Он неуклюже держал микрофон, не приспособленный для руки человека.
Том провел языком по растрескавшимся губам. Повторять речь еще раз некогда. В любой момент могут нагрянуть гости.
Он нажал клавишу передачи.
– Крайдайки! – отчетливо заговорил он. Слушай внимательно! Запиши и передай Джиллиан! Она истолкует!
Он знал, что его передачу слушают все корабли в ближнем космосе.
Вероятно, прямо к нему их направляется множество. И если его новая ложь будет убедительна, их явится еще больше.
– Прямая линия связи с кораблем нарушена, – сказал он. – А сто километров – долгий путь для доставки сообщений, поэтому я рассчитываю на новый код. Надеюсь, он еще не расшифрован.
Пусть галакты подумают над этим. А теперь – настоящее сообщение на «Стремительный», в котором содержится информация о том, что он узнал:
"Джилл. Наше яйцо проклюнулось, милая. Весь зоопарк разбежался. Звери свирепые!
Но я нашел оборванный образчик того, что мы искали. Я слышал, что он все еще продается, но ключи высоко. Вы с Х и К должны принимать решение на этом основании.
Вспомни, что говорил нам старик Джейк Демва, когда мы с ним были в центральной Библиотеке на Танит. Помнишь, что он говорил о предчувствиях?
Расскажи об этом Крайдайки. Ему решать, но я настаиваю: следуйте совету Джейка".
Он чувствовал, как ком подкатывает к горлу. Пора заканчивать. Нет смысла сильно намекать ити.
«Джилл! – Он кашлянул. – Милая, я выхожу из игры. Отвези Херби и всю остальную информацию в Совет. Мне остается только верить, что игра стоила свеч».
Он закрыл глаза и сжал микрофон.
«Когда встретишься со старым Джейком, выпейте за меня».
Он хотел сказать еще что-то, но понял, что и так сказал слишком много и откровенно. Нельзя дать лингвистическим компьютерам галактов возможность расшифровать смысл его сообщения.
Он поджал губы. И попрощался на языке, который хорошо для этого приспособлен:
Мимо плывут лепестки,
Плывут по руке моей женщины,
И она вспоминает меня –
Затем прервал связь.
Встал и вынес аппаратуру наружу. Осторожно подошел к краю открытого бассейна и бросил передатчик в воду. Если кто-то засек резонанс его кристаллов, ити придется за ним нырять.
Постоял у бассейна, глядя, как ползут низкие облака, темные и тяжелые от непролитого дождя.
Теперь они могут появиться в любую минуту. Оружие у него на поясе, там же трубка для дыхания и полная фляжка. Он готов. И в этот момент напряженного ожидания на горизонте заворчал вулкан, потом кашлянул и гневно выбросил в небо яркие огни.
Мостик расплылся. Перед глазами Джиллиан все слилось. Она моргнула, но слез не было. Не пролились, как драгоценная защита глаз.
– Будем отвечать? – спросила Тшут.
Джиллиан покачала головой. Нет, попыталась она сказать. Но произнесла это слово мысленно. Телепатически она ощущала сочувствие остальных.
"Как мне его оплакивать, – подумала она, – если я все еще ощущаю его присутствие? Он еще жив где-то там.
Как мне его оплакивать?"
Она почувствовала движение воды: осторожно, стараясь не потревожить ее, приблизился фин и стал что-то докладывать Тшут.
Джиллиан закрыла горящие глаза. Слезы наконец хлынули по ее щекам.
Она не могла стереть их под маской. Когда открыла глаза, зрение прояснилось.
– Я слышала, Ватгасети. В какую сторону направился Такката-Джим?
– К галактическим флотилиям, капитан. Но эти флоты погрузились в хаос! После этого пси-удара они жгут друг друга. И большая часть схватки происходит… над позицией мистера Орли.
Джиллиан кивнула.
– Подождем еще немного. Переходите в состояние боевой готовности и немедленно информируйте меня обо всем.
На посты вызвали всех, кто не был на вахте. Свесси и Д'Анит доложили, что двигатели прогрелись.
«Последняя возможность, Хикахи, – подумала Джиллиан. – Придешь?»
– Джиллиан! – крикнул Лаки Каа. Механической рукой он указывал на иллюминатор. – Утес!
Джиллиан торопливо взглянула в этом направлении. Утес дрожал. По нему прошли большие трещины.
– На старт! – приказала Джиллиан. – Тшут, уноси нас отсюда!