Сержант О’Мэлли сидел за столом, изучая спортивный листок. На кого бы поставить?

Двое патрульных, Стоун и Флеминг, лениво развалились на деревянной скамье и тихонько переговаривались. Их смена начиналась в десять.

Наконец О’Мэлли определился с выбором, сложил газету и поднял глаза на подчиненных.

– Рассвет мне нравится. Пожалуй, поставлю на него.

– Выиграли что-нибудь сегодня, сержант? – спросил Флеминг.

– Ага. Ставил на Нагани. Шесть к одному. Дюк посоветовал.

– Он прямо кудесник, – сказал Стоун. – Наверное, кучу денег на скачках зашибает.

– Очень смышленый, – кивнул О’Мэлли. – Я в этом месяце пару сотен поднял, все на его подсказках. Мог бы и штуку заработать, да храбрости не хватило.

– Такой у него дар, – произнес Флеминг. – Мне бы его удачу.

– Удачу, говоришь? – Стоун утерся тыльной стороной ладони. – У Дюка мозги на месте. А если жокей знает, что Дюк поставил на его лошадку, то старается изо всех сил. Боится. Вот и вся удача.

Оба рассмеялись.

– Точно, он малый крутой, – сказал О’Мэлли.

– Есть новости по Тимсону, сержант? – поинтересовался Стоун.

О’Мэлли помотал головой:

– Делом занимается капитан. А я думаю, это подстава.

Патрульные переглянулись.

– Вы о чем? – спросил Флеминг.

– Каллен рассказал какую-то нелепицу, верно? Еще и волновался сверх меры.

– Считаете, тот парень себя не убивал? – уточнил Стоун.

– Спрашивайте капитана. Пусть он расскажет.

Снаружи взвизгнули тормоза. Мгновение спустя в участок влетел Тод Коррис – черный костюм, белая рубашка, желтый галстук. Невысокий, бледный, черты лица заостренные, на костлявом носу – очки в серебряной оправе.

– Доброго вам вечера, господин Коррис, – просиял О’Мэлли. – Чем могу служить?

– Для начала перестань лакейничать. Где Гэллахан?

– У себя, сэр. – О’Мэлли тяжело поерзал на стуле. – Желаете с ним побеседовать?

Не ответив, Коррис исчез в кабинете начальника полиции.

О’Мэлли взглянул на патрульных.

– Рано или поздно этот клоун проколется. Жду не дождусь. Поймаю – вот он у меня попляшет. – Лицо сержанта было красным от ярости.

Увидев Корриса, капитан поднялся из-за стола:

– Не ожидал. Что-то случилось?

– Пока нет. – Коррис пожал протянутую руку. – Но расслабляться не стоит.

Гэллахан указал на кресло.

– Сигару? – предложил он, пододвигая к нему коробку.

– Только не эти вонючки, – сказал Коррис. – Доставайте-ка особые.

Поморщившись, Гэллахан полез в ящик стола.

– Слишком много вы знаете о нашем участке, – сказал он, пытаясь отшутиться, и протянул гостю другую коробку.

Коррис взял сигару, откусил кончик белыми острыми зубами и сплюнул в угол. Закурил, пристально посмотрел на капитана.

– Ну, что слышно?

Гэллахан сел.

– Жду новостей от мистера Спейда, – настороженно сказал он. – Док говорит, что Тимсона убили.

– И?.. – Коррис выпустил тонкую струйку дыма. – Как он это выяснил?

– Убили ударом по голове, а горло перерезали через несколько часов после смерти. – Гэллахан заметно беспокоился.

– Вы же не станете принимать отчет доктора Гольдстина всерьез, верно? – спросил Коррис.

– Почему нет? – озадачился капитан. – Разве он не патологоанатом?

– Знаю. Но Тимсон покончил с собой. Именно так говорит мистер Спейд.

– Погодите… – Гэллахан подался вперед. – В отчете Гольдстин пишет…

– Отчет у вас? Дайте-ка взглянуть. – Коррис протянул руку.

Гэллахан выдвинул ящик стола, достал бумажную папку и передал ее гостю.

Коррис углубился в чтение. Десять минут капитан с волнением следил за ним, не двигаясь и не говоря ни слова.

– Да он рехнулся! – Коррис разорвал папку пополам, не сводя жестких глаз с озадаченного лица капитана.

– Что вы творите? – Гэллахан вскочил.

– Вы же не хотите, чтобы неверный отчет попал в чужие руки? – улыбнулся Коррис.

– Это не шуточки. Нельзя рвать документы.

– Вот вам компенсация. – Коррис бросил на стол листок бумаги.

Гэллахан взял листок, присмотрелся. Чек на его имя, подписан Коррисом. Пять тысяч долларов.

Мужчины обменялись взглядами, Гэллахан ухмыльнулся:

– Гольдстина придется подмазать. Он очень серьезно относится к работе.

Коррис стряхнул пепел на ковер.

– Передайте ему, что он ни черта не смыслит в своем деле. А если думает иначе, однажды ночью к нему зайдут. Почесать спинку… «розочкой». Это тоже передайте.

Гэллахан расстегнул воротник.

– Об этом я позабочусь, – проговорил он, убирая чек в карман.

– Уж что-что, а убийство вам точно не нужно, – продолжал Коррис. – Тем более первое убийство в городе. В следующем году выборы. С хорошим послужным списком вполне можно баллотироваться. Ну а если кто наложил на себя руки – к вам никаких претензий. Самоубийца сам виноват. Кстати, хорошее название для книги, не находите? – Коррис встал. – Ну, мне пора. Скоро зайду снова.

Мужчины обменялись рукопожатием.

– Насчет выборов вы правы, – задумчиво сказал Гэллахан. – Знаете, я всегда хотел пойти в политику. Но больно уж это дорого.

– Мы все устроим, – беспечно сказал Коррис. – Следите за статистикой, а выборы – наша забота. Но если Бентонвилль захлестнет волна преступности… – Гость сделал паузу. – Мистер Спейд может и передумать.

– Мистер Спейд действительно готов меня финансировать?

– Вы меня слышали. Особенно про статистику. Или у вас пробки в ушах?

– Превосходно, – сказал Гэллахан, потирая руки. – Спейд известен как человек слова, а разгула преступности у нас не ожидается. И раньше не было, и сейчас предпосылок нет.

– И не будет. Главное – правильно делайте свою часть работы. – Коррис тонко улыбнулся. – Хорошо. Расскажу начальству, как обстоят дела.

Он направился к двери, но вдруг остановился и оглянулся на капитана.

– Слышали о некоем Беллмане?

– Из «Ше Паре»? Конечно.

– Да, именно о нем.

– Не просто слышал. Мы хорошо знакомы.

– Он когда-нибудь делал пожертвования в ваш спортивный фонд?

– Нет… – Гэллахан мигнул. – Он не особенно интересуется спортом.

– Это точно. Знаете, что с ним случилось?

– Случилось? Что-то не так?

– Совершил самоубийство несколько часов назад. Может быть, Келлз стесняется ваших парней, потому и не рассказывает. Вы, конечно, знаете Келлза?

Гэллахан застыл на месте.

– Беллман? Самоубийство?

– По крайней мере, мне так сказали. Может быть, слух. Сами знаете, слухами земля полнится.

На столе Гэллахана затрезвонил телефон. Не сводя глаз с Корриса, капитан схватил трубку.

– Да? – Постоял, послушал. – Сейчас буду.

Коррис снова стряхнул пепел на ковер.

– Наверное, это был Келлз? – вежливо поинтересовался он.

– Келлз, – мрачно подтвердил Гэллахан. – Говорит, Беллмана убили. Зарезали, примерно час назад.

Коррис поцокал языком и вполголоса произнес:

– Нужно будет послать ему венок.

– Вижу, у вас хороший информатор. – Капитан продолжал смотреть на Корриса. – Как вы узнали?

– Это слова копа, а не будущего политика, – мягко упрекнул его Коррис.

Оба помолчали.

– Но Келлз говорит, что произошло убийство, – задумчиво сказал Гэллахан.

– Не удивлюсь, если ваш доктор с ним согласится. Ничего страшного, всем случается ошибаться. – Коррис неторопливо пошел к выходу. – Мистер Спейд уверен, что это самоубийство. Вы же знаете, кому верить, правда?

Он вышел и закрыл за собой дверь.

Гэллахан смотрел в одну точку, рот его подергивался, челюсть отвисла. Дверь отворилась, Коррис снова заглянул в кабинет.

– Кстати, капитан. Если вы недовольны своим патологоанатомом, гоните его в шею. Найдем вам нового.

Прежде чем Гэллахан ответил, Коррис вышел из участка, не обратив внимания на О’Мэлли, замершего в почтительной позе.