Шел по улице солдат. По песчаной улице приграничного военного городка.

Шел солдат не один. Шел вместе с сыном. Большой сын — пионер, тринадцать лет. К отцу приехал на каникулы.

Мимо проскакал отряд конников. Прошел наряд пограничников. Впереди — огромная серая овчарка.

— Наш Рекс, — сказал солдат. — Молодец! Двадцать нарушителей на его счету!

— Мы тоже воспитываем для пограничников служебных собак! — похвалился сын.

— Найдется дело и для ваших воспитанников.

А вокруг цвели яблони и вишни. Пчелы и бабочки кружили над цветами. И звонко пели птицы в садах.

— Хорошо, — сказал сын.

— Граница рядом, — сказал солдат.

На футбольном поле свободные от наряда пограничники гоняли мяч. На кольцах и на турнике занимались.

Из лесу вылетела сорока, шарахнулась в сторону от футболистов и вдруг спокойно, как ни в чем не бывало, села у колодца.

Пить сорока захотела. Опустила клюв в лужу — попила. Опять опустила — еще попила. Потом взмахнула крыльями и обратно в лес полетела. А там, в лесу, танки стояли и бронемашины. На опушке леса расположились артиллеристы. Но сорока их не боялась. Видно, привыкла.

Вдали камыши, а за ними река. Неширокая, спокойная, вода на солнце блестит. По реке и проходит граница. Этот берег наш, а другой — не наш, чужой.

— Тихо, — сказал сын.

— Граница рядом, — опять повторил отец.

Попрощались они:

— Ну, мне пора на заставу! До вечера!

— До вечера!

Ушел солдат на заставу. Застава рядом. Рядом граница.

На берегу реки замерли в кустах пограничники. Замер солдат. Смотрит в бинокль на камыши, на близкий чужой берег.

Граница рядом!