Накия глубоко вздохнула, вся дрожа. Ее семья всегда была в близких отношениях с королевской, а короля Т'Чаку она воспринимала как второго отца.

– Мне так жаль, Т'Чалла. Шури и Рамонда… как они? – наконец спросила Накия, нежно положив ладонь на его руку.

– Сестра и мать – сильные духом женщины, – ответил Черная Пантера. – Церемония состоится завтра у Водопада Воинов, и Старейшина Речного Племени просит, чтобы ты на ней присутствовала. – Он на секунду замялся и добавил: – Я бы тоже хотел тебя на ней видеть.

Накия кивнула, отошла от принца и направилась к женщинам и Окойе, обращаясь к группе:

– Вы можете идти. Мы постараемся сделать так, чтобы подобные люди больше никогда не появились в вашей деревне.

Окойе тоже заговорила на языке пленников:

– Не надо бояться. Мы расчистили обратный путь в деревню и будем следить за вами с самолета, пока не убедимся, что вы дома и в безопасности. Идите с миром, сестры.

Женщины и сопровождавший их мальчик направились в джунгли, а Черная Пантера, Окойе и Накия – к Королевскому Когтю-Истребителю. Т'Чалла и Накия сели рядом. Принц открыл рот, намереваясь сказать хоть что-нибудь, что угодно, но не смог подобрать подходящих слов, чтобы описать свои чувства. К счастью, уже через несколько секунд Накия отвернулась и сжалась в комочек, из чего он понял, что девушка собирается поспать. Т'Чалла вздохнул, но ничего не сказал и повернулся к окну, невидящим взглядом смотря в чернильное небо за стеклом кабины. Что бы им ни хотелось сказать друг другу, это может подождать до тех пор, пока они не приземлятся в Ваканде.

* * *

Накия отвернулась от Т'Чаллы и затихла, но ее широко распахнутые глаза говорили, что она не спит. Воительница анализировала свои чувства, пытаясь найти наилучший способ начать разговор со старым другом после долгой разлуки. Как и принц, она чувствовала себя растерянной. Пока Окойе поднимала истребитель в воздух, Накия заставила себя закрыть глаза, не подозревая о том, что Т'Чалла следит за ней, надеясь, что она заговорит первой.

Так, в полной тишине, все трое растворились в ночи.

* * *

Через несколько сотен миль Накии наконец-то удалось заснуть – это был ее первый полноценный отдых за последние два года, пока она работала под прикрытием. Мысли Т'Чаллы метались от его обязанностей как представителя королевской семьи к мирно лежащей рядом с ним женщине.

– Сестра Накия, мой принц, – голос Окойе прорезал тишину, – мы дома.

Истребитель завис над восхитительной красоты лесом, а потом резко, на большой скорости спикировал вниз. Когда транспорт опустился на уровень крон деревьев, лес, оказавшийся голограммой, покрывающей тысячи миль, исчез, и перед глазами прибывших открылся вид на Ваканду Небоскребы и другие здания королевства были построены прямо посреди джунглей, а замысловатая высокотехнологичная транспортная сеть была раскинута по улицам. Самолет направлялся в столицу страны, шумный Золотой Город, в котором гармонично сочетались технические новшества и природные ландшафты.

Истребитель летел по направлению к самому пышному зданию – Королевскому дворцу. Возвышаясь над окружающими его домами, дворец будто воплощал саму суть Золотого Города, сияя даже при свете луны, – бриллианты и золото на фасаде сверкали, когда на них попадали отблески городских огней, и казалось, что дворец пылает, словно горделивый маяк для всех жителей страны.

«Коготь» приземлился на небольшой аэродром, который располагался на крыше этого величественного здания. Дверь открылась, и Т'Чалла вышел наружу. Когда принц увидел встречающих его восемнадцатилетнюю сестру Шури и королеву-мать Рамонду, его сердце наполнилось радостью. Их окружали члены «Дора Милаж».

– Мама, теперь ты сама видишь, поводов для беспокойства не было. Мы вернулись целыми и невредимыми, – произнес он и расцеловал Рамонду в обе щеки. – Сестричка, тебе, наверное, немалых усилий стоило заставить себя выйти из любимой лаборатории, чтобы встретить меня? Очень приятный сюрприз, – приветствовал он Шури, которая быстро отодвинулась от него.

– Ага, привет. На самом деле я здесь из-за шариков кимойо. Все нормально сработало? У меня есть несколько идей, как сделать их еще лучше, – Шури буквально переполняла энергия, ее сложный ум постоянно перерабатывал уже существующие изобретения, создавая на их основе что-то совершенно уникальное. Несмотря на молодость, она уже была важным и ценным сотрудником высокопрофессиональной Вакандийской группы разработки, на счету которой было большинство созданных в стране продвинутых изобретений.

– Работают как часы. Мы все провернули просто идеально, – ответил Т'Чалла.

Шури вздохнула:

– Сколько можно тебе повторять, братишка? Если что-то работает на ура, это еще не значит, что эту вещь нельзя улучшить.

Она направилась к Окойе.

– Спасибо, принцесса, – произнесла та, передавая шарики обратно в руки Шури. – Я с нетерпением буду ждать, что еще вы придумаете для совершенствования технологии.

Шури посмотрела на Т'Чаллу и Накию. Последняя как раз выражала Рамонде глубочайшие соболезнования.

– Ну что? Он впал-таки в ступор? – прошептала принцесса на ухо Окойе.

– Прямо как антилопа, увидевшая фары машины, – слегка улыбаясь, ответила та.

– Так я и знала, – произнесла Шури, широко ухмыльнувшись.

Когда Накия отошла, Рамонда еще раз заключила сына в объятия.

– Спасибо, что доставил ее домой живой и невредимой, Т'Чалла. Когда я ее увидела, у меня потеплело на душе.

– Накия не хотела уходить. Если бы не завтрашняя церемония, сомневаюсь, что она согласилась бы полететь с нами, – ответил юноша.

Рамонда понимающе улыбнулась:

– И все-таки ты привез ее сюда. Думаю, это и ее собственное решение. У Накии очень сильная воля, и у тебя – тоже. Может быть, пришло время открыть свое сердце?

Т'Чалла пожал плечами, явно не желая, чтобы разговор продолжался в этом русле, и решил сменить тему:

– А как ты поживаешь, мама?

– Горжусь, – ответила она и расплылась в грустной улыбке. – Мы с твоим отцом столько говорили об этом дне, и наконец он настал.

Т'Чалла внезапно почувствовал болезненный укол в сердце.

– Я бы хотел, чтобы отец был сейчас здесь, с нами. Это время пришло слишком быстро, – тихо произнес он.

Рамонда приобняла сына одной рукой.

– Он сейчас там, где его и хочет видеть богиня Баст, – она взглянула на принца. – Пришло твое время занять королевский трон, Т'Чалла.

Пока они направлялись ко дворцу, юноша вновь мысленно перенесся к гробнице отца в Зале Королей. Завтра будет провозглашен новый король Ваканды. Т'Чалла надеялся, что он сохранит наследие отца и оправдает всеобщие ожидания.

ГЛАВА 2

Солнце на лазурном небе достигло зенита, и его лучи играли на поверхности реки Ваканды. На воде было полным-полно барж, и все они плыли вниз по течению. У каждого из племен страны была своя личная баржа: Горняки, Речники, Пограничники и Торговцы – все были представлены здесь. В арьергарде процессии двигались еще три баржи: Королевская (посередине) и в одну линию с ней Охранники и «Дора Милаж». На носу первой стояли Шури и ее подруга Айо, представительница «Дора Милаж».

Шури явно волновалась: она не привыкла носить королевское облачение и участвовать в торжественных мероприятиях. Снять бы все эти побрякушки и влезть обратно в лабораторный халат!

– Чувствую себя как танцовщица массовки, – призналась она Айо.

– Здесь вы, скорее, как Бейонсе, принцесса, – улыбнувшись, ответила подруга.

Рамонда укоризненно взглянула на дочь:

– Следи за языком, дочка, и вообще смотри внимательно, – она махнула рукой, указывая на берег реки, по которому шли тысячи вакандийцев, все в одном и том же направлении. – Ритуалы – это неотъемлемая часть нашей жизни, и сегодняшний день должен стать символом объединения. Каждое племя выведет своего величайшего воина, и они по собственному желанию либо решат побороться за трон, либо откажутся от сражения, проявив таким образом доверие к достоинствам королевской династии.

– Даже вы можете вызвать своего брата на бой, принцесса, – с хитринкой, как бы невзначай произнесла Айо.

Шури закатила глаза:

– Серьезно? Застрять на троне, общаться со всякими высокопоставленными шишками целыми днями – и так всю жизнь? Нет уж, увольте. У меня есть лаборатория – вот мое царство.

Баржи продолжали плыть вниз по течению, пока наконец не встали у берега, неподалеку от большого водопада, носившего название Водопад Воинов. Королевская охрана сошла со своей баржи и направилась к его подножию. И вдруг, как по команде, все как один воткнули щиты в выемки в земле. Эта внезапно появившаяся дамба изменила течение потока воды, и заводь внизу начала стремительно высыхать. На ее месте образовалась Арена Испытаний. Прямо на скалистых склонах бассейна были выбиты многочисленные ряды сидений. Все места были расположены так, чтобы лица людей обращались к центру – месту, где претенденты будут бороться друг с другом за звание следующего короля Ваканды.

Сначала свои места заняла королевская семья, а потом оставшиеся ряды начали заполняться вакандийцами, которые были сильно возбуждены сегодняшними событиями. Каждое племя село в своей отдельной секции. Шури посмотрела на Речное племя, увидела среди зрителей Накию и помахала ей. Тысячи непоместившихся вакандийцев расположились выше, стоя плечом к плечу и пытаясь занять место с самым лучшим видом на арену.

В середине площадки остался мужчина лет пятидесяти. Это был Зури, Верховный шаман, который держал в руках Копье Башенга. В центральный круг вышли представители – лучшие воины, избранные своими соплеменниками. Шаман поднял копье.

– Я, Зури, сын Баду, приветствую вас, объединенные племена Ваканды, на ритуале Борьбы на арене. Представители от каждого племени прибыли сюда, как и было приказано, – произнес шаман, и четыре воина приблизились к нему. – А теперь приветствуйте принца Т'Чаллу, Черную Пантеру!

Сверху спустился истребитель, откуда Т'Чалла спрыгнул на поверхность Арены. Костюма Черной Пантеры на нем не было, зато тело юноши обернули леопардовой шкурой, а в руках он держал короткий меч и маленький щит. Поглазеть, как решится судьба принца, собралась огромная толпа.

Накия, сидя на трибуне Речного Племени, внимательно оглядывала Т'Чаллу. Она сомневалась, что кто-то, кроме нее, способен заметить, что под маской уверенного и решительного бойца, которую принц на себя надел, скрывался переполненный эмоциями юноша. Девушка улыбнулась, подозревая, как ему, наверное, сейчас неприятно быть в центре внимания стольких людей.

Т'Чалла приблизился к Зури и поклонился. Шаман взял в руку церемониальный сосуд и протянул его юноше:

– Выпей это, принц, и сверхсила, которой наделил тебя бог Пантера, временно покинет твое тело, чтобы ты мог сразиться на равных с каждым, кто бросит тебе вызов.

Т'Чалла взял в руки кубок и испил из него. Через несколько секунд он почувствовал, что по его венам будто течет огонь. Зелье подействовало: он вдруг согнулся пополам в приступе дурноты и в конце концов изрыгнул какую-то смолистую субстанцию. После этого принц быстро выпрямился и встал перед Зури, возвращая ему кубок. Шаман засунул руку в сумку и извлек оттуда маску пантеры. Он передал ее Т'Чалле, который надел маску на лицо.

Зури обратился к зрителям:

– Победа в ритуальных состязаниях наступает в момент, когда противник либо сдался, либо убит. Если кто-то попытается вмешаться в бой, он должен быть готов поплатиться за это жизнью. А теперь – вперед, прокладывайте себе дорогу на трон. Желает ли какое-либо из племен вывести вперед воина?

– Племя Горняков отказывается сражаться с принцем, – произнес глава племени. Зури кивнул, показывая, что предложение принято, и вождь вместе с воином заняли места на трибуне.

Один за другим остальные племена – Пограничное, Речное и Торговое – поступили так же и отказались от притязаний на трон. Когда из круга вышли последние представители, Зури повернулся к Т'Чалле, держа в руках корону.

– Граждане Ваканды, безо всякого состязания принц Т'Чалла признается… – однако вдруг коронация была прервана равномерными звуками барабана, заполнившими Арену.

Откуда-то появились шесть воинов, выступивших вперед в сопровождении двух барабанщиков, отбивающих ритм. Бойцы были облачены в деревянные доспехи и несли длинные деревянные копья. В центре этой процессии шел самый крупный воин в маске гориллы.

Толпа была шокирована их появлением, и по рядам пронесся почти панический ропот.

Шури повернулась к матери:

– Это что, клан Джабари?

Рамонда угрюмо кивнула. Их появление здесь было не по душе никому.

Принцесса удивленно приоткрыла рот, указывая на мужчину в маске гориллы:

– Он просто огромный! Интересно, чем они там питаются, в своих горах?

– Лучше тебе этого не знать, – буркнула Рамонда.

Воин подошел к Зури и поднял маску, за которой скрывались злобная усмешка и горевшие ненавистью глаза. Шаман с презрением посмотрел на вновь прибывших:

– Как смеете вы вмешиваться в сегодняшнюю церемонию?

– Мое имя М'Баку, я лидер клана Джабари, и мы требуем внимания к себе. Больше никто не будет затыкать нам рот! – возвысил голос воин.

– Мы заключили с вашим племенем соглашение: мы позволим вам уйти в горы, а вы оставите нас в покое, – парировал Зури.

М'Баку кинул на шамана беглый взгляд, а потом начал прогуливаться по арене взад-вперед, обращаясь к собравшимся:

– Этому соглашению тысяча лет, знахарь! Наступили новые времена. Сидя в горах, мы смотрели и слушали. Мы знаем о путешествиях Т'Чаллы за границу для заключения союзов. Мы с отвращением следили за тем, как ваше технологическое превосходство попирает ребенок, который глумится над нашими традициями.

Шури вся сжалась, когда поняла, что М'Баку смотрит ей прямо в глаза. Айо выступила вперед, заслоняя собой королевскую семью. Воин подошел к Т'Чалле и встал перед ним лицом к лицу: