей заботой о моей безопасности, Шамбрен,— сказал Мун.— С нас довольно этих драк на ковре, не правда ли? Все же хочу сделать вам маленькое заявление, мистер Нейлор! Мое доверие к вам и к полиции приближается к нулю. Я употреблю все доступные мне средства самозащиты! Это место кишит враждебными мне людьми. Вы дали себе труд поговорить с той сумасшедшей старухой, что живет рядом со мной? Да она вплела бы ромашки в волосы от радости, если бы со мной что-нибудь случилось! Вы побеспокоились, чтобы проследить за этим подозрительным дипломатом по имени Гамайэль? Он бы купил место в ложе, чтобы присутствовать на моей казни. А этот воз Джон Уилз — Мак-Айвер! Вы, Харди, проявляете полную беспомощность! Ну что ж, я имею разрешение носить при себе пистолет.— Он похлопал по карману своего темно-серого костюма.— И я воспользуюсь им без колебаний, не задавая вопросов!

— Почему вы не хотите уехать отсюда, Мун, пока мы не выясним все это дело? — спросил Нейлор.

— Мой дом — моя крепость! И я желаю остаться здесь. Пошли, Сторм! Пусть себе мыши играют...

Он вышел. Никто его не удерживал.