– Одинокие ночи за просмотром космического «Магазина на диване»? Со мной такое тоже было.

ВЖИХ!

По всему музею погас свет. Руки Коллекционера задрожали, когда он сжал пульсирующее яйцо. Пряди его белоснежных волос встали торчком. Пелена глубокого пурпурного оттенка заволокла глаза, и сознание перешло на новый уровень.

– Это... это... – запинаясь, бормотал Коллекционер.

– Тиван! Не шути со мной. Если в тебя вселился какой-нибудь космический дух, ты должен сказать мне об этом сейчас же. Даже не думай использовать против меня магию. Не смей! И для справки: я вовсе не хотел оскорбить тебя тогда. Просто пошутил. Хочу прояснить этот вопрос на случай, если ты планируешь меня прикончить.

– ЗАТКНИСЬ! – рявкнул Коллекционер. Его голос, усилившись в темноте музея потряс своей мощью. Теплый пурпурный туман расползался по помещению, стелясь по полу. – Зародыш говорит со мной. Я буду облекать в слова то, что он хочет рассказать.

Туман стал свиваться в жгуты, шевелящиеся в воздухе, словно множество крошечных змеек. Затем из него сформировалась фигура человека.

– Это Стивен Стрэндж.

Грандмастер навис над зародышем.

– Продолжай.

– Стрэндж был эгоцентриком, доктором медицины. Его дело было для него всем. Перфекционист и в жизни, и в работе. А затем в результате несчастного случая пострадали его руки. Он больше не соответствовал собственным представлениям об идеале. Его поглотила депрессия. Стрэндж отталкивал всякого, кто пытался помочь. Доктор не привык быть пациентом. Самомнение не позволяло ему подчиниться. Ему хотелось контролировать процесс выздоровления так же, как и все остальное в своей жизни. Но не вышло. Его физическое здоровье отчаянно нуждалось в восстановлении. И душевное тоже находилось под угрозой. Стрэндж оказался в безвыходном положении.

Грандмастер издевательски поднял палец, словно его только что настигло озарение космических масштабов.

– А затем доктор кое-что нашел! – воскликнул он.

– Тише, – шепнул Коллекционер. – Не мешай процессу.

Из пурпурного тумана сформировалась грандиозная горная цепь.

– Не видя другого выхода, Стрэндж встал на путь самопознания, и это привело его в Камар-Тадж, горный храм в Непале. Он был скрыт от современного мира, и не без причины. Камар-Тадж стал домом для Древней, своенравного мистика, носягцей титул Верховного Чародея. При помощи своих учеников, Мастеров мистических искусств, она заботилась о том, чтобы держать в узде темные силы, угрожающие разрушить Вселенную. Поначалу придя в замешательство, в итоге Стрэндж понял, что обучение под началом Древней – это его шанс исцелиться. Ведь у нее есть все, чтобы помочь ему восстановить как физическое, так и душевное здоровье. К сожалению, он получил отказ. Но не сдался и в итоге, после долгих уговоров, стал учеником. Обучение началось, однако оказалось, что успеха в нем достичь нелегко. Древняя обычно была терпелива, но, когда того требовала ситуация, становилась жесткой и строгой. И, конечно, у нее были свои секреты.

– Секреты, – мурлыкнул Грандмастер. – Продолжай, пожалуйста. Кто еще живет в этом храме? Хотелось бы узнать побольше об остальных Мастерах.

– Мордо был давним знакомым Древней. Его задачей были поиск и обучение Мастеров мистических искусств. Как верный слуга Света он безоговорочно доверял Древней и следовал за ней повсюду. Вонг был храмовым библиотекарем, хранителем знаний, яростно защищающим свои книги, и не зря. Попади они не в те руки, могли бы стать смертельным оружием. Вонг и Мордо помогли Стрэнджу освоиться в статусе ученика. Это далось им всем нелегко. Доктор был очень привередливым. Его перфекционизм проявился в полной мере. Как только в учебе наметился прогресс, ему ужасно захотелось овладеть той силой, что, по ощущениям, была скрыта в нем. Он поглощал том за томом, но все еще не высвободил магию, к которой так отчаянно стремился. И в нем проснулось неверие.

– А когда появится Глаз Агамотто? – нетерпеливо проворчал Грандмастер. Пульсирующий пурпурный туман обвился вокруг его тела, медленно, словно змея, заползая все выше и выше.

– Зародыш хочет, чтобы ты хранил молчание, – пояснил Коллекционер.

– Это я могу.

– До своего появления в Камар-Тадже Стрэндж полагал, что знает о жизни все, что только можно знать. А затем Древняя показала ему и многообразие Вселенных, и бесконечное количество миров в них. Некоторые были полны света и надежды, другие захватили тьма и ненависть. А за пределами сущего всегда ждали силы, готовые поглотить все это при первой же возможности. Стрэндж был по меньшей мере потрясен. Мастера мистических искусств хранили миры от этой тьмы. Они обучались своему ремеслу с помощью древних практик, позволяющих управлять энергией Вселенной. Они брали силу из других измерений и использовали ее, чтобы творить заклинания и зачаровывать оружие. Они учились менять реальность одной лишь силой мысли. Они были магами и чародеями высшего порядка. Для того чтобы сражаться с тьмой, они построили по всему миру Святилища, служащие барьерами между мирами.

Коллекционер убрал руки с яйца зародыша. Пурпурный свет в его глазах погас. Туман, наполнявший комнату, испарился. Старейшина вышел из транса. Внезапно что-то пришло ему в голову, и он кинулся к книжной полке неподалеку. После недолгих поисков в его руках оказалась маленькая шкатулка, обтянутая вельветом темно-зеленого цвета, со всех сторон покрытым пылью. Он бережно отряхнул ее и понес к брату.

– Что это?! Что ты делаешь?! – спросил Грандмастер. – Я хочу знать, что произошло!

Его глаза удивленно распахнулись, когда Коллекционер раскрыл шкатулку. Внутри лежало странное кольцо – длинная полоска металла, закрывающая сразу два пальца.

– Мастера мистических искусств использовали лишь несколько магических предметов, и один из них – чаще остальных, – объяснил Коллекционер. – Двойное кольцо наделяет его носителя способностью открывать пылающие порталы в другие измерения. Оно также позволяет ему, проносясь сквозь миры Мультивселенной, преодолевать огромные расстояния за считаные секунды.

Артефакт впечатлил Грандмастера.

– И как им управлять? – поинтересовался он.

– Владелец надевает его на левую руку и представляет себе место назначения, в то же время правой рукой чертит в воздухе круг портала.

– Вроде бы довольно просто, – заметил Грандмастер.

Надев кольцо, он сжал левую руку в кулак и начертил правым указательным пальцем зигзаг. Ничего не произошло. Он попробовал снова – тот же результат.

Коллекционер наблюдал, как одна за другой провалились подряд три попытки брата, а затем не удержался и хихикнул.

– Оно не настоящее, просто копия. Я купил его со скидкой у одного старого мага. Во всяком случае, он утверждал, что он маг, – уточнил Коллекционер. – Глядя на то, как радость на твоем лице сменяется разочарованием, я испытал определенное удовлетворение, Эн Дви. Спасибо тебе за это.

Грандмастер надулся.

– Ну и шутки, – буркнул он, швыряя кольцо назад в шкатулку. – Ты просто хотел выставить меня дураком.

– Остынь. Все равно ты использовал его неправильно, – заявил Коллекционер, пренебрежительно отмахнувшись.

Он снова положил руки на яйцо с зародышем, но ничего не произошло.

– Ты сломал свое космическое яйцо! – воскликнул Грандмастер. – Должно быть, оно почувствовало, что ты не достиг настоящего мастерства, и закрылось от тебя.

Коллекционер водил руками по всей поверхности яйца, но безрезультатно. Оно полностью исчерпало свои силы.

– Это очень странно, – принялся размышлять Коллекционер.

– Назад! – раздался голос из яйца. Призрачный туман вновь заполнил комнату. Мощный порыв ветра отбросил братьев от зародыша.

– Что ты натворил, Тиван?! – спросил Грандмастер.

ВЖИХ!

В потоках пурпурного света из яйца выбралось крошечное мерцающее создание. Его огромные глаза с любопытством оглядели помещение. Оно сделало пару неуверенных шажков к Коллекционеру, заметно сомневаясь в правильности выбранной цели.

Грандмастер склонился к уху брата и прошептал:

– Из твоего яйца только что вылупился птенец, Тиван.

Коллекционер вперился взглядом в сверкающего малютку.

– Мы тут были кое-чем заняты, знаешь ли, – прорычал он. – Продолжай рассказ с того места, где остановился, или проваливай туда, откуда пришел. Со мной не стоит шутить.

Создание тупо уставилось на Коллекционера.

– Я продолжу рассказ, – кротко заверило оно.

– Впечатляющая демонстрация силы, братец, – промурлыкал Грандмастер. – Так держать.

– На чем мы остановились? – спросило существо.

Оно быстро перенастроилось, регулируя космические энергии, из которых появилось, чтобы продолжить рассказ.

– Ах, да! Давайте продолжим. Как только у Стрэнджа в прямом смысле слова открылись глаза, он принял мир магии и все его знания. Он узнал об астральном плане, мире, где душа может существовать вне тела, и о зеркальном измерении, нетронутом мире, где волшебник может наблюдать реальный мир, не вмешиваясь в его дела. Стрэндж также стал больше времени проводить за изучением многочисленных книг храма. Одна из них вызвала у него особый интерес. Книга Калиостро относилась к разделу темной магии и была полна заклинаний, которые частенько заставляли учеников свернуть с пути Света. И в ней не хватало страниц. Они были похищены Кецилием, бывшим Мастером мистических искусств, создавшим свою секту Зелотов. Ее целью было впустить на Землю злобную сущность из Темного Измерения.

Пурпурный туман расползся по комнате, заполняя ее целиком. Грянул гром, сверкнула молния. Из мглы стали проступать контуры лица. Оно принадлежало ужасающему божеству, Дормамму.

– Дормамму – нечто большее, чем просто демон. Он являлся созданием чистой мистической энергии со страстью к разрушению. Кецилий и его Зелоты заключили с ним сделку. Они открывают Дормамму проход на Землю, чтобы тот поглотил ее.

– Но зачем? – возмутился Грандмастер. – Разве этот ваш Кецилий не потерял бы все с появлением Дормамму на Земле? Где логика?

–      Забавно, что ты пытаешься найти логику в действиях безумца, – заметил Коллекционер.

Глаза малютки из яйца вспыхнули пурпурным светом.

– К твоему сведению, Кецилий уже потерял все, когда внезапно погибла его жена. И Дормамму нужен был ему, чтобы вернуть назад время и воскресить ее.

Грандмастер потер подбородок.

– А-а-а, теперь все проясняется, – согласился он. – Похоже, скоро на сцене появится Глаз Агамотто, и я весь прямо мурашками покрываюсь от нетерпения.

– Ни к чему делиться с нами такими личными вещами, – буркнул Коллекционер.

– Кецилий полагал, что время ограничивает людей. Рождение, смерть, круговорот жизни. Это был вызов его самолюбию. По его мнению, человечество заслуживало шанса узнать, что там, за пределами времени. С помощью Дормамму у них наконец-то появился шанс вырваться из его оков.

– Через смерть, я полагаю? Довольно пессимистично. Или я чего-то не улавливаю? – спросил Грандмастер.

Из глаз малютки вырвались пурпурные лучи энергии и прожгли дыру в полу прямо перед ним.

– А знаете что? Продолжайте. Я, пожалуй, помолчу.

– Камень Времени, – напомнил Коллекционер. – Расскажи нам о его роли в этой истории.

Крошечное существо послушно кивнуло.

– Добившись успехов в учебе, Стрэндж весьма заинтересовался Глазом Агамотто, вместилищем Камня Времени. Глаз мог разрушить мир и собрать его заново. Смерть и перерождение. Прочитав об этих его способностях в Книге Калиостро, он стал одержим. Однажды вечером Стрэндж решил исследовать силу Камня. Он снял артефакт с постамента, надел его на шею и сосредоточился. Внезапно Глаз открылся, засияв теплым зеленым светом. Камень Времени пробудился. Стрэндж сосредоточил его энергию на яблоке, от которого он только что откусил кусок, и через мгновение рядом с первым укусом появился второй, затем – третий и так далее, пока от яблока не остался всего лишь гнилой огрызок. Стрэнджу удалось ускорить время. Эмоции переполняли его, но эксперимент был еще не завершен. Он использовал силу Камня Времени, чтобы вернуть яблоко в первоначальное состояние, завершив цикл. Это придало ему сил. Реальность, ощущения – все эти вещи можно было навсегда изменить с помощью Глаза Агамотто. Стрэнджу необходимо было больше информации, но, как вы помните, в Книге Калиостро не хватало страниц.

– Потому что их спер Кецилий! – воскликнул Грандмастер.

– Стрэндж взял дело в свои руки. Он использовал Камень Агамотто, чтобы повернуть время вспять и восстановить утраченные страницы, тем самым став из новичка Мастером. Вот тогда-то он наконец и понял, с какой зловещей угрозой столкнулись и он сам, и вся окружающая действительность. Доктор разглядел всю картину и понял, в чем его истинное призвание. Но времени практически не осталось. Над Гонконгом открылся портал. Дормамму и силы Темного Измерения вторглись на Землю. Миры столкнулись в огне и ярости! На ничего не подозревающих людей обрушилась волна разрушений! Кецилий и Зелоты впали в буйство. Вонг и Мордо доблестно сражались в первых рядах, но, несмотря на это, их отчаянных усилий было недостаточно, чтобы переломить ситуацию. Вонг погиб. Тьма была в шаге от победы, пока Доктор Стрэндж не попытался ее остановить.

– Наконец-то, – проворчал Грандмастер, закатив глаза.

ТРАХ-БАБАХ! Вихрь пурпурного тумана закружился по музею.

– Стрэндж использовал Глаз Агамотто, чтобы повернуть время вспять. Он остановил бойню и спас бесчисленное множество жизней. Город был восстановлен. Следы разрушений исчезли. Вонг ожил. Время остановилось, но битва была еще не закончена. Законы природы нарушились, когда щупальца Темного Измерения проникли в земную реальность. И Стрэнджу предстояло выполнить еще кое- что, чтобы спасти планету от уничтожения. Он шагнул во тьму и встретился с Дормамму лицом к лицу. Он хотел договориться с темным божеством, но тот немедля распылил его на мельчайшие частицы. Стрэндж появился снова. Дормамму пронзил его насквозь. Стрэндж вернулся. Доктор закольцевал силу Камня Времени внутри Глаза Агамотто и запер Дормамму в бесконечной временной петле. Один и тот же момент, снова и снова, целую вечность.