Был один пастух, который подошел к горе Амирани и увидел, что вход в гору открыт. Подозвал Амирани пастуха к себе. Тот испугался:

— Не могу, — говорит. (Глаза-то у Амирани большие.)

— Не бойся, подойди, — говорит Амирани. Пастух осмелел и подошел. Говорит ему Амирани:

— Поглядим-ка ваш хлеб, какой он у вас?

Сжал он рукою хлеб, и пролилась кровь из того хлеба. Сказал Амирани тогда:

— Кровавый хлеб вы едите, — и добавил: — Подай-ка, вот тут мой хлеб лежит.

Как сжал он свой хлеб рукой, полилось из него молоко.

— Молочным хлебом живу я, — сказал Амирани. — А ну, теперь мой меч пододвинь мне. Там лежит мой меч, а я здесь прикован цепью.

Ничего не нашел пастух, чтобы подвязать к мечу и так притянуть его к Амирани.

— Ты сам ухватись.

Схватился за меч пастух, а Амирани стал тащить пастуха. Заболели руки у пастуха. Тогда Амирани говорит ему:

А ну, пойди домой, принеси мне лямки из бычьей кожи. Коли заговорит с тобой женщина, не отвечай ей ни слова — не то закроются двери моей темницы.

Пошел пастух за лямками. Снял их со стены у себя дома. Не хочет ни с кем говорить, да жена погналась за ним:

— Куда идешь? Зачем несешь? Почему молчишь?

— До чего ты надоела мне, женщина! — не стерпел наконец пастух.

И тотчас же закрылась та гора. Как подошел он к ней, увидел, что закрылась гора. Так и остался Амирани прикованным. Говорят, если разорвет он цепи, пойдет по земле и всех женщин перебьет. Сердит он, говорят, на них. Да кто знает, на кого он сердит! Так и прикован цепями он под горой.