Уэсли стоял в своем кабинете возле большого каменного камина. Лицом к нему, взволнованная и смущенная, сидела Джуди. Она все еще находилась под действием шока, вызванного ее открытием. Джуди последовала за ним в кабинет совершенно неспособная придумать, чем и как объяснить, зачем пряталась за шторами.

Он, хоть и казался спокойным, был странно бледен, несколько минут они оба молчали.

— Вы не должны думать, что я сержусь на вас, — вдруг сказал Уэсли, — не нужно бояться.

Она подняла на него взор. Его глаза непреодолимо приковывали к себе. Темные и блестящие, они, казалось, вобрали в себя всю его сущность.

— Очень важно, чтобы вы никому не говорили о моем зрении, — спокойно продолжал Уэсли. — Пока никто не должен знать, что я могу видеть, даже миссис Уэсли. Я не буду объяснять, почему, но хочу, чтобы вы пообещали никому не рассказывать об этом. Я могу на вас положиться?

Джуди была удивлена: она ожидала не просьбы, а допроса. В то же время она чувствовала к нему доверие.

— Да, да, — пообещала Джуди, — я ничего не скажу.

— Посмотрите на меня, Джуди, — проговорил он и, когда она встретилась с ним взглядом, продолжал: — Вы обещаете, не так ли? Это означает успех или поражение в моей работе. Это настолько важно, что трудно выразить словами.

"Ну что же, если это так важно, то я, видимо, смогу извлечь из этого какую-нибудь пользу, — подумала Джуди. — Может быть, поэтому он и не спросил меня, что я делала за шторой".

— Да, обещаю, — повторила она.

"Что значит — обещаю? Я посмотрю, как развернутся события, а там будет видно".

— Благодарю вас. — Он засунул руки в карманы. — Теперь давайте потолкуем о вас. Вы попали в беду, не так ли?

Она посмотрела в сторону, не отвечая.

— Послушайте, Джуди, вам лучше быть откровенной, я знаю о вас больше, чем вам кажется. Вы здесь с определенной целью, не так ли?

Она почувствовала, что изменилась в лице. Как он об этом узнал, что еще ему известно?

— С определенной целью? — бесцветным голосом спросила она. — Что вы хотите этим сказать?

— Вот почитайте, это пришло вчера, — он вытащил из кармана бумажку и протянул ей.

Она посмотрела на написанное и похолодела. Хьюард! Он написал Уэсли. Записка была краткой.

"Дорогой сэр!

Будьте осторожны. Гарри Глеб — вор по мехам. Джуди Холланд и Глеб — друзья. Если вы за ними не присмотрите, то потеряете ваши меха. Друг"-

Старая сволочь сказала, что рассчитается с ней. Он, вероятно, выследил ее.

— Верно, что вы и тот парень, Глеб, охотитесь за мехами? — спокойно спросил Уэсли.

Она немного поколебалась, потом решила рассказать ему правду. Он хочет, чтобы она хранила тайну.

Вряд ли он ей что-нибудь сделает. После того как эта гадина, Тео, угрожал ей, она выдаст их без всяких сожалений. Это ее единственный шанс освободиться от них.

— Они заставили меня! — крикнула она и вытащила носовой платок, притворяясь, будто плачет. — Вы не знаете, какие они. Они избили меня. Я не хотела этого делать.

Уэсли сел.

— Не расстраивайтесь. Давайте начнем сначала. Кто написал эту записку?

— Сэм Хьюард. Я… Я у него работала. У него кафе на Хаммер-стрит. Я знала, что его кафе место встречи воров, но думала, что смогу держаться от них в стороне. Мне так нужны были деньги, я никогда не знала никаких радостей. Вы не знаете, что такое быть бедной. Всю жизнь мне приходилось обходиться без того, чего мне хотелось.

Наступила долгая пауза, потом Уэсли сказал:

— Вы не должны продолжать такую жизнь. Если я смогу вам чем-то помочь, то помогу, но вначале я должен знать все детали. Вы встретили этого парня, Глеба, в кафе?

— Да, — ответила Джуди и рассказала ему печальную историю о том, как Гарри заставил ее полюбить себя, как обещал жениться на ней, как раздобыл ей место горничной у Бланш и как Тео приходил сюда в квартиру. Она ничего не утаила. — Я знаю, что не должна была приходить сюда, — закончила Джуди, вытирая глаза. Она сидела, чуть отвернувшись, не показывая хозяину, что слезы ее притворны. — Я не догадывалась, что они задумали, пока не увидела сейф. А потом, когда я решила уйти, явился этот ужасный Тео и избил меня. Он угрожал мне купоросом.

Уэсли слушал ее, не перебивая, и, когда она смолкла, закурил сигарету.

— Не стоит беспокоиться, — сказал он и улыбнулся. — Мы найдем выход. Ну а теперь уже много времени. Не знаю как вы, а я проголодался. Вы не закажете в ресторане ужин на двоих? Разговор продолжим за едой. — Он встал и подошел к шкафу для коктейлей. — И вам непременно нужно выпить. Ни к чему быть несчастной. Я рад, что вы рассказали мне всю историю. Я думаю, что вы вообще в ней не виноваты. — Смешивая два коктейля, он продолжал: — Это Глеб был с вами, когда я увидел вас?

Она вспыхнула.

— Я… Я не думала, что вы можете меня видеть. Мне так стыдно, что я взяла чужое…

— Вы были очень красивы, Джуди, — сказал он ей и протянул бокал. — На днях вы снова должны быть одеты во что-нибудь красивое, но на этот раз для меня.

Джуди посмотрела удивленно, не ожидая от него ничего подобного.

— Это был Глеб?

— Да.

— Хорошо. А теперь идите, берите свой бокал. Я хочу все обдумать.

Когда Джуди звонила в ресторан, заказывая ужин на две персоны, ум ее был в смятении. Она вошла в свою комнату и надела ярко-красный шарфик и красный пояс, чтобы оживить свое темное платье. Взглянув в зеркало, увидела юное очаровательное личико, которое ей очень понравилось.

Пока она будет так выглядеть, то может на многое надеяться, сказала Джуди себе.

Вернувшись на кухню, допила коктейль, и это ее подбодрило. Дело оборачивалось даже лучше, чем она предполагала. Он видел, как великолепно она выглядела в платье Бланш, и запомнил это. "На днях вы должны будете одеться во что-нибудь красивое, — сказал он, — на этот раз для меня".

"Он интересуется мною, — думала она, — если я буду действовать осторожно и приму в его делах деятельное участие, возможно, тогда смогу просить его о чем угодно. Нет ничего, чего бы он не смог для меня сделать, если захочет. У него куча денег, и он найдет способ избавиться от этой француженки и от Тео. И потом еще Гарри. Я никогда не прощу ему, что он напустил на меня эту гадину. Он должен был знать. Я заставлю его заплатить за это. Теперь он мне не нужен, а с Уэсли я в безопасности".

Внося в комнату подносы с едой, она нашла его расхаживающим с заложенными за спину руками. Она еще не привыкла видеть его без очков и почувствовала тревогу.

— Все готово? — спросил он, принимая у нее один из подносов. — Вид аппетитный, не так ли? Садитесь там, где я могу вас видеть.

Они сели за стол друг против друга. Под его дружелюбным взглядом ее тревожное чувство постепенно угасло.

— Мы не будем говорить о делах до тех пор, пока не покончим с едой. Проблема не так сложна, как вам это представляется, но мы займемся ею позже. Больше вы не будете чувствовать себя несчастной.

— Спасибо, — ответила Джуди, больше не чувствовавшая себя несчастной, ей хотелось видеть его реакцию. — Но мне не следовало бы здесь находиться. Если миссис Уэсли… — Она увидела, как посуровело его лицо.

— Она не имеет права жаловаться, — резко возразил он. — Она лишила себя этого права своим поведением. Вы видели, что она делала?

— Да, я сочла это ужасным.

— Тогда давайте не будем о ней говорить, — сказал Уэсли. — Я смешаю вам еще один коктейль.

Наступило неловкое молчание, пока, улыбаясь, он смешивал коктейль. Но Джуди казалось, что он снова обрел спокойствие.

— Я рад, что все так получилось, Джуди. Я был одинок, слишком одинок. А сейчас мне очень хорошо. Я так давно не ужинал с хорошенькой девушкой.

Джуди насторожилась. Она не ожидала, что он возьмется за дело так скоро.

— Я думал над тем, что вы сказали, — продолжал он, будто не заметив ее удивления. — О том, что вы были лишены развлечений, удовольствий. Скажите мне, Джуди, что вы, собственно, подразумеваете под удовольствиями?

— Делать то, что хочешь, — не раздумывая, ответила она.

— А что вы хотите делать?

Без малейшего колебания она объяснила:

— Покупать красивые вещи. Танцевать, посещать лучшие рестораны, иметь машину и тому подобное.

Он рассмеялся:

— Милая Джуди, вы мыслите странными категориями. Что пользы от всего этого? Это примитив. Куда больше удовлетворения могут принести такие простые вещи, как книги, сад, прогулка, музыка.

"Вот тут-то ты и ошибаешься", — подумала Джуди. Ему же она ответила:

— Если бы у меня были деньги, я смогла бы приятно проводить время.

— Ну что ж, посмотрим, — несколько загадочно промолвил он и начал задавать вопросы о кафе, внимательно слушая о его посетителях.

К концу ужина ей стало с ним совсем легко.

— Хорошо, Джуди. — Уэсли встал. — Давайте избавимся от этой посуды и побеседуем. — Он взглянул на каминные часы. — Я не смогу уделить вам много времени. Прежде чем лечь, я должен выполнить массу дел.

Когда она отнесла подносы на кухню и вернулась, он придвинул к ней кресло, а сам стал у камина, прислонившись и внимательно глядя на нее.

— Есть только один выход, — спокойно сказал он, — мы должны пойти в полицию.

— О нет! — воскликнула она, сразу же воспротивившись этому. — Мы не должны этого делать.

— Потому что вы боитесь банды? Я могу это понять, Джуди, но другого выхода нет. Мы должны устроить им ловушку, поймать их всех, и тогда вы будете спасены. А без помощи полиции нам не обойтись.

— А что, если они узнают? — содрогнувшись, спросила Джуди. — А что, если Тео удастся уйти?

— Мы должны сделать все, чтобы они не узнали и не ушли. Повидайтесь с ними в среду и расскажите им, как открывается сейф. Я вам все покажу, так что вы будете знать и сумеете сами проделать всю процедуру. Мы поймаем их на месте преступления. Завтра я схожу в полицию. Если Глеб захочет, чтобы вы приняли непосредственное участие в краже, вы должны будете это сделать… У него не должно быть ни малейшего подозрения в том, что вы его подстерегаете. С вами все будет в порядке, я за этим прослежу. — Он говорил так уверенно, что к Джуди вернулось мужество.

— Но если со мной ничего не случится, они поймут, что я их предала, — с тревогой сказала Джуди.

— Тогда для них уже будет слишком поздно что-либо предпринимать. Послушайте, Джуди, это же единственная возможность спасти вас, как вы этого не понимаете.

— Да, — неохотно согласилась девушка.

— Отлично. Ведите себя как ни в чем не бывало. Повидайте в среду Глеба и попытайтесь разузнать, когда он намерен обокрасть сейф. Это крайне важно. Мы будем готовы его встретить. Вы сможете пройти через это?

— Думаю, да, — ответила она, вспоминая о Тео. Но голос ее был лишен убежденности.

Он посмотрел на нее долгим взглядом.

— Вы думали о том, что будет с вами, когда все будет кончено?

— Я, право, не знаю. Не думала. Я не знаю, что буду делать.

— Не стоит беспокоиться, — сказал он, — если позволите, я намерен кое-что для вас сделать. Я хочу дать вам возможность проверить, отвечает ли вашим представлениям об удовольствии действительность. — Он засунул руки в карманы, продолжая смотреть на нее испытующим взглядом. — Я был женат в течение шести лет, Джуди, за это время не знал ни нежности, ни любви. Три года я был слепым. Жизнь была жестока ко мне. Но теперь, когда вернулось утраченное зрение, я собираюсь все изменить. Вы прелестны. Я устал без женской ласки. Мне нужен кто-то вроде вас. Извините меня, если я чересчур прям. Вы понимаете, о чем я говорю?

Она едва верила своим ушам и молча смотрела на него, заливаясь краской.

— Я никогда снова не женюсь, — продолжал он. — Но я мог бы дать вам безопасность, собственный дом и платить тысячу в год. Я не стану вам особенно надоедать и уверен, что мы сделали бы друг друга счастливыми.

Она поверила, что он говорит серьезно.

Собственный дом! Тысяча в год!

Она мгновенно сообразила, что это плата за молчание. Он предлагал ее в обмен на обещание, что она никому не расскажет о его появившейся способности видеть. Пусть так, но она все равно обрадовалась. Ведь это было то, о чем она мечтала и что считала несбыточным. Она с трудом сдерживалась, чтобы не выдать охватившего ее восторга.

— Обдумывайте все, Джуди, — тем временем говорил Уэсли. — Времени достаточно. Вначале нам нужно покончить с другими делами, но я решил о своем замысле сообщить вам заранее. Едва лишь увидев вас, я стал думать об этом.

"Нет. Он лжет, — догадалась Джуди, — но что мне за дело? Если ему нужно мое молчание, пусть платит за него".

— Я… Я не знаю, что сказать, — начала она.

Уэсли знаком остановил ее:

— Тогда не говорите. Обдумайте все. Я поговорю с вами еще раз, когда все будет кончено. Но я хотел, чтобы вы знали: я займусь вашей судьбой, если вы этого хотите. А теперь идите, Джуди, мне нужно поработать.

Жаль, что он подходил к вопросу так прозаически. Если бы он демонстрировал любовь, все было бы гораздо проще. Но он был так спокоен, отстранен и хладнокровен, что она пришла в замешательство. Будто считая, что, покупая ее, не стоит и заботиться хотя бы о видимости чувств. Джуди ушла с облегчением.