( № 24. [571 (текст из фиджийской газеты "Na Mata", 1885), 1885, о-в Мбенга, с англ.

См. сходный текст в [18, № 94]; ср. здесь № 23.)

Один вождь, это был Туи Нгуалита[64] отправился на острой Моли-ваи. Там он увидел у берега небольшую ямку, в которой, видно, водились угри, и принялся раскапывать ее. Запустил туда руку, но не мог ничего найти. Как он ни старался, ничего у него не выходило; он все искал и искал и наконец нащупал кусок тапы. Отбросив его, он снова сунул руку в углубление и ухватил еще кусок тапы. В оба эти куска явно заворачивали младенца. Тут Туи Нгуалита воскликнул:

— Да это, верно, пещера младенцев! Ну да ничего, пусть это хоть дитя, хоть дух, хоть какое-то неведомое существо, — я все равно возьму его к себе, и это будет моим намбу

(2 Намбу — "плата за рассказ", нечто ценное или необычное, отдаваемое человеку, чьим ремеслом является рассказывание нерутинных историй (чаще всего преданий) в общинном мужском доме или на РаРа. Нередко поднесение намбу означает заказ на новое повествование.).

Он принялся раскапывать ямку с удвоенной силой и наконец, расширив ее, коснулся человеческой руки. Еще немного — и у него под рукой оказалась чья-то голова и шея. Тогда он крепко схватил этого человека за руку и вытащил его. Тот, кого он извлек на свет, поприветствовал его, как подобает приветствовать вождя, и сказал:

— О благородный Туи Нгуалита, мой благородный вождь, пощади меня, и я буду твоим духом во всех сражениях. Я сам вождь, и мне подчиняются жители Моли-ваи. Я — Туи Моли-ваи.

На это Туи Нгуалита отвечал ему:

— Я из явусы иви-ла-на-ката. У нас было страшное сражение, и в нем уцелел я один. Живу я на Мбенга, и это такой маленький остров, что в помощь мне никто не нужен.

Тот снова стал умолять его:

— Возьми меня в свои духи, покровительствующие метанию дротика.

— Я лучший из метателей дротика и побиваю на состязании всех, кто борется со мной.

— Давай я буду охранять твои богатства.

— Нет, мне достает того, что я получаю с Кандаву, — они посылают мне тапу.

— Давай я буду помогать тебе в твоих плаваниях.

— Я живу на суше, и дерево Ву-ни-драу дает мне все, что нужно, и я ненавижу выходить в открытый океан в лодке. А в поселке моем стоит огромный камень, и люди называют его лодкой жителей Савау[65].

Тот снова принялся молить вождя:

— Я буду твоим покровителем в любовных делах, и все женщины Мбенга станут твоими.

Туи Нгуалита отвечал:

— Мне достаточно одной женщины, ведь я не великий вождь.

— Позволь мне еще одно сказать тебе, — попросил Туи Моли-ваи.

— Говори!

— Если у тебя в селении много масаве[66], пусть приготовят все и запекут нас в этом масаве, а через четыре дня откроют печь и вынут нас.

На следующее утро они пошли туда. Люди приготовили огромную печь, в которую им надлежало войти.

Когда все было сделано, Туи Моли-ваи вошел в печь первым и позвал Туи Нгуалита. Тот сказал:

— Может, ты обманываешь меня, и я погибну в этой печи.

— Нет! -сказал Туи Моли-ваи. — Неужели ты думаешь, что я отплачу смертью за жизнь, которую ты готов сохранить мне?

И Туи Нгуалита послушался, спустился в печь, встал на раскаленные камни — и они совершенно не обожгли его ног. Тогда он сказал:

— Туи Моли-ваи, твоя жизнь спасена. Но лучше нам не оставаться в этой печи так долго, ведь кому из моих будет дело до того, сколько времени провел я здесь.

На это Туи Моли-ваи сказал:

— Твои потомки будут жить повсюду на Фиджи и Тонга, и мои обещания для них тоже сохранят свою силу: все они будут ходить по огню и входить с легкостью в земляные печи.

И вскоре жители Воло (5 Один из поселков, подчиненных Нгуалита: жители Воло обязаны были приносить жителям вождеского поселка дары.) приготовили огромную земляную печь с масаве, он с легкостью вошел в нее, и все были потрясены этим.