– Вызовите «скорую помощь», – поручил он одному из сотрудников. – Доктора уведите, а весь реквизит: манекен, парик и прочее вместе с пледом отнесите в мою машину.

Бежан подошел к Янке, взял ее за руку. Пульс едва прощупывался. «Ах, Погора, Погора! Просил же я тебя под любым предлогом задержать ее в управлении часов до семи».

ГЛАВА XXXII

– Будьте добры, доложите обо мне директору, – офицер милиции в ладно подогнанном мундире вежливо поклонился секретарше, – я из городского управления милиции.

Она не спросила даже фамилии и тут же прошла в кабинет.

– Директор вас просит, – секретарша распахнула дверь.

Из-за стола навстречу Бежану поднялся тучный низенький человек.

– Что вас к нам привело? – спросил он подчеркнуто вежливым тоном. – Провинился кто-нибудь из наших сотрудников? Прошу садиться.

– Нет, ваши сотрудники здесь ни при чем. Дело у меня незначительное. Я хотел бы уточнить имущественное положение некой Янины Ковальчик, проживающей… – Бежан назвал адрес. – Вчера вечером она едва не была убита корабельным врачом неким Петром Валяшеком. Преступление имело целью ограбление, и мы выясняем связанные с этим обстоятельства. И поэтому… – Бежан умолк, внимательно всматриваясь в собеседника. У того не дрогнул на лице ни один мускул.

– Одну минуту. Я приглашу начальника отдела. Он даст все интересующие вас сведения. Это его епархия. – Пухлая рука потянулась к телефонной трубке. – Пригласите ко мне

Адамовского.

Едва они успели обменяться парой фраз о сложностях финансовой службы, как вызванный открывал уже дверь кабинета.

Бежан внимательно его осмотрел: худой, высокий, с залысинами. Что-то знакомое бросилось ему в глаза в этом продолговатом, невыразительном лице. Темные глаза смотрели внимательно, изучающе.

– Слушаю вас. Чем могу быть полезен? – спросил тот, склонив слегка голову.

– Начальник отдела Адамовский – наша гордость и гроза всех нарушителей, – отрекомендовал его директор. –

А вот майор из управления милиции хотел бы получить данные об имущественном положении какой-то гражданки. Прошу вас ему помочь.

– Пожалуйста. Может быть, вы пройдете ко мне? Я

сейчас распоряжусь. – Адамовский направился к двери.

Бежан последовал за ним. По пути он снова подробно рассказал о вчерашнем происшествии. Никак не среагировал и этот. «Однако так или иначе, но известие о необычном происшествии быстро разнесется по управлению.

Разнесется и должно вызвать реакцию шефа». Собственно, расчет на эту реакцию и был основой плана, который они с

Зентарой обсудили вчера вечером после ареста Валяшека.

– Шургот, конечно, выведет нас на шефа, – обосновывал Зентаре свой план Бежан, – мы сможем арестовать их обоих, устроить засаду и вылавливать дичь, которая в нее попадет. Но как тогда установить каналы связи шефа с центром?

– Что ты предлагаешь? – спросил Зентара.

– Все подтверждает, что резидент обосновался в финансовом управлении. Необходимо заставить его в спешном порядке подать сигнал тревоги в свой центр. Но в то же время его нельзя вспугнуть до выезда Шургота в Варшаву.

В этом случае последний останется на месте и укроет «груз». Тогда нам долго придется опять ждать, пока они возобновят свою деятельность. Я хочу вынудить шефа к немедленным действиям еще до приезда Шургота. Полагаю, что, узнав о провале Валяшека, фамилия которого ему наверняка известна, он не на шутку встревожится и уведомит центр.

– Понятно. Утверждаю. – Зентара хлопнул ладонью по столу. – Действуй!

С утра Бежан приступил к реализации этого плана. Все оперативные машины, занятые наблюдением за сотрудниками финуправления, были приведены в состояние полной готовности.

– Докладывайте немедленно о каждом сотруднике управления, который после моего визита будет выходить в город, – инструктировал Бежан сотрудников службы наблюдения.

В управление он решил пойти сам, да никого под рукой больше и не было.

…Адамовский, введя гостя в кабинет, вызвал референта. Пока он давал тому задание, Бежан в третий раз рассказал историю с Валяшеком. Теперь-то уж он был уверен: о ней будет знать все управление.

Справку ему выдали мгновенно. Не прошло и пяти минут, как референт принес карточку с интересующими его сведениями.

Бежан распрощался, поблагодарив хозяев за оперативность. Адамовский, явно польщенный похвалой, проводил его до самого порога.

– «Домой», но пулей, как на пожар! – бросил Бежан водителю, садясь в ожидавшую его машину.

– У нас всегда пожар, – пробурчал тот, нажимая на газ.

Едва войдя в кабинет, Бежан соединился с «Евой».

– Не спускайте глаз с Вейля! Ни на секунду!

Между двенадцатью и часом Вейль сегодня, как и обычно, должен быть в финуправлении. Наблюдение за ним приобретало особое значение. Затем Бежан соединился с Вальчаком.

– Немедленно звони, как только Шургот двинется в

Варшаву! Все ли у вас готово к аресту гданьской группы?

Теперь оставалось только ждать результатов предпринятых шагов. И ждать пришлось недолго. В одиннадцать тридцать «Ева» доложила, что Вейль едет в направлении

Варшавы.

– Обратите особое внимание, коснется ли он клыка бампера, перед тем как войти в финуправление. Доложите, как только поставит машину.

Минуту спустя на связь вышла «Агата».

– Объект вышел в город. Направляется в сторону

Маршалковской. Следуем за ним.

– Смотрите не прозевайте! Жду донесений. – Бежан выключил рацию.

«Агата» вела наблюдение за Звардонем – «человеком со спичками». «А может быть, шеф решил использовать его в качестве связного? Не исключен и такой вариант…»

Точно в двенадцать раздались позывные «Евы».

– Вейль вошел в финуправление, до бампера не дотрагивался.

– Если, выходя, кнопку тайника нажмет, на обратном пути берите его под любым предлогом и доставьте к нам.

Бежан связался с Антковяком.

– Я приказал задержать Вейля, если, выходя из управления, он коснется кнопки тайника. Свяжись с «Евой» и договорись о деталях. Допроси его сразу же. Используй все, что о нем знаешь.

– Объект вошел на станцию обслуживания автомобилей на Аллеях Ерозолимских, дом пятьдесят четыре, – доложила «Агата». – Ведет его Вацлав.

– Установите цель посещения и немедленно доложите.

Наступило затишье. В кабинет вошел Зентара.

– Ну, что нового?

– Из финуправления вышел только Звардонь. Сейчас он на станции обслуживания автомобилей на Аллеях. Цель его визита туда устанавливается. Вейль несколько минут назад вошел в финансовое управление.

– Я – «Агата», я – «Агата», вызываю «Розу», вызываю

«Розу».

– Я – «Роза», перехожу на прием.

– Объект проверяет финансовые документы. Проверка плановая.

– Один из вас пусть продолжает наблюдение за станцией, остальные выполняют прежнюю задачу.

В двенадцать сорок пять отозвалась «Ева»:

– Объект, выйдя из управления, нажал кнопку под бампером. Сейчас садится в машину. Прикажете задержать?

– Да.

– Я распорядился задержать Вейля, – объяснил Бежан

Зентаре. – Он едет с валютой. Возьмем его с поличным.

– Ты не слишком спешишь с этим арестом? Ведь мы не знаем, у кого он был. Кроме того, валюта могла еще не дойти до адресата.

– Если моя гипотеза верна, то он был у шефа и «груз»

получил. В его задачу входит обмен валюты на злотые.

Ведь Зелинский получил «вознаграждение» не только в долларовых бумажках, но и в злотых. Шеф, по всей вероятности, имеет определенный резерв валюты с тем, чтобы не зависеть от срока новых поступлений.

Соображения Бежана прервал позывной «Агаты», доложившей, что Звардонь вернулся в управление. В контакты ни с кем, кроме бухгалтера и владельца станции обслуживания, не вступал.

В тринадцать пятнадцать на связь вышла «Кристина».

Доклад ее был кратким:

– Начальник отдела Адамовский вышел из учреждения.

Идет пешком по Аллеям в сторону Маршалковской.

«Адамовский! Это новость! Откуда мне знакомо его лицо?» – Бежан упорно напрягал память. И вдруг прозрение!

– Да, видимо, так и есть, – высказал он Зентаре свое предположение. – Но если так… – он не успел докончить, вошел Антковяк.

– Вейль у нас.

– Рассказывай, как брали.

– Да очень просто. Едва он сел в машину, к нему подошли наши – один в форме и другой в гражданском. Попросили их подвезти. «Куда?» – спросил Вейль. Они назвали наш адрес. Уже у самого здания попросили его въехать во двор. Шедшая следом наша машина сообщила мне по рации, что они проехали в ворота. Я спустился вниз. При виде меня Вейль вытаращил глаза. Я его спрашиваю:

«Привезли «товар»?» А он обалдело: «Какой товар?» Тогда я нажал кнопку тайника, и посыпались золотые монеты.

– Иди и немедленно его допроси. Любопытно, как он будет реагировать. – Бежан хлопнул Антковяка по плечу. –

Молодец, операцию провел блестяще…

Немного спустя вновь на связь вышла «Кристина»:

– Адамовский вошел в здание почтамта на Новогродской. Заказал срочный разговор с Гданьском. Номер: тридцать один – двадцать один – пятнадцать. Сидит, ждет вызова.

– Установите, если удастся, содержание разговора. Не забывайте фотографировать! – Бежан выключил рацию и взглянул на Зентару: – Видишь! Угодили прямо в десятку!

Заказанный Адамовским номер – это телефон Шургота.

Как видно, Адамовский встревожен и хочет задержать «груз». – Бежан вдруг схватился за голову: – А если тот еще не выехал?!

К счастью, на этот раз опасения его не подтвердились.

Раздался телефонный звонок. Это Вальчак докладывал, что

Шургот вышел из конторы «Орбиса» с саквояжем в руках и отправился на вокзал.

– Взял командировку на два дня в Варшаву. Билет заказал в мягкий вагон на поезд, отправляющийся отсюда в четырнадцать ноль-ноль. Примите наблюдение в Варшаве… Бежан облегченно вздохнул.

– Как только Шургот сядет в поезд, приступайте к арестам. Согласно плану, – закончил он разговор и положил трубку.

Итак, первый раунд окончен.

ГЛАВА XXXIII

Сидя в глубоком кресле, хозяин дома искоса наблюдал за ведущими обыск. На губах его пренебрежительная усмешка.

В первую минуту, когда часа два назад у двери небольшого коттеджа в Юзефове раздался звонок, он удивленно поднял брови:

– Служба безопасности? Ко мне? Вероятно, вы ошиблись адресом. – В этот момент он увидел Бежана. – И вы здесь?

Он внимательно изучил подписанный прокурором ордер на обыск. Беспомощно развел руками.

– Ну, что ж, проходите… – Хозяин пропустил их в комнату, а сам сел в кресло у окна и больше не двигался.

Одну за другой обыскали все комнаты. Заглядывали в каждую щель, выстукивали стены, тщательно осмотрели всю мебель – нигде никакого тайника. Наблюдая исподволь за поведением хозяина, Бежан понял; в доме они ничего не найдут, «Где же? Быть может, в саду?»

– Я видел в саду ульи, – доложил ему один из сотрудников, проводивших обыск. – Там посмотреть?

– Сегодня уже поздно искать, – вполголоса ответил ему

Бежан. – На улице совсем темно. – Он решил прекратить на сегодня обыск и объявил: – Ладно, подождем – время у нас есть. Будем встречать визитеров.

Брови хозяина чуть сдвинулись. Бежан понял: «Обдумывает, как лучше обосновать приход Шургота, который вот-вот должен появиться здесь с «грузом».

Бежан сел за стол и стал машинально листать лежавший на краю альбом с почтовыми открытками. «Что за странное хобби? – подумал он, разглядывая открытки. – Сплошь часы. Античные часы разных эпох и народов. То выставленные в витринах магазинов, то украшающие стены жилищ или фронтоны ратуш». Он автоматически достал одну открытку. Перевернул. На ней стоял штемпель мюнхенского почтамта, датированный 10 сентября. Текст поздравительный. Под ним дата – 6 сентября. Бежан вложил открытку обратно. «Ничего интересного».

Продолжительный звонок в дверь. Бежан взглянул на часы. «Должно быть, Шургот».

– Открой, – приказал он сидевшему напротив Погоре.

Погора открывает входную дверь. За его спиной с пистолетом в руке – Станчак. При виде незнакомых лиц входящий пытается повернуть обратно. Заметив его движение, Погора решительно хватает его под руку, в которой тот держит саквояж. Станчак поднимает пистолет и предлагает:

– Входите!

Прибывший послушно входит. Лицо у него становится серым. Бежан узнает это лицо по фотографиям службы наблюдения. «Шургот. Сомнений нет».

– Прошу вас, подойдите сюда. – Бежан берет из рук

Шургота саквояж, раскрывает, достает увесистый сверток, бросает его на стол. Бумага рвется. Дождем сыплются золотые монеты. Бежан сгребает их обратно в саквояж, одну оставляет. Саквояж передает Погоре.

– Проведите господина Шургота наверх, – обращается он к нему, – обыщите и допросите. Монеты немедленно на экспертизу.

– Какой по счету этот «груз»? – обращается он затем к

Адамовскому.

Тот недоуменно поднимает брови.

– Груз?! Не понимаю, о чем вы говорите… Если о монетах, то они, вероятно, принадлежат моему гостю… При чем здесь я? Спрашивайте у него.

– Этот «груз», – Бежан говорит медленно, веско, – полученный в Амстердаме от некоего Адамса, доставлен в

Польшу на теплоходе «Анна» Адамчиком и арестованным вчера Валяшеком. Сотрудник таможни Кроплинский по указанию инспектора Порембского пропустил багаж Валяшека без досмотра. Последний, как обычно, доставил сверток Порембскому, а тот, в свою очередь, – вашему гостю, сотруднику гданьской конторы «Орбиса» Зигмунду

Шурготу. Я говорю достаточно ясно?

– Вполне. – Адамовский ни на йоту не смутился. – Но при чем здесь я?

– Сегодня в тринадцать часов тридцать минут на почтамте по улице Новогродской вы заказали междугородный телефонный разговор на номер Шургота. Вы хотели задержать доставку «груза». Вас встревожил арест Валяшека.

Но вы опоздали на пятнадцать минут – Шургот уже отправился на вокзал.

– В Гданьск сегодня я действительно звонил. Это правда, и делает честь оперативности вашей службы, –