29 Аллаяр–хан – зять Фет–Али–шаха, первый министр Персии, сторонник сближения с Англией, один из инициаторов русско–персидской войны 1826–1828 гг., во время которой был взят в плен (РА, 1891, Ќ 10, с. 188–189). Грибоедов встречался с ним в июле 1827 г. в лагере персидских войск, куда прибыл для дипломатических переговоров с Аббас–Мирзой. На этой встрече Аллаяр–хан выступил ожесточенным противником сближения Персии с Россией.

В. И. ЛЫКОШИН

Лыкошин Владимир Иванович – дальний родственник А. С. Грибоедова, учившийся вместе с ним в Московском университете. Участник Отечественной войны 1812 г. В 1818 г. вышел в отставку. В годы подготовки крестьянской реформы выступал в печати как убежденный защитник дворянских землевладельческих интересов. Из нескольких томов его "Записок" до нас дошли лишь некоторые фрагменты, опубликованные в кн.: Н. К. Пиксанов. Грибоедов и старое барство. М., 1926.

ИЗ "ЗАПИСОК"

По тексту: Н. К. Пиксанов. Грибоедов и старое барство. М., 1926, с. 22–40, с исправлениями по копии Н. К. Пиксанова, хранящейся в его библиотеке (ИРЛИ).

1 Хмелиты – родовая усадьба Грибоедовых в сорока километрах от Вязьмы (Смоленская обл.), представляет собой дворцовый ансамбль, построенный в середине XVIII века (И. Д. Белогорцев. Архитектурные сокровища Смоленщины. – "Смоленский альманах", кн. 7, 1950, с. 214–210; В. Е. Кулаков, А. А. Максимов. Хмелиты – родовая усадьба Грибоедовых. – Журн. "История СССР", 1973, № 4, с. 192–195).

2 Грибоедов Алексей Федорович – брат матери драматурга, известный московский барин. Его имел в виду К. Н. Батюшков, сообщая в письме к Н. И. Гнедичу от февраля 1810 г.: "Сегодня Ужасный маскарад у г. Грибоедова, вся Москва будет" (К. Н. Батюшков. Сочинения, т. III. СПб., 1887, с. 123). Он покровительствовал своему племяннику. "Как только Грибоедов замечал, что дядя въехал к ним на двор, – вспоминал С. Н. Бегичев, – разумеется, затем, чтоб везти его на поклонение к какому–нибудь князь–Петру Ильичу, он раздевался и ложился в постель. "Поедем", – приставал Алексей Федорович. "Не могу, дядюшка, то болит, другое болит, ночь не спал", – хитрил молодой человек" (РА, 1874, № 6, стлб. 1528). Облик А. Ф. Грибоедова запечатлен в заметке Грибоедова "Характер моего дяди" (ПССГ, т. III, с. 118) и в какой–то степени – в образах Звездова ("Студент") и Фамусова ("Горе от ума").

3 Имеются сведения, что И. Петрозилиус встречался с Грибоедовым и в последующие годы (см. воспоминания Аделунга, с. 171). Известен трехтомный "Каталог книг библиотеки имп. Московскою университета, составленный библиотекарем Ф. Рейсом и изданный трудами И. Петрозилиуса, помощника библиотекаря" (М., 1831–1836). Документы о службе Петрозилиуса хранятся в ЦГАМ (ф. 459, он. 1, № 3247, лл. 1–2; № 3852, лл. 1–3).

4 Речь идет о дочерях В. Б. Полуэктова Варваре (род. в 1780 г.), Вере (род. в 1783 г.) и Екатерине (род. в 1785 г.) (ЦТAM, ф. 203, оп. 747, № 684, л. 491). Обнаруженные Г. Штормом документы Свидетельствуют о том, что "В. И. Лыкошин неправильно называет Полуэктовых "племянницами" Алексея Федоровича; они доводилась ему кузинами; неточность же объясняется тем, что автор воспоминаний писал их, уже будучи глубоким стариком" (Шторм, с. 163–164).

А. И. Колечицкая, сестра Лыкошина, сделала к этому месту следующее дополнение: "Сестра Александра Федоровича, Анастасия Федоровна Грибоедова же, и по мужу, была лучшим другом нашей матери. Ее сын, известный творец превосходной комедии "Горе от ума", Александр Серг. Грибоедов, женился на кн. Чавчавадзе, был посланником в Персии и там убит, защищая людей своих от ярости фанатической черни. Сестра его, Мария Серг., вышла за Дурново, талантливого музыканта–любителя, так как она сама была лучшей ученицею Фильда и на арфе играла замечательно хорошо. (См. Стр. 81 первого тома моих записок; там же и о m–lle Goze, моей гувернантке, сестре m–me Pelrosilius.) Другие сестры Алексея Фед. Грибоедова были: Алекс. Фед. Тинькова и Елиз. Фед. Акинфьева".

По ряду свидетельств, у Н. Ф. Грибоедовой была и третья сестра – Анна Федоровна (что подтверждается исповедными ведомостями: ЦТ AM, ф. 203, оп. 747, № 607а, л. 680), в замужестве графиня Разумовская (журн. "Москвитянин", 1856, № 12, с. 317; "Русская родословная книга". СПб., 1873, с. 152). Однако ни гр. Алексей Кириллович Разумовский, министр народного просвещения, ни один из пяти его братьев не были женаты на А. Ф. Грибоедовой.

6 И. Д. Якушкин – троюродный брат Грибоедова, декабрист. Имеются предположения о том, что они встречались и в 1823–1824 гг. в Москве (Нечкина, с. 430). Некоторые современники считали Якушкина прототипом Чацкого (ЛП, т. 47–48, с. 102).

По сохранившимся документам известно, что Грибоедов в 1803 г. учился в Благородном пансионе при Московском университете (газ. "Московские ведомости", 1803, 26 декабря), в 1806–1808 гг. – на словесном отделении того же университета, которое окончил со званием кандидата словесности ("Периодическое сочинение об успехах народного просвещения". СПб., 1808, № 22, II отдел, с. 199–200; РО, 1895, № 3, с. 384). В 1810–1812 гг., в качестве стороннего посетителя, Грибоедов посещал лекции ведущих профессоров этико–политического отделения, готовясь к испытанию для поступления в чин доктора прав ("Литературная газета", 1939, № 59, 26 октября). В послужных списках Грибоедова, составлявшихся с его слов, обычно указывается, что он имел звание кандидата прав, но это, по–видимому, намеренная ошибка (вместо "кандидат словесности").

7 И. Д. Щербатов в 1821 г. был арестован по делу о восстании в Семеновском полку, пять лет находился в заключении, после чего был отправлен солдатом на Кавказ, где встречался с Грибоедовым. "Когда погибаешь от жажды, — писал родным И. Д. Щербатов 12 декабря 1826 г., – находишь, чего попить, так и я нашел, чего почитать. Грибоедов здесь, я возобновил с ним знакомство, и он Снабдил меня книгами" (Рукопись. Д. И. Шаховской. Грибоедов и Чаадаев. ЦГТМ, ф. 78, № 58, л. 7; здесь же цитируется записка Грибоедова, посланная И. Д. Щербатову до 1812 г.: "Крайне огорчен, князь, быть лишенным удовольствия присутствовать на Вашем собрании, тому причина мое недомогание. Рассчитываю на Вашу любезность, надеюсь, что Вы доставите мне удовольствие отужинать у пас сегодня вечером. Вы меня очень обяжете, согласившись на мое приглашение, так же, как Ваши кузены Чаадаевы, члены собрания и т. д., г. Буринский, который, конечно, доставит мне удовольствие своим присутствием. Преданный Вам Александр Грибоедов". Подлинник записки на франц. языке хранится в ЦГВИА).

8 Братья М. Я. и П. Я. Чаадаевы учились в Московском университете в 1808–1810 гг. По–видимому, Лыкошин пишет о них со слов других, так как сам окончил университет в 1808 г. С П. Я. Чаадаевым Грибоедов поддерживал дружеские отношения и в зрелые годы. Вяземские вспоминали, в частности: "Чаадаев познакомился с Пушкиным у Карамзина. Еще прежде он слышал о нем от своего товарища по Московскому университету А. С. Грибоедова, который хвалил ему стихи Пушкина на возвращение государя из чужих краев в 1815 году" ("А. С. Пушкин в воспоминаниях современников", т. 2. М., 1974, с. 150). В декабре 1823 г. Пушкин запрашивал из Одессы П. А. Вяземского: "Что такое Грибоедов? Мне сказывали, что он написал комедию на Чедаева" (Пушкин. Полн. собр. Соч., т. XIII, с. 81). По-видимому, для того чтобы пресечь подобные слухи, Грибоедов в окончательной редакции пьесы несколько изменил фамилию главного героя (первоначально – Чадский).

9 В университетском уставе 1804 г. помечено: "Ректор имеет право дать позволение и не внесенным в список студентам слушать лекции, но не иначе, как по предварительном извещении того профессора, которого лекциями слушатель желает пользоваться" ("Полное собрание законов Российской империи с 1649 г.", т. XXVIII. СПб., 1830, с. 572). Ср. также информацию, помещенную в журнале "Вестник Европы" в 1811 г.: "В нынешнем году записано в университет обучающихся студентов казенного содержания и своекоштных 215, кроме многих сторонних посетителей, слушающих лекции по дозволению г. ректора" (цит. по кн.: С. Шевырев. История Московского университета... М., 1855, с. 412).

10 В. А. Ушаков, дальний родственник Грибоедова, автор ряда статей о его творчестве и повести "Киргиз–Кайсак" (М., 1830), в которой персонажи названы именами действующих лиц комедии Грибоедова. "Помнишь ли ты, – вспоминал Ушаков, – как нередко вместе с незабвенным автором комедии "Горе от ума" мы рассуждали о бессмертном его произведении, как располагали мы обстановку этой превосходной пьесы и наперебивку читали лучшие монологи?" (СП, 1831, « 77. Письмо к Ф. Булгарину из Москвы).

11 Процедура получения кандидатской степени по уставу 1804 г. (глава IX, 99) была следующей: "Студент, требующий степени кандидата, является к декану, который, известив отделение, назначает день, в который должен он предстать собранию. Отделение чрез своего декана предлагает испытуемому задачи, касающиеся до наук, к отделению принадлежащих, которые он должен объяснить письменно. Потом производится изустное испытание, состоящее в двух вопросах, относящихся до главной науки, в которой студент упражнялся, и выбранных но жребию. Сии вопросы решит он словесно. После чего присутствующие делают произвольное словесное испытание, не исключая и наук вспомогательных" ("Полное собрание законов Российской империи с 1649 г.", т. XXVIII. СПб., 1830, С. 580).

А. И. КОЛЕЧИЦКАЯ

Колечицкая Анастасия Ивановна (урожд. Лыкошина; 1800–1871), сестра В. И. Лыкошина. Сохранилась записка Грибоедова к Колечицкой, относящаяся к 1823–1824 гг.: "Мадам! Непременно мы будем иметь честь явиться к вам, прежде чем поехать на концерт; я радуюсь предстоящему удовольствию провести с вами несколько приятных часов. Ваш слуга Грибоедов" (ИРЛИ, подлинник по-французски).

ИЗ "МОИХ ЗАПИСОК"

По тексту: Н. К. Пиксанов. Грибоедов и старое барство. М., 1926, с. 41, 45–46, с исправлениями по копии Н. К. Пиксанова, хранящейся в его библиотеке (ИРЛИ).

1 Встреча с Грибоедовым произошла, по–видимому, четырьмя годами ранее дневниковой записи, между 3 и 10 сентября 1818 г., когда Грибоедов перед отъездом на Восток заезжал в Москву.

2 См. "Стихи благородной девице Марье Сергеевне Грибоедовой, отличной талантом в музыке, благоволившей в пользу бедных с другими дворянами и множеством музыкантов играть концерт в зале танцевального клуба 4 января 1811 года" ("Приложение к газете "Московские ведомости", 1811, № 5).

3 См. коммент. 5 на с. 348 наст. изд.

И. Н. МУРАВЬЕВ–КАРСКИЙ

Муравьев Николай Николаевич (1794–1866) – военный деятель, участник Отечественной войны 1812 г. и Заграничных походов русской армии 1813–1814 гг. Служил на Кавказе, участвовал в русско–персидской и русско–турецкой войнах. В составе чрезвычайного посольства А. П. Ермолова был в Персии (1816 г.), совершал военно–дипломатические поездки в Хиву и Бухару, в Египет и Турцию. В 1854–1856 гг. – наместник на Кавказе и главнокомандующий Отдельным Кавказским корпусом; за взятие крепости Каре получил титул Карский.

С Грибоедовым был знаком на протяжении десяти лет, с 1818 по 1828 г. Дневник Муравьева наиболее полно отражает кавказский период жизни Грибоедова. Автор подчас весьма субъективен и пристрастен в толковании отдельных поступков и действий Грибоедова, но при этом всегда уважительно отзывается о его познаниях и уме. Для оценки точности освещаемых фактов необходимо учитывать особенности характера мемуариста. Один из сослуживцев Муравьева по Кавказу писал о нем: "По службе педант до мелочности, самолюбив до уродливости, недоверчив до обиды; но, когда хотел, мог быть любезен, приветлив и незнакомых даже обворожить любезностью. Что в сильном характере называется твердостью у него было упрямством. Он никогда не признавал причин действий в другом, но свои доводы были в его глазах непогрешимы. Человек был своеобычный иногда до смешного, а все из самолюбия" (Э. В. Гриммер. Служба артиллерийского офицера. – "Кавказский сборник", 1894, т. XV, с. 133). О Н. Н. Муравьеве см. также: А. П. Берже. Н. Н. Муравьев. – PC, 1873, т. VIII, С. 599–618; И. Задонский. Тайны времен минувших. Воронеж, 1964.

ИЗ "ЗАПИСОК"

По тексту журн. "Русский архив", 1886, № 11, с. 331–335, 340, № 12, с. 433–434, 446; 1888, № 5, с. 7–14, 103–121; 1889, № 4, с. 594–595, № 9, с. 60–89, № 11, с. 275–316; 1893, № 11, с. 362–364, № 12, с. 408; 1894, № 1, с. 39–50. Здесь помещаются в извлечениях, касающихся Грибоедова и его окружения, с примечаниями редактора журнала П. И. Бартенева.

1 Л. И. Якубович – офицер–декабрист, известный в свое время бретер–дуэлист. В то же время, как это справедливо заметил Н. К. Пиксанов, Якубович был "содержательнее своей легендарной биографии" (журн. "Историк–марксист", 1926, Ќ 1, с. 183). Импровизатор и автор устных рассказов, он неоднократно вспоминал об истории этой дуэли, явно романтизируя сюжет. Один из его рассказов (по всей вероятности, навеянный повестью Пушкина "Выстрел") сохранился в мемуарах сибирского инженера А. И. Штукенберга: "Мы с Грибоедовым жестоко поссорились – и я вызвал его на дуэль, которая и состоялась. Но когда Грибоедов, стреляя первым, дал промах, я отложил свой выстрел, сказав, что приду за ним в другое время, когда узнаю, что он будет более дорожить жизнью, нежели теперь. Мы расстались. Я ждал с год, следя за Грибоедовым издали, и наконец узнал, что он женился и наслаждался полным счастьем..." и пр. (см.: "Литературное наследие декабристов". Л., 1975, с. 365).

С другой стороны, известна версия (менее романтическая, но столь же неправдоподобная) обстоятельств дела, исходящая от другого участника дуэли, А. П. Завадовского: "Решено было стреляться, и Шереметев заявил, что дуэль смертельна. Устроен был барьер, заключающий десять шагов пространства; от него противники отступили каждый еще на десять шагов... Шереметев, сделавший несколько шагов, выстрелил и промахнулся, Завадовский... выстрелил так, что пуля прошла мимо. Затем предложил мировую... Граф рассказывал мне, что противник, уговариваемый одним из своих секундантов, колебался и, казалось, не прочь был от примирения, но другой секундант, А. С. Грибоедов, не допустил этого, настаивая на данном честном слове. (Когда через много после этого лет случилась с Грибоедовым катастрофа в Тегеране, Завадовский заметил: "Не есть ли это божья кара за смерть Шереметева"); см.: "Воспоминания О. А. Пржецлавского". – PC, 1883, т. 39, с. 385386. И "тот рассказ, неточный по существу и в деталях, сыграл, несомненно, свою роль в создании "общественного мнения" о вине Грибоедова в организации дуэли, в которой он был на самом деле невольным участником. О причине и ходе поединка см. в "Рассказах..." Д. А. Смирнова и в заметке В. Шереметевского на с. 268–271 наст. изд.