– Все в сборе… – подытожил Московенко, оглядев свой небольшой отряд. – И мы дышим… – Он потянул воздух носом, словно желая удостовериться в правоте собственных слов. Дышалось легко*note 58, хотя окружающий воздух и имел какой-то необычный, резковато-пряный запах. – Значит, в этом Обира не ошиблась. Если так пойдет и дальше, наши шансы на благополучный исход, возможно, возрастут! – повеселевшим голосом закончил он. – Сверим часы – сейчас ровно восемь. Запомните: калитка домой откроется ровно через двенадцать и двадцать четыре часа, поэтому…

За спиной, возле почти полностью угасшего портала, раздался глухой удар и короткий стон. Люди стремительно обернулись, вскидывая оружие и готовясь увидеть там что угодно, любое воплощение таинственного врага, но только не… лежащего без сознания фельдфебеля Муделя (во время субпространственного прыжка он ухитрился выронить пистолет, который, покинув телепортационный канал на доли мгновения позже своего незадачливого хозяина, угодил ему прямо по затылку).

Первым опомнился Зельц: негромко щелкнул клапан раскрываемой кобуры, и рука капитана, чуть ли не против его воли, привычно обхватила ребристую рукоять. В следующую секунду ладонь Московенко властно легла на его запястье и вернула наполовину извлеченный наружу «парабеллум» обратно в кожаные недра кобуры:

– Нет, Ольгерт. Не знаю, откуда он тут взялся, но, думаю, это не выход…

Зельц с удивлением взглянул на расстегнутую кобуру и, испытывая стыд за свой неосознанный порыв, кивнул. Двое солдат подхватили Муделя под руки и утвердили в вертикальном положении. Несколько капель воды из фляги привели фельдфебеля в сознание – удивленно повертев головой, он разглядел наконец Зельца (несмотря на окончательно погасший портал, в коридоре не было слишком темно – слабый свет, казалось, исходил из самих стен) и просиял:

– О, господин капитан, как я рад, что успел! Мне очень стыдно за мою ошибку там, в городе, но, уверяю, здесь я вас не подведу!… А кстати, где мы находимся?..