– Ну, девушка, вам без приключений как без пряников. Что у тебя за шило в одном месте…

– А то ты не такая. Услышав звук подъезжающей машины, она пошла к двери.

– Мальчики, вы очень вовремя пришли, мы как раз собрались обедать, – защебетала Гелена Казимировна. – Садитесь за стол.

– Спасибо, а где Крыся? – спросил капитан Головкин.

– Гойдает с Дуськой и со своим спецназом, вот-вот появится. Вам она нужна?

– Очень, – вздохнул Сёма, – у нас одна надежда на нее.

– Тогда ешьте, а когда барышня появится, расскажете, чтоб не повторяться, – сказала Анна Сергеевна.

– Крыся всем нужна, очень умная она, – забормотал попугай.

– Ты такой же, только немножко хулиганистый, – отозвалась Гелена.

– Проша хороший, хороший Проша, – принялся себя хвалить попугай.

– А, по-моему, ты еще и хвастун, – забасил Сёма.

– Ребятам надо помогать, хулигана брать, – не успокаивался Проша.

– Ты, уже все знаешь? – удивился Головкин.

– Я такой, парень удалой.

– Все, прекращай свою болтовню, дай людям спокойно пообедать, – прикрикнула Анна Сергеевна. – Поклевал семечки и чеши отсюда.

– Генерал Аню за ушком целует и милУет, – заорал попугай и вылетел из комнаты.

Офицеры не выдержали и расхохотались.

– Вот паршивец, – покраснела Анна, что вздумается, то и несет.

– Скажи спасибо, что еще не матерится, – вздохнула Гелена.

– А он умеет? – спросил Головкин.

– В Ракитовке его баба Маня с бабой Симой научили, это нам Варя сказала. Правда, ничего такого мы еще не слышали, но чует мое сердце, когда-нибудь нас опозорит. Пойду открою дверь, наши красавицы уже скребутся. Барышни, дайте я ваши лапы оботру. Дуся, топай наверх к коту, а ты, Крыська, иди, поздоровайся с ребятами. Они пришли к тебе за помощью.

Собачка важно вошла в гостиную и приветственно тявкнула. – Здравствуй, Крысенька, помнишь меня? – обрадовано произнес Долгих. Собачка оскалилась, – еще бы, это же она помогла найти комнату, где жил плохой дядька.[5] Во время той операции и познакомилась с Сёмой, он ей тогда очень понравился.

– Иди ко мне на ручки, какая же ты малюсенькая, на одной моей ладони умещаешься.

– Крыська, не закатывай глаза от счастья, а то Фоменко расскажу, как кокетничаешь и флиртуешь со всеми подряд, – засмеялась Анна. Собачка тут же показала ей розовый язычок.

– Ах ты, морда непослушная, прекращай немедленно. Сёма, рассказывайте, что у вас за проблема.

– В парке прячется какой-то ненормальный с охотничьим ружьем. По некоторой информации вроде бы сбежал из психушки. Где взял ружье, ребята выясняют. Он уже успел пострелять, к счастью, обошлось без жертв. Надо его найти, но из-за тумана это затруднительно.

– Сёма, я надеюсь, он в одежде? – осторожно спросила Гелена. А то неделю назад по телевизору показывали обнаженного психа, который бегал по городу с ружьем. Вы же понимаете, наша девочка невинна, ей ни к чему такое видеть. Крыся сердито фыркнула, – ну, что Гелечка ее позорит. Как будто она маленькая и не знает, как выглядит голый мужчина и что он руками прикрывает.

– Не волнуйтесь, Гелена Казимировна, – хохотнул Сёма, он в одежде, на улице-то холодно.

– Тогда я спокойна.

– Крыся, ты все поняла? Зови свой спецназ и свору, ставь задачу и отправляйтесь в парк, – скомандовала Анна. Только предупреди их, как только обнаружат плохого дядьку, чтоб не лаяли, а вернулись, доложили и указали на место, где он скрывается. Сёма, спускайте барышню на пол, открывайте входную дверь, пусть работает. Гриша, вам наша помощь нужна?

– Спасибо, сами справимся, Крысенька у меня на руках будет. Она не замерзнет, может ей теплый жилетик надеть?

– Откажется. Не захочет позориться перед Сёмой, – улыбнулась Анна Сергеевна. Они вышли на крыльцо, где стояла Крыся и тявкала, давая указание дворнягам.

– Вот это у нее армия, – удивился Долгих.

– Ты из-за тумана еще не всех видишь, – ухмыльнулся Головкин.

Минут через сорок они вернулись. Крыся прижималась к Семену, который прикрывал ее курткой.

– Как прошла операция? – поинтересовалась Истомина.

– Успешно, – забасил тот. – Мы немного постояли на центральной аллее, смотрим, мчатся две дворняги, они полаяли, Крыська тявкнула. Гриша ее спрашивает, – нашли хулигана? Она кивнула и фыркнула, мол, чего стоим, пошли. Мы ребят своих подтянули и потопали следом за собаками. Клиента обнаружили на южной окраине парка, сидел на каком-то пне и трясся то ли от холода, то ли от страха. Упаковали быстро, да он и не сопротивлялся. Но если бы не Крысечка с ее командой, долго бы искали этого придурка. Анна Сергеевна, откуда у вас это чудо?

– Геля ее под кустиком нашла и мне подарила на день рождения. Я как увидела эту уродину, чуть в обморок не упала. Крыська, не возмущайся, я же не знала, что ты превратишься в прекрасного лебедя. Иди ко мне, я тебя почмокаю. Не хочешь? Конечно, мужские объятия тебе милее. Признавайся, кто сегодня отличился? Спецназ?

Собачка оскалилась. – Значит, Бим и Бом. – Это ее персональная охрана и ударная сила, Семен. Они всегда нам помогают.

– Надо бы их как-то поощрить, – сказал Долгих.

– Косточек им купите, они будут довольны.

– А Крысечку чем наградить?

– Да ей ничего не надо, у нее все есть: и одежда всякая, и матрасики, и простыночки, и подушечки, и полотенечки, – пропела Гелена Казимировна.

– Нет, я так не могу, вы все-таки подскажите.

– Тогда купите мисочку. Она у нас барыня, супчик ест только из той, что в цветочек, второе из плошечки в горошек, молочко-водичку пьет из голубенькой, а вот для тортика посуды нет.

– Крыська, ты такая эстетка? – захохотал Семен.

– Мы еще вытираемся исключительно влажными салфеточками, а если предложишь сухую, полчаса будет дуться. Главное, целыми днями гойдает со своим спецназом по помойкам и подвалам, а как домой является, так сразу аристократкой становится. И в кого она такая пошла, не знаю, – вздохнула Гелена.

Веселов пил утренний кофе и поглядывал на жену, – Анечка, ты чего не в настроении, что-то случилось?

– Нет, просто погода противная. Все серое, унылое, и какое-то безнадежное, хорошо хоть туман поднялся. Не люблю я позднюю осень. Гелька вчера куксилась, как бы не заболела.

– А это что за явление? – улыбнулся генерал. Анна обернулась и увидела Крысю с Арни. Следом за ними в кухню влетел Проша и закричал, – в туалет пора, дверь заперта.

– О Господи! – воскликнула Анна Сергеевна, – Андрей отправляй малышню на улицу, я к Гелечке. Подругу она застала стонущей в постели. – Что? Опять спина?

– Да. Ни встать, ни повернуться. И Варина растирка закончилась. Котику с Крысей открой дверь.

– Не волнуйся, Андрей их уже выпустил. Врача вызвать?

– Не надо, лучше найди медсестру, она пару-тройку уколов сделает, и я буду в порядке. У меня в аптечке все есть: одноразовые шприцы, ампулы с лекарством, пузырек со спиртом.

– Аня, что с Гелей? – вошел в спальню Веселов.

– Поясницу застудила. Три года назад у нее было воспаление седалищного нерва, вот и дает знать болячка. Андрей, может, позвонишь Батурину, пусть пришлет медсестру, ей укол надо сделать.

– Гелечка, тебя, как обычно колют? – спросил генерал.

– Внутримышечно.

– Очень хорошо, я сам тебе в задницу сделаю укол.

– Да ни в жизнь, и ни за что на свете.

– Не волнуйся, у меня легкая рука.

– Не-е-т, я стесняюсь.

– Гелька, не морочь голову, все попы одинаковые, только у одних побольше, а у других поменьше.

– Может, моя особенная.

– Разве что для твоего Жана, – засмеялся Веселов. – Аня, дай ей телефон, по-моему, это он звонит. Геля схватила мобильник и закричала, – вот что вы делаете, что творите.

– Успокойся, слегка оголили, лучше поговори со своим французом, – откликнулась подруга.

– Жаник, – жалобно произнесла Гелена Казимировна.

– Что случилось, почему у моей девочки такой голос? – раздалось в трубке.

– Я немножко заболела, а Аня с Андреем над моим телом издеваются, и он собирается меня уколоть.

– Геленька, в какое место?

– В ягодицу.

– А что это такое?

– По-русски попа.

– Ни в коем случае не разрешай, не показывай свое роскошное тело, я сам прилечу и буду тебя лечить, – засмеялся Жан.

– Ты опоздал, Жаник, он уже сделал укольчик.

– Тебе было больно?

– Кажется, нет.

– Андрей, пошли, это надолго, – улыбнулась Анна Сергеевна. За дверью спальни стояли собачка и кот, на голове которого сидел попугай. – Не волнуйтесь, с Гелечкой все в порядке, – сказала она. – Я сейчас мужа провожу на службу и вас покормлю. И не подслушивайте, она со своим Жаном разговаривает. Крыся оскалилась, Арни мяукнул, а Проша пробормотал, – ура, Геля ожила. Я переживал, очень страдал.

Через некоторое время Анна зашла к подруге.

– Ну, как ты?

– Хорошо, даже есть захотелось. Только не вздумай меня кормить в постели.

– Ладно, сейчас приготовлю завтрак, помогу умыться и перебраться на кухню.

– Подруга, я даже не знала, что Андрей умеет делать уколы, уплетая омлет с беконом, – произнесла Гелена Казимировна.

– На войне всему быстро учатся, – вздохнула Анна Сергеевна.

– Анька, представляешь, только у нас есть своя медсестра с генеральскими погонами, – хихикнула Гелена Казимировна. – Ой, больно, неловко повернулась.

– Рано тебе вставать, после первого укола наступило лишь временное облегчение. Я позвонила Варе, она приготовит растирку, и Федя ее сегодня привезет.

– Спасибо. Анечка, помнишь, когда мы улетали из Франции, ты мне тогда сказала одну вещь?

– Какую?

– Геля, если однажды станет скучно и грустно, ты только крикни, – срочно хочу в Париж, и твое желание сбудется.

– Хочешь туда?

– Очень. И Жан меня просил приехать.

– Тогда выздоравливай и перышко тебе в зад.

– Ань, мне одной страшновато да и скучновато будет, Жаник ведь не сможет быть со мной все время.

– Гелечка, не обижайся, мы с Андреем договорились встретить Рождество вдвоем в Париже, так что с тобой не полечу.

– Я понимаю, может, генерал отпустит со мной Алешку? Нам вместе весело. А мальчик на мир бы посмотрел, он даже в Москве еще не был.

– Хорошо, я с ним поговорю.

Анна привычно пристроила голову на плече у мужа. Они любили перед сном полежать и обсудить все, что волновало, заботило, поделиться мыслями или сомнениями. – Андрей, Гелечка хочет полететь в Париж.

– В чем проблема, пусть выздоравливает и чешет к своему Жанику, – засмеялся тот.

– Она побаивается ехать одна, просит отпустить с ней Алешку.

– Анечка, это невозможно, работы много, а он после ранения две недели в больнице пролежал, потом почти месяц в Ракитове был, где его Варя откармливала, еще и вступительные экзамены в университет сдавал. Совсем разболтался, не жирно будет?

– Андрей, ты никогда не думал о том, что вся наша жизнь состоит из работы, проблем, неприятностей, а радостей в ней так мало. Возьми Комарова, родители погибли, жил с теткой, которая вскоре умерла, и он очутился в детдоме. Потом учеба, горячие точки, два ранения, неудачный брак. Ему 36, а много ли счастья он видел? Борис начал оттаивать только после женитьбы на Наташе. А Забелин? Хоть и моложе Комарова, но успел пережить тяжелое ранение, приговор врачей, что никогда не сможет иметь детей. Максим тонкая, ранимая натура, он очень страдал и не заводил серьезных отношений с девушками. Хорошо, что встретил Алису с Васенькой, и теперь, как говорит Гелечка, Боженька вознаградил его сыночком за то, что приютил у себя двух сироток, оставшихся без крова. Никита Сомов по углам скитается, до сих пор не отойдет от развода, любит Олю Шепель, а все равно не решается на женитьбу. Да, и у нее не все так просто. Отец умер, мать инвалид, Оля бросила престижную и перспективную работу в Москве, приехала в Тригорск, чтобы за ней ухаживать. Мы до сих пор не знаем, что случилось в жизни Степана Ивановича Антонова. Почему майор Советской армии, вышедший в отставку, остался без семьи, без кола и двора. Конечно, ему повезло, что познакомился с Клавдией Ивановной, и у них все сладилось, а если бы нет? Алешка самый молодой из твоих ребят, никто не знает, как сложится его жизнь и служба, так пусть, хоть сейчас у мальчика будет больше счастливых дней. К нему же нет претензий, ты его часто хвалишь, говоришь, что он трудяга, очень способный оперативник, к тому же в отдел теперь Гриша Головкин перешел. Да после такой поездки Алешка в десять раз будет лучше работать. Муж, почему молчишь? Не согласен?

– Забелин однажды сказал: дамочки втянули нас в свой мир добра и тепла, в нем согреваются наши души. И от этого мы становимся лучше и удачливее. Анечка, давай сделаем так, пусть Алешка сдаст досрочно зачеты и экзамены, а когда сессия официально начнется, предоставлю ему учебный отпуск, тогда и полетит в Париж. Так будет законно. Поговори с ним.

– Я всегда знала, что ты самый умный в мире генерал.

– Потому что у меня мудрая жена, – засмеялся Веселов. А еще самая нежная и любимая. Быстро снимай свои кружева, они мне мешают любоваться тобой. Вот зачем ты их все время на себя пялишь.

– А чтоб красивенько было.

– Что может быть красивее и лучше тебя. Анечка, быстро признавайся, чем от тебя всегда так пахнет, что я дурею?

– Можно, я тебе на ушко скажу? Желанием.

– Да ты что, иди ко мне, моя хорошая, сейчас посмотрим, какое оно у тебя…

– Андрей, ты, куда собрался, – сонно пробормотала Анна Сергеевна.

– Крыську с Арни выпущу и укол Геле сделаю, она же у нас ранняя пташка. А ты поспи подольше, хочешь кофе в постель?

– Завсегда, – засмеялась она и потянулась.

– Анька, не смей так делать, а то не выдержу и останусь. Веселов поцеловал жену, спустился вниз и постучал в спальню Гелены Казимировны. – Мадам, можно к вам? Пришел медбрат и готов приступить к своим обязанностям. Как себя чувствует наша больная?

– Лучше, чем вчера, но хуже, чем завтра, – откликнулась та.