– Майор, такси подъехало, – предупредил водитель. – Главный вышел и идет в кафе.

– Спасибо, я уже слушаю.

– Еще раз, здравствуйте, уважаемый.

– Добрый день, – буркнул подполковник. Где ваша посылка?

– А ты не торопись, сначала скажи, где груз?

– Не понял.

– Да все ты знаешь, мент. Это ты его увел? Говори, а то отсюда не выйдешь.

– Не бери меня на понт, уважаемый. Здесь не горы, что ты мне сделаешь?

– Видишь на улице моего человека? Один выстрел, и ты покойник.

– А дальше что? Где деньги будешь искать? – усмехнулся подполковник.

– Тогда поговорим по-другому. Сколько хочешь?

– С этого и надо было начинать. Я человек скромный, поэтому, два процента от пропавших денег за информацию.

– Согласен, я слушаю.

– Банк «Югстройинвест» второй месяц в разработке по подозрению в отмывании денег. Неделю назад мой агент сообщил о том, что готовится к отправке на юг большая сумма. Было решено проследить, кому она предназначается. Но опера прозевали посадку пассажира в Воронеже, ростовские лопухнулись тоже. В результате, груз пропал.

– Это все, что ты можешь мне сказать? Да мне плевать на ваши разработки. Деньги где?

– Ну, зачем так грубо. Есть предположение, почти уверенность в том, что за ними охотились сотрудники спецотдела Тригорска. Слыхал о таком?

– А доказательства?

– Я вам дам телефон оперативника из Ростова, он подтвердит, что туда прибыл капитан Сомов, но о цели поездки не сообщил. Спецотдел возглавляет генерал Веселов, вот у него и ищите свой груз.

– А ты не врешь? В горах ходят слухи, что он честный, правильный генерал.

– У нас тоже так считали, но в последнее время появилась информация о том, что Веселов слетел с катушек. Завел молодую любовницу, снял ей квартиру, одевает как королеву, летом возил ее на Багамы. На это нужны деньги, те, что выделялись на содержание отдела, он использовал не по назначению. Не удивлюсь, если генерал скоро исчезнет и появится где-нибудь в другой стране.

– Тогда, почему его не арестовали?

– Завтра два сотрудника министерства вылетают в Тригорск, чтобы разобраться с этим на месте.

– Все равно не верю, сказки рассказывать и я умею.

– Я сейчас сделаю один звонок, и вы услышите, что не вру. Алло, Вячеслав, вы оформили командировку в Тригорск? Так точно, – донеслось из телефона, – ждем ваших дальнейших распоряжений.

– Убедились?

– Ладно, сделаем так, мои люди в Тригорске проследят за генералом, а я останусь здесь присматривать за тобой.

– Как вам будет угодно. Посылочку не хотите передать?

– Возьми на прокорм, расчет получишь, когда найдем деньги.

– Благодарю, позвольте откланяться.

– Ни фига себе, – пробормотал Громов. – Вот это он перевел стрелки на генерала. Значит, из наших, следить за ним опасно, ничего, разберемся. Внимание, – включил рацию майор, – как только из кафе выйдет наш клиент и сядет в такси, следуйте за ним. До связи.

– Принято, – донеслось в ответ.

– Возвращаемся на базу, Николай Алексеевич. Наши передвижения закончились, теперь будем информацию переваривать и думать, куда дальше плыть.

– Слышь, Саша, если что, ты меня задействуй. Я с удовольствием хоть днем, хоть ночью.

– А как же семья?

– Дочка с мужем в Подмосковье живет, недавно двойняшек родила, так жена их там нянчит. Приедет в субботу, приберется, еды на неделю наготовит и умотает. Так что я человек свободный.

– Договорились, Николай Алексеевич, спасибо, – улыбнулся Громов. Через полчаса он уже входил в аналитический отдел, – где его ждал старший лейтенант Смирнов.

– Как дела, Денис?

– Нормально, может, сходим в столовую, а то у меня уже в животе урчит.

– Годится, я тоже проголодался. Они вышли в коридор.

– Что нарыл? – тихо спросил майор. Тот ответил.

– Ничего себе, – присвистнул Громов.

– Саша, что будем делать? Я как узнал, кто это, так дальше не стал ковыряться.

– Сам не засветился?

– Обижаешь, ты же сказал, чтоб аккуратно. Как же он не побоялся на служебной приехать?

– Во-первых, торопился, во-вторых, никакого риска. В случае чего, сошлется на срочную встречу с агентом. Ты даже не представляешь, какой подполковник наглый. Давай все-таки пообедаем, ты иди, а я сделаю один звонок. – Алло, добрый день, Андрей Петрович, все прошло без сучка и задоринки, имеем полный расклад, через полчаса пришлю отчет. До связи.

Громов вошел в столовую и услышал, – майор, задержись. Он оглянулся и увидел Павла Никодимовича. – Ты когда за командировку отчитаешься? – громко произнес тот и подмигнул.

– Виноват, каюсь, сейчас пообедаю и зайду.

– Дисциплину надо соблюдать, тогда и каяться не пришлось бы, – буркнул полковник и придвинул к себе тарелку.

– Павел Никодимович, спасибо, что позвали, сам хотел к вам зайти, но никак не мог придумать под каким предлогом, – произнес Громов, войдя в кабинет.

– Сашка, не морочь старику голову, чтоб ты, и не придумал. Рассказывай, на оборотня в больших погонах вышел? Не удивляйся, Некрасов, в смысле Николай Дегтярев ко мне заходил. Это ты в автомобильных номерах ни черта не смыслишь, а он сразу просек, что машина принадлежит Управлению собственной безопасности. Очень ты ему понравился, вот и забеспокоился, от них же что угодно можно ожидать. Ты не смотри, что с виду Николай простоват, на самом деле у него голова хорошо варит, да и опыта хватает. Я его, конечно, успокоил, а ты цени к себе такое отношение и знай, Дегтярев – мужик надежный, не бойся при нем лишнее слово сказать, он не продаст и не заложит. Веселову сбросил информацию?

– Еще нет.

– Тогда садись за компьютер и отправляй, он же ждет. Чего рот раскрыл, думал, для декорации или понта его держу? Все тоже так считают, а я не разочаровываю. Меня внук учил, сказал, что, несмотря на возраст, я быстро все схватываю, – с ноткой гордости произнес полковник.

– Павел Никодимович, вы не перестаете меня удивлять и восхищать. А знаете, кто наш оборотень? Подполковник Сосковец.

– Вот засранец. Это ж он с подачи Жеребцова натравил своих барбосов на Комарова. Постой, я по просьбе Андрея собирал кое-какую информацию на Олега Верникова. Так мне сказали, что тот вроде бы приятельствует с кем-то из управления собственной безопасности. Но это были только слухи.

– Никодимыч, вы молодец, теперь все складывается, – обрадовался Громов.

– Может, просветишь старика, в какие игры с генералом играете. А то он использует меня в темную.

– Вы же понимаете, по телефону всего не скажешь. А чем это у вас так вкусненьким пахнет?

– Жена ватрушек с собой дала. Сашка, ты ж только что из столовой.

– Я на нервной почве мету все подряд. И потом мне положено вознаграждение за информацию, – захохотал майор.

– Ну, ты и балабол. Ладно, закрывай дверь, а я включу чайник.

– Товарищ генерал, – влетел в кабинет Веселова Забелин. Громов сбросил сообщение. Там такое, такое…

– Быстро всех ко мне.

Когда сотрудники отдела прослушали записи, воцарилось молчание.

– Ну, ни чего себе чего, – прервал его Дубинин. – И че будем делать?

– Работать, Алеша, – отозвался Веселов. – Есть идеи?

– Андрей Петрович, вам надо исчезнуть, чтобы ввести так называемых проверяющих и подельников Халилова в растерянность, – произнес Комаров. – Пока они будут пребывать здесь в ожидании, Громов отследит все передвижения и действия подполковника.

– Может, в Ракитовку? – предложил Забелин.

– Нет, Максим, я должен остаться в Тригорске, чтобы быть со всеми на связи и, если что, быстро среагировать.

– Переселяйтесь ко мне, – предложил Дубинин.

– Не подходит, я не собираюсь быть затворником, придется кое с кем встречаться, а ты живешь рядом с нами. Москвичи вряд ли будут следить за особняком, а подельники Казбека могут. Вдруг засекут.

– Они же не знают вас в лицо.

– Алексей, лет десять назад мы задержали брата Халилова, Андрей Петрович его допрашивал. По нашим данным тот свое отсидел и недавно вышел на свободу, – пояснил Комаров. – Скорее всего, именно ему Казбек поручит следить за генералом.

– Теща Сёмы Долгих живет одна в собственном доме, – произнес Головкин. Помните, она нам помогала, когда задерживали подельника террористов, которые собирались взорвать театр.[10]

– Неплохая идея, Григорий, но это далековато от центра города, стеснять женщину не хочется, да и телефонные переговоры придется разные вести. Ладно, раз других вариантов нет, буду проситься на постой к Степану Ивановичу.

– Точно, – обрадовался Дубинин. Если что, Клавунечка вам поможет, покормит, и дед на колесах. Сомов звонил, они уже подъезжают.

– Никите тоже нельзя показываться в отделе, – произнес Комаров. К нему первому прицепятся и те, и другие. Оля, есть предложения?

– Он будет жить в нашем доме, заодно и за ремонтом проследит.

– Нам бы дамочек как-то обезопасить, – сказал Алексей.

– Я уже думал об этом, – вздохнул Веселов. – Но им нельзя уезжать. Москвичи захотят встретиться с Аней, а если и она исчезнет, засуетятся, начнут предпринимать какие-то меры. Нам нужно, чтобы они спокойно ждали моего возвращения из командировки. С их стороны дамочкам ничего не грозит. Что касается подельников Казбека… Придется их задержать. Наверняка, грехи за ними числятся, а если нет, пусть посидят пару суток, так сказать, до выяснения. Полагаю, Сосковец постарается исчезнуть в эту субботу или воскресенье. Надо только продумать, когда лучше Халилова арестовать.

– Сначала он должен узнать, что деньги увел Сосковец, увидеть его задержание и передать информацию управляющему банку, чтоб к нам больше не цеплялись, – произнес Комаров.

– Верно, – согласился генерал. Этим займется Громов. А теперь, ребятки, поговорим о том, как будете общаться с москвичами. Обсудив все проблемы, Веселов поднялся.

– Борис, встречай Сомова и деда с Клавдией Ивановной, вводи их в курс дела, а я поеду домой и подготовлю наших дамочек. В отдел уже не вернусь, будем созваниваться.

– Андрей Петрович, можно я установлю видеокамеру у вас в гостиной? – спросил Забелин.

– Не возражаю, поехали.

– Аня, Геля, это я, со мной Максим, – крикнул генерал, открывая входную дверь.

– Вот и хорошо, – вышла в прихожую Гелена Казимировна. – Мы вас сейчас обедом накормим.

– Спасибо, я на минутку, – отозвался Забелин. – Дамочки, мне нужно у вас в гостиной установить две видеокамеры.

– Это надолго? – спросила Анна Сергеевна.

– Не больше, чем на три дня, а может, и раньше уберем.

– Спасибо, что не в спальне, – поджала губы Гелена. А то я бы стеснялась, – добавила она и хихикнула.

– Подруга, не мешай человеку работать, пойдем на кухню, обед разогреем, Андрей же голодный.

Спустя несколько минут майор произнес, – готово, я поехал. Не провожайте, дверь сам захлопну.

– А показать? – вошла в гостиную Гелена Казимировна.

– Перебьешься, – улыбнулся Андрей Петрович. И не вздумай искать.

– Почему это?

– Потому что во время беседы с гостями будешь поглядывать в сторону видеокамер и думать, как выглядишь.

– А ты прям все знаешь. Садись лучше за стол и рассказывай. Я уже умираю от любопытства.

– Мне надо будет исчезнуть.

– Тоже на три дня? – спросила жена. Генерал кивнул.

– Когда?

– Сегодня.

– Что нам делать?

– Вести обычный образ жизни. Вам ничего не грозит, но ребята будут страховать на всякий случай. Завтра, вероятно, во второй половине дня к вам заявятся двое москвичей и будут спрашивать, где я. Ответите, что в командировке. Возможно, они меня обвинят в преступлении…

– Не бери в голову, мы знаем, что ты ни в чем не виноват.

– Да, – топнула ножкой Гелена Казимировна. – Не переживай, мы с твоими врагами справимся, а малышня поможет. Проша, чего молчишь?

– Генерал, мы своих не бросаем, мы им помогаем, – заорал Проша. Его тут же поддержала тявканьем Крыся, которая никак не могла пропустить столь важный разговор.

– Уедешь или останешься в Тригорске? – спросила жена.

– Поживу у деда.

– Тогда я спокойна, Клава тебя накормит, но все равно ей надо передать продукты. Андрей, ты отдыхай, а мы с Гелей хозяйственными делами займемся.

– Ань, тихонько спросила Гелена Казимировна, когда генерал вышел из гостиной. Как думаешь, в каком преступлении его обвинят?

– А почему шепотом? – улыбнулась та.

– Потому что он у тебя ушастый и глазастый. Чего молчишь?

– Скорее всего, в похищении денег, которые пропали из самолета.

– Вот ненормальные. А давай им спектакль устроим. Проводим Андрея и порепетируем. Наши будут смотреть и хохотать.

– Гелька, все очень серьезно, а у тебя на уме одни смехохулечки.

– Ой, да ладно, не в первый раз. Я буду немножко придурковатой, а ты все время реви. Сможешь?

– Нет, у меня не получится.

– Тогда сделаешь каменное лицо. Изредка прикрывай его руками и постанывай. Можешь головой иногда покачивать от страшного известия.

На следующее утро сотрудники спецотдела собрались в кабинете подполковника Комарова.

– Алексей, что скажешь? – спросил он.

– Возле особняка все чисто. Как и договорились, «Ниву» вечером в гараж дамочек не загонял, чтобы не светиться, возле своего дома поставил, Дусенька контролировала. Всю ночь не спала, машину стерегла, в окно выглядывала, она у меня очень ответственная. А как утро наступило, задрыхла, даже к Крыське отказалась идти.

– Про Дусю отставить, – слегка улыбнулся подполковник.

– Вот так всегда, как про Крысю, так все с удовольствием, а как про мою собачечку, так отставить.

– Не выступай. Головкин, что у тебя?

– Мужики из нашей безопасности поехали в аэропорт встречать москвичей. Сёма следует за ними. Максим установил в его машине аппаратуру, чтобы слушать гостей.

Внезапно раздался легкий зуммер. – Вот и началось, – произнес Комаров, – Степан Иванович, вперед. Тот поднялся, нахлобучил старую кепку, нацепил круглые очки, одернул подержанный пиджак и вышел. Все приникли к монитору, на который передавалось изображение с камер наружного наблюдения.