Размашисто шагая, Тейн сошел по аппарели «Громового ястреба» и ощутил под сабатонами палубу «Альказара достопамятного». Возвращение радовало воина, несмотря на мрачные обстоятельства и тот факт, что ему в ближайшее время грозила гибель. Следом за магистром ордена торопливо спустился Лаврентий, болтавший сам с собой на раздражающей смеси готика и лингвы-технис. За время перелета на боевую баржу магос подробно и щедро потчевал Максимуса своими несуразными теориями о грубощите, Великом Звере и орочьей культуре в целом.
Кулак Образцовый с удовольствием заметил, что за открытыми дверями летной палубы его ждет Вейлон Кейл.
— Командир корабля, прошу вас загрузить координаты целей, которые находятся у моего спутника, и распределить огневые решения между звездолетами согласно приложенным записям. — Тейн подал знак Фаэтону, и магос протянул Кейлу катушку с лентой для когитатора. Вейлон без единого слова забрал ее. — Флот выполнил ранее указанные маневры?
— Так точно, магистр ордена, — ответил Кейл, шагая рядом со своим повелителем. Он ускорил шаг, чтобы не отстать от размашисто ступающего воина. Позади них, лязгая и щелкая, двигался Лаврентий, который быстро вертел головой слева направо и обратно, изучая окружающую обстановку. — Но я не понимаю… Согласно всем данным сканирования, защитное поле по-прежнему функционирует. Если мы выйдем на дистанцию атаки, то попадем под обстрел чужаков, но наши залпы не повредят городу.
— Флюктуации, командир корабля, — произнес Фаэтон. Он ускорил шаг, догнал офицера и, повернув голову на девяносто градусов, внимательно посмотрел на него единственным глазом. — Изучив поведение заслона в ходе первой атаки, мы установили, что для стрельбы из пределов столицы орки вынуждены отключать щит. Это не односторонний барьер! Учитывая урон, полученный комплексами вооружения чужаков, а также предварительное наведение наших орудий для удара в границах первого окна возможностей, мы предполагаем, что ответный огонь в период временного исчезновения защитного слоя будет успешным.
— Ответный огонь? — недоверчиво повторил Вейлон. — То есть мы дадим им выстрелить первыми, магистр ордена? Но это же непроверенная гипотеза?
— Да, — сказал Тейн. Все трое остановились возле шахты подъемника, и Максимус взглянул на Кейла. Воин понимал сомнения офицера, но ему было не до объяснений или речей. — Полностью обрушить заслон не удастся, но мы можем серьезно повредить его. Кроме проекторных установок грубощита и огневых позиций, мы разрушим многие из складских помещений, трубопроводов и энергосистем города. Мы выгоним орков из укрытий, пусть даже ценой гибели флота.
Вейлон молчал всю дорогу до капитанского мостика. Выйдя из лифта, он сразу же направился к пультам управления огнем, после чего передал вокс-офицерам тщательно составленный план обстрела, подготовленный домину-сом Жокувым и его лучшими стратегосами. Следуя ему, корабли за минимально возможный период времени обрушат на город максимально мощные залпы.
— Мы готовы, магистр ордена, — сказал затем Кейл. — Флот подтвердил получение распоряжений.
— Приступайте к атаке, командир корабля, — тихо ответил Тейн.
«Альказар достопамятный» двинулся вперед вместе с другими уцелевшими звездолетами. В импровизированную флотилию входили боевые баржи и ударные крейсеры Адептус Астартес, линкоры, фрегаты и эсминцы Космофлота, гемиолы и пентеры[23] Марса. Через несколько минут флагман Кулаков Образцовых пересек невидимую границу зоны досягаемости наземных орудий. Спустя еще тридцать секунд кто-то из операторов авгурного комплекса доложил:
— Магистр ордена, обнаружено наведение с земли. Множественные источники.
— Магистр ордена, приближаются космолеты орков, — сообщил другой офицер.
— Вызовите адмирала Ахарию. Пусть не подпускает к нам чужаков, чего бы это ни стоило, — велел Максимум — Всему экипажу на огневых постах приготовиться к бомбардировке поверхности.
Вейлон сложил ладони в знаке аквилы, и Тейн услышал, как командир корабля бормочет:
— Император, сохрани нас от затей техножрецов…