Горе и страдания вконец измучили Тристрама. Он уже не жалуется, только тяжко вздыхает. Временами он впадает в забытье. Он жаждет увидеть королеву Исонду, но она все не едет.

Узнайте же, какое злое дело задумала Исодда, жена Тристрама. Она подходит к ложу Тристрама и говорит:

— Дорогой, Кардин возвращается. Я видела его корабль — он никак не может пристать, ибо нет ветра. Дай бог, чтобы он привез добрые вести, которые тебя утешат!

Услышав это, Тристрам поднялся на ложе — силы вернулись к нему. Он спрашивает:

— Уверена ли ты, дорогая, что это его корабль? Скажи скорее, какой на нем парус?

Она же отвечает:

— Я хорошо различаю корабль, на нем черный парус, и он очень медленно продвигается вдоль берега.

Но это была ложь, ибо Кардин плыл под ослепительно белым парусом — то был знак Тристраму, что Исонда находится на корабле. Об этом Тристрам просил Кардина перед его отъездом. В случае же, если бы Исонда не смогла поехать, Кардин должен был натянуть черный парус. Исодде это было известно, ибо она слышала каждое слово из их разговора, спрятавшись за стеной.

Тристрам почувствовал такую боль в груди, какой ему еще не доводилось испытывать. Он отвернулся к стене и произнес голосом, полным тоски:

— Так значит, Исонда, ты меня ненавидишь! Больно мне оттого, что ты не захотела прийти ко мне; ты повинна в моей смерти, ибо ты не захотела сжалиться над моими страданиями. Больно мне и горько, что ты не захотела явиться ко мне, утешить меня!

Трижды произнес он имя своей дорогой Исонды, на четвертый раз он испустил дух.