Ворон женился на двух гусынях. Обычно ворон оставался в своих краях, а гусыни каждую осень улетали. И вот ворон на лих женился. Наконец гусыни сказали ему:

— В этот раз мы полетим очень, очень далеко.

— Тогда я тоже полечу с вами, а спать я могу на айсберге, — сказал ворон.

— Мы полетим туда, где нет айсбергов. Там, далеко, куда мы летим, нет айсбергов, — предупредили его гуси.

— Тогда я буду спать в воздухе. Уж как-нибудь я с вами полечу, — так сказал ворон своим женам.

Поскольку уже приближалась зима, гуси действительно полетели, и ворон с ними. Они летели и летели много дней. Ворон и вправду спал на айсбергах, а гусыни — на воде. Утром ворон просыпался, и они летели дальше. Наконец они прилетели в такое место, где совсем не было айсбергов.

Гусыни ночевали на воде, а ворон пытался спать в воздухе: он медленно парил высоко над ними, широко раскинув крылья, а когда опускался до воды, просыпался.

В конце концов он решил, что будет спать на своих женах, и так и сделал. Но тут уж женщины сказали друг другу:

— Давай-ка раздвинемся в разные стороны!

Так они и сделали, и ворон свалился с их крыльев в воду. Тогда гусыни бросили его и улетели, хотя он и звал их:

— Идите сюда и сядьте рядом!

Но они улетели прочь. А ворон, пока звал их, начал распадаться на маленькие кусочки, которые превратились в множество маленьких морских воронов[222]. И все время рассыпавшийся ворон не переставал звать покинувших его жен: "Идите сюда и сядьте рядом!"