Нападали на нас осетины в старину. Собирались отрядом и нападали на села. Сегодня — на село Архвати, завтра — па Млету, послезавтра — на Сетурни...[547].
Куда придут они, должны им белого бычка зарезать, навар из костей сварить, пивом напоить. А кроме того, — "мартебули"[548] называли — девушку или молодую женщину должны были им привести. Ночью уложить с ними для забавы.
Должны были принимать их по жребию. И вот выпал жребий роду Бурдули. Башня была у них, говорят, высокая. Было их девять братьев, и имели они одну сестру. Плачет, оказывается, та девушка: "Обесчестят меня! Куда же я денусь потом? Не жить мне, порешу я себя".
— Все девять братьев поляжем, но ее не отдадим на поругание.
Сплели они ласти[549], укрепили над ямой, которую вырыли в доме. Зарезали быка, устроили пир осетинам. Тут потребовали они "мартебули"...
— Отдохните пока. Девушка она, стыдится. Как стемнеет, заведем ее к вам.
Прилегли они, пьяные, уснули в ожидании девушки. Тут обрубили братья ласти. Посыпались в яму враги. Навалились на них вдевятером и искрошили их, как начинку для када[550]. Кинжалами изрубили их.
Как узнали об этом остальные мтиульцы — опечалились. Испугались, бросились все к Бурдули в гневе.
— Что же нам делать теперь? Придет вражье войско и предадут огню весь наш край!
Бурдули заперлись в своей башне. Наконец нашелся умный человек, сказал мтиульцам:
— Дайте срок братьям Бурдули. Коли это они свершили, и другое надумают что-либо.
Потом, как в обычае у нас, в чохе с опущенными полами[551] пошли к башне Бурдули двое из мтиульцев. Один из них Мидел аури был родом.
— Не ссориться пришли — поговорить хотим.
Сказали им девять братьев тогда:
— Помогите нам, сделайте по-нашему, — и навсегда избавимся от врагов.
Возле деревни Сакурианти вырыли сообща большой ров — на Дидвели[552] и сейчас видны его следы. Повбивали колья на его дно, перекрыли тонким ласти, нарезали дерна и заложили сверху.
В то время прослышали осетины о гибели своих братьев, собрались все.
В Осетии собирается войско, Салми его возглавляет,
Перейдем в Мтиулети, в Нагвареви[553] нагрянем,
Выберем себе девушек и женщин, Салми их преподнесем.
Вся Мтиулети собралась в долине Дидвели. Ждут врага, хотят встретить его. Пришли осетины и увидели мтиульское войско. Летят осетины на лошадях и прямо в ров падают, гибнут на кольях.
Собралось мтиульское войско, железом одели тела,
Из семи тысяч человек семерых отпустили мы домой:
"Возвращайтесь, несите домой весть о гибели вашего войска".
Стали думать мтиульцы: как вознаградить тех девять братьев, что освободили страну от врага?
Бурдули сами потребовали, сказывают:
— Пусть мы будем слугами святыни Ломиси[554], пусть из нашего рода будут деканози. (И сегодня так это, и доход от празднеств весь им принадлежит.)
Этим и одарили их на все времена. И еще одарили их сверх того. Решили: "Человек из рода Бурдули к столу неззаным может являться и девушку любую в жены выбрать".
В старину ведь много мучений было со сватовством: три года должны были ходить сваты. Деканози и весь род должны были принять в этом участие. А для Бурдули отказа не было. Немедля должны были дать согласие.
Громкое было имя у рода Бурдули. И жертвенную скотину мы резали всегда. Приглашали нас. Коли не Бурдули, не мог зарезать жертвенную скотину никто.