Здесь что-то не так, размышлял Керман, пока такси мчалось по пустой автотрассе в Дакар. Почему Жанин нервничала? Он никогда раньше не видел ее такой. Почему она чуть не уронила бокал, когда он спросил о Гирланде? Почему побледнела, когда он заговорил о русских? Что-то не так. Зачем она прилетела сюда? Дори сказал, что не отправлял ее. Он был рад тому, что она полетела, но не отправлял ее. Так зачем же она отправилась за свой счет? Она знает, насколько профессионален О’Халлорен. Наверняка она понимала, что сенегалке не удастся улететь из Парижа в Дакар. Но якобы собиралась задержать эту женщину здесь, если бы та ускользнула из Парижа. Не было ей смысла прилетать сюда.

Керман положил ногу на ногу, потом поменял положение. «Что-то здесь не так», – повторил он себе. Чем больше он думал об этом, тем больше убеждался в собственной правоте. Он очень уважал Дори за дальновидность. Дори специально отправил его сюда, чтобы следить за Жанин? Неужели Дори не верит ей?

Керман признался себе, что никогда не доверял Жанин.

Он размышлял, с чем связано его предвзятое отношение к ней. Еще при первой встрече Керман понял, что никогда не сможет добиться такой женщины. Она всегда казалась недоступной, в отличие от других женщин-агентов, работавших на Дори. Разумеется, она была классная, взбалмошная и… ну, признай это… с презрением относилась к его образу жизни. Поэтому он не любил ее – или было нечто более глубокое? Неужели после стольких лет работы, имея опыт общения с разными агентами, оценивая их, приходится признать, что Жанин не следует безоговорочно доверять?

Эта мысль поразила Кермана, он закурил. «Да, именно так, – сказал он себе. – Дело не в том, что она недоступна. Дело в том, что я никогда ей не доверял! Но почему? Мы работали вместе на протяжении последних четырех лет. Она любимица Дори. Он считает ее своей лучшей женщиной-агентом. По какой причине я не доверяю ей?»

Он никак не мог найти этой причины.

Жанин выполнила несколько первоклассных заданий. Именно она разоблачила Нейланда, который в течение многих лет сливал русским сверхсекретную информацию. И это была одна из самых умных и грамотно проведенных секретных операций в посольстве.

Керман стряхнул пепел с сигареты.

Стоп. Разоблачение Нейланда, конечно, было блестящей работой, но картину подпортила смерть Нейланда. Действительно ли он покончил с собой, или ему помогли замолчать, прежде чем состоялся его допрос?

Потом было дело Бронсона. Жанин тоже разоблачила его, но при попытке смыться Бронсон был сбит таинственной машиной с липовыми номерами, исчезнувшей так же быстро, как и появившейся.

И Нейланд, и Бронсон нанесли большой урон, но они уже находились под подозрением, когда Жанин разоблачила их. О’Халлорен все равно добрался бы до них, рано или поздно.

Жанин, конечно, не знала, что эти двое будут мертвы, прежде чем их допросят. Но это было выгодно русским.

Выгодно русским. Глаза Кермана сузились. Почему Жанин побледнела, когда он поинтересовался, не видела ли она русских в отеле? Все говорили, что, к несчастью, усилия Жанин потрачены впустую. Но именно благодаря разоблачению Нейланда и Бронсона Дори сделал ее своей главной женщиной-агентом. Это было важно для Жанин.

Кермана осенило. А может, она двойной агент? Или это совсем бредовая идея? Почему она так разволновалась, когда он хотел поселиться в одном отеле с ней? Там что-то происходит. То, о чем он не должен знать?

Такси притормозило, и водитель сказал:

– Подъезжаем к Дакару, сэр. Куда именно?

– В приличный отель в центре.

«Ну ладно, – сказал он себе, когда такси набирало скорость, – пока я не нашел следов мадам Фуше, имеет смысл понаблюдать за Жанин».

Такси остановилось у отеля «Континенталь» на улице Галанду-Диуф. Африканец-носильщик поспешно подхватил сумку, пока Керман расплачивался за такси. Джек последовал за носильщиком в вестибюль.

Он снял номер с ванной и зарегистрировался. Затем, подойдя к портье, сказал, что хотел бы взять напрокат машину, она понадобится в восемь утра. Портье ответил, что это можно легко организовать, и попросил у него паспорт, который Керман и протянул ему. Затем, поднявшись в лифте на второй этаж, он добрался до симпатичного номера с кондиционером.

Сняв пиджак, он начал разбирать сумку, но все мысли были заняты Жанин.

Керман просто не мог поверить, что она была связана с русскими.

«Совсем сошел с ума, – подумал он, укладывая в ящик нейлоновые рубашки. – Нельзя же подозревать всех подряд».

Он засунул пустую сумку в шкаф и сел на кровать.

Утром он отправится в отель «Нгор», чтобы осмотреться.

Чем скорее он прекратит подозревать Жанин, тем лучше для его душевного спокойствия.

Самба Дьенг подъехал к коттеджу и вышел из своего разбитого «ситроена-де-шво». Два высоких африканца вышли из тени и направились к нему.

– Это я, – озабоченно сказал он. – Дьенг. У меня новости для мистера Енсона.

Один из африканцев ощупал своими большими ладонями одежду Дьенга, убедился, что у того нет оружия, и провел его в коттедж.

Маликов сидел за столом, изучая карту. Дьенг остановился в дверном проеме. За спиной Маликова стоял крепко сложенный, совершенно лысый мужчина. Он имел устрашающий вид и к тому же был сильно пьян. Звали его Иван. Он был одним из лучших стрелков из пистолета в России и работал в одной команде с Маликовым. Они всегда держались вместе.

Маликов посмотрел на Дьенга и велел подойти к столу. Тот неохотно послушался. Дьенг волновался из-за того, что вечер выдался безрезультатным, но он все-таки хотел получить деньги, обещанные Маликовым.

– Ну?

– Я последовал за ним, как мне было поручено. Он поехал в клуб «Флорида». Там он провел вечер, выпивал и танцевал, а затем вернулся в отель.

Маликов изучал африканца недобрыми зелеными глазами.

– И это все? – спросил он по-французски.

Дьенг покорно пожал худыми плечами:

– Все американцы пьют и танцуют, посещая Дакар, сэр. Этот не стал исключением.

– С кем он танцевал?

Дьенг переступил с ноги на ногу:

– С цветной девушкой. Ее зовут Ава.

– Она там часто бывает?

– Да. Она проститутка. Она всегда там.

– Она подруга Розы?

Дьенг кивнул:

– Да. Роза тоже проститутка.

– Этот человек танцевал с кем-нибудь еще?

– Нет. Только с Авой.

– Как долго он там пробыл?

– Около двух часов.

– Ты все время за ними наблюдал?

– Весь вечер с помощью зеркала на потолке. Он не заметил, что я за ним слежу.

– И они разговаривали?

– Да.

– О чем?

– Ничего особенного, – сказал Дьенг самоуверенно. – Я спросил ее, когда он ушел. Они даже не говорили о Розе.

– Он давал ей какие-нибудь деньги?

– Нет.

– Значит, в течение двух часов она с ним только танцевала?

Дьенг почесал большое ухо:

– Я не видел, чтобы он давал ей что-нибудь.

– Значит, тебе действительно нечего сообщить?

– Я сделал все возможное, – укоризненно сказал Дьенг. – Не случилось ничего интересного.

Маликов раздраженно пожал плечами. Он извлек из заднего кармана брюк купюру в тысячу франков и отдал ее Дьенгу.

– Насколько хорошо ты знаком с Розой? – Маликов не желал отпускать африканца, так ничего и не узнав.

– Я часто общался с ней. Она была высший класс. Хотя никогда не проявляла особой дружелюбности. У нее был богатый и могущественный покровитель.

– Покровитель? – Маликов подался вперед. – Кто он?

– Я не знаю, кто он, но я знаю, что у него куча денег.

– Ты когда-нибудь видел его?

– Да. Когда Роза была в клубе, он приходил каждый вечер.

– Как он выглядит?

– Португалец, толстый, с усами.

Маликов насторожился:

– Португалец? Ты уверен?

– Да.

Маликов поднялся.

– Можешь идти, – сказал он и подошел к стальному сейфу, который стоял у дальней стены.

Дьенг растерянно посмотрел на Ивана, но тот указал ему на дверь.

Когда Дьенг ушел, Иван спросил:

– Что случилось?

Маликов открыл сейф и достал из него увесистую папку. Он положил папку на стол и сел, Иван пожал плечами и налил себе хорошую порцию водки.

– Что-то такое я читал в досье Кэри, – сказал Маликов, просматривая бумаги в папке.

Иван выпил водки и налил еще. Он спокойно ожидал минут двадцать, пока Маликов просматривал документы. Вдруг Маликов неожиданно ударил кулаком по столу.

– Вот оно! – воскликнул он. – В 1925 году Кэри работал в Дакаре инженером на заводе по производству льда. Заводом владел португалец Энрико Фанташ. Они жили в Дакаре в одном доме. – Он посмотрел на Ивана. – Не этот ли человек профинансировал поездку Розы в Париж? Он также может знать, где прячется Кэри!

– Так это было очень давно. Он все еще в Дакаре? – спросил Иван.

Маликов отыскал телефонную книгу под кипой старых газет. Просмотрев имена абонентов, он сказал:

– В книге его нет. – Пролистал еще раз. – Но завод по производству льда есть. Завтра мы поедем в Дакар и проведем расследование. – Он уставился на Ивана, лицо его немного покраснело, губы сжались в тонкую линию. – Похоже, скоро мы покончим с Кэри.

Жанин медленно очнулась от расслабляющего прекрасного сна. Она открыла глаза и поморщилась: яркий солнечный свет бросал теплый луч на кафельный пол. Затем она подняла руку и посмотрела на крошечные наручные часы. Начало восьмого. Она повернула голову и взглянула на Гирланда, лежавшего рядом. Он спал, а она разглядывала его, изучая каждую черточку лица. Ей было любопытно, как он выглядит на самом деле. Словно почувствовав, что кто-то наблюдает за ним, Гирланд беспокойно зашевелился, протянул руку и, обхватив Жанин, прижал ее к себе.

Жанин безмятежно лежала рядом, положив руку на его обнаженную грудь. В ее жизни было много любовников. Мужчины и секс были ей необходимы, как регулярный прием пищи. Но часто она оставалась разочарованной. Она уже привыкла к эгоизму мужчин. Они получали что хотели, не заботясь о ней, и она чувствовала себя неудовлетворенной и разочарованной, но только не с Гирландом.

Ни один из любовников не занимался с ней сексом так, как вчера вечером Гирланд. Он чувствовал, каким должен быть темп, чтобы усилить ее желание, как стимулировать ее страсть и довести ее до великолепной кульминации дважды. Это был потрясающий опыт, ослабивший ее физические силы, но удовлетворивший и наполнивший ее тело ощущением комфорта. Ничего подобного с ней раньше не случалось.

Этот опыт Жанин хотела бы повторить. Она не желала мириться с мыслью о возможной потере этого чуда и уже не в первый раз с тех пор, как начала работать на Дори, а позже на русских, горько пожалела о том, что ввязалась в эту опасную авантюру.

Дело было не в деньгах. Она рассказала о себе Гирланду правду. Ее отец, сколотивший капитал на бирже, оставил ей солидный счет в банке. Но ей было скучно с тряпками, деньгами и бесконечным ничегонеделанием.

С Джоном Дори она встретилась на званом ужине, и он понравился ей. Во время беседы выяснилось, что у Жанин, богатой и пользовавшейся успехом, много важных контактов. Она постоянно появлялась в разных иностранных посольствах, посещала ужины и коктейльные вечеринки. Тот факт, что ее мать была американкой, а также финансовая состоятельность, красота и беззаботный нрав позволяли Жанин самой выбирать круг общения.

Через несколько дней Дори пригласил ее на ужин:

– Я хочу с вами поговорить. У меня для вас есть предложение, если вам действительно так скучно, как вы говорите.

Как охотно она согласилась работать на него! От нее требовалось лишь общаться, слушать сплетни, слухи, запоминать информацию и отправлять еженедельные отчеты. Это было забавно в первый год, а затем она снова заскучала. Она жаждала потрясений, даже опасности, но Дори не поручал ей никаких важных заданий. Она была полезна на своем месте, объяснял ей Дори.

Однажды Жанин позвонил человек, представившийся Дюпоном. Они встретились на набережной и потом сидели бок о бок на кораблике, катаясь по Сене. Он тихо говорил по-французски – худой, темноволосый, с глубоко посаженными глазами и высокими скулами. Казалось, он все о ней знает. Ему было жаль, что она скучает. Если она не сделает нечто необычное, Дори никогда не повысит ее. Есть ли у нее враждебные чувства по отношению к Советскому Союзу?

У Жанин не было враждебных чувств ни к одной стране. Она собирала информацию о России, поскольку это требовалось Дори. Нет, она не против собирать информацию об Америке, если русские захотят ее использовать. Почему нет? Она занималась этим ради удовольствия, и, в конце концов, ее родиной была Франция.

Вероятно, русские могли бы эффективнее использовать ее таланты. Могли бы?

Постепенно Жанин становилась более опытной, более профессиональной и более вовлеченной в игру. Это Дюпон слил ей информацию для разоблачения Нейланда и Бронсона. Это было искусно подстроено, и Дори поверил. Он искренне думал, что только благодаря уму и терпеливой работе Жанин были разоблачены два предателя. На самом деле эти люди больше не представляли никакой ценности для русских.

Так случился карьерный взлет Жанин. Она стала лучшей женщиной-агентом Дори, и вот тогда русские начали на нее давить. Они предлагали ей опасные и трудные задания, не довольствуясь разрозненной информацией, которую она передавала раньше. Только один раз она отказалась выполнить работу.

Дюпон внимательно за ней следил.

– Ваша безопасность в наших руках, мадемуазель, – сказал он. – Вспомните Нейланда и Бронсона: они тоже были двойными агентами.

Кровь прилила у нее к лицу. Теперь это была уже не игра. А ведь когда-то ОʼХаллорен ее предупреждал. Она оказалась в ловушке, откуда выскользнуть уже было невозможно.

Пронзительный телефонный звонок прервал ее мысли.

Телефон стоял на ночном столике со стороны спящего Гирланда. Когда тот зашевелился, Жанин поспешно потянулась через него и схватила трубку.

– Да?

– У меня в девять, – произнес Маликов.

– Но это слишком рано! – вскрикнула Жанин. – Я не могу.

– В девять, – отрезал Маликов и повесил трубку.

Гирланд проснулся и тихо погладил спину Жанин.

Она села, придерживая простыню на груди.

– О черт! Я забыла… Это моя подруга Хильда… Мы договорились покататься на машине. Я должна встретиться с ней в девять.

– Она поет баритоном в хоре? – поинтересовался Гирланд, сцепив пальцы на затылке и улыбаясь ей. – Знаешь что? Мне показалось, что у этой Хильды мужской голос.

– Ну нет же! Просто она простудилась.

– Бедная Хильда. – Гирланд неожиданно подхватил Жанин на руки. – Доброе утро, моя прекрасная, замечательная загадка!

И он очень нежно начал целовать ее глаза, пытаясь возбудить в ней желание. Его губы прикоснулись к ее шее, но Жанин вдруг мотнула головой и отстранилась от него:

– Не надо, дорогой. Я должна вставать. Тебе правда пора идти, Джон… Нет… о… дорогой, пожалуйста…

Губы Гирланда прервали ее слова поцелуем, и она внезапно расслабилась, вздохнула, охваченная страстным желанием. Ее руки крепко обхватили его, она почувствовала твердые мышцы его спины.

Потом они лежали рядом, глядя друг на друга.

– О, как же с тобой хорошо, – сказала Жанин, слегка коснувшись его лица. – Ничего подобного со мной не случалось раньше.

Гирланд улыбнулся:

– Я рад… со мной тоже. – Он сел и посмотрел на часы. – Почти восемь. Мне лучше вернуться к себе.

Она наблюдала, как он скользнул с кровати и подошел туда, где оставил свою одежду.

– Вечером, Джон? Ты придешь ко мне сегодня вечером?

– Обязательно. Но я пока не знаю своих планов на сегодня. Но вечером я буду здесь. Если освобожусь пораньше, то найду тебя днем на пляже.

Когда он ушел, она неохотно встала и побрела в ванную. В 8:29 она спустилась в вестибюль, а затем вышла на террасу отеля. Она увидела ожидавший ее черный «кадиллак». Высокий африканец в красной феске, сдвинутой набок, жевал бамбуковую щепочку. Жанин подошла к нему, и он, слегка поклонившись и улыбнувшись, открыл дверцу машины.

Дорога до коттеджа заняла около двадцати минут, и все это время Жанин размышляла, чего же хочет Маликов. Ей было не по себе, она очень волновалась. Она переживала бы еще сильнее, если бы узнала, что Джек Керман, прибывший к отелю «Нгор» в половине девятого, видел, как она села в «кадиллак». Керман не решился следовать за ней, это было слишком опасно. Жанин – профессионал. Она быстро заметила бы слежку. Он лишь записал номер автомобиля, а потом на арендованной «симке» вернулся в Дакар.

«Кадиллак» подъехал к коттеджу, Жанин вышла из машины и поднялась по ступенькам в холл.

Маликов ждал ее. Они проследовали вместе в большую комнату.

– Где Гирланд был прошлым вечером? – спросил Маликов.

– Он сказал, что весь вечер выпивал и общался с бизнесменами.

– Он провел вечер в ночном клубе «Флорида» с цветной женщиной, подругой Фуше. Понимаете? Нужны ли еще доказательства, что это Гирланд, работающий на Радница?

Жанин поежилась, ничего не ответив.

– Есть новости. Вам не обязательно спать с ним сегодня вечером. Я уверен, что мы и без него найдем Кэри. Я это выясню через пару минут.

Жанин резко взглянула на него:

– Что случилось?

– Я знаю, что у Кэри должен быть связной. Вероятно, Гирланд пытается выйти на этого человека. Через него он найдет Кэри. Я уверен, что это Энрико Фанташ. Когда-то они с Кэри были друзьями. Он… – Маликов замолчал, когда вошел Иван. – Ну?

– В прошлом году Фанташ ушел на пенсию, – сказал Иван, посмотрев на Жанин, и тут же отвел взгляд. – Сейчас он живет на острове Горе, это небольшой остров в трех километрах от порта Дакара. Название его виллы – «Монрепо».

– Как добраться до этого острова?

– Там есть регулярное паромное сообщение. Можно добраться за тридцать пять минут, – сказал Иван и, придвинув стул, сел, его маленькие похотливые глазки уставились на ноги Жанин.

– Сегодня утром мы туда и отправимся, – сказал Маликов.

– Не мы, а один из нас, – ответил Иван. – Возможно, это не тот человек, которого мы ищем. Неразумно появляться вместе. Поеду я. Возьму с собой четверых надежных парней. Вряд ли он сам расскажет нам о том, что нас интересует. Придется его убедить.

– Да. Ладно, Иван, давай ты. – Маликов посмотрел на часы. – Когда отплывает паром?

– В одиннадцать тридцать. На десять уже не успеваю. – Иван поднялся, оторвав взгляд от Жанин. – Может, удача и улыбнется нам!

Когда он ушел, Маликов сказал:

– Если этот Фанташ расскажет, где скрывается Кэри, тогда мы избавимся от Гирланда. Вы предложите ему покататься на машине. Привезете его сюда: мол, хотите заехать к подруге. Так мы легко избавимся от него.

Сердце Жанин сжалось от страха.

– Я сделаю все, что смогу.

Маликов глядел на Жанин, зеленые глаза прощупывали ее, но она заставила себя встретить его взгляд.

– А Керман? Прошлой ночью вам показалось, что он вас подозревает.

– Да, но я могу ошибаться, – сказала Жанин, нервно открывая и закрывая сумочку. – Он задал столько вопросов! Я рассказывала. Он опасен.

Тонкие губы Маликова скривились в усмешке:

– Я тоже. Надо покончить с обоими: и с Гирландом, и с Керманом. Хищники нетерпеливо ждут пира!

Вернувшись в номер, Гирланд не спеша позавтракал и вышел на балкон, размышляя, чем заняться.

Вначале он подумал о Жанин. Она была замечательной женщиной, но кое-что его беспокоило. Взгляд, который Жанин подарила ему перед уходом, ясно давал понять, что она может влюбиться. Это лишнее. Гирланд не собирался завязывать серьезные отношения. Для него секс был взаимной оценкой симпатии. Случалось, что женщины превращались в навязчивых собственниц, и тогда с ними приходилось трудно, но чаще они отдавались ему с легкостью, чтобы получить удовольствие, и не требовали обязательств.

Затем он подумал о Раднице. Шел уже третий день пребывания Гирланда в Сенегале, а Радниц, наверное, уже терял терпение. Звонить в Париж было слишком опасно. Лучше, вероятно, отправить телеграмму. Если воспользоваться телеграфом в Дакаре, вряд ли об этом кто-нибудь узнает. Потом Гирланд подумал об отце Розы: нельзя ли получить какую-нибудь информацию от него? Сомнительно. Встреча с ним, возможно, принесет больше вреда, нежели пользы. Но какие еще есть зацепки? Разумеется, Ава. Она может узнать, кто этот таинственный Энрико. Не лучше ли переждать еще один день: вдруг она что-нибудь выяснит.

В начале одиннадцатого, когда Гирланд уже решил отправиться на пляж, раздался телефонный звонок. Удивившись, он взял трубку.

– Вам звонят, сэр, – сказал ему телефонист. – Подождите минуту, пожалуйста.

Гирланд услышал щелчок на линии, затем голос Авы.

– Мистер Джон? Это вы? – Она казалась взволнованной.

– Да! Ава, это ты?

Он услышал, как она засмеялась.

– Я нашла его, как и обещала, мистер Джон. Я знаю, где он живет.

– Ты имеешь в виду нашего португальского друга?

– Да. Вчера вечером я говорила с девчонками, и одна мне сказала, что ее парень знаком с ним. Сегодня утром я съездила к нему на велосипеде, и он мне все рассказал. Пришлось дать ему сто франков, мистер Джон.

– Не волнуйся, это я возмещу. Кто он и где его найти?

– Я отвезу вас к нему. – В трубке снова послышался радостный смех. – Теперь вы можете отдать мне деньги, которые обещали.

– Хорошо, когда?

– Можете приехать сейчас?

– Да, куда?

– На вокзал. Я звоню отсюда. И жду вас. Мистер Джон, вы привезете деньги, которые обещали?

– Да, захвачу. Встретимся через полчаса.

Он повесил трубку. На мгновение он задумался, затем отпер шкаф и вытащил чемодан. Открыл потайное дно и достал автоматический пистолет 45-го калибра. Из соседнего кармана он вынул короткий глушитель. Проверив пистолет и убедившись, что он заряжен, пристегнул кобуру с оружием.

Гирланд надел пиджак и осмотрел себя в зеркале. Пушка выделялась под легкой тканью, но не очень заметно.

Он открыл кошелек, убедился, что денег хватит, затем вышел из номера и поспешил по коридору к лифту.

Джек Керман подъехал к американскому посольству, припарковал машину и вошел в здание. Он попросил охранника доложить о своем приходе лейтенанту Эмблеру, коллеге капитана ОʼХаллорена в Дакаре.

Через пять минут Керман сидел перед большим столом.

Эмблер был рослым моложавым мужчиной с чисто выбритым лицом и внимательным взглядом. Его серые глаза неодобрительно оглядели мятый костюм, галстук и пыльные туфли Кермана.

– Да, мы в курсе. Мы получили телеграмму от Дори. Чем могу быть полезен?

– Я хочу знать, кто является владельцем автомобиля с таким номером, – сказал Керман, положив клочок бумаги на стол. – Можете это выяснить?

– О, конечно, без проблем.

Эмблер потянулся к телефону. Он попросил, чтобы его связали с полицейским управлением. Затем поговорил с кем-то, закурил сигарету и сказал: «Прекрасно! Благодарю. Да, я понял». И повесил трубку.

– Это автомобиль, арендованный в агентстве «Лотос-кар».

– Вы можете узнать, кто его арендовал?

– Да.

Эмблер снова потянулся к телефону. Беседуя с кем-то, он произнес: «Спасибо. Что? Нет, просто рабочий момент» – и положил трубку.

– Автомобиль арендован на месяц датским туристом Вильгельмом Енсоном. Он остановился в коттедже недалеко от Рюфиска.

– Енсон – датчанин?

– Да. У него датский паспорт.

– Вы знаете, где находится коттедж?

Эмблер поднялся и перешел к большой карте Дакара и окрестностей, висевшей на стене. Керман присоединился к нему.

– Вот здесь. Километров двадцать в сторону от Рюфиска.

Керман вернулся к своему стулу:

– У вас есть свежая информация об этой Розе?

– Ничего нового. Мы смогли лишь удостовериться, что она работала в клубе «Флорида».

– Да… Дори говорил мне. – Керман сделал паузу, затем продолжил: – Русские давно здесь появились?

Эмблер резко взглянул на него:

– Недавно, как нам известно. А что?

– Похоже, русские могут быть заинтересованы в этом. Если я, конечно, не ошибаюсь. С вами встречалась Жанин Дольне?

На железнодорожном вокзале Гирланд нашел ожидавшую его Аву.

Нервно хихикнув, она села в машину и стала показывать дорогу. Она сказала, что у ее брата есть моторная лодка и он отвезет их на остров.

– Вы заплатите моему брату сотню франков. – Она радостно посмотрела на Гирланда. – Он будет ждать нас там. У вас есть деньги для меня?

– Да, – ответил Гирланд, снизив скорость и въезжая через открытые ворота на набережную.

– Поставьте машину здесь.

Он подъехал на крытую автостоянку, вылез из машины, запер ее, а затем пошел с Авой туда, где на воде покачивались рыбачьи лодки.

Брат Авы, представившийся Гирланду как Абду, был огромным африканцем с улыбчивым лицом, в длинном синем халате.

Он подвел Гирланда к быстроходной моторке. Гирланд уселся на корме, Ава, хихикая, села напротив. Абду отвязал лодку, запустил мотор, повернул руль, и лодка рванула вперед.

Потребовалось менее получаса, чтобы добраться до небольшого острова.

Абду направил лодку мимо паромной станции и пришвартовался рядом с молом. Оказавшись на берегу, Гирланд взглянул на часы. Было одиннадцать сорок пять. Вдалеке он увидел прибывающий паром из Дакара. Если бы он знал, кто находится на борту, он бы поспешил, но полуденное солнце было таким жарким, что Гирланду хотелось немного расслабиться.

– Мой брат останется ждать здесь. Пойдем. Дом недалеко.

Они вместе спустились по молу и прошли по песчаной площади. Здания вокруг были старыми, с облупившейся краской, а улицы очень узкими. Ватаги цветных детишек, совсем голых или в грязных белых трусах, с любопытством смотрели на Гирланда, когда он шел с Авой, стараясь держаться в тени.

После пятиминутной прогулки по узким, раскаленным от солнца улочкам они снова оказались у моря. Остановившись, Ава сказала:

– Вот его дом. Тот, с высокими стенами.

Гирланд увидел только красную покатую крышу. Белые стены скрывали дом от глаз.

– Я подожду здесь. Вы отдадите мне деньги, когда вернетесь?

– Да, – сказал Гирланд и направился к дому.

Тяжелые деревянные ворота охраняли вход, и когда Гирланд потрогал железный засов, то обнаружил, что они заперты. Он отошел назад, вытираясь носовым платком, а затем увидел висящую железную цепочку и потянул за нее. Где-то в глубине сада он услышал звонок колокольчика и стал ждать.

После долгого ожидания в воротах приоткрылось окошко, в нем появилось лицо африканца.

– Мне нужен мистер Фанташ.

Прищуренные черные глаза внимательно изучали его, потом человек покачал головой:

– Его сейчас нет.

– У меня к нему важное дело. Когда он будет?

– Где-то после шести вечера.

– Передай ему, что я буду здесь в половине шестого и что я друг Джона Дори. Понял?

Мужчина кивнул и закрыл окно.

Гирланд вернулся туда, где сидела Ава. Она с тревогой посмотрела на него:

– Почему вы не встретились с ним? Он здесь живет. Я это точно знаю.

– Его нет. Мне придется вернуться сюда вечером.

– Тогда отдайте мои деньги.

Он заплатил ей обещанные три тысячи франков.

Ава радостно улыбнулась, положив их в сумку.

– Хотите осмотреть остров? Это очень интересно. Здесь хороший музей и дом рабов. Вам понравится.

– Не сейчас. Здесь есть отель, где я могу пообедать?

– Да, очень хороший отель. – Ава поднялась. – Я покажу вам. Мой брат будет ждать нас весь день.

Гирланд подумал, что, если он уже здесь, почему бы не осмотреть остров. Он последовал за Авой по узкой дорожке. Без всякой причины что-то заставило его оглянуться.

И тут он заметил Ивана, который медленно пересекал переулок, направляясь к дому Энрико Фанташа.

– Жди здесь, – резко сказал Гирланд Аве и побежал в конец переулка.

Он остановился и осторожно выглянул.

Иван, красный и потный, стоял у ворот и дергал за цепочку.

Пока Иван жарился на солнце, Гирланд рассматривал его. «Русский!» – подумал он, чувствуя нарастающее волнение. Значит, он был прав. Русские замешаны в этом деле. Он наблюдал, как Иван разговаривал с привратником, а затем окошко закрылось. На лице Ивана отражалась злоба, и он медленно шел в сторону Гирланда.

Гирланд огляделся. Рядом был открытый дверной проем, ведущий в заваленный мусором двор. Гирланд метнулся туда и встал за дверью. Через щель в двери переулок отлично просматривался. Тут появился Иван, остановился, вытер лицо, посмотрел вглубь переулка, потом огляделся по сторонам. К нему подошел невысокий худой араб в грязном халате и еще более грязной чалме. Иван произнес:

– Его не будет до вечера. Окружите дом и ждите. Старайтесь не привлекать внимания. Я буду в отеле. Как только он вернется, отправь кого-нибудь из своих в отель. Ясно? – (Араб кивнул.) – Какой самый быстрый путь в отель?

Араб указал на переулок, где стояла Ава. Гирланд отчетливо слышал голос Ивана. Когда тот проходил мимо, Гирланд прижался к стене, подождал немного, а затем осторожно вышел в переулок. Ивана не было. Ава сидела на корточках с безропотным терпением. Увидев его, она поднялась.

Гирланд велел ей отвести его в отель. Через десять минут они были у отеля на берегу моря.

– Теперь вместе с братом ты можешь вернуться в Дакар, – сказал Гирланд.

– Мой брат будет ждать, если нужно.

– Нет. Передай ему, чтобы уходил. Помни: никому обо мне не говори.

Она кивнула, повернулась и медленно пошла к молу.

А Гирланд направился в отель. Он опасался засветиться перед русскими, но решил, что сейчас его вряд ли кто-нибудь узнает. На пляже было много белых: несколько американцев сидели за столиками перед отелем. Гирланд выглядел как еще один американский турист.

Он нашел свободный столик и сел. Русских видно не было. Оглядевшись, Гирланд заметил в окне небольшого бара русского, прислонившегося к барной стойке: перед ним стояла бутылка виски и стакан.

Официант медленно подошел к Гирланду, тот заказал пиво.

Через несколько минут официант вернулся, и Гирланд спросил, в котором часу ланч.

– Уже все готово, сэр, – и указал на верхний этаж.

– Я поднимусь через минуту.

Гирланд повернулся, чтобы посмотреть на русского, который налил себе еще одну порцию. Потом русский подозвал бармена и коротко спросил его о чем-то.

Допив пиво, Гирланд поднялся по лестнице и вошел в ресторан. Там сидело всего несколько туристов, и официант подвел Гирланда к столику с хорошим видом.

Гирланд заказал комплексный обед и бутылку «Мюскаде». Пока он заканчивал с закусками, в ресторан вошел Иван. Он уселся за столик возле входа и осмотрел помещение быстрым внимательным взглядом человека, не упускающего никаких подробностей.

В тот миг, когда глаза русского остановились на Гирланде, тот отвел взгляд. Через пару минут Гирланд взглянул в его сторону: русский изучал меню.

Когда Гирланд ожидал второе блюдо, в ресторан вошли двое мужчин. Один из них был лысым и худым. Он нес портфель и, следуя за официантом к уединенному столику, снял зеленые солнцезащитные очки. Второй мужчина привлек внимание Гирланда: высокий и тучный, с круглым и полным лицом. Он носил черные усы, а глаза были скрыты темными очками. Он был необыкновенно похож на бывшего короля Фарука. На мизинце его левой руки сверкал большой золотой перстень.

Гирланд не сомневался, что этот тучный человек, направляющийся в его сторону, и был Энрико Фанташ.