Миссис Кроун привела посетителя.

Просто одетый мужчина, принесший с собой сильный запах каменноугольной смолы.

Значит, вы и есть тот самый Гарри Диксон? — спросил он сыщика, с силой тряся его руку в своей выдубленной и покрытой трещинами руке. — Я очень доволен, что мне выпала оказия встретить такого знаменитого человека, как вы, особенно потому, что я имею важное сообщение для вас.

Он помахал в воздухе изрядно замоченным листком бумаги.

Меня зовут Билл Бансби. Я — моряк и хожу по Темзе. На своей барже я спускаюсь до Хемптона. Так вот, в полдень, когда я набирал воды в ведро, чтобы драить палубу, я выловил письмецо. Я достал его и прочел.

Десять фунтов тому, кто немедленно принесет эту записку Гарри Диксону на Бейкер-стрит.

Ладно, — сказал я себе, — быть может, это только пустая бумажка. Но если я не заработаю десять фунтов, то, по крайней мере, увижу великого сыщика. Хотите глянуть, стоит ли бумаженция десяти фунтов?

Гарри Диксон уже жадно читал послание…

Он узнал почерк Тома Уиллса. Пребывание записки в воде было, по-видимому, недолгим, ибо чернила почти не побледнели.

Загляните в жемчужину. Вы увидите там замок, в котором я нахожусь. Приезжайте быстрее: здесь убивают! Том.

Гарри Диксон негромко вскрикнул и начал рыться в ящике стола.

— Черт! Прошел мимо истины, не заметив ее. А ведь она была на виду!

Он поднял жемчужину к свету и увидел миниатюрный пейзаж внутри стеклянного шарика.

Маленький пляж, сверкающая вода, фасад замка, наполовину заросший плющом.

Вид ничего ему не говорил.

Он повернулся к моряку.

— Где вы нашли это послание?

— Недалеко от Хемптон-Корт. Примерно на уровне Дит- тона…

— Значит, бумагу кинули выше по течению на небольшом расстоянии оттуда… Кстати, Бансби, вам знаком этот замок?

Он поднес жемчужину к глазу моряка.

— Я знаю его, и еще как! — воскликнул моряк. — Это — Голден-Руфф. Очень подозрительный замок. Он расположен на одном из островков, к которому категорически запрещено приставать. Даже нельзя становиться на якорь вблизи. Говорят, это клиника для чокнутых, но я этого не знаю. Если эту хижину называют Голден-Руфф, то потому, что, если смотреть издали, черепицы на ней сверкают, как золото…

— Бансби, вместо десяти фунтов получите все двадцать, если отвезете меня туда и поможете высадиться…

— Да я сделаю это бесплатно! — воскликнул моряк. — Если я смогу вам помочь, господин Диксон, мне на всю жизнь хватит хвастовства!

Гарри Диксон задумался.

— Можно тайно окружить замок, но это может дорого обойтись Тому… Лучше поработаю в одиночку, — решил он.

День клонился к вечеру. Быстрый автомобиль несся по берегу вверх по течению, направляясь к Вест-Энду. Он вез Гарри Диксона и его скромного компаньона к большому ночному приключению.

* * *

Несмотря на дневные переживания, Том Уиллс заснул. Его можно было простить — ему было двадцать лет.

Но спал он чутко, а потому услышал рядом легкий шорох. Одним прыжком он вскочил на ноги и повернул выключатель. У изножия кровати стояла Ариана, положив палец на губы.

Я хочу вывести вас отсюда, — шепнула она.

Вы решили действовать в слишком поздний час, — с недоверием пробурчал молодой человек.

Она тряхнула головой:

Вы спасли маму, я не забыла об этом…

Как? Я спас мадам вашу маму?! — воскликнул пораженный Том.

В притоне Лью Кривого, — ответила она.

Маргарет… Чикенсталкер… — пробормотал молодой человек.

Это моя мама, — сказала девушка. В ее голосе звучала нескрываемая нежность и отчаяние. — Она совсем неплохая. Но всегда была игрушкой в руках отвратительных существ.

Она крепко сжала кулаки.

Сможете ли вы добиться от вашего учителя, мистера Гарри Диксона, не быть строгим по отношению к маме, если мне удастся вывести вас отсюда, — умоляюще сказала она, — и к папе, ведь он не так виновен, как считают.

Том Уиллс схватился за голову:

Ничего не понимаю. Мне кажется, я блуждаю в лабиринте, населенном безумцами. Но одно я могу утверждать: Гарри Диксон никогда не проявляет излишней строгости. У него исключительно толерантная душа. Он наказывает только истинное зло.

У меня нет времени объяснить вам всё, сделаю это позже. Я опасаюсь за вашу жизнь. Вечером произошли обескураживающие события. Брейсуотер похитил Лилит. Думаю, он убил ее. Мне ее не жалко, поскольку такая участь для нее справедлива. Хотя она моя сестра…

— Ваша сестра? У меня уже мозги не варят!

Ариана вдруг вздрогнула.

Вдали, в глубине зимнего сада послышались тяжелые шаги. Том узнал их. Такими шагами шло ужасающее черное существо, убившее Тьюрсхэма в павильоне в глубине сада.

— Быстрее, — выдохнула Ариана. — Я сумела открыть комнату мамы. Она нас ждет. Если бы мы знали, где находится папа! Но когда наступает ночь, он несет охрану вне дома. Если мы встретимся с ним, то все будем спасены… Быстрее!..

Том Уиллс быстро оделся.

— Погасите свет.

Кто-то тихо скребся в дверь.

— Это ты, мама? — тихим голосом спросила Ариана.

— Да, Дитя. Пошли… Черная Тварь удалилась.

Бледный лунный свет сочился через стеклянный потолок зимнего сада, едва разгоняя царивший в нем мрак.

Том Уиллс разглядел силуэт Маргарет Чикенсталкер.

— Ариана, дитя мое, возьми за руку мистера Уиллса, — прошептала она, — пройдем за зарослями калины. У меня ключ от дверей теплиц.

Они молча двинулись под прикрытием зарослей.

Пальмы, кактусы и калина выглядели угрожающими.

По редким лужам лунного света пробегали неясные тени. Фонтаны словно плакали в ночи, пропитанной запахами умирающих цветов.

— Вот и дверь, — шепнула Маргарет.

Она протянула руку, и ключ заскрипел в замочной скважине.

Мощный удар обрушился на всех троих сразу. Том упал на колени. Лассо, вылетевшее из ночного мрака, оплело разом всю троицу. Одновременно сверху упала сеть из волокон конопли, пленив их, как стервятник пленяет рыбу, выхваченную из воды.

Над садом вспыхнули яркие огни.

Высокая форма, закутанная в черную вуаль, возвышалась над пленниками. Том сразу узнал ее.

— А! — прозвучал ужасающий голос, исходивший из-под темных одежд. — Вот и вся троица. Я поджидала вас, чтобы убить…

Ткань приподнялась, высунулась длинная костлявая рука с огромным серпом, бросавшим синие отблески в лучах ярких ламп.

* * *

Баржа медленно приближалась к острову.

В темноте Гарри Диксон различал лебедки, тали и прочие инструменты для проведения земляных работ. Они были свалены на песке маленького пляжа.

Наверняка собираются укрепить откосы, — сказал он. — Но, пожалуй, слишком поздно.

Они пристали к северной части островка, и Гарри Диксон велел Бансби ждать его.

Он решительно направился к первой же калитке.

Она была бронированной, словно ее предназначали для банковского сейфа…

Чтобы справиться с ней, потребуется не один час, — буркнул он. — Попробуем забраться наверх…

Он заметил платформу низкой пристройки и быстро вскарабкался на нее. Перед ним было две двери-окна.

Та же история, — проворчал он. — На заре я, быть может, открыл бы их. Тысяча чертей, в Тауэр проникнуть легче.

Он двинулся вдоль высокой террасы и вдруг замер на месте.

До него доносился громкий храп: кто-то спал внизу сном праведника. Он наклонился и увидел в нескольких футах от себя деревенскую лавку, на которой спал охранник. Человек не выглядел опасным, но рядом с ним лежала громадная собака, начавшая проявлять беспокойство.

Плоп!

Сухой щелчок, словно треснула от сильного ветра ветка дерева. Револьвер сыщика, снабженный глушителем, положил конец карьере опасного зверя.

Охранник заворчал во сне.

Гарри Диксон выбрал крепкие лианы и быстро спустился к спящему человеку.

Через мгновение он всем весом обрушился на спящего.

— Любое движение будет последним! — прошипел сыщик, поднеся револьвер к виску мужчины. — Ого! Вот так встреча. Доброй ночи, старина Дэвид Холмер!

— Гарри Диксон! — простонал человек.

— Игра окончена, и вы проиграли, — сказал Гарри Диксон. — Если хотите хоть капельку снисходительности от судей Олд-Бейли, ведите меня внутрь этого поганого заведения.

Охранник поднял на сыщика печальные глаза.

— Если и есть человек, которого бы я хотел увидеть этой ночью, то именно вас, Гарри Диксон, — серьезным тоном заявил охранник.

* * *

С трудом высвободив руку, Ариана обняла за талию неутешно рыдающую мать.

— Лучше окончить свои дни так, мама, — шепнула она, — чем продолжать эту проклятую жизнь. Боже, ты видишь всё, сможешь ли нас простить!

— Отлично, — засмеялось таинственное черное существо и продолжило гнусавым голосом: — Завтра будете у Бога, если не у дьявола. И этот дурак Пиви вскоре присоединится к вам, а также великий кретин по имени Гарри Диксон.

— Вы пока не держите его в своей власти, демон, — выкрикнул Том, — а вас отправит в ад именно он с помощью лондонского палача!

Черное чудовище рассмеялось:

— Ваши головы рядом друг с другом, а потому я срублю их одним ударом. А!.. А!..

Серп взмыл в воздух, раскрутился и ринулся в сторону пленников, как железная птица… и… покатился по земле с металлическим лязгом.

Кровожадное чудовище вскинуло вверх обе руки, похожие на чудовищные когти. Словно в ночи возникла гигантская летучая мышь, готовая взлететь в темное небо.

Чудовище завопило. Это был рев смертельно раненного зверя.

Из-за кустов послышались выстрелы.

Раздался последний выстрел, и смертоносное существо покатилось по земле, окрашивая ее кровью.

Финита ля комедия! — произнес ясный голос.

Гарри Диксон с еще дымящимся револьвером в руке появился в саду.

Учитель! — всхлипнул Том, едва не теряя сознание.

Пиви, — произнес Гарри Диксон, поворачиваясь к сопровождавшему его охраннику, — забирайте свою жену и дочь. Лучше будет, если они не увидят дальнейшего.

Человек безмолвно подчинился приказу сыщика.

Гарри Диксон подошел к трупу и брезгливо отбросил ткань.

Катарина Чикенсталкер! — вскричал Том Уиллс.

Пресловутый демон, — ответил Диксон, отпихивая ногой окровавленный труп.

Вы знаете, кого вы только что отпустили?! — воскликнул Том Уиллс.

Еще бы, — усмехнулся Гарри Диксон. — Этот бедняга не кто иной, как Пиви. Настоящий Дэвид Холмер, вот он, вернее, вот она, дохлая у ваших ног!