Имоджен вышла из своей машины и, прислонившись к капоту, потрясенно посмотрела на восхитительное здание прямо перед ней.

Так вот где Рауль жил на самом деле!

Если ей нужно было доказательство того, что настоящий Рауль Кардини был в сотнях световых лет от того фермера, которым она его считала, тогда она получила его. Разве можно было сравнить эту чудесную виллу с простой гостиницей, в которой они проводили такие страстные ночи? Или с простыми ресторанами, в которых они обедали и ужинали? Или с бухтами с прозрачной голубой водой, в которых они купались?

Одна из таких бухт, залив Лисция, простиралась по другую сторону дороги, у подножия крутых скал, а за самой виллой тянулись гектары засаженной оливковыми деревьями земли. Дом Рауля представлял собой сочетание старины и модерна, в котором каменная кладка соседствовала с огромными стеклянными дверями, через которые внутрь помещения щедро изливался солнечный свет.

Рядом с виллой Имоджен увидела огромное пастбище, где мирно пасся небольшой табун лошадей. Но Имоджен только мимолетно взглянула в ту сторону, потому что все ее внимание было сосредоточено на каменной дорожке, ведущей к входной двери дома.

Она думала, что заметит приближение Рауля, увидев его через стеклянную дверь или хотя бы услышав звук его шагов. Но ее внимание было настолько поглощено самой виллой, что она упустила из виду мужчину, показавшегося из-за угла дома и неслышно приблизившегося к ней.

– Имоджен.

Звук ее имени, произнесенный на особый манер, заставил ее развернуться так резко, что пряди волос упали ей на лицо, и ей пришлось убирать их, чтобы разглядеть стоявшего перед ней человека.

Поначалу он показался ей всего лишь темным силуэтом на фоне ярко-голубого неба, высоким и широкоплечим, с узкими бедрами и очень длинными ногами. В черной футболке и потертых джинсах Рауль походил на того фермера, за которого Имоджен принимала его в самом начале их знакомства, того, кому она отдала свое сердце два года назад. И только шикарная вилла говорила о власти и богатстве Рауля Кардини, которого она знала теперь. Но стоило Имоджен увидеть его, как ее сердце радостно забилось, не оставляя ей никаких сомнений в том, что кем бы он ни был и что бы ни случилось, она всегда будет любить этого человека.

– Привет, Рауль.

Это приветствие прозвучало в ее собственных ушах как-то глупо, но она просто не нашлась что сказать. Всю дорогу сюда Имоджен думала, что скажет Раулю при встрече, как станет убеждать его выслушать причину, по которой она приехала. И что сделает, чтобы он поверил ее словам.

Но одного взгляда на его ставшее таким родным лицо хватило, чтобы у нее закружилась голова, и она растеряла все свои мысли.

«Привет, Рауль»… Вот и все, что смогла сказать Имоджен, поспешно проглотив заявление о том, что приехала к нему, потому что любит его. Потому что не сможет быть счастливой вдалеке от него.

– Я скучала по тебе.

Мягко сказано. Неужели прошло всего пять дней с тех пор, как Рауль вышел из ее поместья в Блэклендсе и умчался в холодный розовый рассвет, направляясь в аэропорт, чтобы улететь на эту чудесную виллу, которая была его домом?

Прошло всего пять дней, но он, казалось, успел состариться за это время. Рауль выглядел каким-то напряженным и очень уставшим… Или Имоджен просто по глупости надеялась, что он не спал по ночам и так же остро переживал их разлуку, как и она сама? Под его глазами обозначились темные круги, а щетина на его подбородке свидетельствовала о том, что он пару дней не находил времени для того, чтобы привести себя в порядок.

– Я приехала бы раньше, но произошел несчастный случай, и мне пришлось задержаться.

– Не с тобой? С сестрой?

Тревога, прозвучавшая в его голосе, подарила ей небольшую надежду.

– Нет, не со мной. И не с Киэрой. Я по-прежнему не знаю, где она. И где Аднан. Она опять звонила мне, но всего один раз. Сказала, что у них с Аднаном все хорошо, но они хотят некоторое время побыть одни. И я пообещала, что не стану пытаться разыскать их. А несчастный случай произошел с моим отцом, который свалился с Черного Джека. И нам пришлось отвезти его в больницу. Он сломал ногу, но сейчас его здоровью ничто не угрожает.

– Тогда почему ты не с ним?

– Он отпустил меня, и мне в любом случае нужно было поговорить с тобой. Мы не можем оставить все как есть.

– Почему? Мне казалось, что все идет в точности так, как тебе хотелось.

В его словах не было теплоты, а его красивые глаза оставались мрачными. Неужели она ошиблась и неправильно поняла его? Имоджен раз за разом прокручивала в голове ту сцену, где Рауль сначала коснулся своей головы, а потом прижал ее к своему сердцу, заявив, что никогда в жизни не простит себя.

– Мне хотелось, чтобы все сложилось по-другому. Послушай, может, мы войдем в дом и поговорим там?

– Конечно.

С натянутым выражением лица Рауль прошествовал мимо нее к двери и, распахнув, придержал ее, чтобы она могла пройти. Когда Имоджен шагнула за порог, у нее создалось впечатление, что Рауль чуть подтянулся, чтобы она никоим образом не задела его.

После яркого уличного света в доме казалось темно, и она остановилась, часто заморгав, чтобы привыкнуть к освещению. Рауль вошел вслед за ней и остановился у нее за спиной, так близко, что она затылком ощущала его дыхание.

– Я тоже скучал по тебе, – вдруг сипло и абсолютно неожиданно бросил он.

– Что?

Имоджен круто развернулась, и ее волосы снова взметнулись, застревая в жесткой щетине на его подбородке. От взгляда Рауля у нее перехватило дыхание, и она стояла, не шелохнувшись, пока он высвобождал ее черные блестящие прядки. И только тогда Имоджен позволила себе глубоко вздохнуть, а потом еще раз, осознав, что он слишком долго не выпускал их из руки.

– Рауль…

Он отпрянул, а его губы, еще секунду назад такие мягкие и зовущие, снова вытянулись в тоненькую линию.

– Где мои хорошие манеры? Я совсем забыл предложить тебе выпить. Может, выпьешь немного кофе – или воды?

– К черту твои манеры!

Она больше не могла сдерживаться и по его изумленному выражению лица поняла, что потрясла его своей горячностью.

– Я приехала сюда не за этим!

– Тогда почему ты здесь?

Он допустил ошибку, когда признался, что скучал по ней. Это было очень глупо и очень непростительно после всех тех усилий, которые он приложил, чтобы освободить Имоджен от отношений, вконец испорченных его собственными руками. Но Рауль не смог сдержаться. Когда Имоджен проходила мимо него, он уловил нежный аромат ее кожи, смешанный с цветочными духами, запах которых проявился под теплыми солнечными лучами. И его тело тут же ожило. Перед глазами Рауля встали образы, от которых он тщетно пытался избавиться и которые каждую ночь не давали ему покоя и изводили его, не давая уснуть. Все заканчивалось тем, что он шел на конюшню, садился на лошадь и скакал в ночи, пока они оба не падали от усталости.

Но стоило Раулю вернуться в кровать, как усталость словно рукой снимало, и он лежал без сна, глядя в потолок, пытаясь прогнать мысли об Имоджен, не дававшие отдыха его телу.

Имоджен, которая так неожиданно появилась у двери его дома, могла бы быть той девушкой, которую он встретил два года назад. Ее распущенные волосы поблескивали на солнце, а ее простое платье синего цвета очень напоминало те сарафаны, которые она носила раньше. И Раулю на секунду показалось, что он снова вернулся в прошлое. В те дни, когда их отношения только начинались, и у него появилась надежда на светлое будущее.

– Имоджен, скажи, что привело тебя сюда?

– Я приехала, чтобы вручить тебе вот это.

Рауль растерянно заморгал и только сейчас заметил в ее руках портфель, который она протягивала ему.

– Что это?

– Только не смотри так, словно это змея, которая сейчас укусит тебя!

В ее голосе слышался смех.

– Это всего лишь бумаги.

– Бумаги?

Имоджен видела, что он не понимает, что происходит, потому что на его лице отображалось искреннее недоумение. От того, как он посмотрел на портфель, ее сердце дрогнуло, и она больше не могла тянуть с этим делом.

– Я получила их в понедельник.

Открыв портфель, Имоджен достала оттуда пачку бумаг и помахала ими перед Раулем.

– От тебя.

Могло ли его лицо быть более безучастным, чем сейчас? И только огонь, бушевавший в его глазах, свидетельствовал о том, какую бурю эмоций он переживал.

– Да. Я хотел, чтобы они были у тебя. Я сказал, что все исправлю. Я обещал.

– Ты обещал, – осторожно, чтобы не сорваться, ответила Имоджен. – Но ты не спросил, хочу ли этого я.

– Имоджен, я был в долгу перед тобой. Я дал тебе то, что ты получила бы, выйдя замуж за Аднана. То, что я отнял у тебя.

– Нет. Нет, Рауль, ты ничего не отнимал у меня.

– О чем ты говоришь? – отмахнулся он. – Я все испортил. Я сорвал твою свадьбу, вел себя как какое-то чудовище, я оставил твою конюшню без надежды на восстановление, а твоему отцу грозила тюрьма. Если бы ты вышла за Аднана…

– Но я бы не смогла и никогда не вышла бы за него, – призналась Имоджен. – Даже если бы ты не приехал, я бы не смогла довести это дело до конца. Я знала. Я думала об этом в церкви в тот день, когда ты нашел меня. А потом я увидела тебя и… и все встало на свои места. Я не знаю, что я сделала бы, но, как только я вспомнила, что в этом мире есть ты, разве я смогла бы выйти замуж за другого?

– Но… – Казалось, Рауль не верит своим ушам.

– Да, я знаю. У нас с Аднаном было взаимовыгодное соглашение. Но разве я могла выйти за него замуж и родить от него ребенка, если единственный ребенок, которого я хотела, должен был родиться от тебя? Того, который…

– О боже мой!

Рауль бросился к ней и крепко прижал к себе. Портфель упал на пол, а бумаги, которые Имоджен по-прежнему держала в руке, оказались смяты их телами.

– Имоджен, как бы мне хотелось вернуть время вспять.

– Ты бы все равно ничего не смог изменить.

– Но я хотя бы был рядом с тобой.

– Мне тоже этого хотелось. В тот день мы оба потеряли очень многое.

– И все из-за того, что я поверил не тому человеку, – признался Рауль, и в его словах слышалось отчаяние.

– Все потому, что твое сердце было ранено. Я никогда не догадывалась о том, как сильно ты страдаешь, пока не приехала сюда и не увидела собственными глазами…

Имоджен жестом указала на шикарную обстановку его виллы и то, что находилось снаружи за стеклянной дверью.

– Наверное, это очень нелегко – жить, сомневаясь, нужен ли ты кому-то просто так или… – Она запнулась и добавила совсем тихо: – Или потому, что у тебя есть все это.

Имоджен осторожно высвободилась из объятий Рауля и, заглянув в его глаза, встретила вопросительный взгляд.

– Вот почему я решила вернуть их обратно.

Рауль опустил глаза и посмотрел на бумаги, которые она держала. Эти документы давали возможность Имоджен и ее отцу выбраться из долговой ямы, восстановить конюшню и начать новую жизнь.

– Рауль, я не могу принять их. Я не хочу.

– Но как ты тогда решишь свои проблемы? Я хотел помочь тебе. Я хотел попытаться возместить ущерб, который нанес тебе. То, как я отверг тебя. Но я никогда не смогу полностью загладить свою вину…

– Таким образом не сможешь, – согласилась Имоджен и увидела, как резко вскинул голову Рауль. – Никогда, – добавила она и печально улыбнулась.

– Тогда что еще тебе нужно, чтобы быть счастливой? Что мне сделать, чтобы у тебя было все, в чем ты нуждаешься?

– Ничего.

– Но я все равно попытаюсь. Ты только скажи и…

Имоджен прижала ладонь к его губам и заставила замолчать.

– В мире нет таких денег, которые смогут дать мне то, в чем я нуждаюсь, – сказала она. – Потому что деньги никогда не сделают меня счастливой.

Имоджен поняла, что ее слова достигли цели, когда Рауль притянул ее к себе и крепко прижал.

– Ты не хочешь…

Казалось, будто Рауль исследует свои мысли и пытается прочитать ее собственные, медленно, словно слепой, пробираясь через дебри смущения и недопонимания. Будто он боялся обнаружить, что правда, которую он искал, была на самом деле не такой.

– Я не хочу ничего, что можно купить за деньги, – повторила Имоджен. – Как ты можешь дать мне все, в чем я нуждаюсь, если мне нужен…

Она запнулась и судорожно выдохнула, набираясь храбрости, чтобы продолжить.

– Ты сказал, что хочешь, чтобы я была счастлива. Но я смогу быть счастливой, только если рядом со мной будешь ты.

– Тебе нужен я? – едва слышно выдохнул Рауль.

– Да. Мне нужен ты. – Его нерешительность придала ей сил, и на ее лице заиграла улыбка. – Мне нужен ты, и только ты. Рауль, я люблю тебя. Я не вижу своего будущего без тебя. И моя жизнь теряет всякий смысл.

– А я не могу жить без тебя.

Рауль потер глаза и часто заморгал, не отводя взгляда от лица Имоджен.

– Неужели это возможно, и мы можем начать все сначала?

Имоджен улыбнулась, чувствуя, как ее сердце наполняет радость.

– Почему бы не попробовать?

Она не успела договорить, как Рауль стремительно опустился перед ней на одно колено и, крепко сжимая ее руку, посмотрел ей в глаза с таким выражением, которое свидетельствовало о том, что он отчаянно пытается все исправить.

– Имоджен, ты окажешь мне честь и станешь моей любимой женой? Я хочу прожить рядом с тобой всю свою жизнь.

– Да, Рауль. О да. Я выйду за тебя, но…

Она увидела, как надежда начала гаснуть в его глазах, и поспешила добавить:

– Но я не могу обещать тебе ребенка.

– Радость моя… – Рауль вскочил, и она тут же оказалась в его крепких объятиях. – Сокровище мое, ты единственная, от кого я хотел ребенка, и, если такое случится, я буду самым счастливым человеком на земле. А если нет, ты все равно единственная женщина, с которой я хочу прожить всю свою жизнь.

Он прильнул к ее губам, не оставляя места для ее страхов и сомнений и заменяя их надеждой и счастьем.

– Ты моя любовь, моя жизнь, – нежно сказал Рауль, прервав их долгий поцелуй. – И вместе мы сможем создать мир, в котором будем счастливы.

– Счастливы вместе и навсегда, – согласилась Имоджен и еще крепче прижалась к нему.