6 июля. 9 часов 45 минут утра.

Равена, сидя на своей кровати, смотрел на трех человек, стоявших напротив и опиравшихся на стену.

Лефти, Маленький Джое и Мальту с тех пор, как поверили в Равену и решили следовать за ним до конца, вели бедную жизнь. Но они не осуждали за это своего босса. По отношению к ним он был честен. Предложил быть его помощниками, и они согласились. Благодаря ему они не голодали. Порой им приходилось проводить кое-какие операции, не согласующиеся с уголовным кодексом. Тем не менее, жизнь их была нищенская, но точно также был нищ и сам Равена. Поэтому они терпеливо сносили лишения и продолжали верить ему.

Сейчас наступил, наконец, момент, когда он может сказать им, что их доверие к нему оправдалось. Он прекрасно знал, что они из себя представляют. В них давно уже не осталось ничего человеческого. Единственное, что их интересовало, — это деньги. И ни один из них не мог добыть их самостоятельно, без его организаторского таланта. И вот наступило время вознаградить их за терпение и преданность.

Равена окинул взглядом своих сообщников, наслаждаясь предстоящим триумфом.

— Итак, парни, — сказал он. — Я послал за вами потому, что есть приятные новости. Когда-то я говорил вам, что мы сумеем добиться своего. Помните?

Трио у стены слегка зашевелилось, продолжая смотреть и слушать с большим вниманием. Глаза у них были жесткие, а челюсти беспрерывно двигались, перемалывая резинку.

— Вернувшись в родные края, я хотел работать вместе с Мендеттой. Но он отказал мне в этом, мерзавец! И я поклялся ему отомстить. Вы верили в то, что мне повезет и долго этого ждали. Вы не сердились, делали то, что я вам говорил. И вот ваше ожидание вознаграждено.

Они продолжали молчать, ждали, что скажет он дальше.

— Мендетту хорошо охраняли, — продолжал Равена, делая ударение на прошедшем времени. — Пока он был жив, мы были бессильны. Теперь, когда он мертв, мы можем приступить к делу.

Троица вновь зашевелилась, выражая готовность выполнить любой приказ.

— Я уже виделся с Грентомом. От него можно не ждать истерик. Через день или два у меня появятся деньги. Мы возьмем дело в свои руки и реорганизуем его. Я буду по-прежнему руководить вами, а вы будете делать то, что я вам прикажу. Теперь у вас будет достаточно зеленых бумажек и золотых монет.

Мальту, низкорослый итальянец, с тяжелым насмешливым ртом и черными, налитыми кровью глазами, отлепился от стены, которую он подпирал.

— Вы много раз говорили нам, патрон, что встанете во главе дела, так оно и случилось! Но почему вы не поручили спустить Мендетту кому-нибудь из нас?

Равена укоризненно покачал головой.

— А кто тебе сказал, что его убил я?

Все трое обменялись взглядами и одновременно улыбнулись.

Равена встал.

— Не расходитесь, парни, — сказал он. — Мне необходимо поговорить с Грентомом, после чего я скажу вам, сколько будет получать каждый из вас.