Бетти Клеменс, секретарь рекламного агентства, выглянула из-за полированного письменного стола орехового дерева.

Она была южанкой с голубыми глазами и ярко-рыжими волосами.

Бетти, по мнению Кэлворта, была рождена для лучшей доли.

— О, мистер Кэлворт, бедняжка! — воскликнула она. — Надеюсь, вы чувствуете себя лучше?

— Салют, Бетти, — сказал Кэлворт. — Скучала без меня?

— Легко сказать, мистер Кэлворт. Без вас здесь так скучно, все так пусто и одиноко.

— Ты моя прелесть. Ты всегда знаешь, чем согреть одинокую душу.

— Вы душка, мистер Кэлворт.

— Спасибо, цыпленок.

Кэлворт направился в свой кабинет.

— Да, мистер Кэлворт!

Он остановился и обернулся.

— Совсем забыла. Кто-то приходил к вам часов в девять. Назвался мистером… — она беспомощно развела руками. — Надо же, подумать только, забыла совсем простое имя. Он сказал, что он ваш старый друг.

— Он в моем кабинете?

— Да, по всяком случае, я так думаю. Я разрешила ему пройти.

— Разрешила или предложила?

— Я не знала, когда вы вернетесь, а он назвался вашим старым другом и попросил разрешения подождать в кабинете. Вот я и предложила ему пройти.

У себя в кабинете Кэлворт застал полный беспорядок. Все бумаги на письменном столе были разбросаны.

Кабинет оказался пуст. Кэлворт быстро просмотрел почту: конверт, который он накануне сам себе послал, отсутствовал.

Сняв пальто и шляпу, он вернулся в приемную.

— У меня никого в кабинете нет, — сказал он Бетти. — Скажи, тот, кто назвался моим другом, был высокий и с короткой стрижкой?

— Да, да, точно! Он похож на одного паренька из моего города. Его звали Эзра Вудхоуз. Помню, он играл в футбол за "Тулон"… Интересно, я даже не заметила, как он ушел.

— Ладно, ничего страшного.

— Вы так говорите, потому что вы добрый, мистер Кэлворт.

Она улыбнулась.

— Наверное, в тот момент, когда он выходил, я повернулась спиной.

— Твоей вины здесь нет, крошка. Он вообще как "летучий голландец".

Глаза ее широко раскрылись.

— Да, да, похоже, что он фокусник. Вот он здесь, а вот его нет!

— Мистер Мейер у себя?

— Конечно.

Кэлворт зашел в административный отсек и направился в кабинет Чарльза Мейера. По дороге он поздоровался с Молли Фэрз.

Молли подняла голову.

— А, наш больной!

Через открытую дверь кабинета Кэлворт слышал, как шеф разговаривал с кем-то по телефону.

— Что, важный разговор? — спросил он Молли и кивнул на кабинет.

— По-моему, ничего серьезного, зайди.

Кэлворт вошел в кабинет и сел в огромное кресло, стоявшее возле письменного стола Мейера. Тот как раз закончил разговор, положил трубку и пробормотал:

— Здравствуй, Гарри, — и тут же углубился в чтение какой-то бумаги, лежавшей на столе.

— Извини, Чарли, я тут несколько дней не выходил на работу, — сказал Кэлворт.

Мейер удивленно взглянул на него.

— Л я даже не заметил, что тебя не было, Гарри.

— Опять болело горло… — промямлил Кэлворт, но тут же оборвал себя и твердо сказал: — К черту все это. Чарли! Просто пьянствовал все это время.

Мейер перестал рыться в бумагах. Он посмотрел пристально на Кэлворта.

— Гарри, я не буду тебе читать выдержки из статистических сообщений о том, что женщин на свете намного больше, чем хороших должностей. Улавливаешь?

Кэлворт не ответил, он искал в это время сигареты в кармане.

Мейер продолжал:

— Я скажу тебе проще. Куда легче найти другую жену, чем работу, которую ты у меня имеешь.

Кэлворт поднялся.

— Это все, Чарли?

Мейер смущенно добавил:

— Нс сердись, Гарри. Разве я тебя чем-нибудь обидел?

— Нисколько… Я пойду к себе, если ты не возражаешь?

— Скажу только еще одно. Возможно, это простое совладение, но заметь… да ты и сам знаешь. Когда я стал получать хороший доход? После того, как от меня ушла жена. Вот я тогда-то и понял: женщин куда больше, чем карьер. Тогда я стал зашибать деньги.

— Хорошо, Чарли, я все понял. Ты влил в меня новы? поток энергии. Спасибо, я буду у себя.

— Вот и хорошо. Знаешь, Гарри, давай позавтракаем вместе. Мне надо поговорить с тобой. Из чисто эгоистических соображений. Хочу попробовать спасти тебя от себя самого.

Кэлворт вернулся в свой кабинет. В 12.00 позвонил Мейер и сказал, что совместный ленч придется отменить, и извинился.

— Все сорвалось из-за этого Дайсона. С ним мне нужно очень срочно поговорить. Он возвращается на побережье во второй половине дня.

— Ничего, я переживу, — ответил Кэлворт.

— Молодец, а как насчет обеда?

— Я уже приглашен на обед, Чарли.

— Жаль, — сказал Мейер. — Тогда перенесем нашу беседу на понедельник.

В час Кэлворт послал за сандвичами и кофе. Держа бутерброд в одной руке, а чашку кофе в другой, он повернулся в кресле и стал через окно смотреть на город, на это скопление гигантских коробок, как деревьев-великанов в гротескном лесу. Город символизировался у него с Грейс. Это был их город, их квартира, их рестораны, куда они вместе ходили, их театры, улицы, по которым они бродили, наполненные близостью разделенной любви.

Теперь все в нем переменилось: он без Грейс, пейзаж поблек, все дорогое и близкое стало чужим и безликим.

Прошло уже пять или шесть недель, он не помнил точно, с тех пор, как она ушла…

Говорят, что время — великий исцелитель и что во всем есть какой-то внутренний смысл…

Стоит ли так печалиться? Ведь не будь их разрыва, он бы не повстречался с Люси Бостон. Он почувствовал неожиданное движение внутри себя, кровь заиграла в жилах. Его предложение обменять расписку на поцелуй было неожиданным для нею самого импульсивным порывом. В эти последние несколько дней у него было много таких необдуманных поступков — он не раскаивался.

Л этот поцелуй! Он даже вздрогнул в кресле и улыбнулся. Должно быть, у него был глупый и растерянный вид, как у школьника, которого вдруг поцеловала красивая молодая девушка. Он все еще чувствовал прикосновение ее губ, мягкое и нежное, и пленительный аромат ее волос… А ведь он знал ее всего лишь два дня, две скоротечные встречи, три телефонных звонка… И единственное, что он узнал о ней, было не в ее пользу…

Ее имя каким-то непостижимым образом переплетено с такими личностями, как Гастингс, Плейер, Род…

Влюбиться в нее даже при нормальном стечении обстоятельств было нелепо, но при таких порочащих связях — просто абсурдно. В худшем случае, она полностью увязла в грехах этой компании и разделяла всю меру ответственности как равноправная соучастница, в лучшем случае — она простая авантюристка. Это старомодное слово заставило его улыбнуться.

Ист, на эту удочку он не попадется, даже в его положении. Голову он еще не потерял. Нельзя сказать, чтобы Грейс к нему плохо относилась, если не считать эту измену, по он не станет бросаться из огня да в полымя из-за этого. Грейс преподнесла ему хороший урок в любви.

Настоящий мужчина не должен дважды совершать одну и ту же ошибку.

Он с грустью уставился в чашку с кофе, как будто надеялся на дне се, и кофейной гуще, увидеть свое отражение.

Он встал из-за стола и выкинул остатки завтрака в корзину для бумаг, а сам сел за стол и погрузился в работу.