( № 10. Перевод с восточнофиджийского по [97]. Место записи — о-в Вити-леву, середина XIX в. (Дж. Уотерхаус указывает, что меке сложено в конце XVIII — начале XIX в.).
Для понимания текста существенно, что он рассчитан на нескольких исполнителей (это отличает его от предшествующих приведенных здесь меке, существенно редуцированных).
Предыстория и сюжет меке таковы. У вождя Рева было несколько жен, и одну из них, уроженку о-ва Кандаву, он особенно любил. У нее было два сына, Меола и Коро-и-тама (которого называли также Мата-и-тини, "младший"). Когда у вождя появилась новая жена, мбауанка, которой он начал отдавать явное предпочтение, женщина с Кандаву почувствовала себя покинутой и затаила обиду. Она начала настраивать сыновей — сначала против мбауанки и ее детей, а потом и против отца. Коро-и-тама рос в постоянных конфликтах с отцом и в конце концов, уже молодым человеком, был изгнан из главного поселка Рева, а затем и из самого вождества. Некоторое время молодой вождь скитался, затем осел на родине матери, но по просьбе своего сводпого брата Мази-ни-ваи был возвращеп в Рева. Здесь, однако, его ждала участь, не достойная высокого вождя (ср. в тексте "В Рева я вечный пленник"). Поводом для очередной ссоры с отцом стали сборы в военный поход на о-в Кандаву: было объявлено, что Коро-и-тама не участвует в походе, а остается охранять поселок вождя. Молодой вождь решил убить отца. Была приготовлена особая палица. В день нападения Коро-и-тама поджег навес для лодок, чем привлек внимание высокого вождя — тот вышел из дома посмотреть, в чем дело, и тут сын подкрался сзади и ранил его. Думая, что отец убит, Коро-и-тама намеревался остаться в поселке, но один из вождей посоветовал ему бежать. Он был принят в Токатока, где его собирались провозгласить главным вождем (ср. в тексте слова Сезаке). Узнав же, что его отец жив, местные вожди отказались от своего решения. Было задумано убить Коро-и-тама. Смертельно раненный, он бежал из Токатока, достиг На-кело, где и был убит. Отец его умер через несколько дней.)
I
Плачет и плачет Меола:
"Мой господин благородный,
Умрешь ты достойно, со славой,
Умрешь за своих, опальных".
Медлит с ответом, но все же
(1 Далее следуют слова Коро-и-тама.)
"Меола, вождь благородный,
Двое нас, Томба рожденных.
Ты — матери сын любимый,
Я — матери сын погибший.
Ждет меня палица злая.
Нет от вождя покоя:
Теснит меня, изгоняет.
Было мне в Ра укрытье —
Недолго, опять опала.
Был мне приют на Мбенга —
Недолго, опять опала.
Смерть ждала на Кандаву,
Когда б не Маза-ни-ваи,
Спаситель, укрывший в Рева.
Но в Рева я вечный пленник,
Изнывший на суше без лодки,-
Муку терплю, и нет силы
Больше страдать на суше.
В зарослях Куру-ки-ланги
От века растет ноконоко —
(2 Ноконоко — фиджийское название железного дерева.)
Оно мне палицей станет!"
Призван Коро-ву-эта:
(3 Коро-и-тама вызывает искусного мастера.)
"Из ноконоко вырежь
Палицу, да покрепче,
Чтоб далеко летела,
Чтоб из засады била".
Вот уж я в Нуку-зангина,
(4 Коро-и-тама.)
Над палицей в дальнем покое
Склонился, ее натираю.
Увидят в ближнем покое
Палицу — меньшие в страхе:
"Вождю — умереть сегодня".
Лодкам не выйти в море:
Навесы огнем объяты.
Опоясанный тапой,
С РаРа зовет правитель:
(5 Отец Коро-и-тама.)
"Коро-и-тама! Лодки
Нам сбереги от пожара,
Пусть доживут до мира.
Навес же новый поставим!"
Неслышно я подбираюсь,
(6 Коро-и-тама.)
Крадусь, у черты замираю,
И вверх оружье взмывает,
Вверх над вождя головою.
Взмывает первым ударом,
Вторым ударом взлетает —
Падает вождь высокий.
II
Я ранил его, я ранил!
Но — поднимается снова,
Я же — в Мбуреку, что в Рева.
Нет мне в Рева спасенья:
"Прочь из Рева, Коро-и-тама!"
Спешу к берегам На-сали.
Там дом, Мбуту-раки назван.
Вхожу — разбегаются бабы,
Зовут Мбати-вуака.
"Не дашь ли немного маси,
Одеться, иду в Токатока.
Иду безоружный, раздетый,
(7 Мбати-вуака отказывает Коро-и-тама в помощи.)
Войско чужое миную".
Они: "Одинок, как месяц,
(8 Сравнение с месяцем многозначно: воинов поражает и необычное одиночество путника (путешествовали всегда группами, так безопаснее), и его светлая кожа, свидетельствующая о его знатности.)
Духа злого страшнее!"
Уходит прочь, покидает
(9 В этом отрывке повествование ведется от лица рассказчика.)
Злую, чужую землю,
Проходит Туа-ни-нгио,
Минует Мбуре-мба-санга.
Вот уж На-суэ-кау,
Виден уже Нуку-толу —
В доме своем Сезаке:
(10 Один из вождей Токатока.)
"Кто идет по дороге?"
(Не знает, что Коро-и-тама).
"Стань нам вождем высоким,
Крепость сейчас же поставим!"
А в Рева вожди решили:
"Пусть сгинет Мата-и-тини!"
Настигло меня в Токатока
(11 Коро-и-тама. Здесь повествование вновь ведется от лица Коро-и-тама.)
Оружье жестокое вражье.
Чуть жив, и высокие волны
Меня к берегам Савани
Несут — умирать в Кати-куа.
Поверженный в час отлива,
Волнам безучастным предан —
То топят, то вверх выносят.
И путь мой назавтра — в Рева,
Из Друса волнам жестоким
Меня уносить в безмолвье,
Горюют все в Ву-ни-моли.
Вокили, бездонное море
(12 Советник Коро-и-тама.)
(13 Плач моря может означать, что Коро-и-тама находился под покровительством духов моря, которые теперь горюют по нему.)
Пусть плачет и вторит громко
Ему причитанье в доме.
Жена, над тобой, усопшей,
Никто уже не заплачет,
Нет у тебя ни дома,
Нет ни пищи насущной,
Ни помощницы верной.
Уходит дух, уходить не хочет.
Прочь уходит, в За-кау-ява.
(14 За-кау-ява — местность на западе Рева, откуда, по поверью, распространенному в Рева, духи героев отправляются в подводный мир.)
(15 Нгеи — жена Коро-и-тама)
Нгеи рыдает в доме,
Пучина бездонная плачет:
"Дитя с неведомым ликом,
(16 Намек на безвременную гибель Коро-и-тама.)
Губы прекрасней каури,
Лоб — убор ярко-алый,
Точеное дерево ноги!"