Однажды пришел доктор Фауст к графу Ангальтскому, из тех, что теперь стали князьями[159], и тот ему выказал свое всемилостивейшее расположение. А было это в январе. За столом Фауст заметил, что графиня беременна и уже на сносях. Как только подали ужин и стали разносить пряности, доктор Фауст говорит графине: "Милостивая государыня, частенько я слыхал, что у беременных женщин бывают разные прихоти и желания. Благоволите, ваша светлость, сказать мне, чего бы вы желали отведать". Она ему отвечает: "Господин доктор, поистине я от вас не скрою, чего бы мне сейчас хотелось, а именно, будь сейчас осеннее время, я хотела бы досыта наесться свежего винограда и плодов". Доктор Фауст на это говорит: "Милостивая государыня, это мне легко выполнить, и через полчаса желание вашей светлости будет исполнено". Берет он тотчас же две серебряные чаши, выставляет их за окно, а когда приходит время, протягивает руку, достает чаши — глядь, а там красные и белые гроздья" а в другой чаше яблоки и груши, только на вид не здешние, а будто из дальних и чуждых стран. Подает он их графине и говорит: "Ваша милость, не извольте бояться их отведать, ибо они прибыли сюда из чужих краев, где сейчас лето идет к концу". И графиня поела от всех плодов и гроздьев с великим удовольствием и немало удивляясь. Князь же Ангальтский не мог удержаться, чтобы не спросить, как все это приключилось и откуда появились гроздья и плоды. Доктор Фауст отвечал: "Всемилостивейший государь, нужно вашей милости знать, что год распределяется в двух частях земли таким образом, что когда у нас стоит зима, на востоке и на западе лето. Ибо небо круглое и солнце теперь достигло высшей точки, так что у нас это время коротких дней и зимы, а на востоке и западе, так же как и в Индии Сабейской и в странах Леванта, солнце стоит низко, И потому у них лето и дважды в год родятся плоды, и фрукты, а когда у нас ночь, у них занимается день, ибо солнце спустилось под землю. И это подобно движению моря: оно могло бы захлестнуть землю, если бы не было подвластно всевышнему, так что земля могла бы в мгновение ока погибнуть. И теперь вот у них восходит солнце, а у нас оно заходит. Сообразуясь с этими сведениями, всемилостивейший государь, отправил я туда моего духа; это летающий и проворный дух, и в одно мгновение он может обернуться, кем бы ни пожелал. Он-то и добыл эти гроздья и фрукты"[160].

И князь внимал этому с великим удивлением.