БАБАХ!

«Милано» вдруг содрогнулся так, что Небула повалилась с ног. С каждым новым толчком ее швыряло из стороны в сторону, и кольцо наручников все сильнее врезалось в правое запястье. Лицо Небулы исказила гримаса, боль была обжигающей и словно подливала масла в огонь гнева, пылающего в сердце.

До нее доносились только обрывки каких-то слов из кабины пилота, по которым становилось ясно, что на «Милано» напали враги. С того места, где она находилась, Небула ничего не видела. Она лишь чувствовала, как корабль на бешеной скорости заносит влево-вправо, вверх-вниз.

Лазерный луч хлестнул по корпусу. Небула вздрогнула от сильного удара в левый борт корабля. Послышался грохот взрыва. Отсюда, из кубрика, он казался предвестником катастрофы.

По взволнованным крикам из пилотской кабины Небула заключила, что кораблем управляет сам Квилл. Одно из двух: либо он был паршивым пилотом, собравшимся всех их угробить, либо — напротив, великолепным асом, чье умение помогало им избегнуть своей судьбы. В тот момент Небула была не готова предпочесть ту или иную версию.

Шел бой. Небулу вдруг поразила мысль, что сама она является всего лишь сторонним наблюдателем событий и все ее коварство, свирепость и воинское мастерство не имеют никакого значения. Ей оставалось только беспомощно болтаться в этом содрогающемся «Милано».

Она жаждала отомстить своей сестре. Вся ее жизнь прошла в попытках доказать, что она лучше Гаморы. А теперь Небула вполне могла умереть со всеми остальными на этом корабле. Никакой мести не будет. Гнев, поддерживавший ее существование все эти годы, исчезнет вместе с ней.

От этой мысли Небула вздрогнула. Смыслом ее жизни были работа на Таноса и попытки занять в глазах отца место сестры. Перспектива утратить все, потерять шансы доказать Гаморе и Таносу, что она им ровня, наполнила сердце Небулы внезапным чувством.

Полной пустотой.

А еще… грустью.

Новые удары сотрясли корабль, опять сбив Небулу с ног. Она почувствовала рывок за запястье, колени бессильно подогнулись. На секунду она потеряла устойчивость и повисла на шесте. Быстро восстановив равновесие, огляделась. Дернула наручники, по-прежнему не в силах двигаться.

«Откуда взялась эта грусть?» — подумала Небула. Этого чувства она не испытывала так давно, что уже почти забыла о нем. Может быть, с тех самых пор, когда она, совсем маленькой девочкой, была разлучена с семьей и вынуждена жить у Таноса, сражаясь с той, которую называла «сестрой».

* * *

— Просто втяни голову в плечи и перекатись, — сказала Гамора. — Ничего сложного. Смотри!

Она сама втянула голову и перекувырнулась. Закончив переворот, вскочила на ноги, уже держа в руках длинное лезвие, рубанула им сначала вправо, потом влево. Небула угрюмо смотрела, потом в раздражении пнула камень.

— Это для тебя тут нет ничего сложного, — сердито буркнула она. — Если я ошибусь…

— Не ошибешься, — оборвала ее Гамора, кладя клинок на землю. — Я тебе помогу.

Они находились в Святилище, тренируясь на каменной поверхности астероида. Казалось, прошли месяцы с тех пор, как они здесь поселились и начали звать Таноса отцом, хотя, вероятнее всего, счет шел на дни. Время, проведенное в обществе свирепого титана, кому угодно представлялось вечностью.

— Зачем ты мне помогаешь? — спросила Небула. — Танос…

— Отец, — поправила ее Гамора.

— Отец хочет, чтобы мы сражались друг с другом. Мы — соперницы, а не подруги.

— Соперницы, подруги, — Гамора небрежно махнула рукой. — Прежде всего мы — сестры. И я за тобой буду присматривать.

Небула слабо, застенчиво улыбнулась.

— Всегда-всегда? — спросила она.

— Даже не сомневайся. А теперь давай-ка я снова покажу тебе этот перекат.