Мы хлеб пекли, ходили по воду

и огурцы солили впрок,

пока по слову, как по проводу,

бежал любви незримый ток.

Мы звали жизнь Её Величеством

за шаль, спадающую с плеч,

и насыщали электричеством

своё молчание и речь.

Не слово, нет, — исчадье адово —

дышало жаром и огнём,

и всё нам чудилась Ахматова

в усталой иве за окном…